Роковой портрет - [7]
Когда возникла идея написать семейный портрет, отец почти каждый день за обедом рассказывал гостям о наших блестящих талантах. Он любил повторять, что женские мозги хоть и беднее мужских, но все-таки, если за ними как следует ухаживать, способны давать удивительные плоды; он хвалился, что по своему родительскому добросердечию бьет нас только павлиньими перьями. И в самом деле, мы вошли в такую моду, что Элиоты и Парры начали копировать отцовские методы обучения. Маленькие Екатерина и Уильям Парр рисковали стать такими же умными, как мы, если бы не были начеку. Отец даже заинтересовался моими скромными медицинскими экспериментами — со временем мое увлечение переросло занятия лишь с лекарственными растениями: конечно, я обратила внимание на имена Галена и Гиппократа. Я не сомневалась, что Джон Клемент изучает их теории в Италии. И отец просил остальных читать больше медицинских трудов.
Однако ни один из наших последующих воспитателей не стал мне другом. Кроме того, во всей свадебной суматохе последних месяцев, стоившей отцу стольких усилий и времени, все, кажется, забыли, что мне тоже нужно искать мужа. Я осталась совсем одна и тосковала по Джону Клементу. Я все еще верила, что он любит меня больше всех, хотя, правда, теперь это казалось маловероятным. Ведь за последние годы его лишь изредка упоминали в письмах из Базеля или Брюгге ученые друзья, больше к нам не приезжавшие.
Вплоть до вчерашнего дня. (Мне не верилось, что прошел всего один день. В предвкушении встречи сердце бешено колотилось в горле.) Вчера в конце самого обычного обеда ко мне вдруг наклонилась Елизавета. В отсутствие отца госпожа Алиса не очень ревностно читала Библию, а Елизаветин новоиспеченный муж Уильям Донси ушел писать письма. Елизавета многозначительно покосилась на меня и тихо, обращаясь только ко мне, сказала:
— Вчера в Лондоне я видела Джона Клемента.
Я чуть не поперхнулась поссетом, но лицо мое осталось неподвижным.
— Что ты говоришь? Он ведь в Италии, учится, хочет получить степень доктора. Разве нет?
— Уже нет.
Я бы никогда не могла стать такой, как Елизавета. Не шибко высоколобая, маленькая, хорошенькая и похожа на кошку: она всегда приземлялась на ноги, хотя со стороны казалось, будто ей это не стоит никакого труда. Она считалась самой красивой и самой светской из дочерей Мора. Она дрогнула перед глухим голосом, кадыком и немалым доходом Уильяма Донси после одного придворного бала и его сдержанных ухаживаний. Именно ей Уильям был обязан тем, что сразу после свадьбы отец добился для него теплого местечка в канцелярии Ланкастерского герцогства, и она уже присматривала для него кое-что получше. Еще ребенком, увидев ее, я сразу поняла — мы никогда не подружимся. Я считала ее своенравной и знала — при малейшей неудаче она будет царапаться, как котенок. Мне не хотелось думать, что я просто завидовала ее молочной коже и четким чертам лица. Я утешалась мыслями о ее глубокой непорядочности, которую мне, разумеется, никогда не принять, и теперь моментально сообразила: именно из-за своей непорядочности она ничего не скажет, если увидит, что сведения о Джоне Клементе интересуют меня больше всего на свете. И все-таки не удержалась. Небрежно, очень небрежно я бросила:
— Как интересно. И что же он делает?
— Служит в королевском дворце. Джон вернулся в Лондон прошлым летом, получив степень. — Она замолчала. Елизавета всегда все про всех знала. — Он говорит, это место нашел ему отец. — Ни она, ни я и словом не обмолвились, как часто отец не сообщает нам о важных делах, и эта недосказанность сблизила нас. Некоторые мысли лучше не произносить вслух. После переезда в Челси такие красноречивые паузы стали в нашем доме обычным делом. — Джон присутствовал на обеде, куда отец велел нам пойти месяц назад, сразу после свадьбы. Ну, отчасти для того, чтобы Уильям и Джайлз получили места в следующем парламенте. — Я попыталась, не вполне успешно, подавить в себе зависть, вызванную беглым упоминанием ее семейных планов. — Мы находились в покоях герцога, когда перед самым обедом отца внезапно вызвали, он должен был прочитать что-то королю. — Она опять замолчала, посмотрев на свое золотое кольцо. — И вдруг появился Джон Клемент. Я чуть не умерла… — Она снова замолчала и глянула в окно. Нас заливал солнечный свет. — Обычно в это время года не так тепло, правда? — спросила она, хотя в комнате, еще почти голой, потому что мы не успели повесить ни портьеры, ни картины (отсюда и идея заказать портрет Гольбейну), сквозило и было довольно прохладно. — Он стал старше. — Лицо ее сделалось печальным. Она повернула на пальце обручальное кольцо. — Правда, потом я с ним больше не встречалась.
