Трещина в мироздании - [101]
Отказ от рассмотрения заявок на исследования редактирования геномов клеток зародышевого пути кажется далеко не лучшей идеей для регулирования этой деятельности. Взять и запретить исследования или клиническое применение редактирования геномов клеток зародышевого пути – тоже. Как отмечают другие авторы, любой запрет редактирования генома клеток зародышевого пути в США приведет к тому, что пальма первенства в этом направлении быстро уйдет другим государствам, – и это, вероятнее всего, уже происходит, учитывая действующий в Штатах запрет на федеральное финансирование исследований в этой области.
Также существует риск, что излишне строгие ограничения в некоторых странах будут стимулировать то, что я бы назвала CRISPR-туризмом. Пациенты, которые могут себе позволить CRISPR-терапию, будут ездить лечиться в те страны, где ограничения мягче, чем у них на родине, или вообще отсутствуют. Медицинские туристы уже потратили миллионы долларов на получение лечения стволовыми клетками за рубежом (где оно не регулируется)[291], и за генной терапией с целью увеличения мышечной массы и повышения продолжительности жизни тоже ездят за границу[292]. Это не решение проблемы. Независимое государство не может просто взять и разрешить на своей территории применение рискованных, непроверенных и подчас неэтичных методов. Не годятся тут и строжайшие ограничения на исследования в этой области, поскольку ученые в результате начнут проводить соответствующие эксперименты втайне – и, скорее всего, это один из наиболее плохих вариантов развития событий. Скорее, правительствам нужно стремиться к такой системе регулирования, которая поощряла бы исследования и клиническое применение редактирования генома, но в то же время была бы достаточно суровой по отношению к крайним злоупотребениям.
Найти верный баланс между ограничениями и свободой – дело как исследователей, так и законодателей. Научным экспертам следует работать над созданием набора стандартизированных общепринятых рекомендаций, определяющих перечень наиболее безопасных методов доставки CRISPR, выделяющих самые приоритетные для исследования гены, и задать стандарты контроля качества для оценки вмешательств с целью редактирования генома. И представителям властей – особенно в Соединенных Штатах – необходимо занять более активную позицию, чем та, которой они придерживались ранее, преследовать цель надежного законодательного урегулирования и в то же время стимулировать дискуссию в среде своих избирателей – как это попытались сделать мы с коллегами на саммите 2015 года в Вашингтоне. Конечно, наивно думать, что когда-нибудь будет достигнут полный консенсус по поводу того, можно ли использовать редактирование генома, и если да, то каким образом, но тем не менее правительства должны сделать все возможное для принятия законов, которые будут одновременно держать в узде опасный потенциал технологии и представлять интересы общественности.
Даже учитывая подобные попытки, маловероятно, что мы увидим что-либо близкое к согласованной международной реакции на вызовы, которые бросает CRISPR. Различные общества неизбежно будут подходить к вопросу редактирования генома клеток зародышевого пути со своих уникальных точек зрения, имея за плечами разные историю и культурные ценности. Некоторые авторы предрекают[293], что редактирование генома клеток зародышевого пути человека, в особенности генетические улучшения, раньше всего разрешат в азиатских странах, таких как Китай, Япония и Индия. Китай – особенно плодородная земля для исследований и разработок в области редактирования генома клеток зародышевого пути, поскольку именно китайские ученые проторили путь в использовании технологии CRISPR в нескольких областях, включая ее первые применения на нечеловекообразных обезьянах, нежизнеспособных человеческих эмбрионах и живых пациентах[294].
Но какой бы призрачной ни была возможность международного консенсуса, нам все же нужно попытаться его достичь. Пусть риск того, что редактирование генов приведет к дальнейшему росту неравенства, и кажется сегодня проблемой будущих поколений, история учит нас, что это не такая уж дальняя перспектива.
Как только новая прорывная технология появляется в мире, удержать ее становится невозможно. Бездумное стремление как можно скорее внедрить такую технологию само по себе создает проблемы. К примеру, гонка за ядерное превосходство в ядерной отрасли стимулировала многочисленные исследования и разработки, которые фундаментально изменили глобальную политическую систему и многие аспекты жизни человека – причем часто за счет нашей безопасности. В отличие от ядерных технологий, в случае с редактированием генома у нас есть возможность вести дискуссию с участием хорошо информированной общественности о том, как именно мы хотим использовать наиболее масштабную силу CRISPR – способность контролировать будущее жизни. Но если затянуть с началом этой дискуссии, может так оказаться, что рычаги управления этой технологией выскользнут из наших рук.
![Поляки в Западной Сибири в конце XIX – первой четверти XX века](/storage/book-covers/31/31f327f43565202438bf5788136d0e5a451b28b4.jpg)
Книга посвящена истории польской диаспоры в Западной Сибири в один из переломных периодов истории страны. Автором проанализированы основные подходы к изучению польской диаспоры в Сибири. Работа представляет собой комплексное исследование истории польской диаспоры в Западной Сибири, основанное на материалах большого числа источников. Исследуются история миграций поляков в Сибирь, состав польской диаспоры и вклад поляков в развитие края. Особое внимание уделено вкладу поляков в развитие предпринимательства.
