Вкус желания - [37]
Он издал громкий стон и, будто угадав ее желание, положил руку на ее бедро и привлек ближе к себе. Они соприкоснулись нижними частями тел, и она ощутила животом его возбужденный пульсирующий орган, и это интимное соприкосновение вызвало приток тепла и смутившую ее влагу в самом сокровенном местечке ее тела.
Случалось, до нее доносилась девическая болтовня и произносимые шепотом рассказы, когда рядом не оказывалось компаньонок. Темами этих обсуждений обычно бывали мужчины и поцелуи, а иногда и более интимные ласки, совершенно непристойные. Амелия молча их слушала, снисходя к их наивности и жалея их. Ее собственный ограниченный опыт никоим образом не вызывал в ней физического отклика. Или она так считала.
Но никогда она не ошибалась больше.
И вдруг ее руки оказались в его волосах: она пропускала эти золотистые пряди сквозь пальцы. Она была изумлена окатившим ее потоком наслаждения, струившимся по ее телу, и, еще не зная, что делать со своим языком, удовлетворилась его страстными ласками. Но ей захотелось большего. И тогда, сначала робко, а потом уже смелее, она позволила своему языку вторгнуться в его рот. Их языки соприкоснулись, переплелись во влажном, жадном стремлении утолить все возрастающий голод, на что до сих пор она не считала себя способной.
Жар пожирал все ее тело. Она сжала бедра, но и это не утолило боли в том месте, где огонь полыхал сильнее всего. Его рука скользнула с ее бедра под грудь и нащупала отвердевший сосок над корсажем.
И только это — мгновенно, как удар, — вернуло ее к реальности. Ужаснувшись, она рванулась из его объятий и, отшатнувшись, оказавшись на достаточном расстоянии от него, попыталась овладеть собой.
— Не надо… — сказала она слабым голосом.
Ее дыхание было все еще хриплым и неровным. Волосы, растеряв сдерживавшие их шпильки, струились по ее плечам и спине. Она представила себе, что выглядит как леди, «сопротивлявшаяся слишком сильно». И знала, что так и чувствует себя.
Виконт же, если не считать легкого румянца на щеках, казался ничуть не взволнованным их объятием. Без сомнения, он привык доводить женщин поцелуями до умопомрачения и был способен на большее. То, что они только что испытали вместе, вероятно, было для него рядовым событием, все равно что чмокнуть женщину в щечку.
— Кто бы мог подумать, что под этим льдом таится такой жар? — проговорил он, оправляя свой сюртук.
— Никогда… никогда… больше… не прикасайтесь ко мне.
Она с трудом выдавливала из себя каждое слово.
Лорд Армстронг тихонько хмыкнул:
— Вы уверены? Насколько я могу судить, вы получили огромное удовольствие.
«Подонок!» — отозвалось у нее в голове.
— А вы? Не далее как сегодня утром вы утверждали, что мои чары на вас не действуют.
Ей было необходимо стереть с его лица насмешливую улыбку.
— О да, — ответил он тихо. — Но мне кажется, я нашел самый действенный способ справиться с вами.
— Мне так не показалось! — огрызнулась она, вспомнив, как к ее телу прижималась его восставшая отвердевшая плоть.
Он что, думает, что она одна потеряла голову на эти несколько горячечных минут?
Виконт искренне рассмеялся и сделал жест, указывая на застежку своих панталон.
— Вы имеете в виду это?
Смущенная Амелия отвела глаза, но ничего не могла поделать с новой волной жара, окатившей ее и окрасившей ее щеки.
— Едва ли я назвал бы это барометром, демонстрирующим хороший вкус. Разве вам неизвестно, что это происходит само собой, даже против воли? Иногда достаточно хорошенького личика и красивой фигурки. В этом нет ничего особенного.
Амелия мысленно пожалела, что не может избить его до бесчувствия.
— Если вы отказываетесь держать руки подальше от меня, мне придется все взять на себя. И уверяю вас, милорд, вам это не понравится.
Ее угроза, она понимала, была для него не более чем сотрясанием воздуха, но в этот момент ей было все равно.
— И что вы собираетесь сделать? Пожаловаться отцу? Если я вас скомпрометировал, он заставит нас пожениться еще до зимы. Думаю, эта перспектива нежелательна ни для одного из нас.
Конечно, этот ублюдок прав. И ничто, кроме приумножения его состояния втрое, не порадовало бы его больше, чем ее отказ.
