Кружась, Уокер размахивал руками и подпевал. Он задыхался, слова получались неразборчивыми.
Он кружил, пыхтя: «Кольца, танцуй», — пока не почувствовал, как солнце припекает голову, и продолжал кружить, пока не понял, что это значит: рабочие — и их тени — исчезли. Безо всякой на то причины Уокер вертелся в толпе, которая не обращала на него внимания. Он остановился и уронил руки, испытывая головокружение и облегчение. Но облегчение продлилось недолго: на смену ему пришла паника, когда Уокер осознал, что в руках у него ничего нет.
Пакет валялся неподалеку, в грязи, которую месили хитиновые ноги. Уокер растолкал толпу и схватил пакет, пока его не затоптали окончательно.
Он искал целый час, но так и не нашел свой чемодан.
>* * *
Запыхавшись, Уокер прислонился к внешней стене фабрики Янтарного Камня. Чтобы попасть сюда, он несколько часов пробирался по запруженным толпами улицам, прижимая к груди пакет под плотно застегнутой курткой. Его снова и снова осыпали зелеными кольцами, и он снова и снова кружился, чувствуя себя глупо, но не решаясь выяснить, что случится, если он откажется танцевать. Теперь Уокер был потным, разгоряченным и грязным.
Еще влажная феромоновая надпись поперек «губ» офиса гласила: «ЗАКРЫТО ПО СЛУЧАЮ ФТХШПК».
Уокер прижал ладони к лицу. Всхлипы, густые, как клей, застревали в горле, плечи сотрясались, и он стоял, не позволяя себе издать ни звука. Праздничная толпа текла мимо, словно река ежевичных плетей.
В конце концов Уокер взял себя в руки, высморкался и убрал мокрый носовой платок, попутно ощупав туловище. Его денежный пояс, с двумя маленькими прямоугольничками — паспортом и обратным билетом, — был на месте. Требовалось лишь добраться до транзитного выхода — и он сможет вернуться домой, с пустыми руками, не извлекший никакой выгоды из кошмарно дорогого путешествия. Но у него еще остались бумаги, телефон и считывающее устройство — а также потенциальный покупатель. Этого было достаточно, чтобы преуспеть — если он не сдастся.
— Может, я и упустил твой портфель, дед, но эту сделку я не упущу, — произнес Уокер по-английски.
Проходивший мимо подросток притормозил, услышав странные звуки, потом вновь смешался с толпой.
>* * *
Уокер не поверил бы, что обрадуется хоть чему-то на этой планете, однако испытал ощутимое облегчение, когда вошел в «Дух жизни, вегетарианский ресторан». Праздничные толпы сделали извилистые городские улицы еще более невыносимыми, и Уокер начал сомневаться, сможет ли отыскать ресторан и открыт ли тот в праздник. Он шел в противоположном направлении, когда случайно прочел нужный адрес на феромоновой карте на ближайшем перекрестке.
— Как долго Фтхшпк? — спросил Уокер официанта после еды. Официант был прежний, коричневый с белыми кончиками шипов; он стоял за стойкой, скрестив руки на груди, в позе уравновешенности и невозмутимости.
— Один день, — ответил официант. — Хотя некоторые считают, что каждое сердце должно хранить дух Фтхшпк круглый год.
Уокер подавил дрожь.
— Бизнес открывается завтра?
— В большинстве своем. Некоторые берут дополнительный выходной.
— Строительные материалы? — От тревоги у Уокера заплетался язык.
— Они откроются. — Официант наклонил плечи; эта поза, казалось, означала веселье. — Достопочтенный гость задумывает строительный проект?
— Нет. — Уокер слабо усмехнулся, и официант вздрогнул. — Продаю, не покупаю.
— Гость — крайне загадочное создание. — Плечи официанта вернулись в горизонтальное положение. — Этот презренный хочет помочь, но не знает как.
— Существо ищет деловых покупателей. Официант знает фабрикантов? Складских управляющих? Специалистов по управлению ресурсами предприятия?
— Гость произносит слова на языке тхфшпфтх, но, увы, существо их не понимает.
— Извинения. Очень специализированный бизнес.
Официант мягко наклонился, так, что его лицо оказалось на одном уровне с лицом Уокера. Жабры инопланетянина шевелились, словно водоросли в спокойной речушке.
— Существо не сильно в деловых проблемах. Есть ли у достопочтенного гостя семейные проблемы?
Уокер не смог сразу сформулировать ответ.
— Нет. Яйцеродитель и матка умерли. У существа нет братьев по кладке. Половой партнер… ушел. — На мгновение он забыл, с кем — или с чем — разговаривает. — Существо слишком много времени провело вдали от гнезда. Половой партнер нашел другого партнера.
Он задумчиво умолк.
Официант тоже молчал, оставив Уокера наедине с мыслями. Наконец инопланетянин произнес:
— Полезно делиться такими историями. Непереваренные истории причиняют боль.
— Благодарности.
— Этого презренного зовут Сверкающие Небеса. Если гость желает разделить другие истории, пусть возвращается сюда и попросит позвать его по имени.
>* * *
Когда Уокер вышел из «Духа жизни», солнце уже село. Праздничные толпы поредели, лишь немногие весельчаки по-прежнему танцевали и кружились в желто-зеленом свете уличных фонарей, и Уокер без особых проблем перемещался между отелями. Увы, говорили ему повсюду, этот презренный приносит нижайшие извинения, но для достопочтенного гостя нет комнаты. Наконец, выбившись из сил, Уокер отыскал темный закуток между зданиями. Завернув пакет в куртку, он положил его под голову — в качестве подушки и для со хранности. Сейчас он немного поспит, а утром первым делом встретится с покупателем.