![Социальное общение и демократия. Ассоциации и гражданское общество в транснациональной перспективе, 1750-1914](/storage/book-covers/61/61f6cae02a8d9f748fc5a4c5e8a267dc75e6abb8.jpg)
Что значат для демократии добровольные общественные объединения? Этот вопрос стал предметом оживленных дискуссий после краха государственного социализма и постепенного отказа от западной модели государства всеобщего благосостояния, – дискуссий, сфокусированных вокруг понятия «гражданское общество». Ответ может дать обращение к прошлому, а именно – к «золотому веку» общественных объединений между Просвещением и Первой мировой войной. Политические теоретики от Алексиса де Токвиля до Макса Вебера, равно как и не столь известные практики от Бостона до Санкт-Петербурга, полагали, что общество без добровольных объединений неминуемо скатится к деспотизму.
![Советский Азербайджан: От оттепели к заморозкам](/storage/book-covers/19/1926f716adf15c9adaede33c4a557014c46ed9bb.jpg)
Представленная на суд читателя книга является результатом научных исследований, ведущихся профессором Джамилем Гасанлы на протяжении долгих лет. Она служит продолжением монографии «Хрущевская “оттепель” и национальный вопрос в Азербайджане, 1954–1959» и охватывает такие вопросы, как формирование политического руководства Азербайджана 1960-х гг., изменения в социально-политической и культурной жизни республики, избавление общества от наследия культа личности Сталина, новые тенденции в литературе и искусстве, процессы, происходившие в творческих союзах, и многое другое.
![Режиссер и актеры. Как снимать хорошее кино, работая вместе](/storage/book-covers/44/44245a7a51f816b17f7710995b53d93cd0f6f034.jpg)
Автор объясняет, как сделать фильм или спектакль действительно удачным, начиная с подбора актеров. Она помогает понять, как работают актеры, а также какими должны быть идеальные отношения режиссера и актера.
![Архитекторы интеллекта. Вся правда об искусственном интеллекте от его создателей](/storage/book-covers/7b/7bb29e5a77123c8042982d29b0a2e5e13ea7a171.jpg)
Искусственный интеллект (ИИ) быстро переходит из области научной фантастики в повседневную жизнь. Современные устройства распознают человеческую речь, способны отвечать на вопросы и выполнять машинный перевод. В самых разных областях, от управления беспилотным автомобилем до диагностирования рака, применяются алгоритмы распознавания объектов на базе ИИ, возможности которых превосходят человеческие. Крупные медиакомпании используют роботизированную журналистику, создающую из собранных данных статьи, подобные авторским.
![Дарвинизм в XXI веке](/storage/book-covers/1f/1fc409592b9b1d14be835dc43641a98ab819852e.jpg)
Книга Бориса Жукова «Дарвинизм в XXI веке» посвящена современному состоянию теории эволюции и месту в ней изначального дарвинизма. Автор подробно описал историю эволюционного учения, разобрал аргументы его противников и контраргументы сторонников, показал слабые и сильные места теории эволюции, ее связь с генетикой, эмбриологией и другими науками. И все это щедро приправил многочисленными примерами из животного и растительного мира, научными экспериментами и описаниями палеонтологических находок.
![Смертельно опасный выбор. Чем борьба с прививками грозит нам всем](/storage/book-covers/30/30a7373124b66215750d1269588cfb78a1cde868.jpg)
Стоит ли делать ребенку прививки и если да, то зачем? Ответы на эти вопросы до сих пор неочевидны для многих родителей. Американский педиатр, специалист по инфекционным заболеваниям и один из создателей вакцины против ротавируса Пол Оффит ставит вопрос более жестко: стоит ли давать родителям право такого выбора?Результатом массовых отказов от прививок стало возвращение эпидемий почти забытых болезней: коклюша, кори, менингита. Стремясь оградить детей от побочных эффектов вакцин, взрослые поддаются массовой истерии, основанной на неподтвержденных данных и эмоциональных реакциях.В своей книге Оффит анализирует несколько антипрививочных кампаний и блестяще опровергает аргументы их активистов, доказывая, что решение не прививать ребенка может оказаться смертельно опасным.
![Соблазняющий разум](/storage/book-covers/db/dbe8aa01f7d4bf6433343c0f3fc4cb03d2978c09.jpg)
Стройно объяснить происхождение разума не удавалось еще никому. В этой концептуальной книге эволюционный психолог Джеффри Миллер выносит на суд общественности свою оригинальную идею – теорию происхождения уникальных умственных способностей человека в ходе полового отбора. Ключевым механизмом отбора автор считает выбор полового партнера, который осуществляли доисторические гоминиды и продолжаем осуществлять мы, современные мужчины и женщины. Сложный язык, мораль, искусство, благотворительность очень затратны для особи и не способствуют ее выживанию.
![Все мы смертны](/storage/book-covers/3b/3b79d7695dadce213f4a1d4588829d689fc67ad9.jpg)
Это книга о старении, смертельной болезни, смерти – то есть о вещах, которых мы так боимся, что стараемся вообще не думать о них, вытеснить на периферию сознания. Автор книги, знаменитый американский хирург Атул Гаванде, уверен, что прятать голову в песок неправильно: смерть – часть жизни, ее естественное завершение, и именно в таком качестве, осознанно и спокойно, и следует ее принимать. Беда в том, что старость и умирание в современной культуре проходят по ведомству медицины, которая считает смерть просто процедурной неудачей, фатальным техническим сбоем.