Тайна серебряной вазы - [57]
– Я ее разорвал.
Из монолога Муры Клим Кириллович понял только, что Мура не на шутку встревожена.
– Ах, я надеялась, что вы ее сожжете. Вдруг ее кто-то прочитает? Это опасно. – Мура в отчаянии вплеснула руками.
– Успокойтесь, милая Машенька, никто ее не прочитает, я разорвал ее на мелкие-мелкие кусочки.
Лихорадочное состояние Муры не нравилось Климу Кирилловичу, он уже подумывал, не дать ли ей брому.
– Хорошо, хорошо, я вам верю, – продолжала с беспокойством Мура, – сейчас я все расскажу. Мне нужен ваш совет, ваша помощь. Но обещайте мне, что это останется нашей тайной?
– Обещаю, клянусь именем Гиппократа, – торжественно заверил доктор.
– Клим Кириллович, вы напрасно шутите, все так серьезно, – досадливо поморщилась Мура, недовольно приподнимая черную, словно нарисованную, бровку, – и даже опасно.
– О чем вы говорите? – Клим Кириллович недоумевал, он все еще ничего не понимал.
– Обо всем, решительно обо всем. Я открою тайну вам – об этом не знает никто, ни мама, ни папа, ни сестра. Но вы обещали мне ее сохранить. Не только потому, что меня будут бранить, если узнают, но и потому, что всем нам может грозить чудовищная опасность. Я это поняла сегодня ночью, когда мы вернулись от Менделеевых и я никак не могла заснуть. Тайные знаки, которые накапливаются, поиск простого решения, озарения. Всякая всячина кружилась в моей голове – просто метель какая-то – и вдруг все остановилось, знаете, как в калейдоскопе – кучка разноцветных стеклышек складывается вдруг в четкий прекрасный геометрический рисунок. Я вдруг все увидела, и все поняла. И поняла, что Менделеев прав... Глаза Муры горели.
– Подождите, подождите, я ничего не понимаю. – Клим Кириллович начинал чувствовать, что беспокойство Муры передается ему, но как можно терпеливее сказал: – Давайте по порядку. Какую тайну вы хотите мне открыть? Постарайтесь не уклоняться от существа.
– Милый Клим Кириллович, – Мура вскочила с дивана и села за стол напротив доктора, – я начну с попугая. Мы с сестрой сказали родителям не всю правду. Попугая нам предложил сторож особняка князя Ордынского. Это так. Но взяла попугая я сама – сторож провел меня в особняк и показал, как пройти в кабинет князя. А сам вернулся к коляске, к Брунгильде. И я оказалась в этом странном кабинете одна. Признаюсь, мне было очень страшно. Особенно, когда произошло непонятное превращение с иконой. Вы читали в газете, что из особняка украли икону? Нет?
Она исчезла в ночь именно после моего посещения.
– Но вы не причастны к краже иконы? Вас не могут заподозрить? – испугался Клим Кириллович, – Вы не брали икону? И вышли из особняка только с попугаем в клетке? Правильно?
– Да, да, именно так. Но, Клим Кириллович, слушайте дальше. Я подходила в кабинете к этой иконе – к образу Богоматери с младенцем. Обычная икона, но она показалась мне странной, знаете, безотчетное чувство, мгновенно возникшее ощущение, не знаю почему. – Мура снова вздернула недовольно бровку. – Не улыбайтесь, я просто пытаюсь вам объяснить, почему я до нее дотронулась. Почему мне захотелось погладить рукой серебряный оклад. Лучше бы я этого не делала! – Мура в отчаянии закрыла лицо руками.
– Продолжайте, продолжайте, я внимательно слушаю, – доброжелательный, ровный голос Клима Кирилловича успокаивал.
– Клим Кириллович, поверьте мне. – Мура отняла руки от лица. – Я провела рукой по окладу и вдруг услышала странный звук. Отдернула руку и увидела, что изображение поползло вниз, а за ним стало открываться другое, совсем другое.
– Тайник? – вопросительно-утвердительно предположил доктор.