— Теперь понятно, почему мой отец так вами восхищается. Вы одного поля ягоды!
Томас замер. Судя по ее тону, это заявление не было комплиментом. В нем закипал гнев. Это оскорбление предназначалось не ему, а Гарри. Разве бедняга недостаточно от нее натерпелся?
— Советую вам попридержать язычок! Ваш отец — один из лучших людей среди тех, кого я знаю.
Голова Амелии откинулась назад, а глаза округлились, будто ее удивила сила его реакций на ее слова.
— Смею сказать, что это мало о чем говорит. Но, насколько мне известно, вы прекрасно подходите друг другу. Вас обоих не заботит ничего, кроме финансовой или личной выгоды. Жаль, что вы не сын моего отца. Насколько проще тогда была бы жизнь для всех.
Томас старался, чтобы его лицо не выразило его чувств. Это избалованное, испорченное отродье посмело говорить с ним свысока! Да что она знает о деньгах, кроме того, чтобы делать покупки в кредит и записывать эти суммы в колонки? Ей никогда не приходилось смотреть в глаза матери и трем сестрам и говорить, что у них нет денег даже на самое необходимое.
Пять лет назад прекрасная Шарлотта, не объясняя причин, покинула мужа Алекса Картрайта, наследника герцогского титула, прямо в день свадьбы.Поначалу Алекс пытался лечить боль предательства вином и случайными связями, а затем и вовсе наглухо затворил свое сердце для чувств… Но однажды случилось невероятное — Шарлотта вернулась. Более того, Алекс узнал, что у них есть сын.Нетрудно понять: Шарлотта по-прежнему любит супруга больше жизни. Тогда почему же она упорно противится попыткам Картрайта к воссоединению? Неужели в ее прошлом скрыта тайна настолько опасная, что эта прелестная женщина готова принести в жертву собственное счастье?..
Прелестная Миллисент Армстронг получила двадцать предложений руки и сердца — и ответила отказом на все. С детских лет она влюблена в друга своего старшего брата, убежденного холостяка Джеймса Радерфорда, и дала себе слово стать либо его женой, либо вообще не выходить замуж.Но как прикажете женить веселого повесу, отнюдь не намеренного связывать себя узами брака? Он по-прежнему видит в Миллисент смешную девчонку.Выход один: Джеймс должен как минимум скомпрометировать мисс Армстронг, и тогда ему волей-неволей придется исполнить долг джентльмена.Но до чего же нелегко приходится юной, неопытной девушке, задумавшей соблазнить опытного ловеласа!..
Моя жизнь оказалась таким клише. Не в хорошем смысле.Это не совсем «Беременна в шестнадцать», но моё единственное достижение в восемнадцать лет — аттестат об окончании школы. А если и этого недостаточно, то отец ребёнка — и это громко сказано — резко исчез из моей жизни.Мне казалось, я хорошо его знаю. К несчастью, парень, с которым я встречалась три года, превратился из доктора Джекилла в мистера Хайда, как только понял, что его беззаботные бездетные деньки подходят к концу.Но теперь с ним покончено. Настоящая любовь всей моей жизни — пухленькая малышка, у которой дёсен больше, чем зубиков, а рост едва ли выше двух футов.
Оглядываясь на события тех дней, я понимаю, что должен был это предвидеть. Пейдж не нравилось, что я уехал в университет далеко от дома. Однако так было бы всего два года. Потом она бы присоединилась ко мне. Мне казалось, мы без проблем переживём это. У нас были крепкие отношения. Но она ненавидела разделяющее нас расстояние. Ненавидела то, что мы не можем каждый день быть рядом. Жаловалась, что я редко приезжаю домой. Ненавидела всё это месяцами, ведь единственным нашим общением были сообщения и звонки. И их оказалось недостаточно. Она спрашивала о девушках в кампусе.
О французской революции конца 18 века. Трое молодых друзей-республиканцев в августе 1792 отправляются покорять Париж. О любви, возникшей вопреки всему: он – якобинец , "человек Робеспьера", она – дворянка из семьи роялистов, верных трону Бурбонов.
Восемнадцатый век. Казнь царевича Алексея. Реформы Петра Первого. Правление Екатерины Первой. Давно ли это было? А они – главные герои сего повествования обыкновенные люди, родившиеся в то время. Никто из них не знал, что их ждет. Они просто стремились к счастью, любви, и конечно же в их жизни не обошлось без человеческих ошибок и слабостей.
