С прибоем на берег - [2]
Лес заметно редел, за его опушкой клубился блеклый рассветный туман. Головной бронетранспортер медленно перевалил через неглубокий кювет и вышел на поляну, оставляя в густой траве двойную тропу. Танки двинулись за ним. Лейтенант велел Файзулаеву прибавить газу и не заметил, как колеса стали подминать торфяные кочки вместе с пучками остролистой осоки.
Осознали опасность, лишь когда бэтээр внезапно осел, словно сошел с твердой земли на воду. Дерн под его колесами предательски запузырился.
- Болото, товарищ гвардии лейтенант! - тревожно выкрикнул пулеметчик Филипеня.
- Стоп! - приказал Юрий водителю. Оглянулся и увидел, что идущий следом танк медленно проседает, гусеницы его молотят вхолостую, выбрасывая потоки ила.
- В танке! Остановить двигатели! Жалюзи закрыть! - надсаживая грудь, кричал; гвардии лейтенант, забыв, что ларингофон отключен. Неровно экипаж услышал его - машина замерла, цепко схваченная трясиной.
- Объезжайте танк справа, - приказал Юрий Файзулаеву. Когда машины поравнялись, он перебрался на броню застрявшего танка, из открытого люка которого уже высунулся встревоженный сержант.
- Откуда здесь взялось болото? - вслух размышлял Юрий. - На карте же явственно обозначен сухой луг…
- Своим ходом не выйти, товарищ гвардии лейтенант, - сказал командир танка, - надо буксировать…
Второй танк остановился метрах в семидесяти позади. Его командир бежал сюда, перепрыгивая с кочки на кочку.
- Ближе подходить опасно! - сложив руки рупором, крикнул он. - Засядем оба!.
- Передайте гвардии сержанту Тимофееву, пусть рубит лес для гати! В молодом подлеске, что возле опушки!
В лесу застучали топоры, и уже через четверть часа к застрявшей машине доставили первую волокушу зеленых хлыстов. Проваливаясь по пояс в трясине, матросы укладывали деревья макушками под гусеницы. Со второго танка подали буксир, а самого буксировщика держали на стальных тросах два бронетранспортера.
Натужно взвыли, двигатели, танк-буксировщик рванулся вперед, и вскоре заляпанная по самую башню машина стояла на твердой земле.
Штабной вездеход встретил колонну на полпути. В кабине рядом с комбатом сидели гвардии капитан Миронов со своим заместителем по политической части гвардии старшим лейтенантом Еськовым. Судя по выражению лиц, ротное начальство было настроено неважнецки. Русакова пригласили в вездеход, и маленькая машина возглавила колонну.
- Докладывайте, - коротко приказал Родионов. И стал терпеливо слушать сбивчивый рассказ Русакова обо всех эпизодах неудачного ночного марша.
- Кто позволил вам менять заданный маршрут? - перебил Юрия Миронов.
- Спокойнее, гвардии капитан, - остановил его комбат. - Вопросы пока задаю я… Выходит, карта подвела? - с нескрываемой иронией обратился он к Юрию. Потом, спрятав усмешку, заговорил серьезно: - Если бы все надеялись только на карту, кто бы стал заниматься такой нудной вещью, как рекогносцировка? Бродили бы по лесам и болотам одни топографы и головами отвечали за наши увязшие танки… Подходящий вариант, а, Русаков?
Юрий недоуменно мотнул головой.
- Вы дольше меня служите здесь, - насупил широкие брови комбат отчего на лицо его пала хмурая тень,- и должны знать, что воды в здешней земле не меньше, чем в арбузе. Выручает дренаж, но стоит ему где-нибудь засориться, как любая лужайка мигом заболачивается. Это во-первых. А во-вторых, проявляя инициативу, не надо забывать об элементарных мерах предосторожности. Вы поперли как говорится, наобум лазаря. В военной обстановке это могло дорого обойтись… - Родионов неожиданно улыбнулся:- А вот угодив в болото, вы начали действовать решительно и верно. Жаль вот только, что не вам придется объясняться с лесничеством за незаконную порубку…
Юрий слушал его и вспоминал недавнюю встречу нового комбата. Прихода комбата в батальоне ждали с нетерпением. Более трех месяцев эту должность исполнял начальник штаба, но приставка «врио» стесняла молодого капитана и явно не давала развернуться его командирским способностям. Жизнь в военном городке текла размеренно и неторопливо. Кое-кого - Миронова, к примеру, - это, кажется, вполне устраивало.
Во время большого сбора Юрий Русаков стоял во главе своего взвода и, как многие, с любопытством поглядывал в сторону штаба. Из его дверей вышла группа людей. Батальонные шеренги колыхнулись, словно по ним пропустили ток, но тотчас же команда «Смирно!» принудила строй замереть.
- Здравствуйте, товарищи морские пехотинцы! - зычным, тренированным голосом выкрикнул старший начальник.
- Здравия… желаем… товарищ… полковник! - четырехкратно пророкотали шеренги.
- Представляю вашего нового командира гвардии майора Александра Федоровича Родионова.
Рядом с полковником встал среднего роста, чуть полноватый офицер. Из-под форменного берета видны были коротко подбритые, тронутые сединой виски, хотя на вид комбату было не больше тридцати. Ремень новенькой портупеи глубоко врезался в складки кителя.
- Гвардии майор Родионов прибыл к нам из академии, которую закончил с отличием. За плечами у него хороший теоретический багаж, немалый опыт службы. Принимайте его в свою гвардейскую семью, и прошу любить и жаловать!
![Визитная карточка флота](/storage/book-covers/f4/f4f6e9edbb097f605581b4c2adb19a8dcc7e5b09.jpg)
В центре романа писателя-мариниста А. И. Плотникова — династия военных моряков Русаковых, родоначальник которой — мичман Иван Русаков поднимал затопленные белогвардейцами и интервентами суда, участвовал в создании Советского Военно-Морского Флота. Сын его — контр-адмирал Андрей Русаков и внук — лейтенант Игорь Русаков вывели современные первоклассные боевые корабли на просторы Мирового океана.