Шакарим - [31]

Шрифт
Интервал

Но самой мучительной заботой стали постоянные размышления о необходимости определить творческий путь. Понятно, что цель любого осмысленного плана жизни — оправдание человеческого существования. Шакарим пока еще смутно, но неустанно размышлял о познании истины, достижении совершенства и поисках идеала. Этим общим парадигмам его философии пока не хватало конкретного наполнения в виде поступков и творений. В тот 1883 год два направления полностью завладели его умом: предания старины и каноны мусульманства. Исторические сведения давно просились на бумагу — с тех пор, как он начал собирать родословные казахских семей и родов. Много достославных историй о предках, о великом казахском хане Абылае Шакарим услышал от деда Кунанбая. Представления последнего о древней истории были простодушны и не всегда, возможно, отличались точностью, ибо основывались на прямой, устной и непрерывной передаче исторических сведений. Но это были поистине живые сведения. Родословная, собираемая Шакаримом, ширилась и в дальнейшем сложилась в отдельную книгу «Родословная тюрков, киргизов, казахов и ханских династий». Она увидела свет в 1911 году.

А пока Шакарим написал большое стихотворение, пожалуй, даже поэму «Дальние предки казахов», отразив в ней сведения о казахской истории, прародителях, пророках, ханах, правителях и батырах — от древних времен до джунгарского нашествия 1723 года.

Впоследствии он говорил Ахату, что считает эту вещь наряду с «Канонами мусульманства» слабой:

«В молодости я задумал написать родословную казахов, прочел родословные истории разных народов. Увидев, как под видом «отечественной истории» пишут о царях и ханах, я, подражая, написал стихами о ханах тюркского мира. Но и эта вещь не была подана научным языком».

Возможно. Но насколько научный язык необходим стихотворной форме?

Все же исторические сведения в «Дальних предках казахов» выглядят очень интересно и в определенном смысле почти безупречно.

А предания старины — второе направление интересов — Шакарим вычитывал из тюркских книг, узнавал из уст сказителей, улавливал из рассказов велеречивых старцев. Они складывались в цельные исторические повести и как будто сами просились в стихи. И поэт решил сочинить поэму о Нартайлаке и Айсулу — любовную драму на старинный сюжет.

Интерес же к мусульманству в прежнее время подогревали беседы с дедом Кунанбаем, последние годы жизни посвятившим распространению среди родных религиозных взглядов. Но сильнее повлияли беседы с Абаем, который к тому времени серьезно увлекся суфийской поэзией, внося в стихи элементы суфийской образности. Мысля о духовном перерождении сородичей, Абай выстраивал религиозно-этическую доктрину вокруг растворения в любви к Богу. В стихах он часто обращался к Богу через образ возлюбленной — это один из основных элементов суфийской культуры. Но при всем увлечении новой эстетикой он не принимал собственно суфизм, который предполагает аскетизм, отказ от всего земного и строжайшее следование ритуалам и обрядам. Религия только как ритуальное действо не устраивала Абая. Она, по его мнению, должна одухотворять людей, а не уводить от реальной жизни. Абай настолько видоизменял этику суфизма, что в его поэзии существенно терялась мистическая окраска.

Шакарим, вникая в суфийские элементы, рассыпанные в поэзии Абая, попытался воплотить их в стихотворении «Не стало истинно влюбленных…», которое можно считать посвящением любимой — Айганше. В нем отчетливо читаются сакральные образы суфизма: возлюбленная (жар — по-казахски) — это на самом деле Бог, истина (хакикат) — Творец или признание существования Аллаха, а яркий свет истины — сияние, исходящее от Бога. Впоследствии поэт включил это стихотворение в сборник «Иманым» («Моя вера»).

Несмотря на сакральный дискурс, ничто не мешает любителям поэзии отнести стихотворение к любовной лирике. Да, Шакарим утверждает, что любовь адресована не девушке: он влюблен в свет истины. Но в подтексте явлено тайное желание рассказать о земной любви, и в этом — особая прелесть произведения, приводимого нами без сокращения:

Не стало истинно влюбленных —
Смерть в прах оборотила их.
И в тот же час судьбы законы
Меня явили вместо них.
Во мне сошлось все, что вы ждете,
Лучистый отсвет их со мной.
Как я, адепта где найдете,
Столь верного любви одной?
Но нет, не девушку люблю я,
А истины ярчайший свет.
Вам не понять любовь такую,
Для вас в ней тайны дивной нет.
Она незрима, хоть и рядом.
Глядеть не нужно на нее.
Бродите ясным сердца взглядом
Лишь в тайниках души ее.

В герое, возвестившем граду и миру о своем явлении, «сошлось все», ожидаемое всеми. Но в отличие от всех (названных «вы») он сумел узреть «ясным сердца взглядом» любовь-истину. И отныне, как преданный своей даме паладин, он начертал на своем щите верности, что подлинный смысл сущего — в тайне дивной.

Узреть любовь мою желая,
Ты с чистым сердцем к ней иди
И, самого себя сжигая,
Навстречу смерти выходи.
Будь до конца в ее ты власти,
Но от себя не отпускай.
Соблазнам — явным, тайным ль — страсти
Владеть собою не давай.
Но как добьешься совершенства,
То вспомни, чем оно грозит.

Рекомендуем почитать
Вишневский Борис Лазаревич  - пресс-секретарь отделения РДП «Яблоко»

Данная статья входит в большой цикл статей о всемирно известных пресс-секретарях, внесших значительный вклад в мировую историю. Рассказывая о жизни каждой выдающейся личности, авторы обратятся к интересным материалам их профессиональной деятельности, упомянут основные труды и награды, приведут малоизвестные факты из их личной биографии, творчества.Каждая статья подробно раскроет всю значимость описанных исторических фигур в жизни и работе известных политиков, бизнесменов и людей искусства.