Елизавета вернулась три дня назад. Отец отправил ее домой с Цецилией в воскресенье вечером, раньше, чем планировалось, помочь подготовить все к приезду художника. Я ее почти не видела. Она редко выходила из комнаты, молилась, болтала с сестрами — о чем там шепчутся между собой молодые замужние женщины, — но меня не искала. Почему она так долго мне ничего не говорила? И почему сказала сейчас? Я чувствовала: она, как всегда, исподтишка проверяет мою реакцию. Не зная, чего она ждет, я встревожилась и решила упорно не сдавать ни пяди.
![Тайная жена Казановы](/storage/book-covers/c6/c672353872e915dc0d9dec3250a6397663c54d0b.jpg)
Венеция, XVIII век. Жизнь Катерины Капретте спокойна и размеренна. А двадцать лет назад она бурлила любовными авантюрами и сладострастными приключениями — ведь когда девушке было четырнадцать, в нее влюбился сам Казанова, знаменитый соблазнитель. Для того чтобы удержать его рядом с собой и обязать жениться, Катерина решилась на отчаянный шаг… За это родители отправили ее в монастырь. Спустя годы давняя соперница Катерины Марина начинает грязный шантаж, всеми силами стараясь раскрыть шокирующие и головокружительные тайны жены Казановы…
![Жемчужина Корсики](/storage/book-covers/14/147a041ac1f4d504131c4d29ad9813fd41f6ee67.jpg)
В V веке племя вандалов разоряет один из процветающих городов Римской империи – Карфаген. Десятилетняя девочка Юлия захвачена в плен и продана в рабство Евтолмию – богатому торговцу из Сирии. Нелегко приходится подрастающей красавице среди чуждых по вере людей, завистливых и сластолюбивых взглядов, каждодневного изнуряющего труда. Но вот, наконец, казалось, молодую девушку постигает удача – в Юлию влюбляется её хозяин Евтолмий. И тут господин и рабыня отправляются в морское путешествие…
![Последний пророк](/storage/book-covers/9b/9b2a8842e3b7c45cf9699fe5d716c0908b1aef4f.jpg)
Фарадей Хайтауэр, успешный практикующий врач, потеряв жену, которая умерла во время тяжелых родов на корабле в Атлантике, теряет веру в Бога и, оставив свое ремесло, отправляется путешествовать по свету в поисках утраченного. Не найдя ответов на мучившие его вопросы и не обретя душевного покоя и смирения, он решает проститься с жизнью. Но неожиданный ночной визит старой цыганки мешает свершиться задуманному. Цыганка уверяет Фарадея, что она послана к нему его умершей женой, и велит собираться в новое путешествие…
![Урок удовольствия](/storage/book-covers/77/77f8af8a8ef4d85ec9ab8ca02cf01500d1c66159.jpg)
С момента, как Король призвал мужа леди Элеонор в крестовый поход, она молилась о его благополучном возвращении. Находясь на Святых землях, сэр Гевин посылал домой необыкновенные богатства: гобелены, специи, масла. Но среди роскошных тканей лежала книга с изображением любовников, сплетённых в экзотической позе, о которой леди и не мыслила. Элеонор провела много одиноких ночей, мечтая, чтобы Гевин подарил ей наслаждение таким же образом. Но Гевин вернулся чужим и отстранённым, и Элеонор начинает опасаться, что потеряла единственного мужчину, которого когда-либо любила.
