Судьба амазонки - [7]
– Нет, нет, нет, – мать затрясла головой. – Как ты могла так подумать! Возьми золото и камни в дорогу, но твоё настоящее богатство – ум, сила и отвага. Надейся на них. Я буду молить богов, чтобы даровали тебе удачи. Найди тихий приют в дальних землях, только не теряйся – давай о себе знать. И когда отец успокоится, вернёшься. Если ты останешься, то в замужестве иссохнешь от тоски и нелюбви. Умрёшь, не начав жить. Боги и отец создали тебя такой, и никто не должен тебе мешать идти своей дорогой. Я благословляю тебя сейчас, а барон потом поймёт и простит.
– Но у меня нет сил ехать, даже встать…
– Надо. Осталось мало времени. Я дам тебе один отвар, ненадолго он поддержит тебя. А пока велю приготовить твоих любимых лошадей.
– Хорошо, но я сначала доберусь до Хельги, тогда мне будет не так одиноко.
– Да, да. Я хотела о ней сказать. Нет более преданной тебе души в наших владениях.
Снадобье, приготовленное заботливыми руками матери, начало медленно, но действовать. Архелия неуверенно встала и вышла в пустеющий к вечеру двор. Нетвёрдой поступью приблизилась она к родному дому. Силы постепенно возвращались, и надежда слабым огоньком согревала сердце. Девушка оглянулась вокруг, и такое привычное для неё место предстало в неожиданно новом свете. Кажется, она никогда не любила его так сильно, как сейчас. Архи боялась, что не увидит его уже никогда, и мысленно прощалась с каждой мелочью. Стать изгнанницей в такие тёмные времена часто означало смерть, но и в прошлом, и в будущем плата за свободу очень высока. Многократно видевшая кончину друзей и врагов дочь барона понимала её неизбежность, как никто другой. Она была готова рано или поздно явиться на суд богов, но хотела предстать перед ними с не испорченной предательством душой. Внутреннее благородство равно не позволяло ей предать ни другого, ни саму себя.
Прислуга, закончив приготовления к предстоящему торжеству, расходилась. Люди торопились засветло проделать недолгий путь до своих бедных хижин. Изредка попадались припозднившиеся строители. В большинстве своём это были бродяги, пытавшиеся заработать на кусок хлеба. Они торопливо и нехотя кланялись и также спешили к своим наскоро сколоченным грязным баракам. Барон давно затеял нешуточное строительство, желая укрепить городские стены и дом. Процесс затянулся, потому что в ходе работ хозяин то и дело вносил коррективы. Теперь уже никто не мог с уверенностью сказать, какое сооружение получится в результате. Поскольку перечить отцу Архи было небезопасно, приходилось неоднократно разбирать и перестраивать либо почти завершённые башни у ворот, либо высокие стены. Однако самих строителей нисколько не расстраивала затянувшаяся стройка. Они были рады подольше иметь и крышу над головой, и еду.
В надвигающихся сумерках начал накрапывать мелкий дождь. Невесёлые мысли приобретали всё более мрачные оттенки, и Архелия вошла под кров родного дома. Поёживаясь от пробирающего до костей озноба, девушка неслышным шагом подкралась к двери, за которой храпел на своём ложе отец, и заглянула. Растянувшись во весь рост, крепко спал дорогой её сердцу человек. О, если бы он только знал, что задумали его драгоценные дочь и жена! Бдительный хозяин, без сомнения, не лёг бы в эту ночь. Барон, прямолинейный по натуре, не мог предположить такого вероломства от близких людей и улыбался во сне безмятежно, как младенец. Архи долго смотрела на спящего, стараясь запечатлеть его образ и мысленно извиняясь за свой поступок.
Затем беглянка повернулась, чтобы уйти. Её остановил перебор струн незнакомого музыкального инструмента. Звуки исходили от приоткрытой двери, ведущей в большой зал, где были приготовлены огромные столы для приближающегося праздника. Архелия встала у приотворённой двери и увидела в отблесках огня старого бродячего певца. Музыкант был, видимо, приглашён в дополнение к местным шутам и плясунам для развлечения гостей. Но играл и напевал он невесёлую балладу. Девушка встала, облокотившись на косяк, и заслушалась. Мелодия была нежная и тихая, и слова почти не доносились до Архи. В конце песни музыка и ритм поменялись, и она расслышала завершение героической песни:
Певец умолк и поднял глаза. В проёме двери он заметил силуэт молодой стройной девушки. В её больших печальных глазах искрами блестели слёзы. Архи, заметив, что на неё смотрят, смутилась и отступила в темноту коридора. Видение исчезло без следа, и проницательные глаза барда, обрамлённые лучами морщинок, погрустнели.
