Скелет в шкафу - [10]
– Да это были больше демонстративные, вынуждающие сделать шаг. Он и сделал. Хотя у нас есть предположения, что это был для него только повод.
– В смысле?
Бондаренко сказал, понизив голос:
– Он сам хочет обнародовать.
Я сказал медленно:
– Давайте попробую догадаться. Он потребовал, чтобы разобрались с этим… вопросом. А вы, не придя к единому решению, решили… попытаться привлечь меня, человека со стороны?
Мещерский развел руками.
– Ситуация уникальная. Раньше таких не возникало… да и не могло возникнуть. Но теперь мы видим, с нашими методами, пусть и получаем самую совершенную технику для расследований, все же иногда не успеваем своевременно реагировать на новые вызовы. Вы – доктор наук, блестящий ученый… такую характеристику вам дают в Центре биотехнологий, и только благодаря тому, что вы мыслите несколько иначе, чем наши сыщики, вы сумели отыскать те двадцать украденных миллионов.
Я усмехнулся.
– Потому что их украл кандидат наук, а не мелкий воришка с улицы.
– Вот-вот, – сказал он, пропуская мимо ушей намек, что им под силу ловить только мелких воришек, – нужен новый подход, новый взгляд, новая концепция.
Я поинтересовался:
– А можно узнать, что же за такие тайны этот престарелый член партийной элиты хранит и лелеет?
Они снова переглянулись, Мещерский сказал мягко:
– Это, как вы понимаете, тайна. Но раз уж вы взялись за эту проблему… а вы точно взялись?.. то вам все будет открыто… как бы поневоле. Потому сядьте поудобнее, нам сейчас принесут кофе и булочки, я расскажу все подробно.
Наш разговор, как понимаю, мониторится, и вообще все пишется по крайней мере с трех камер, ага, вижу, что-то горблюсь, надо плечи чуть раздвинуть, и лицо у меня несколько испуганное, с чего бы…
Дверь приоткрылась, пропуская в кабинет женщину с подносом в руках, три большие чашки, молодцы, не люблю это выпендривание псевдоэстетов, что пьют из наперстков, а еще там широкое блюдо с булочками и печеньем.
Она быстро расставила перед нами чашки, я уловил от нее аромат духов «Эстерелла», руки сильные, чувствую железную хватку даже по тому, как взяла и красиво опустила на середину стола блюдо с булочками и сладостями.
Судя по ее точному взгляду, за мгновение осмотрела меня и дала оценку, которую, увы, не вижу в ее мозгу, но это нетрудно высчитать почти со стопроцентной достоверностью по ее вроде бы неподвижно приветливому лицу, жестам, движениям, едва заметному сдвигу лицевых мускулов.
– Спасибо, – сказал Мещерский.
Бондаренко кивнул, я тоже промолчал, только проводил ее взглядом. Девушка примерно в звании лейтенанта, кофе и булочки внесла в самом деле без явного заказа, точно следят за каждым нашим словом и движением. Здесь такое место, что шпионят друг за другом и считают это нормой, в таких местах все помешаны на сохранении государственных тайн.
Я мерно отхлебывал кофе, в самом деле хорош, толк знают, во всех кофейнях мира побывали, восточные сласти тоже вполне, надо и у нас в лаборатории такие же, а то бесконечные бутерброды уже чересчур, будто у нас в самом деле фантазия заканчивается на митохондриях.
– Итак? – сказал я.
Бондаренко задержал чашку у рта, взглянул на меня в упор через фарфоровый край.
– Мы вам рассказываем все очень подробно, – произнес он замедленно и тяжеловесно, – потому что вы… человек науки. Не руководствуетесь лозунгами, энтузиазмом и прочими не имеющими к делу вещами. Я просто уверен, что примете нашу точку зрения.
Мещерский уточнил с самым хмурым видом:
– Только учтите, нет такой вещи, как наша точка зрения. Мы и сейчас оцениваем… каждый по-своему. Но так как мы тоже ученые… ну, не в общепринятом смысле, еще как ученые, то все еще не поубивали друг друга.
– Я думал, – проронил я, – у вас дисциплина.
– Она есть, – ответил Мещерский, – и она строгая. Но это после принятия решения. А его еще не приняли. Надеюсь, примем после вашего доклада.
– Сейчас тот случай, – вставил Бондаренко, – когда политики готовы прислушаться к мнению ученых.
– Редкостный случай, – пробормотал я.
– Разве, – ответил он, – не во всех странах так?..
– Польщен, – пробормотал я с некоторой тревогой. – Надо было запрашивать больше… Ладно, я готов слушать.
Мещерский сказал деловым тоном:
– Итак, вы получили допуск, подписали о неразглашении и прошли все прочие формальности. Да-да, сейчас нас мониторят и докладывают о ваших реакциях. Рад, что вы приняли окончательное и бесповоротное решение, теперь могу посвятить вас в наши сложности.
– Да-да, я уже скрестил пальцы.
Он сказал, морщась:
– Стельмах Валентин Афанасьевич, так зовут нашего последнего из ЦК КПСС, утверждает, что СССР развалили не США. Что США как раз больше всех были заинтересованы в сохранении советской власти, так как под властью коммунистов Россия постепенно слабела, а США наращивали преимущество.
Я спросил, чуточку прибалдев:
– А кто же развалил…
– КГБ, – ответил он с огромной неохотой. – Стельмах утверждает, что это была тщательно спланированная и продуманная во всех деталях операция, которую КГБ осуществил просто ювелирно.