Курчатов Игорь Васильевич. Помощник Иоффе

Всем нам хорошо известны имена исторических деятелей, сделавших заметный вклад в мировую историю. Мы часто наблюдаем за их жизнью и деятельностью, знаем подробную биографию не только самих лидеров, но и членов их семей. К сожалению, многие люди, в действительности создающие историю, остаются в силу ряда обстоятельств в тени и не получают столь значительной популярности. Пришло время восстановить справедливость.Данная статья входит в цикл статей, рассказывающих о помощниках известных деятелей науки, политики, бизнеса.


Гопкинс Гарри. Помощник Франклина Рузвельта

Всем нам хорошо известны имена исторических деятелей, сделавших заметный вклад в мировую историю. Мы часто наблюдаем за их жизнью и деятельностью, знаем подробную биографию не только самих лидеров, но и членов их семей. К сожалению, многие люди, в действительности создающие историю, остаются в силу ряда обстоятельств в тени и не получают столь значительной популярности. Пришло время восстановить справедливость.Данная статья входит в цикл статей, рассказывающих о помощниках известных деятелей науки, политики, бизнеса.


Веселый спутник

«Мы были ровесниками, мы были на «ты», мы встречались в Париже, Риме и Нью-Йорке, дважды я была его конфиденткою, он был шафером на моей свадьбе, я присутствовала в зале во время обоих над ним судилищ, переписывалась с ним, когда он был в Норенской, провожала его в Пулковском аэропорту. Но весь этот горделивый перечень ровно ничего не значит. Это простая цепь случайностей, и никакого, ни малейшего места в жизни Иосифа я не занимала».Здесь все правда, кроме последних фраз. Рада Аллой, имя которой редко возникает в литературе о Бродском, в шестидесятые годы принадлежала к кругу самых близких поэту людей.


Эдисон

Книга М. Лапирова-Скобло об Эдисоне вышла в свет задолго до второй мировой войны. С тех пор она не переиздавалась. Ныне эта интересная, поучительная книга выходит в новом издании, переработанном под общей редакцией профессора Б.Г. Кузнецова.


Кампанелла

Книга рассказывает об ученом, поэте и борце за освобождение Италии Томмазо Кампанелле. Выступая против схоластики, он еще в юности привлек к себе внимание инквизиторов. У него выкрадывают рукописи, несколько раз его арестовывают, подолгу держат в темницах. Побег из тюрьмы заканчивается неудачей.Выйдя на свободу, Кампанелла готовит в Калабрии восстание против испанцев. Он мечтает провозгласить республику, где не будет частной собственности, и все люди заживут общиной. Изменники выдают его планы властям. И снова тюрьма. Искалеченный пыткой Томмазо, тайком от надзирателей, пишет "Город Солнца".


Есенин: Обещая встречу впереди

Сергея Есенина любят так, как, наверное, никакого другого поэта в мире. Причём всего сразу — и стихи, и его самого как человека. Но если взглянуть на его жизнь и творчество чуть внимательнее, то сразу возникают жёсткие и непримиримые вопросы. Есенин — советский поэт или антисоветский? Христианский поэт или богоборец? Поэт для приблатнённой публики и томных девушек или новатор, воздействующий на мировую поэзию и поныне? Крестьянский поэт или имажинист? Кого он считал главным соперником в поэзии и почему? С кем по-настоящему дружил? Каковы его отношения с большевистскими вождями? Сколько у него детей и от скольких жён? Кого из своих женщин он по-настоящему любил, наконец? Пил ли он или это придумали завистники? А если пил — то кто его спаивал? За что на него заводили уголовные дела? Хулиган ли он был, как сам о себе писал, или жертва обстоятельств? Чем он занимался те полтора года, пока жил за пределами Советской России? И, наконец, самоубийство или убийство? Книга даёт ответы не только на все перечисленные вопросы, но и на множество иных.


Рембрандт

Судьба Рембрандта трагична: художник умер в нищете, потеряв всех своих близких, работы его при жизни не ценились, ученики оставили своего учителя. Но тяжкие испытания не сломили Рембрандта, сила духа его была столь велика, что он мог посмеяться и над своими горестями, и над самой смертью. Он, говоривший в своих картинах о свете, знал, откуда исходит истинный Свет. Автор этой биографии, Пьер Декарг, журналист и культуролог, широко известен в мире искусства. Его перу принадлежат книги о Хальсе, Вермеере, Анри Руссо, Гойе, Пикассо.


Жизнеописание Пророка Мухаммада, рассказанное со слов аль-Баккаи, со слов Ибн Исхака аль-Мутталиба

Эта книга — наиболее полный свод исторических сведений, связанных с жизнью и деятельностью пророка Мухаммада. Жизнеописание Пророка Мухаммада (сира) является третьим по степени важности (после Корана и хадисов) источником ислама. Книга предназначена для изучающих ислам, верующих мусульман, а также для широкого круга читателей.


Алексей Толстой

Жизнь Алексея Толстого была прежде всего романом. Романом с литературой, с эмиграцией, с властью и, конечно, романом с женщинами. Аристократ по крови, аристократ по жизни, оставшийся графом и в сталинской России, Толстой был актером, сыгравшим не одну, а множество ролей: поэта-символиста, писателя-реалиста, яростного антисоветчика, национал-большевика, патриота, космополита, эгоиста, заботливого мужа, гедониста и эпикурейца, влюбленного в жизнь и ненавидящего смерть. В его судьбе были взлеты и падения, литературные скандалы, пощечины, подлоги, дуэли, заговоры и разоблачения, в ней переплелись свобода и сервилизм, щедрость и жадность, гостеприимство и спесь, аморальность и великодушие.