Ромэна Мирмо - [78]
И думая о трагическом событии, так неожиданно разбившем эту жизнь, месье Клаврэ снова испытывал то же горестное изумление, ту же недоуменную подавленность. Кто бы мог предположить, что Пьер де Клерси так оборвет свои дни? Он, такой открытый, такой деятельный, который к столькому стремился, который не боялся жизни, а, напротив, жаждал жить, расточать энергию! Как он пришел к тому, чтобы эту энергию обратить против себя же, направить ее на свое же разрушение? Правда, месье Клаврэ иногда страшили в Пьере тот дух предприимчивости, та воля к действию, которые он в нем замечал; иногда он боялся за него, боялся той привлекательной силы опасности, соблазнов риска, но он никогда бы не подумал, чтобы простая любовная неудача могла толкнуть этого мальчика на тот роковой жест, которым он укрылся от первого окрика действительности. Нет, положительно, людей не поймешь, и судьба каждого полна загадок.
Месье Клаврэ вздрогнул и застегнул пиджак, болтавшийся на его похудевшем тучном теле. Он еще два-три раза обошел вокруг бассейна, потом направился к дому. Уже совсем стемнело. Подымаясь на крыльцо, месье Клаврэ чуть не столкнулся со своим слугой.
— Месье, вас спрашивает месье Андрэ; я попросил его в библиотеку.
Обыкновенно Андрэ де Клерси появлялся на улице Тур-де-Дам только к обеду. Сегодня он пришел необычно рано. Месье Клаврэ забеспокоился. Чего от него хочет Андрэ? Быть может, в этот серый ноябрьский день его хмурое одиночество показалось ему особенно тяжело? Быть может, он ищет у своего старого друга Клаврэ некоторой помощи своей сиротливости, прибежища от гнетущих его мрачных мыслей? Быть может, он устал молча страдать, уходить в свою надменную и безмолвную печаль? Месье Клаврэ ускорил шаг. Последнюю неделю он замечал в Андрэ что-то странное. Каждый вечер месье Клаврэ заставал его еще более оцепеневшим в своем горе, чем накануне, еще более погруженным в мучительную думу, проводившую у него меж бровей упрямую складку. И от этой думы Андрэ отрывался только для того, чтобы произнести несколько слов, как будто намекавших на что-то, чего месье Клаврэ не понимал.
Когда месье Клаврэ вошел в библиотеку, просторная комната была освещена только пламенем камина. Месье Клаврэ всегда был чрезвычайно зябок, но после смерти Пьера ему стало казаться, что его кровь обледенела, а кости превратились в мрамор. Поэтому, хоть еще и не наступила зима, он велел у себя топить. Выходя из столовой, Андрэ и месье Клаврэ молча садились у камелька. Его жар не раз сушил слезы на старых щеках бедного месье Клаврэ. Подолгу, не произнося ни слова, он глядел на пляску огней. Иногда они напоминали ему маленьких золотых танцовщиц Тимолоорского султана, маленьких желтых танцовщиц Кателанского луга. И при этом воспоминании сердце месье Клаврэ билось от волнения и сожалений. Ах, какие они были счастливые, все трое, в тот июньский вечер: Пьер, со своим красивым юношеским лицом, Андрэ, со своей снисходительной серьезностью старшего, он сам, со своим немного смешным любопытством путешественника-домоседа! Полгода прошло; и все это счастье разрушено навеки! Пьер умер. Сам он — беспомощный старик; и как не похож на прежнего Андрэ теперешний Андрэ, с изможденным и исхудалым лицом, с то мрачным, то лихорадочным взглядом, с автоматическими движениями! И никогда еще месье Клаврэ не видел так ясно, как сейчас, какое опустошение произвела печаль на этом лице, чья глубокая перемена вдруг предстала перед ним при внезапном свете электрических ламп. Это впечатление было так сильно, что месье Клаврэ, подавая руку Андрэ, сказал ему с невольной тревогой:
— Здравствуй, Андрэ… Но что с тобой, дитя мое?..
Андрэ де Клерси пожал протянутую ему руку.
— Мне надо с вами поговорить…
Он произнес эти слова глухим голосом; потом помолчал и продолжал еще тише:
— Мне надо с вами поговорить… поговорить о Ромэне Мирмо.