– Не знаю, я не смотрела, я испугалась и убежала. Но открывшая картина до сих пор стоит у меня перед глазами – образ святого царя Феодора Борисовича на фоне горы с храмом.
– Царя Феодора Борисовича? – переспросил доктор. – Святого царя? Не могу такого припомнить. Вы не путаете?
– Нет, доктор, нет, – уверенно подтвердила Мура, – вокруг нимба шли слова: «Василий Смиренный, Феодор Борисович».
– Но что вас так напугало? – сочувственно спросил Клим Кириллович.
– Не знаю, – понурилась Мура, – я убежала и не возвратила изображение Богоматери на прежнее место, я же не знала тайного механизма...
– Странно, – Клим Кириллович нахмурился, – сторож, которого мы подозреваем в причастности к секретным службам, должен был понять, что это вы открыли тайник. Вас должны искать.
– Клим Кириллович, – голос Муры перешел на шепот, – я ужасно волнуюсь, мне кажется, что за мной везде следят. Я вам не сказала самого главного – там, в особняке, убегая из кабинета, я случайно обронила свою перчатку.
– О Боже! – воскликнул доктор Коровкин, вскочил со стула и стал ходить взад и вперед по гостиной, Мура следила за его перемещениями. Климу Кирилловичу не хотелось еще больше пугать Муру, но и преуменьшать возможную опасность не следовало. – На перчатке были ваши инициалы?
– Нет, ничего не было, но это и неважно. Важнее другое. Вчера я получила эту перчатку, мне ее вернули!
– Как? Кто? – остановился доктор.
– Вы и не заметили, – Мура смотрела на Клима Кирилловича широко раскрытыми глазами, с трудом сдерживая слезы, – и я вам не сказала, потому что была поражена и испугалась. Когда мы садились в экипаж, помните, после выставки, Андрей Григорьевич, архитектор, незаметно сунул мне в руку мою потерянную перчатку.
![Кот госпожи Брюховец](/storage/book-covers/2e/2e8c5edb19ce381a69b8502bd552e35420f409c6.jpg)
Кто бы мог подумать, что в начале XX века юная девушка сможет открыть частное детективное агенство! Однако Муре это удалось Первый заказ – разыскать пропавшего кота редкой породы. Капризная клиентка сама составила для Муры список версий, которые надо проверить: живодеры пустили кота на мех, профессор Павлов изловил бедное животное для своих зверских опытов, масоны сделали его жертвой в своих жутких обрядах... Мура отважно пускается на розыски, порой рискуя жизнью. Но воображение клиентки не смогло даже представить, что случилось на самом деле.
![Крещенский апельсин](/storage/book-covers/b4/b40df3df1574396add2746a76accbe60e64520d3.jpg)
Январь 1908 года. Юный провинциал Самсон Шалопаев приезжает в Санкт-Петербург в надежде разыскать свою прелестную жену, загадочно исчезнувшую после их тайного венчания. Волею судеб юноша попадает в редакцию журнала «Флирт», под крылышко заботливой издательницы, ослепительной Ольги Май. Молодого человека затягивает водоворот столичной жизни: банкеты, театры, блестящие знакомства… Однако в течение нескольких дней на жизнь Самсона несколько раз покушаются. И юному журналисту приходится самостоятельно взяться за расследование, чтобы выяснить, кому он успел перейти дорогу в Петербурге и не связаны ли эти покушения с исчезновением его жены…
![Карта императрицы](/storage/book-covers/37/373a364930b2a383cad55826afc5a39b2c2d6ec5.jpg)
Приключения вечно находят Муру в самых неожиданных местах. Вот и теперь, едва Мура Муромцева успела познакомиться с художником господином Закряжным, как ему прямо на глазах потрясенной девушки следователь Вирхов предъявил обвинение в зверском убийстве. После этого в Петербурге произошел ряд поджогов, причем покушались на здания, где висели картины работы Закряжного. Расследуя эти загадочные преступления, Мура спасает жизнь самой императрицы…
![Тайна черной жемчужины](/storage/book-covers/18/18f2d0e6988b25fabe07de1dce08b25c6978af4f.jpg)
Для того чтобы детектив из примитивного трамвайного чтива превратился в настоящую Литературу, необходимо, как минимум, три вещи: крепкий сюжет с неожиданной развязкой, добротный язык и «живые» персонажи. Все эти составляющие в полной мере имеются в детективах Елены Басмановой – и даже больше: читая ее романы, ты как будто погружаешься в атмосферу того времени, сидишь за одним столом с милыми и галантными героями, участвуешь в расследовании... Одним словом, перед вами – настоящий детектив...На фоне проходившего в сентябре 1902 года в Санкт-Петербурге Международного съезда криминалистов разворачиваются события, в центре которых оказывается неугомонная Мура Муромцева Острый ум прирожденного сыщика позволяет ей приоткрыть завесу над очередной Тайной Века...
