Семья Машбер - [6]
Пусть эта книга будет посвящена твоей вечно для меня священной памяти.
Твой отец — автор.Дер Нистер
Часть первая
I
Город N
Город N состоит из трех кругов. Первый круг — самая середина — рынок. Второй: собственно сам большой город с множеством домов, улиц, переулков, задворков вокруг рыночной площади, где и находится большая часть населения. Третий: предместья. Человека, который впервые попадет в N, невольно, хочет он этого или нет, — словно магнитом потянет к рынку, к центру, туда, где все шумит, бурлит, где бьется сердце, пульс города.
Базар встретит новичка запахами. Ударит в нос кожей — сыромятной, обработанной, грубых и тонких сортов; заморскими пряностями, копченой рыбой.
Среди запахов керосина, ворвани, дегтя, пищевых и смазочных масел, свечей, хлопчатобумажной ткани невольно отличишь и запах старой рухляди, старой изношенной обуви, одежды, прохудившейся медной утвари, ржавого железа, лома — всего того, что отслужило свой век, но не хочет быть выброшенным на свалку, так как может по дешевке кое-кому еще послужить. Лавки на рынке будто прилепились одна к другой, как соты в улье. У кого нет лавки наверху, тот содержит склад в подвале, а кто и того не имеет, у того прилавок под крохотным навесом. А некоторые раскладывают или расставляют товар прямо на земле. Здесь постоянно идет оживленная торговля. Сюда приезжают за товаром из ближних и дальних селений всей округи. С железнодорожной станции все время привозят на подводах новые грузы. Их тут же распаковывают и продают.
Евреи-арендаторы, местечковые торговцы — летом в плащах с капюшонами, зимой в бурках, шубах с отложными воротниками — приезжают в Новоград-Волынский из своих Андрюшевок, Раредевок, Ямполей, из дальнего Звиля, Кореца и даже из отдаленного Полесья. Рассчитываются наличными или берут в кредит.
Одни берут кредиты с намерением честно их вернуть, другие набирают долгов побольше, а потом объявляют себя банкротами — такие махинации они проделывают по нескольку раз.
Люди возвращаются с базара с возами, доверху наполненными всевозможными товарами, ловко упакованными, перевязанными, укрытыми мешковиной или брезентом. К вечеру покупатели разъезжаются, но с раннего утра прибывают новые.
— Здравствуйте! Мир вам! — С этими словами, торопливо спускаясь по ступенькам, лавочник спешит навстречу своему покупателю. Надо сейчас же, немедленно, пока приехавший не слез с телеги, зазвать его к себе, чтобы другие не переманили.
— Мир вам, реб Мейлех, что нового в Андрюшевке? — спрашивает лавочник из приличия, но тут же переходит к делу: — Как хорошо, что вы приехали! Есть как раз то, что вам требуется. Прямо-таки необыкновенный, редкий товар, такого не было никогда.
Другие торговцы тоже пытаются вступить в разговор, зазвать, переманить выгодного покупателя, предложить ему цены пониже, условия кредита получше. Из-за этого частенько вспыхивают ссоры. Лавочник накидывается на лавочника, приказчик — на приказчика. Только грузчики и упаковщики, которые не имеют постоянных хозяев и нанимаются то к одному, то к другому, стоят, не вмешиваясь в спор, в сторонке и наблюдают за происходящим. Иной раз в диспут вступают жены, тогда воздух оглашается проклятьями, руганью, дело доходит до драк.
Такие скандалы, правда, бывают не часто. Обычно каждый занят своим делом. Покупателей много, хватает на всех. С утра и дотемна бойко идет торговля; приказчики заняты черной работой — отмеряют, отвешивают, упаковывают, а хозяева тем временем убеждают, уговаривают, показывают и расхваливают товар, стараются набить цену.
Это, как говорится, постоянная ярмарка. Оптовая торговля и розница.