В середине XIX века Викторианский Лондон не был снисходителен к женщине. Обрести себя она могла лишь рядом с мужем. Тем не менее, мисс Амелия Говард считала, что замужество – удел глупышек и слабачек. Амбициозная, самостоятельная, она знала, что значит брать на себя ответственность. После смерти матери отец все чаще стал прикладываться к бутылке. Некогда процветавшее семейное дело пришло в упадок. Домашние заботы легли на плечи старшей из дочерей – Амелии. Девушка видела себя автором увлекательных романов, имела постоянного любовника и не спешила обременять себя узами брака.
Англия, 1918 год. В маленькой деревушке живет юная Леонора, дочь аптекаря. Она мечтает создавать женскую косметику. Но в деревне ее чудо-кремы продаются плохо… Однажды судьба дает ей шанс воплотить мечту – переехать в Америку и открыть свой магазин. Там девушка влюбляется и решает рискнуть всем… Нью-Йорк, 1939 год. Талантливая балерина Алиса получает предложение стать лицом нового бренда косметики. Это скандальный шаг, но он поможет ей заявить о себе. Леонора видит в Алисе себя – молодую мечтательницу, еще не опалившую крыльев.
Рыжеволосая Айрис работает в мастерской, расписывая лица фарфоровых кукол. Ей хочется стать настоящей художницей, но это едва ли осуществимо в викторианской Англии.По ночам Айрис рисует себя с натуры перед зеркалом. Это становится причиной ее ссоры с сестрой-близнецом, и Айрис бросает кукольную мастерскую. На улицах Лондона она встречает художника-прерафаэлита Луиса. Он предлагает Айрис стать натурщицей, а взамен научит ее рисовать масляными красками. Первая же картина с Айрис становится событием, ее прекрасные рыжие волосы восхищают Королевскую академию художеств.
В маленький техасский городок приезжает знаменитый бандит и наемный убийца Голт. Жители взбудоражены — у каждого есть грешки, и не исключено, что этот безжалостный человек явился по их душу. Лишь бесстрашная Кейди, хозяйка гостиницы, в которой поселился бандит, его не боится, и даже наоборот… он ей все больше и больше нравится.Но тут в Парадизе появляется еще один Голт. Кто же из них настоящий?
Брак юных Натана Уинчестера и Сары Сент-Джеймс был заключен по приказу короля, решившего навеки связать родственными узами два враждующих клана. Ему было четырнадцать лет, ей – ….Но сразу же после свадьбы супруги разъехались… чтобы встретиться лишь четырнадцать лет спустя.
Один из лучших женихов Лондона, дуэлянт, не знающий поражений, красавец — таков был неотразимый маркиз Родгар. Однако блистательный светский лев поклялся НИКОГДА не поддаваться женским чарам, НИКОГДА не связывать себя узами брака — и долгие годы свято держал свою клятву…До того дня, когда по воле короля он стал защитником графини Дианы — красавицы, в которой слились воедино прелесть прирожденной соблазнительницы и яростная независимость женщины, имевшей все основания не доверять представителям противоположного пола.
Печальная судьба уготована юнги кельтской красавице Риган — она жертвует целомудрием ради сестры, заменив ее на брачном ложе, после чего отправляется в монастырь.Однако из убогой кельи Риган попадает в руки работорговца, а затем — в гарем. Там девушке предстоит постигнуть науку любви, а пламенный и нежный Карим-аль-Малина должен превратить ее в лучшую рабыню халифа. Но, рискуя навлечь на себя гнев восточного владыки, учитель и ученица влюбляются друг в друга.
Красивый, как античный бог, и баснословно богатый Саймон Бассет, герцог Гастингс, был вожделенной добычей для всех незамужних аристократок Лондона — но не имел ни малейшего желания прощаться с радостями холостяцкой жизни.Прелестная Дафна Бриджертон отлично понимала, чтобы сделать выгодную партию, необходимо прежде всего обзавестись — пусть даже только для вида — блестящим поклонником.Так появляется в свете эта парочка. Однако лукавая судьба смеется над людской хитростью — и очень скоро «боевой союз» Саймона и Дафны превращается в подлинную, жгучую страсть, а старательно разыгрываемая ими любовь внезапно оказывается любовью истинной…