Свитки Магдалины - [11]
– Разумеется. Послушай, если у тебя заурчит в животе, звони мне, и я прибегу, захватив с собой кастрюлю.
Повесив трубку, Бен продолжал стоять у телефона и не чувствовал, что Поппея устроилась у него в ногах. Кошка то мурлыкала, то мяукала, терлась лоснящейся шерстью о его ноги, уютно напоминая о своем присутствии. Но Бен ничего не чувствовал. Он думал о свитке, найденном в Магдале. За всю свою карьеру он не встречал ничего подобного. А если он получит от Уезерби новые свитки и если Давид сообщит в них нечто интересное, тогда Бен Мессер станет участником одного из самых великих исторических открытий.
Бен уже не владел собой. Ожидание стало невыносимым. Любопытство взяло верх над ним. К черту обязательства перед Джо Рендоллом и эту александрийскую рукопись. Давид бен Иона сказал еще не все, и Бену захотелось выяснить, о чем он пишет в свитке.
Да снизойдет на тебя благословение, мой сын, и, прочитав мои слова, ты, вспомнишь, что ты еврей, сын Завета и член избранного Богом народа. Поскольку я еврей и мой отец еврей, ты тоже еврей. Никогда не забывай об этом, мой сын.
А теперь настала пора рассказать тебе то, что отец должен рассказать сыну: о моем позорном и ужасном поступке – ибо это моя последняя исповедь.
Бен наклонился ближе к фотографии и направил свет настольной лампы на новое место. Сейчас он уже дошел почти до нижней части папируса, но читать текст было все труднее.
Сейчас Иерусалима не стало. Мы рассеяны по Иудее и Галилее, многие из нас бежали в пустыню. Я вернулся в Магдалу, место своего рождения, так что оно станет также и местом моей смерти. Если ты когда-либо попытаешься найти меня, то будешь искать здесь. А пока будешь искать, надеюсь, ты найдешь эти свитки.
Бен захлопал глазами, не веря тому, что прочитал. Эти слова ошарашили его, он застыл на месте. Он протер глаза, наклонился еще ближе к свитку и прочел эти слова внимательнее. «Сейчас Иерусалима не стало». Так здорово, что трудно поверить! Эти четыре слова «сейчас Иерусалима не стало» могли означать лишь одно: они написаны либо в 70 году, либо сразу после него!
– Великий Боже! – громко воскликнул Бен. – Я не могу этому поверить!
Он резко встал и опрокинул стул. Под его взором на расстоянии протянутой руки при свете лампы сверкали яркие слова, слова Давида бен Ионы, написанные 1900 лет назад. Они громко обращались к нему из глубины веков.
– Боже милостивый… – снова прошептал Бен. Затем он поднял стул, сел на его край и коснулся пальцами фотографии.
Бен долго сидел молча и смотрел на свиток, он хотел привести в порядок мысли и успокоить сильно бившееся сердце. Но из этого ничего не вышло. На подобное чудо он просто не надеялся и даже не мечтал о нем. Давид бен Иона только что поставил дату для потомства под своими словами. Казалось, он жирными красными цифрами отметил год.
От волнения у Бена закружилась голова. Надо немедленно сообщить об этом Уезерби. Это настоящая фантастика, в это трудно поверить. Весь ученый мир обратит внимание на это обстоятельство и, стоя, начнет рукоплескать Джону Уезерби, хвалить Бена Мессера. Бен начнет писать книги, читать лекции и давать интервью…
Бен начал успокаиваться. Потрясение стало проходить, страсти Бена подчинялись интеллектуальной выучке. Сначала надо проверить то, что он перевел. Затем обязательно следует отправить телеграмму Уезерби. После этого придется проверить первые две фотокопии и убедиться в том, что перевод совершенно адекватен.
В порыве волнения Бен взял на руки Поппею, поднес ее близко к лицу и пробормотал:
– Не понимаю, как ты можешь вести себя так спокойно. Если только тебе, конечно, не безразлично то, что Давид бен Иона сообщил нам, о чем он писал лет сорок спустя после смерти Иисуса. А это может означать лишь то, – его взгляд снова остановился на свитках, – что Давид жил в Иерусалиме в то же время, что Иисус.
Когда Бен перестал говорить и услышал эхо своих последних слов, ему в голову пришла другая мысль, побудившая его отпустить Поппею и уставиться на свиток. Эта новая мысль появилась столь неожиданно, что он вздрогнул. Ибо эта мысль была не из приятных.
Бен с трудом оторвал глаза от папируса и уставился и темноту, в которую погрузилась комната. Нет, новая мысль ему совсем не понравилась.