Вечером солидные купцы приносят домой толстые пачки сотенных и пятисотенных ассигнаций, а в матерчатых кошелях мелких лавочников бренчат серебро и медяки.
Однако шуму эта базарная мелкота производит гораздо больше, чем степенные лавочники. Их ссоры — дело будничное, они то и дело спорят, срываются на крик и ругань. Скандалят по любому поводу — из-за грошовой выручки, из-за кусочка мыла, горстки крахмала, мелкой рыбешки. Ругаются, стараясь перекричать друг друга, не жалея ни сил, ни голоса. Только слышно:
— Чтоб ты сгорел!
— Чтоб ты сдох!
— Когда мы уже оплакивать тебя будем! Господи!
Мирятся с такой же быстротой, как и ссорятся.
Только что орали друг на друга, глядишь — уже вместе пьют чай, выручают друг друга, одалживают друг другу — то гирьку, то бечевку, покупают на пару что-нибудь по дешевке, балагурят, галдят, перекликаются из конца в конец базара, кричат — каждый в отдельности и все вместе, хором.
Так — изо дня в день. Но особенно шумно бывает в базарные дни. Возы загромождают проходы. Распряженные лошади жуют сено с подвод, а те, что в упряжке, погружают головы в торбы. А тут еще жеребята тянутся мордочками к соскам матерей. И время от времени рынок оглашается пронзительным ржанием жеребца.
Здесь постоянно непроходимая грязь, слякоть. Зимою снег превращается в чавкающее месиво. Под ногами всегда — топкая жижа — смесь навоза, лошадиной мочи, соломы и сена. Валяются обручи, бочки, ящики, цветной радугой переливается в лужах разлитый керосин. Базарная площадь убирается очень редко, от случая к случаю.
![Еврейские литературные сказки](/storage/book-covers/65/65d80ad8e6ddd9875a1fafc13a0be00cae8b1b35.jpg)
Важнейшая часть литературы на идише — литературная сказка, в которой традиции средневековой книжности и фольклорные мотивы соединились с авангардными тенденциями XX века. Этот сплав придает еврейской сказке особое, только ей присущее своеобразие. В этот сборник включены произведения классиков еврейской литературы — Ицхока-Лейбуша Переца, Мани Лейба, Ицика Мангера, а также писателей, мало известных в России: мистика Дер Нистера, фольклориста Ан-ского, модерниста Мойше Бродерзона. Многие произведения переведены с идиша на русский впервые.
![Коллекция: Петербургская проза (ленинградский период). 1980-е](/storage/book-covers/2a/2a5cddd36ff45801359123005b969a272abebccc.jpg)
Последняя книга из трех под общим названием «Коллекция: Петербургская проза (ленинградский период)». Произведения, составляющие сборник, были написаны и напечатаны в сам- и тамиздате еще до перестройки, упреждая поток разоблачительной публицистики конца 1980-х. Их герои воспринимают проблемы бытия не сквозь призму идеологических предписаний, а в достоверности личного эмоционального опыта.Автор концепции издания — Б. И. Иванов.
![Вдова героя](/storage/book-covers/56/566ad70b3c5274148e70367d17923aa9eaf36d82.jpg)
Людей неинтересных в мире нет, их судьбы – как истории планет. У каждой все особое, свое, и нет планет, похожих на нее. А если кто-то незаметно жил и с этой незаметностью дружил, он интересен был среди людей самой неинтересностью своей.
![Мамочка из 21-го бокса](/storage/book-covers/25/2565582ddbe88cf38cbfe23830b31b36551b3cd5.jpg)
После рождения недоношенной бездыханной малышки от непутевого мужа жизнь Маруси Ждановой меняется далеко не в лучшую сторону. Не найдя поддержки у сестры и мамы, она едет в глухой лесной поселок к своей свекрови, но и там ее ждут одни неприятности и мистические совпадения… Как выйдет из сложившейся ситуации провинциальная девушка и кто станет ее помощником и проводником в жизнь, об этом и многом другом читайте прямо здесь!
