Рождение танковой нации - [2]
Танковые энтузиасты утверждали, что танки внесли решающий вклад в исход Первой мировой войны. На самом деле тогда значение их не выходило за рамки тактических успехов, пусть и крупных. Первый танковый теоретик — английский генерал Дж. Фуллер, начальник штаба Королевского танкового корпуса, в 1919 году издал книгу "Танки в Великой войне 1914–1918 годов". Мы ее опубликовали в 1923 году. Фуллер дошел прямо-таки до фанатизма и, изменив английскому здравому смыслу, утверждал: "…Оружие составляет 99 процентов всей совокупности условий, необходимых для победы". Такую же роль в войне отводил итальянский генерал Джулио Дуэ авиации. Фуллер и Дуэ вскоре найдут в Германии самых верных и энергичных последователей.
Антанта закончила Первую мировую войну, имея в своих войсках около 17 тысяч танков всех модификаций. Немецкие танки им значительно уступали в числе, но превосходили в броне и пушке.
Крохи из танков Антанты попали в Россию к Белой армии. В год выхода книги генерала Фуллера первые 57 английских "Уиппетов" и французских "Рено" появились на вооружении у Деникина и приняли участие в сражениях под Харьковом, Таганрогом и Екатеринославом. Полдюжины танков достались Юденичу и в октябре 1919 года дошли до Царского Села. Столько же танков получил от англичан на Севере генерал Миллер. В 1920 году полсотни танков французского производства, состоящих на вооружении польской армии, участвовали в разгроме армии Тухачевского под Варшавой. Тогда танки поляков отрезали у Млавы кавалерийский корпус Гая, заставив его интернироваться в Восточную Пруссию. Так, в безвыходном положении выбрасывается на мель корабль.
Итак, первый танк по русской земле повел в бой белый офицер в братоубийственной войне. Символично, что первый танк, доставшийся красным, назывался "За Святую Русь". Большевики переименовали его в "Пролетарий".
По окончанию Гражданской войны пятимиллионная Красная Армия была распущена. К 1925 году под ружьем остались менее 500 тысяч полураздетых, голодных и разутых солдат. Ни одного танка собственного производства в стране не было. Едва наскребли на один танковый полк, составленный из трофейных, латаных "Рикардо", "Тейлоров" и "Рено". Маршал бронетанковых войск М. Катуков вспоминал, как в те годы их летний лагерь под Смоленском посетил начальник штаба РККА Михаил Фрунзе. Один из начальников пожаловался ему, что не только красноармейцы, но и командиры ходят в лаптях. Фрунзе вздохнул и заметил: "Летом походим в лаптях — на зиму сбережем обувь".
Именно в те годы уроженец Карской области (ныне Турция) Владимир Триандафилов, из ускоренных прапорщиков 1915 года дослужившийся до начальника Оперативного Управления Штаба РККА, с помощью бывших царских штабистов и западного опыта Первой мировой войны, пробовал соорудить некое осмысление военно-оперативных задач. Он создал то, что получило позже громкое название "теории глубокой операции". В 1927 году Штаб РККА, которым руководил М. Тухачевский и его "начопер" В. Триандафилов, приступил к разработке плана развития вооруженных сил на пять лет. Примечательно, что у этих стратегов танки первоначально даже не упоминаются.
Да и до танков ли было в эти годы? Разрушенное до основания государство, разграбленное, голодное, в тифозных бараках, наводненное беспризорниками, надо было поднимать из руин и пепла.
Место красавцев кавалергардов заняли командиры в лаптях, но лучшие из них сохранили древний огонь правды, который светился в староверах, а потом таинственно перелился в их неукротимых потомков "корчагинского" поколения. Природу этого мучительного овладения новой социальной и духовной реальностью отразил Андрей Платонов, который никогда не хотел "выходить из народа". Здесь мы приблизились к самой сердцевине проблемы, без которой не может быть понят почти ни один танковый командир, ни большинство конструкторов оружия и, пожалуй, ни одна из битв Второй мировой войны.