При этом имени, произнесенном шепотом, месье Клаврэ воскликнул:
— О мадам Мирмо?
Андрэ де Клерси кивнул головой. Он продолжал с трудом:
— О, я знаю, что мне не следовало бы произносить этого имени. Да, я поклялся, что никогда больше его не назову; но все-таки я должен вам сказать то, с чем я пришел, и вы должны меня выслушать до конца; вы должны обещать исполнить то, о чем я вас попрошу, обещать мне это честным словом. Ах, мой старый друг, я налагаю на вас тяжелое испытание, но мне не к кому обратиться, кроме вас.
По мере того как Андрэ говорил, месье Клаврэ охватывала возрастающая тревога. Никогда еще он не слышал в голосе у Андрэ такой мольбы и властности. Никогда не видел в его глазах такого выражения исступления и страсти. И он испытывал нечто вроде страха, смешанного с любопытством, как бывает, когда видишь, что в, казалось бы, знакомом человеке вдруг обнаруживается новый человек. Что же такое скажет ему Андрэ? Почему он кладет ему руку на плечо, словно желая овладеть им? Чего ему от него нужно? Месье Клаврэ невольно сделал шаг назад:
— Андрэ!
— Выслушайте меня, месье Клаврэ… Выслушайте меня!
Он закрыл глаза рукой, потом продолжал:
— Да, Ромэна Мирмо была причиной смерти Пьера; да, из-за нее Пьер убил себя. Я должен бы ее ненавидеть… И вот, я ее люблю!
![Грешница](/storage/book-covers/3e/3eeddc33fe8ae553ae88d80600e326e9b026b130.jpg)
Имя Анри де Ренье (1864—1936), пользующегося всемирной и заслуженной славой, недостаточно оценено у нас за неимением полного художественного перевода его произведений.Тонкий мастер стиля, выразитель глубоких и острых человеческих чувств, в своих романах он описывает утонченные психологические и эротические ситуации, доведя до совершенства направление в литературе братьев Гонкуров.Творчество Анри де Ренье привлекало внимание выдающихся людей. Не случайно его романы переводили такие известные русские писатели, как Федор Соллогуб, Макс Волошин, Вс.
![Дважды любимая](/storage/book-covers/a2/a27bd2068f3ffa814361c22a8d36abdd510ca80f.jpg)
Наиболее значительный из французских писателей второй половины XIX века, Анри де Ренье может быть назван одним из самых крупных мастеров слова, каких знает мировая литература. Произведения его не только способны доставить высокое эстетичное наслаждение современному читателю, но и являются образцом того, как можно и должно художественно творить.Перевод с французского под общей редакцией М. А. Кузмина, А. А. Смирнова и Фед. Сологуба.
![Черный трилистник](/storage/book-covers/8a/8aea75cbaf603fbb17dd95b70108b5a1e74c00a9.jpg)
РЕНЬЕ (Regnier), Анри Франсуа Жозеф де [псевд. — Гюг Виньи (Hugues Vignix); 28. XII. 1864, Он-флер (департамент Кальвадос), — 23. V. 1936, Париж] — франц. поэт. С 1911 — член Франц. академии. Происходил из обедневшего дворянского рода. Обучался в парижском коллеже. С сер. 80-х гг. Р. вошел в круг молодых писателей, образовавших школу символизма, был завсегдатаем «лит. вторников» вождя школы С. Малларме, к-рый оказал на него влияние. В течение 10 лет выступал в печати как поэт, впоследствии публиковал также романы, рассказы, критич.
![Первая страсть](/storage/book-covers/18/185b5fad13b1bfc03b40af854967e0bac62fc7d6.jpg)
Романы о любви, о первой страсти, что вспыхивает в человеке подобно пламени. Но любовь — чувство особенное, и пути ее разнообразны. Поэтому, хотя сюжетно романы и похожи между собой, в каждом из них столько нюансов и оттенков, столько пленительного очарования, что они способны доставить истинное эстетическое наслаждение современному читателю.
![Избранные стихотворения](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Провинциальное развлечение](/storage/book-covers/75/75d2e9a98b987b71665cbf3c73c1ff72ed48c994.jpg)
Наиболее значительный из французских писателей второй половины XIX века, Анри де Ренье может быть назван одним из самых крупных мастеров слова, каких знает мировая литература. Произведения его не только способны доставить высокое эстетичное наслаждение современному читателю, но и являются образцом того, как можно и должно художественно творить.Перевод с французского под общей редакцией М. А. Кузмина, А. А. Смирнова и Фед. Сологуба.
