Роль хрусталя в семейной жизни - [3]
Д р о в о с е к (неожиданно ). Ваше величество сват! Здоровье-то, спрашиваю, как? На отдых не собираетесь? Вы с какого года? Ну, я-то помоложе буду, а с января на пенсию. Слышь, бери ты себе полцарства рядом с моим лесочком, ей-богу! Я тебе такие места рыбные покажу, а на них (понижает голос), на молодых, на баб, плюнем, ну?
К о р о л ь (изумленно ). Но, господин Дуболом…
Д р о в о с е к. Че-е-го?!
М а ч е х а. Как вы назвали моего мужа?!
К о р о л ь. О, простите, господин Дровокол, я никак не могу уйти на пенсию. Разве вы не знаете, что в нашем государстве короли никогда не уходят на пенсию?
М а ч е х а. Конечно! А о детях подумать вам и в голову не приходит. У вас внук растет, а Принц еще в принцах ходит. Нашли невесту-дурочку, вместо прислуги… (С угрожающими рыданиями в голосе .) А ты, дочь, не смогла себя сразу поставить!.. Но у тебя есть мать, не бойся, мы тебя с Утютюшечкой всегда примем. Мы, конечно, люди простые, зато не эгоисты…
П е р е ж и в а ю щ а я с е с т р а. Я так переживаю…
П е р е ж и в ш а я с е с т р а. Я столько пережила…
Д р о в о с е к. Плюнь на них, дочь, на всех, поедем на рыбалку!
К о р о л ь. Что ж, отправьте меня в дом для престарелых королей…
У т ю т ю ш е ч к а (за сценой ). Как останусь безотцовщиной!
П р и н ц е с с а С а н д р и л ь о н а. Вы все ничего не понимаете! Оставьте нас в покое!
П р и н ц. Да! Оставьте нас, наконец, в покое!
Принц и Принцесса Сандрильона бросаются к дверям. Принц сталкивается со С л у ж а н к о й, Принцесса Сандрильона – с П р и н ц е с с о й н а г о р о ш и н е.
С л у ж а н к а. Ее высочество кузина его высочества, Принцесса на горошине!
П р и н ц е с с а н а г о р о ш и н е. Здравствуйте, Золушка. А вы с Принцем опять ссоритесь на людях? (Принцу .) Что с тобой стало, кузен? Ведь ты был неплохо воспитан…
П р и н ц е с с а С а н д р и л ь о н а. Ах, я Золушка?! Меня зовут Сандрильона, запомни, чучело гороховое!
П р и н ц. Что ты этим хочешь сказать? Если ты считаешь, что я растерял воспитание под влиянием Зо… тьфу, дьявол! В общем, держи свое мнение при себе!
М а ч е х а. Ноги моей больше не будет в доме, где оскорбляют мою почти родную дочь!
П е р е ж и в а ю щ а я и П е р е ж и в ш а я с е с т р а (вместе ). Мы столько пережили и так переживаем…
Д р о в о с е к. На пенсию – и на рыбалку!
П р и н ц е с с а н а г о р о ш и н е. Что за убогая фантазия у этих золушек – обязательно им надо стать сандрильонами. Как будто перевод меняет сущность… Впрочем, меня, кажется, оскорбили.
У т ю т ю ш е ч к а (за сценой ). Сейчас как подниму температуру!
У ч и т е л ь т а н ц е в (появляясь ). Наследник опять отказывается танцевать!
К о р о л ь. М-да, это называется спокойная старость. А я-то собирался сесть за воспоминания, уже между сочинителями придворными главы распределил… И подумать только, что все это из-за нашей наследственной слабости к маленькой ножке! Неужели такая милая сказка закончится скандалом?
Гаснет свет. Музыка. Освещается левая половина сцены.
На опушке леса стоит стекляшка на курьих ножках. Объявление сообщает: «Вас обслуживает Баба Яга. С 11 до 7 к лесу задом, с 7 до 11 к лесу передом». На златом крыльце сидит С а п о ж н и к. Появляется П р и н ц.
П р и н ц. Привет.
С а п о ж н и к. Здорово, твое высочество! Как жизнь?
П р и н ц. Жизнь… Да как тебе оказать… Жизнь как жизнь.
С а п о ж н и к. А чего грустный такой? Дома-то все в порядке? Батя как? Наследник? Хозяйка? Чего насчет войны слышно? Не намечается? Что министры говорят?
П р и н ц. Какая еще война?! Ты же знаешь, мы с отцом в таких делах не участвуем. Война… Тут бы у себя во дворце разобраться… Слушай, сколько сейчас, а то мои солнечные часы отстают что-то? Долго еще ждать?
С а п о ж н и к. А в моих песочных песок отсырел, стоят. Да, наверное, скоро уж повернется. Давай по паре золотых, как раз на полбочонка мальвазии выйдет.
П р и н ц. Давай…
С а п о ж н и к. Вчера турнир смотрел? Видал, как Роланд с угла врезал? Во, неистовый! Опять рыцари зеленого плаща из второго тура вылетят… Нет, что ни говори, не тот сейчас турнир пошел. Вот до столетней войны был турнир!.. А нынешние рыцари что? Пару раз его копьем ткнули – и готов, к секундантам бежит, мол, грубость… Тьфу, сарацины!