![Тайные пороки](/storage/book-covers/cb/cbcd6a28dd489d45c614fe1b42c69dc6fb1e8d2f.jpg)
В столице Российской империи завелся маньяк-убийца, подстерегающий своих жертв в банях. У всех городских бань выстроились полицейские патрули, вот только это ни на шаг не приближает их к разгадке. Редакция популярного журнала «Флирт» завалена фотографиями обнаженных жертв, журналисты остры на язык как никогда: сенсация сама идет в руки. Но журналиста Самсона Шалопаева не радует пришедший к нему успех, созданный на чужом горе. Душевным терзаниям юного журналиста приходит конец, когда он знакомится с очаровательной Мурой Муромцевой — хозяйкой частного детективного бюро.
![Заговор стервятников](/storage/book-covers/65/65e30c8bb47e87b467d49dba85253288e996c62f.jpg)
Зима 1904 года. В Петербурге орудует тайная организация, совершающая небывало дерзкие убийства. Полиция сбилась с ног в поисках преступников. Опасность и запутанность дела только разжигают азарт опытного следователя Вирхова. Все ближе подбирается он к преступникам, неоднократно оказываясь на грани гибели. В официальное расследование невольно вмешивается и Мура, хозяйка частного детективного бюро. Только ее проницательность позволяет разоблачить загадочных преступников…
![Деление на ночь](/storage/book-covers/c3/c3ec658c749c2da92945df637bcbec8e461da39f.jpg)
Однажды Борис Павлович Бeлкин, 42-лeтний прeподаватeль философского факультета, возвращается в Санкт-Пeтeрбург из очередной выматывающей поездки за границу. И сразу после приземления самолета получает странный тeлeфонный звонок. Звонок этот нe только окунет Белкина в чужое прошлое, но сделает его на время детективом, от которого вечно ускользает разгадка. Тонкая, философская и метафоричная проза о врeмeни, памяти, любви и о том, как все это замысловато пeрeплeтаeтся, нe оставляя никаких следов, кроме днeвниковых записей, которые никто нe можeт прочесть.
![Не убий: Сборник рассказов [Собрание рассказов. Том II]](/storage/book-covers/93/93c49dd07c8d59fe12a5943cca48b6dea2ade985.jpg)
Во втором томе собрания рассказов рижской поэтессы, прозаика, журналистки и переводчицы Е. А. Магнусгофской (Кнауф, 1890–1939/42) полностью представлен сборник «Не убий» (1929), все рассказы в котором посвящены «преступлениям страсти». В приложении — этюд «В пустынных залах» из альманаха «Литераторы и художники воинам» (1915). Все вошедшие в собрание произведения Е. А. Магнусгофской переиздаются впервые.
![Смерть на Кикладах. Сборник детективов №1](/storage/book-covers/c3/c322924a527f7bdd2650cbed7a092d5f4b9998a6.jpg)
Алекс Смолев переезжает из Санкт-Петербурга на греческий остров Наксос. Загадочные убийства постояльцев виллы и жителей острова заставляют Смолева принять активное участие в расследовании преступлений. Ему помогают его друзья, работники виллы, инспектор уголовной полиции острова и даже Бюро Интерпола в Греции. И вот снова очередное преступление ставит полицию в тупик… В сборник вошли повести «Убийство на вилле «Афродита», «Пропавший алхимик» и «Пять амфор фалернского».