А Архелия уже уверенно шагала прочь, полная решимости вкусить новой неизведанной жизни. Страх отступил, и она была готова рискнуть. В её взгляде заревом разгорался хищный огонёк, а на губах заиграла улыбка, полная юного задора и азарта борьбы.
3. Сёстры по духу
На опушке леса стояли две великолепные лошади, к сёдлам которых были приторочены походные вещи, щит, лук со стрелами и нехитрый провиант на первое время. Баронесса стояла, держа в руках небольшой, украшенный превосходной вышивкой мешочек.
– Вот, возьми, – мать волновалась, и руки её заметно дрожали. – Здесь немного золота, серебра и каменья – пригодится в дороге. А в твоих вещах ты найдёшь травы, чтобы никакая лихорадка к тебе не приставала. Хельга подскажет, как ими пользоваться, она немного разбирается. Лошади две – мало ли…
![Альянсы](/storage/book-covers/8b/8bd57506adf1042491176b725663b44b0f97c257.jpg)
Пока эльфийские изгнанники борются за выживание в далеком королевстве Кхур, остающиеся в Квалинести эльфы сталкиваются с гонениями, порабощением и истреблением. Среди огромных страданий и безграничного зла появляется предводитель восстания — в маске, безымянный, обладающий странной властью — полный решимости очистить эту землю от захватчиков. В это время Кериансерай, Львица, кагонестийский генерал и жена Беседующего Гилтаса, волшебным образом переносится от неминуемой смерти в Кхуре в не менее отчаянное положение на свою бывшую родину.
![Последний Полет](/storage/book-covers/78/78feb28de2fa30b6dc3a7736fd268dc5f274c6e9.jpg)
Серые Стражи снова стали героями Тедаса: Архидемон повержен, а оставшиеся порождения тьмы загнаны обратно под землю. Мор окончен. По крайней мере, так кажется. Валья, молодая эльфийка-маг, недавно принятая в ряды Серых Стражей, получила задание изучить исторические записи прежних Моров, чтобы лучше понять новый - и тревожный - феномен, связанный с порождениями тьмы. В ходе её исследования Четвёртого Мора обнаружилось зашифрованное упоминание, нацарапанное на полях древней карты, а также спрятанный дневник Иссеньи - из последних легендарных наездников на грифонах.
![Лес тысячи фонариков](/storage/book-covers/9a/9ad7463b90f7209eb072554f232ed2b55becff45.jpg)
Сифэн молода и прекрасна. Однако она всего лишь бедная крестьянская девушка, а может стать властительницей мира – если прибегнет к темной магии и принесет в жертву свою любовь. Но стоит ли трон такой расплаты?
![Терновый Оплот](/storage/book-covers/c7/c7bae5777d725519cac0ea3253994cb3ac167a7e.jpg)
В тенях Глубоководья таится новая угроза Жентарима. Хелбен Арансан посылает Бронвин встретиться с её давно потерянным отцом и восстановить утраченное, опасное наследие семьи. Но она узнает секрет, который способен погубить не только саму Бронвин, но и самих Арфистов.
![Хэви метал страны огня](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В манге джинчурики восьмихвостого постоянно читает репчик. В противовес ему — Наруто — рокер. И гитара имеется — "Nevan" из DevilMayCry. Гитару он добыл во время странствий с Джирайей, а дальше — история свернула на другую колею… конечно же, не без помощи старой доброй Неви и молодой и нервной Хинаты.
![Я – Игрок](/storage/book-covers/17/17947b2927ec6865744e125b1464675df9056f4d.jpg)
Когда-то в мире существовала магия, а правили им всемогущие боги. Но однажды они покинули этот мир. Спустя столетия его унаследовали люди. Магия стала для них Игрой, награда за победу в которой была их собственная жизнь. Отныне по ночам на охоту выходят кровожадные твари, а единственные защитники простого люда – Игроки с колдовскими картами в руках, могут принести больше вреда, чем пользы. И в эту эпоху люди всё чаще обращаются к древним легендам. Одна из них гласит, что однажды родится Великий Игрок, способный раз и навсегда изменить мир.Меня зовут Саймон Трант, и это моя история.