П р и н ц. Да я в этом ничего не понимаю, ты же знаешь. Я даже в детстве в крестовые походы не играл, а уж тем более смотреть… Еще самому на лошади поскакать, мечом помахать – туда-сюда, хоть для здоровья польза, да и отвлечешься немного… А смотреть, как друг другу здоровые рыцари забрала гнут – ну, скучно мне, не понимаю я этого азарта. Знаешь, мне кажется, это все от скуки: крики эти на турнирах, цвета своего ордена рыцарского на шарфе… А ты спроси такого, с зеленым или, допустим, с бело-голубым плюмажем на шляпе, когда он сам-то на лошадь садился? И не вспомнит… Знай, орет: «Крестоносцы, дави! Храмовники, жми!» Фанатики, больше ничего…
С а п о ж н и к. Эх, твое высочество, ничего ты, действительно, в жизни не понимаешь! Целый день сидишь, подошвы к драным ботфортам приколачиваешь или, допустим, с вассалами разбираешься. А потом что? С домочадцами у окна сидеть? А тут отдушина, друзей старых встретишь, поорешь вместе…
![Птичий рынок](/storage/book-covers/81/81e3af7ed360292d340863a9a0111705dc67dc9d.jpg)
“Птичий рынок” – новый сборник рассказов известных писателей, продолжающий традиции бестселлеров “Москва: место встречи” и “В Питере жить”: тридцать семь авторов под одной обложкой. Герои книги – животные домашние: кот Евгения Водолазкина, Анны Матвеевой, Александра Гениса, такса Дмитрия Воденникова, осел в рассказе Наринэ Абгарян, плюшевый щенок у Людмилы Улицкой, козел у Романа Сенчина, муравьи Алексея Сальникова; и недомашние: лобстер Себастьян, которого Татьяна Толстая увидела в аквариуме и подружилась, медуза-крестовик, ужалившая Василия Авченко в Амурском заливе, удав Андрея Филимонова, путешествующий по канализации, и крокодил, у которого взяла интервью Ксения Букша… Составители сборника – издатель Елена Шубина и редактор Алла Шлыкова.
![Невозвращенец](/storage/book-covers/64/64234235ad56ae277ae1bb661589b96d4c8c7821.jpg)
Антиутопия «Невозвращенец» сразу после публикации в журнале «Искусство кино» стала едва ли не главным бестселлером года. Темная, истерзанная гражданской войной, голодная и лишенная всяких политических перспектив Москва предполагаемого будущего 1993 года... Главный герой, пытающийся выпутаться из липкой паутины кагэбэшной вербовки... Небольшая повесть как бы фокусирует все страхи и недобрые предчувствия смутного времени конца XX века.
![Все поправимо: хроники частной жизни](/storage/book-covers/c8/c8abb7340bbc21cb6cec839d47ad61879ddfd593.jpg)
Герой романа Александра Кабакова — зрелый человек, заново переживающий всю свою жизнь: от сталинского детства в маленьком городке и оттепельной (стиляжьей) юности в Москве до наших дней, где сладость свободы тесно переплелась с разочарованием, ложью, порушенной дружбой и горечью измен…Роман удостоен премии «Большая книга».
![Московские сказки](/storage/book-covers/55/55c131c936a51458adc35c2d3336c158c344d6a6.jpg)
В Москве, в наше ох какое непростое время, живут Серый волк и Красная Шапочка, Царевна-лягушка и вечный странник Агасфер. Здесь носится Летучий голландец и строят Вавилонскую башню… Александр Кабаков заново сочинил эти сказки и собрал их в книгу, потому что ему давно хотелось написать о сверхъестественной подкладке нашей жизни, лишь иногда выглядывающей из-под обычного быта.Книжка получилась смешная, грустная, местами страшная до жути — как и положено сказкам.В своей новой книге Александр Кабаков виртуозно перелагает на «новорусский» лад известные сказки и бродячие легенды: о Царевне-лягушке и ковре-самолете, Красной Шапочке и неразменном пятаке, о строительстве Вавилонской башни и вечном страннике Агасфере.
![Последний герой](/storage/book-covers/ef/ef6179f22188a88c1f64c1545e00a07c24cd04ab.jpg)
Герой романа Александра Кабакова не столько действует и путешествует, сколько размышляет и говорит. Но он все равно остается настоящим мужчиной, типичным `кабаковским` героем. Все также неутомима в нем тяга к Возлюбленной. И все также герой обладает способностью видеть будущее — порой ужасное, порой прекрасное, но неизменно узнаваемое. Эротические сцены и воспоминания детства, ангелы в белых и черных одеждах и прямая переписка героя с автором... И неизменный счастливый конец — герой снова любит и снова любим.
![Камера хранения. Мещанская книга](/storage/book-covers/ec/ec45dedb89fb102ef12debc8efc8d0e9284131bf.jpg)
«Эта книга – воспоминания о вещах моей жизни. Вся вторая половина ХХ и порядочная часть XXI века сохранились в этих предметах. Думаю, что о времени они могут сказать не меньше, чем люди.Я твердо стою на том, что одежда героев и мелкие аксессуары никак не менее важны, чем их портреты, бытовые привычки и даже социальный статус. “Широкий боливар” и “недремлющий брегет” Онегина, “фрак наваринского дыму с пламенем” и ловко накрученный галстух Чичикова, халат Обломова, зонт и темные очки Беликова, пистолет “манлихер”, украденный Павкой Корчагиным, “иорданские брючки” из аксеновского “Жаль, что вас не было с нами”, лендлизовская кожаная куртка трифоновского Шулепникова – вся эта барахолка, перечень, выражаясь современно, брендов и трендов есть литературная плоть названных героев.