![Гобелен с пастушкой Катей. Книга 6. Двойной портрет](/storage/book-covers/55/551dd11e0f7936176d844494f26fba5fb9e62a8e.jpg)
В самом начале нового века, а может быть и в конце старого (на самом деле все подряд путались в сроках наступления миллениума), Катя Малышева получила от бывшего компаньона Валентина поручение, точнее он попросил оказать ему платную любезность, а именно познакомиться с заслуженной старой дамой, на которую никто в агентстве «Аргус» не мог угодить. Катя без особой охоты взялась за дело, однако очень скоро оно стало усложняться. Водоворот событий увлек Катю за собой, а Валентину пришлось её искать в печальных сомнениях жива она или уже нет…
![Самый обычный день](/storage/book-covers/07/07e9bd28311a190947de9a1a24147910fe3ccd7f.jpg)
На юге Италии пропал девятилетний мальчик – вошел в школу и уже не вышел, словно испарился. Его мать в ужасе, учителя и родители обеспокоены – как такое могло произойти в крошечном городке, где все знают друг друга? Лола, известная журналистка криминальной программы, спешит на место происшествия и начинает собственное расследование. Она делает все возможное, чтобы пустить по ложному следу своих коллег, и уже готова дать в эфир скандальный репортаж и назвать имя убийцы… но тут выясняется, что местным жителям тоже есть что скрывать, а действительность страшней и запутанней любой гипотезы.
![Рекрут](/storage/book-covers/6a/6acabc1bedfa541dee23e02653e0af910e3e2677.jpg)
Когда судьба бросает в омут опасности, когда смерть заглядывает в глаза, когда приходится уповать только на бога… Позови! И он придет — надежный и верный друг, способный подставить плечо и отвести беду.
![Однолюб](/storage/book-covers/10/10a485b841bdc79b940364403b9e345b8aedbec1.jpg)
Продолжение романа «Три судьбы». Однолюб – это рок и беда, и судьба. Это жизнь на одном берегу, когда все на другом – миражи; когда более сладостен даже короткий миг умирания, но – с ней, любимой, чем долгая жизнь с другой. Да и откуда ей взяться, другой? Однолюб – это мир, где ей никогда не найдется места…
![Танец втроем](/storage/book-covers/48/4868d103b4ccbe40c5df084bd87ce5d1efcf8c52.jpg)
Два блестящих произведения как два ответа на острый вопрос: стоит ли бороться за свою любовь, или лучше пересидеть «бурю» в безопасной бухте. Полюбившиеся повести «Маленький ад для двоих» и «Фиса» на этот раз выходят под новыми названиями.
![Жена по заказу](/storage/book-covers/32/32b37fea8b65a33b4999f8fa4c76b72d2730ae04.jpg)
Прозябающей в нищете писательнице Евгении Горчаковой наконец улыбнулась удача – ей предложили работу гувернантки в семье богатого книгоиздателя. Она не только присматривает за бесенком «поколения „пепси“», но и становится полноправным членом семьи. И поэтому, когда жену издателя убивают, Евгения берет бразды расследования в свои руки. Чисто женская интуиция и писательский нюх подсказывают ей, что корни преступления таятся в загадочном прошлом…
![Полет ворона](/storage/book-covers/2e/2ee663a615c48ba8c32a41d5b7d350868f768cc7.jpg)
«Полет ворона», вторая книга трилогии, — это, главным образом, история трех замужеств. Поскольку платить нужно даже за правильный выбор, а выбор каждой из героинь по-своему ошибочен, то и расплата оказалась серьезной. Пережитое очень изменило наших Татьян. В то, что они обе откровенно и не щадя себя поведали мне о не самых лучших временах своей жизни и не возражали против публикации этих глав, явно свидетельствует в их пользу. Во всяком случае, автор в этом убежден.