![Анна. Тайна Дома Романовых](/storage/book-covers/cf/cf223759af6c44bb3d8a92413a01eeac16e5c8f5.jpg)
Так начинались едва ли не все самые драматические, самые безум-ные истории о любви. Российский самодержец Павел I на балу обратил внимание на дочь московского сенатора Анну Лопухину… И весь мир для него вдруг мгновенно преобразился. Куда делись императорская невозмутимость, сдержанность и самообладание? Непозволительные чувства хлынули, как цунами, смыв в туманную даль бесконечные заботы и тревоги о судьбе России. Вмиг охладел некогда пылкий интерес к фаворитке Нелидовой. В сердце государя теперь была только она, юное, божественное создание, и она оставалась там до жуткой кончины Павла I. По сей день с полотен художников, писавших портреты Лопухиной, смотрит на нас очаровательная молодая женщина с большими темными глазами, которые как бы говорят: «Я была рождена для тихой семейной жизни, но, увы, вышло совсем по-другому…».
![Последняя ошибка императора](/storage/book-covers/f4/f47be51019cd99e25fe1488886b81f218ccf08b2.jpg)
Может ли любовь погубить империю? Какой беспристрастный свидетель поможет точнее понять минувшую эпоху, лучше, чем свидетельства современников и исторические документы? Российские императоры, их жены, фавориты и фаворитки – загадочные истории и необычные повороты сюжета. Борьба за власть и придворные интриги. О женской любви, которую не смогла сломить даже пытка, и как оценил ее первый русский император Петр I. Правители и самозванцы, гении и безумцы, аристократы духа и проходимцы.
![Нефертити. «Книга мертвых»](/storage/book-covers/72/7270091b047ac6f85e356cf6ba62c75b3ef40b54.jpg)
Нефертити.Прекраснейшая из прекрасных.Супруга и соправительница таинственного «фараона-еретика» Эхнатона. Ей поклоняются. Ее ненавидят. Но… кому из многочисленных врагов достанет мужества посягнуть на жизнь или честь великой царицы?Это кажется невозможным, но незадолго до празднества по случаю освящения новой столицы Египетского царства Нефертити бесследно исчезает.Сыщику Рахотепу предстоит отыскать пропавшую царицу за десять дней, оставшихся до празднества, — или его и всю его семью казнят.Но чем дольше длятся поиски, тем отчетливее Рахотеп понимает: к исчезновению «прекраснейшей из прекрасных» причастны не только коварные царедворцы и властолюбивые жрецы…
![Маска Черного Тюльпана](/storage/book-covers/30/30d78948dc22a3206933677b0cec650182e5cd1d.jpg)
Эпоха наполеоновских войн.В Англии действуют десятки французских шпионов, но самый знаменитый из них — отчаянно смелый, изворотливый и жестокий Черный Тюльпан.Кто скрывается под кодовым именем?Как удается этому опасному человеку снова и снова выскальзывать из сетей опытных британских агентов?Это пытаются понять идущие по следу Черного Тюльпана сэр Майлз Доррингтон и его невеста и верная помощница Генриетта Аппингтон.Однако таинственный шпион французов постоянно опережает их на шаг — и вскоре Доррингтону и Генриетте становится ясно: из преследователей они вот-вот превратятся в мишень Черного Тюльпана.Сэру Майлзу остается лишь одно: пойти ва-банк, поставив на карту не только собственную жизнь, но и жизнь любимой…
![Наложница визиря](/storage/book-covers/7f/7fa3f09080d1058e46cafcdbd643e992e73685ab.jpg)
Роман, который буквально оживляет для читателей пышную, экзотическую Индию XVI века. История увлекательных приключений юной Майи, которая предпочла затворничеству в храме роскошь положения наложницы одного из могущественнейших людей Индии. История опасных интриг и безжалостных религиозных и политических конфликтов, блеска и роскоши, любви и ненависти, страсти и предательства.История необыкновенной женщины, живущей в необыкновенной стране.
![Величайший рыцарь](/storage/book-covers/ec/ecfeb4c29cbbb1f370ab6fe878ca70299052af20.jpg)
«Рыцари без страха и упрека» существуют только в артуровских легендах?О нет!Перед вами история именно такого рыцаря – Вильгельма Маршала, младшего сына провинциального барона, ставшего другом и верным спутником самого славного из королей Англии – Ричарда Львиное Сердце.История пышных турниров, изощренных придворных интриг и опасных крестовых походов.Но прежде всего – история верной и преданной любви Вильгельма к прекрасной Изабель, женщине, изменившей всю его жизнь…