![Верность джиннии](/storage/book-covers/0c/0ce159a5afca6c1c1b46942f2a339d189bb6d117.jpg)
Марджана была рождена, чтобы стать настоящей принцессой, наследницей джиннов и джинний! Однако девушка избрала другой путь: в облике помощницы лекаря спустилась она в мир людей, дабы врачевать их телесные раны. Но кто исцелит рану в душе отважного Мехмета, нанесенную ее красотой? Придется ли мужественному воину взять на себя роль соблазнителя или женственность Марджаны пробудится раньше?
![Погибшая леди](/storage/book-covers/24/24485ad063c597f3d418afae03a7bc209e74b7e0.jpg)
Книга знакомит читателя с творчеством известной американской писательницы Уиллы Кэсер (1873–1947). Роман «Моя Антония» (1918) рассказывает о жизни поселенцев-иммигрантов, осваивающих земли американского Запада, а впервые публикуемый на русском языке роман «Погибшая леди» (1923) посвящен поколению строителей первой на Западе железной дороги. Оба произведения — это, по сути, мастерски сделанные романы-портреты: два женских образа, две судьбы.
![Поругание прекрасной страны](/storage/book-covers/9b/9b8980bf1ddd8f36b9ce8de56e16c5bade784297.jpg)
Судьба романа «Поругание прекрасной страны» в СССР была неоднозначной.В отличие от многократно переиздававшихся переводов других классических произведений эта книга мелькнула в начале 1960-х… а потом исчезла на дальних полках библиотечных хранилищ на долгие десятилетия.Но почему так случилось? Что заставило бдительных советских цензоров усмотреть политическую крамолу в невиннейшей на первый взгляд истории взросления валлийского паренька, чья юность пришлась на бурное для Великобритании начало XIX века?Этот маленький шедевр английской прозы, напоминающий лучшие романы Диккенса, впервые публикуется на русском языке без сокращений цензуры.
![Маски сброшены](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Действие основных событий происходит в России 1854 году и охватывает временной промежуток в шесть месяцев. Однако за двадцать лет до описываемых событий случается следующая предыстория. Молодая барышня, разбитая и разочарованная изменой своего жениха, попадает на маскарад, где встречает неизвестного мужчину, с которым проводит ночь и в объятиях которого впервые познает страсть. Наутро она покидает его, не узнав даже его имени и едва разглядев его лицо. В 1854 году на светском рауте граф Владимир Вольшанский знакомится с княгиней Елизаветой Ворожеевой, к которой у него с первого взгляда возникает симпатия.
![Возрождение любви](/storage/book-covers/70/70925fbdfd0b552c8f5cb809ea35261bb5cdfee9.jpg)
Талантливая женщина – доктор Пейдж Рандольф считает, что депрессия, в которую ввергла ее семейная трагедия, неизлечима. Но неожиданные и странные обстоятельства круто меняют ее жизнь, которая вновь обретает и смысл, и цель, когда в сердце Пейдж вспыхивает новое и трепетное чувство.
![Дож и догаресса](/storage/book-covers/2c/2c2546745a39cd6d6a5be5e36eb21b15a48cc780.jpg)
В книгу великого немецкого писателя вошли произведения, не издававшиеся уже много десятилетий. Большая часть произведений из книг «Фантазии в манере Калло», «Ночные рассказы», «Серапионовы братья» переведены заново.На картине, выставленной в берлинской Академии художеств, верно изображены престарелый дож Марино Фальер с юной супругой. Их печальную историю рассказывает зрителям таинственный незнакомец.
![Страх любви](/storage/book-covers/a7/a74d4d0e7c158944edf23a5f07943ebeb16e3d9a.jpg)
Романы о любви, о первой страсти, что вспыхивает в человеке подобно пламени. Но любовь — чувство особенное, и пути ее разнообразны. Поэтому, хотя сюжетно романы и похожи между собой, в каждом из них столько нюансов и оттенков, столько пленительного очарования, что они способны доставить истинное эстетическое наслаждение современному читателю.