![Лучшие годы](/storage/book-covers/f7/f76b14031d06105951602c583415da53fa899908.jpg)
В крайне прохладных отношениях восьмидесятилетней матери и вполне зрелой дочери во время совместной краткой поездки в Италию неожиданно намечается потепление, и оказывается, что мать и дочь роднит общий любовный опыт. Перевод Елены Леенсон.Из журнала «Иностранная литература» № 8, 2016.
![Эвтанатор](/storage/book-covers/6f/6f6380f569307e4e332d3df5039f5637419c0bea.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Обнаженные души](/storage/book-covers/b8/b85691063cc23c5c70b81e4805a92a32b6c48249.jpg)
Франция. 40-е XX века. Поражение в начале Второй мировой. Падение Парижа. Оккупация Германией. Расстрелы заложников. Преследования мятежников. Гонения на евреев. Война витает в воздухе… Люди-призраки, ищущие, сомневающиеся, живые.Испанец-революционер Сесар, лишенный Родины, остается один после гибели жены.У тринадцатилетнего мальчишки-подростка Ксавье рано кончается детство – с началом войны он теряет всех своих близких и вынужден убегать от своего прошлого.Хрупкая и избалованная Соланж, привыкшая к роскоши и безответственности, не может принять сотрудничество отца с врагом.Холодная Ева после гибели мужа и прихода немцев видит, что ее жизненный план рушится, как карточный домик.Венсан, холеный молодой француз-проныра, с легкостью приспосабливается к новому режиму, он способен зарабатывать деньги на чем угодно, но на что он их потратит?Абсолютно разные судьбы и одна на всех большая беда и большая жизнь, такая личная и такая общая.
![Дети Бронштейна](/storage/book-covers/bb/bbe50c27fc60e078710bd85b23b83feecef77225.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Третья мировая Баси Соломоновны](/storage/book-covers/04/048f592c440a30adf61bb7d6ffb5512790436651.jpg)
В книгу, составленную Асаром Эппелем, вошли рассказы, посвященные жизни российских евреев. Среди авторов сборника Василий Аксенов, Сергей Довлатов, Людмила Петрушевская, Алексей Варламов, Сергей Юрский… Всех их — при большом разнообразии творческих методов — объединяет пристальное внимание к внутреннему миру человека, тонкое чувство стиля, талант рассказчика.
![Русский роман](/storage/book-covers/7a/7aae08b5fb39f65f0d13d76b6a827deed20d0e88.jpg)
Впервые на русском языке выходит самый знаменитый роман ведущего израильского прозаика Меира Шалева. Эта книга о том поколении евреев, которое пришло из России в Палестину и превратило ее пески и болота в цветущую страну, Эрец-Исраэль. В мастерски выстроенном повествовании трагедия переплетена с иронией, русская любовь с горьким еврейским юмором, поэтический миф с грубой правдой тяжелого труда. История обитателей маленькой долины, отвоеванной у природы, вмещает огромный мир страсти и тоски, надежд и страданий, верности и боли.«Русский роман» — третье произведение Шалева, вышедшее в издательстве «Текст», после «Библии сегодня» (2000) и «В доме своем в пустыне…» (2005).
![Свежо предание](/storage/book-covers/cc/cc5aa8f3f06c6297e0dfed9803f679dd4ad24aa1.jpg)
Роман «Свежо предание» — из разряда тех книг, которым пророчили публикацию лишь «через двести-триста лет». На этом параллели с «Жизнью и судьбой» Василия Гроссмана не заканчиваются: с разницей в год — тот же «Новый мир», тот же Твардовский, тот же сейф… Эпопея Гроссмана была напечатана за границей через 19 лет, в России — через 27. Роман И. Грековой увидел свет через 33 года (на родине — через 35 лет), к счастью, при жизни автора. В нем Елена Вентцель, русская женщина с немецкой фамилией, коснулась невозможного, для своего времени непроизносимого: сталинского антисемитизма.