Вакханалия - [31]

Шрифт
Интервал

— Сволочь, все испортил, — вздохнула я. — И как не стыдно?

Он посмотрел на меня с тихим ужасом.

— Ладно, — прошептала я, — потом поплачем, некогда. Будем считать, я ничего не слышала… Вас не учат в милиции быстро раздеваться, Олег Леонидович?..


Не хотела я его никуда отпускать. Сердечко возмущалось при одной только мысли. Ни на «спецоперации» — рассматривать свои трупы, ни к братве милицейской, ни, боже упаси, к жене. Курить и то не пустила.

— Здесь курите, — сказала я, — и мне оставьте…

Я пускала дым колечками, норовя сделать это красиво, сама не ведая почему. Он смотрел то на меня, то на мою руку.

— У вас занятная родинка, Лидия Сергеевна… — шептал он дурным голосом, хватая губами мое запястье. — Никогда не видел таких родинок…

Я отдергивала руку, но не очень активно. Скажем честно, у меня не занятная родинка, а очень даже дурацкая. Одно дело, когда родимые пятна вырастают на щеке, на шее или, скажем, на внешней стороне бедра ближе к ягодице. В этом есть своя пикантность. Это нормально. А вот моя выросла на тыльной стороне ладони — здоровое такое «рублевое» пятно, спасибо мамочке. Его обычно принимают за грязь, да и Верест вот в бане как-то настойчиво его шоркал — в беспамятство, видно, впал.

И не возвращался из него… Мы очень плотно проводили свой досуг. Время мчалось как борзая — не успели оглянуться, а часовая стрелка развернулась на девяносто градусов — с 12 до 3.

— Уже не холодно, — простонала я, сбрасывая на пол верхнее одеяло. Подумав, сбросила еще одно (все равно два осталось).

Верест приподнялся и снова посмотрел на меня с выражением, близким к тихому помешательству. Я подумала, что он забыл что-то сделать. Позвонить жене, например (якобы маме).

Но он сидел и просто смотрел на меня, как будто впервые увидел эдакую нелепость и очень этим расстроился.

— Ты знаешь, — наконец признался он, ненавязчиво переходя на «ты», — когда мне ночью сообщили, что с тобой случилась беда, я от страха чуть не помер. Выбросил водилу Ермакова из машины — у парня кличка Тормозная Жидкость — и помчался к тебе…

— Ну и как прикажешь это понимать?

— Вот я и думаю…

Думал он, судя по отяжелевшему лицу, напряженно.

— А ты с женой посоветуйся, — предложила я. — У нас, у баб, независимый подчас характер, мы можем иногда подсказать интересное решение.

Вопреки прогнозам, он не обозвал меня черной акулой или той же сибирской язвой. Лег на подушку и обнял меня за узкие девичьи плечи.

— Женат-то давно? — брезгливо бросила я.

— Десятый год, — сухо отчитался он. — Дочке Оксанке — девятый. Умница растет — по стадионам бегает, на фоно брякает, по-английски шпрехает… Недавно в театральный кружок отдали — актерское мастерство оттачивать…

— А у меня лоботряской растет, — позавидовала я. — Ничего делать не хочет, только мячиком об стенку лупит. Мне с ней некогда, маме тоже недосуг, только возмущается… Ты своей жене с каждой встречной изменяешь?

— Нет, — он не обиделся. — Я не такой уж ходок. У меня работа отменяет личное время… Впрочем, случалось, но редко. Раз…

«Девять», — подумала я.

— …или два.

Бедненький, не запомнил он, раз или два.

— Значит, хронически любишь. Хрон вы, Олег Леонидович.

Он в третий раз посмотрел на меня как на вымершего ящера и вдруг принялся остервенело целовать — словно мы уже расставались и к даче подъезжала горячо любимая супруга с базукой. Я не оказала ему достойного сопротивления. Коси коса…

Глава 7

В заключение он поинтересовался — не будет ли ему дозволено в связи с новыми открывшимися горизонтами в наших отношениях узнать, что нельзя запихнуть в самую большую кастрюлю. Я ответила ему, что наши отношения еще не настолько доверительны, и уснула. В пять вечера дом затрясся от стука в дверь — стартовала новая серия кошмара. Верест скатился по лестнице, облачаясь на ходу. «Не спящий в Первомайке» Костян Борзых во всеуслышание объявил, что полку трупов прибыло. Я напряглась — разговор с первого этажа прекрасно долетал до второго.

— Почему сразу не сообщили? — возмущался Верест. — Что за самодеятельность?