Эта неожиданная мысль о том, что проклятие Давида… проклятие Моисея… может быть как-то связано с тем, другим галилеянином. К тому же Давид должен был исповедаться в своем преступлении…
Бенджамен вздрогнул, когда холодное дуновение дурного предчувствия ворвалось в комнату.
3
После ужина Энджи убрала посуду и привела в порядок стол на кухне, а Бен в гостиной играл в «стулья с музыкой».
Сначала он уселся в мягкое кресло и начал барабанить пальцами по подлокотнику, затем встал и сел на оттоманке на корточки. Минуту спустя он сел в конце дивана, но тут же встал и пересел на другой конец. После короткого отдыха он начал разгуливать по комнате, затем сел на табурет для пианино, а когда из кухни снова вошла Энджи, он уже занял первоначальное место в мягком кресле.
– Думаю, нам сегодня вечером не следует идти на представление, – сказала она.
![Улица Райских дев](/storage/book-covers/5f/5fa608986d1801230d52a906dd1bb42504c1f123.jpg)
Извечно стремление женщины к тихому светлому счастью, когда в доме звенят детские голоса и хрупкие женские плечи не поникают под тяжестью мужских невзгод.Отнюдь не райская жизнь выпала на долю двух сестер – египтянок. Жестокая судьба, казалось бы, не оставила им никаких шансов обрести покой и любовь.
![Колыбельная для двоих](/storage/book-covers/58/58f72b341a150674235b61e8c8d38e78c5828590.jpg)
В спокойную жизнь супругов Мак-Фарленд врывается неожиданное известие: их семнадцатилетняя дочь Мария Анна ждет ребенка! Мария утверждает, что невинна, и это подтверждает их семейный доктор. Долгие девять месяцев проходят тревожно и становятся настоящим испытанием для семьи. Но рождение прелестной девочки примиряет всех. Действительно, так ли важно, кто отец ребенка — святой Себастьян или одноклассник Марии Майк Холленд?..
![Пророчица](/storage/book-covers/5c/5cc9fda4016c08af75a3b238c801dd1b94ba6264.jpg)
Найденный археологом Кэтрин Александер древний папирус приближает ее к сенсационному открытию: кем была таинственная пророчица, знавшая секрет вечной жизни?Об этой находке узнают вездесущие агенты компьютерного магната и страстного коллекционера Майлза Хэйверза, который во что бы то ни стало хочет заполучить реликвию. Кэтрин с помощью своих друзей вступает в жестокую схватку с богатым и беспринципным Хэйверзом, и теперь уже жизнь самой Кэтрин находится под угрозой…
![Мираж черной пустыни](/storage/book-covers/10/105ffd0b1e4543af3b9971f159605aad7d5a4f4f.jpg)
Англичане брат и сестра Тривертоны, отправляясь в Африку, вряд ли догадывались, что им предстоит путешествие длиною в жизнь. Начало двадцатого века — время активного освоения африканских колоний и столь же активного сопротивления этому местного населения. Но кто знает, где твое место под солнцем? Грейс Тривертон, несмотря на все трудности и препятствия, открывает клинику, помогая больным африканцам. Любовь и смерть, страх и преодоление проходят через годы и десятилетия, становясь судьбой…
![Благословенный Камень](/storage/book-covers/bf/bf9d0895d9bc7b131243ce81841917361ea7363f.jpg)
Этот загадочный камень, дарованный человечеству, передавался из поколения в поколение, наполняя жизнь своих хозяев невероятными, порой просто фантастическими событиями… Он вселял веру в людей, спасал от гибели, даровал любовь, обогащал, исцелял от болезней. Благословенный Камень — так стали называть люди этот осколок метеорита, наделенный магической силой, следуя за которым вы перенесетесь в первобытную Африку, в Древний Рим, средневековую Англию…
![Время Мечтаний](/storage/book-covers/fd/fd2e208790f9b1c4fd874a0c5dc9f2f791a8d1c6.jpg)
Темная вуаль прошлого иногда скрывает множество тайн, разгадывать которые зачастую не только невероятно сложно, но и опасно. Юная и бесстрашная Джоанна Друри в 1871 году отправляется в Австралию, чтобы выяснить причину родового проклятия, из-за которого умерла ее мать. Проходят годы, Джоанна выходит замуж и счастлива, однако после рождения дочери ее начинают преследовать те же ужасные сны, что и ее мать. Пытаясь избавиться от кошмара и уберечь подрастающую дочь, Джоанна погружается в культуру аборигенов Австралии и идет по следу своих предков, восстанавливая события, которые произошли в далекое Время Мечтаний…