В год вступления на престол последнего императора — в 1894 году- на Нижегородской выставке был показан первый русский автомобиль. А затем почти четверть века правления Николая II пришлись на невиданный на Руси технический бум. Такой же технический бум переживала и Европа. Тогда на демонстрацию полетов авиаторов на ипподромах собирались до ста тысяч зрителей всех сословий. Революция придала этому языческому преклонению перед машиной новое качество. Сам Андрей Платонов, как и его герои, мечтал, чтобы люди были готовы "массами отправиться по русской стране с проповедью нового евангелия — техники".
Фома Пухов, герой повести Андрея Платонова "Сокровенный человек", говорит: "Машина — строгая вещь. Для нее ум и ученье нужны, а чернорабочий — одна сырая сила". Пухову, перед дорогой, начальник дистанции дал расписаться в предписании, где было сказано: "При сильных метелях — впереди каждого воинского состава должен неотлучно работать снегоочиститель, дабы ни на минуту не было прекращено движение и не ослаблена боеспособность Красной Армии".
Каждая строка Платонова передает дух того времени с его страстью к технике и покорению пространства: "Вдруг бешено заревел баланс паровоза, спуская лишний пар. Пухов вскочил в вагон, и паровоз сейчас же и разом выхватил снегоочиститель из снежного бугра, пробуксовав колесами так, что огонь посыпался из рельс. Пухов даже увидел, как хлестнула вода из паровозной трубы от слишком большого открытия пара, и оценил машиниста за отвагу". Через двадцать лет "пойдут машины в яростный поход", и поведут эти танки Пуховы.
![Шельмуфский](/storage/book-covers/91/91af6184ceb0dee91271ad8b00646e96eb05309e.jpg)
В 1694 г. в Лейпциге, в гостинице «Красный лев», произошел весьма прозаический случай, которому, по шутливому замечанию одного исследователя, немецкая литература обязана появлением выдающегося писателя: двое студентов местного университета за неуплату квартирных долгов были выброшены на улицу хозяйкой гостиницы. Так Кристиан Рейтер вступил на тернистый путь сатирика.При всей кажущейся простоте роман Рейтера – многоплановое и сложное произведение, впитавшее в себя самые разнообразные творческие традиции.
![Теленок мой](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Повесть о полках Богунском и Таращанском](/storage/book-covers/24/24431206ee101cf93f4105af5cd6fba3cb14dd14.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кудесник](/storage/book-covers/1f/1f56aa8cb7701d684acac36a440b627cfd143042.jpg)
В книгу вошли исторические произведения двух очень популярных в конце XIX - начале XX в. писателей - Д. Л. Мордовцева (1830-1905) и графа Е. А. Салиаса (1840-1908). Первого из них даже называли русским Вальтером Скоттом, второго - русским Дюма.Действие представленных в сборнике повести и романа разворачивается во времена царствования Екатерины II. Герои Мордовцева - мелкие мошенники, фальшивомонетчики и вымогатели. В основе повествования - реальные факты; автор использовал документы того времени, письма, указы императрицы.Роман Салиаса посвящен приключениям в России одного из самых загадочных авантюристов XVIII в.
![Капитан Большое Сердце](/storage/book-covers/05/05bba7578c7ef20d0e9727f4861a40e9331fc538.jpg)
Повесть об экспедиции к Северному полюсу капитана Дж. В. Де Лонга на пароходе «Жаннета» в 1879–1881 годах.
![Прогулки по Испании](/storage/book-covers/d0/d0609133c137e4350be27a07be2af470b8ecad89.jpg)
Как и едва ли не для каждой страны, для Испании существует свой стереотип: коррида, фламенко, вино, Кармен… И, разумеется, этими образами Испания не только не исчерпывается, но даже и не начинается. Она удивительно красива и многолика, эта страна между Пиренеями и морем.Неутомимый путешественник Генри Мортон приехал в Испанию не за стереотипами — он хотел увидеть страну изнутри, окинуть ее взглядом «доброжелательного постороннего», чтобы понять, принять и восхититься. «Испания» Мортона — книга такая же разноликая, контрастная, солнечная и сумрачная, величественная и карнавальная, чинная и вольная, как и страна, которой она посвящена.