— Леонидыч, у тебя же выходной до пяти, — отбивался сержант. — Сам говорил… Да ты не напрягайся, начальник, час назад жмурика нашли. Оформили как положено, протокол составили…

Покойник лежал в заброшенной беседке — в двух шагах от колеи Соснового переулка. В окрестных дачках никто не жил, а труп обнаружил казачий дозор, обеспокоенный пропажей бойца и внимательно шерстящий все закоулки. Поначалу на отсутствие охранника Зубова не обратили внимания: с вечера он подменил коллегу Чуркина, до двух оттрубил службу, а потом, проинформировав Лукшина, что собирается нанести рабочий визит одной бабенке («тут недалеко»), исчез. В принципе он его нанес… Хватились Зубова только в районе обеда, когда пришло время заступать на дежурство, а в целом дисциплинированный боец не явился.

Это уже напоминало театральный фарс. Я выразила желание взглянуть на тело (надо быть в курсе, через не хочу). Опера согласились, похихикав, что за показ денег не берут. Никакой дополнительной информации от лицезрения покойника я не получила. Тоскливо и тошно. Скоро парочкой новых фобий обзаведусь. Он лежал навзничь, неловко засунув ногу под лавочку. Голова запрокинута, лицо не деформировано судорогой. Похоже, он умер без долгих мучений — агонизирующего обычно крючит. «Проникающее ранение острым предметом в область сердца», — без затей заявил эксперт, колдующий над телом. Опера выразились еще проще: «В здоровом теле — здоровый нож». Вот только где он — нож?.. Смерть наступила ориентировочно в пять часов утра. Плюс-минус.


Еще от автора Юлия Соколовская
Венок для незнакомки

Дорогой нашему сердцу полуостров Крым в руках контрабандистов и наркомафии! Но не дремлют и спецслужбы Украины... А в самом центре кошмарных событий с участием крупных дельцов наркобизнеса, как всегда, сибирская писательница, автор популярных детективов Лидия Сергеевна Косичкина. Что ждет ее на этот рал? Что потрясет ее воображение? Для начала ее перепутают с интересной брюнеткой в желтом парео...


Рекомендуем почитать
Милицейская академия I–II

"Эта книга - результат жалоб тысяч и тысяч россиян, записанных циничным снаружи, но добрым внутри журналистом. Это сага о том, как легко потерять свои денежки, и даже если денег у вас больше, чем извилин, денег жалко больше, верно?"Милицейская академия" уже выдержала несколько изданий и еще несколько раз ее законно и незаконно перепечатывали разнообразные газеты и журналы - но воз и ныне там. Те самые способы мошенничества, о которых мы предупреждали читателей еще десять лет назад, слегка видоизменившись, приносят жуликам стабильные сверхприбыли и поныне.


Химчистка для невидимок

Ох уж эти незваные гости! Да еще совершенно незнакомые. Обеспечиваешь им теплый прием, а в качестве благодарности оказываешься втянутой в замысловатую цепочку преступлений, отягощенных убийствами. И некому предъявить претензии! Мало того что гости уже на момент своего первого визита являлись покойниками, так их еще и украли! Ясно только одно: жизнь после смерти возможна. И с риском для собственной жизни нашим героиням приходится носиться по всей Москве и окрестностям в поисках справедливости…


Лужёная глотка

Александра «Барни» Барнаби, впервые представленная по сведениям газеты «Нью-Йорк Таймс» автором номер один в бестселлере «Городская девчонка», возвращается в следующей дикой и сумасшедшей гонке.


Вор в роли Богарта

Мастер остроумного и элегантного детектива, американец Лоуренс Блок на этот раз обращается к классике кинематографа. Берни Роденбарру, букинисту-интеллектуалу и одновременно вору-джентльмену, поступает заказ — похитить портфель с неизвестным содержимым. Но Берни не везет: мало того, что портфель успели похитить до него, мало того, что он забывает собственный кейс неизвестно где, — сам заказчик тоже бесследно пропадает, в его квартире лежит труп… а рядом обнаруживается кейс Берни с непонятной надписью, выведенной кровью… Затем появляется прекрасная незнакомка-иностранка, страстная поклонница Богарта.


Вкуснотища

Гавайский островок…Тропический рай, где усталые от жизни голливудские шишки наслаждаются дивной природой, бронебойным кокосовым ромом, пышными смуглянками и фантастической местной кухней.И вот такое-то изумительное местечко до сих пор не прибрали под свое ласковое крыло мафиози?!Непорядок, однако…«Крестный отец» одной из криминальных группировок Крутой Джек Люси решает исправить ситуацию — и отправляет на остров двух своих лучших «братков». Миролюбивые аборигены в ужасе примут любые его условия?Мечтать не вредно!..


Фея Карабина

Второй роман французского писателя Даниэля Пеннака (р. 1944), продолжающий серию иронических детективов о похождениях профессионального «козла отпущения» Бенжамена Малоссена.