![Тайная жена Казановы](/storage/book-covers/c6/c672353872e915dc0d9dec3250a6397663c54d0b.jpg)
Венеция, XVIII век. Жизнь Катерины Капретте спокойна и размеренна. А двадцать лет назад она бурлила любовными авантюрами и сладострастными приключениями — ведь когда девушке было четырнадцать, в нее влюбился сам Казанова, знаменитый соблазнитель. Для того чтобы удержать его рядом с собой и обязать жениться, Катерина решилась на отчаянный шаг… За это родители отправили ее в монастырь. Спустя годы давняя соперница Катерины Марина начинает грязный шантаж, всеми силами стараясь раскрыть шокирующие и головокружительные тайны жены Казановы…
![Жемчужина Корсики](/storage/book-covers/14/147a041ac1f4d504131c4d29ad9813fd41f6ee67.jpg)
В V веке племя вандалов разоряет один из процветающих городов Римской империи – Карфаген. Десятилетняя девочка Юлия захвачена в плен и продана в рабство Евтолмию – богатому торговцу из Сирии. Нелегко приходится подрастающей красавице среди чуждых по вере людей, завистливых и сластолюбивых взглядов, каждодневного изнуряющего труда. Но вот, наконец, казалось, молодую девушку постигает удача – в Юлию влюбляется её хозяин Евтолмий. И тут господин и рабыня отправляются в морское путешествие…
![Последний пророк](/storage/book-covers/9b/9b2a8842e3b7c45cf9699fe5d716c0908b1aef4f.jpg)
Фарадей Хайтауэр, успешный практикующий врач, потеряв жену, которая умерла во время тяжелых родов на корабле в Атлантике, теряет веру в Бога и, оставив свое ремесло, отправляется путешествовать по свету в поисках утраченного. Не найдя ответов на мучившие его вопросы и не обретя душевного покоя и смирения, он решает проститься с жизнью. Но неожиданный ночной визит старой цыганки мешает свершиться задуманному. Цыганка уверяет Фарадея, что она послана к нему его умершей женой, и велит собираться в новое путешествие…
![Урок удовольствия](/storage/book-covers/77/77f8af8a8ef4d85ec9ab8ca02cf01500d1c66159.jpg)
С момента, как Король призвал мужа леди Элеонор в крестовый поход, она молилась о его благополучном возвращении. Находясь на Святых землях, сэр Гевин посылал домой необыкновенные богатства: гобелены, специи, масла. Но среди роскошных тканей лежала книга с изображением любовников, сплетённых в экзотической позе, о которой леди и не мыслила. Элеонор провела много одиноких ночей, мечтая, чтобы Гевин подарил ей наслаждение таким же образом. Но Гевин вернулся чужим и отстранённым, и Элеонор начинает опасаться, что потеряла единственного мужчину, которого когда-либо любила.
![Анна. Тайна Дома Романовых](/storage/book-covers/cf/cf223759af6c44bb3d8a92413a01eeac16e5c8f5.jpg)
Так начинались едва ли не все самые драматические, самые безум-ные истории о любви. Российский самодержец Павел I на балу обратил внимание на дочь московского сенатора Анну Лопухину… И весь мир для него вдруг мгновенно преобразился. Куда делись императорская невозмутимость, сдержанность и самообладание? Непозволительные чувства хлынули, как цунами, смыв в туманную даль бесконечные заботы и тревоги о судьбе России. Вмиг охладел некогда пылкий интерес к фаворитке Нелидовой. В сердце государя теперь была только она, юное, божественное создание, и она оставалась там до жуткой кончины Павла I. По сей день с полотен художников, писавших портреты Лопухиной, смотрит на нас очаровательная молодая женщина с большими темными глазами, которые как бы говорят: «Я была рождена для тихой семейной жизни, но, увы, вышло совсем по-другому…».
![Последняя ошибка императора](/storage/book-covers/f4/f47be51019cd99e25fe1488886b81f218ccf08b2.jpg)
Может ли любовь погубить империю? Какой беспристрастный свидетель поможет точнее понять минувшую эпоху, лучше, чем свидетельства современников и исторические документы? Российские императоры, их жены, фавориты и фаворитки – загадочные истории и необычные повороты сюжета. Борьба за власть и придворные интриги. О женской любви, которую не смогла сломить даже пытка, и как оценил ее первый русский император Петр I. Правители и самозванцы, гении и безумцы, аристократы духа и проходимцы.