Я пробормотал:
– Но это же бред!.. И пусть утверждает… Ему сколько лет? Девяносто? Так у него уже старческая деменция!
![Трое из леса](/storage/book-covers/0d/0db68c680fc1cddca2e059be3f8430a6f06c7844.jpg)
Трое отважных решили во что бы то ни стало дойти до края земли, не страшась смертельных опасностей, уготованных им на каждом шагу. Пусть трепещут их враги, коварные колдуны и злобная нечисть, готовясь к встрече с Троими из Леса! Скажете, знакомый сюжет?Нет и еще раз НЕТ! Ведь `Трое из Леса` — это культовая книга в российской фантастике, своего рода визитная карточка Юрия Никитина, одного из самых популярных и самобытных писателей.
![Передышка в Барбусе](/storage/book-covers/d5/d5c97f859989444735a6b87a7498d86238c24321.jpg)
Мрак — оборотень и победитель богов — по случайности и незнанию стирает в Книге Бытия запись о своей кончине. Теперь его мечта — отсидеться в укромном уголке и придумать, как жить дальше. Поэтому он с радостью принимает предложение поменяться ролями с правителем маленькой сонной Барбуссии, надеясь провести две беззаботные недели во дворце. Однако судьба начинает свои пляски уже на его пороге. Покушения, тяжбы придворных, пустая казна, пограничные конфликты — вот от чего, оказывается, сбежал барбусийский тцар и вот что, как тяжело груженная телега, наезжает на хрупкую мечту Мрака.
![Мрак](/storage/book-covers/bd/bd19de37e60f3818070473748eb454ae3ff3bd57.jpg)
Мрак, могучий варвар из дикого Леса, не знает равных в бюро, а кроме того, он умеет оборачиваться волком, как и легендарные невры, о которых писал Геродот. А еще он, как никто другой, умеет быть преданным и хранить любовь, ради которой он даже не страшится отправиться в подземное царство на верную погибель.
![Трое в Долине](/storage/book-covers/33/33b9da6da74bd5b1b6a2aa04c2fffbd8a4c69898.jpg)
Они вышли из дремучего Леса, но слава о них уже гремит по всей Земле. Мрак, Олег и Таргитай спасли мир, а теперь по праву сильных претендуют на власть над ним. И у них есть шанс получить желаемое — ведь сам Создатель, бессмертный Род, собирает все свои творения в Долине Битвы Волхвов, чтобы выбрать того, кто будет править миром, и вручить ему Перо Власти...
![Гиперборей](/storage/book-covers/d7/d7fd60ef6d890e301e91e55aea0868a94cd2ae44.jpg)
Волхв Олег в отшельничестве постигает в лесу Истину. Но жестокий набег дикого племени заставляет Олега взять в руки оружие и вернуться в мир зла и насилия. Он должен привести на княжение отважного Рюрика, и в этом ему поможет странная, загадочная женщина Гульча.
![Святой Грааль](/storage/book-covers/5d/5dd017027c69392966294081b80343feefbf385b.jpg)
Крестоносец, герой взятия Иерусалима, сэр Томас Мальтон Гислендский возвращается домой в Британию. По пути ему встречается странник, калика Олег, добредший в сарацинскую пустыню из далекой Руси, и в схватке с разбойниками спасает рыцарю жизнь. Неведомые люди начинают охоту за двумя странниками. Их интересует содержимое мешка рыцаря. Но сэр Томас — храбрый воин, да и Олег не всегда был каликой перехожим...
![Школа мечтателей](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![На орбите](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Обвенчанный с пространством и временем](/storage/book-covers/72/72bad104223d7315c05a6b68125af66afa746f20.jpg)
Однажды бесследно исчез мистер Маннинг. Его интересами были пространство и время. Перед исчезновением у него было чувство, будто он находится под прессом, который готов выдавить его из мира и растворить в пространстве и времени.
![Ночь, когда он заплакал](/storage/book-covers/44/448ac26b0ced95d702486637b5682a5870fb550f.jpg)
В Галактическом Центре, где-то за пределами Земли, всерьез взялись за изучение человека. Вернее за его отношение к такому чувству, как любовь….
![Злой рок](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Рождение Контролера](/storage/book-covers/b3/b34225c320472d265511050ec16b2d6bd81b4287.jpg)
Кому много дано, с того много и спросится. Еще Пифагор говорил, что стыдно стареть, не узнав, на что способны твои ум и тело. Владимиру Лавронову дано было немногое, а чего недоставало, он взял сам, без спросу. Он и не подозревал, что пользоваться сверхчеловеческой мощью все равно что идти по тонкому канату над пропастью…
![На пороге](/storage/book-covers/7b/7bcbbe0103cf49b08d5abe94c487f842cc633d26.jpg)
Владимир Лавронов, доктор наук, со скальпелем в одной руке и пистолетом в другой, действует в мире завтрашних идей, хай-тека, биотехнологий, в стремительном ритме современной жизни с ее идеалами, близостью бессмертия, сингулярности, сетевыми и религиозными войнами, локальными конфликтами и мятежами… и постоянно сталкивается с новыми вызовами глобальных рисков, какие просто не могли существовать раньше.Обреченный на смерть неизлечимой нейродистрофией, он решается на рискованнейшую операцию. Но никто, кроме нас, читателей, не ожидал, что результат получится неожиданным.