Разлив Цивиля - [114]
— И то еще не все, — продолжал председатель. — Колхоз только весной на покупку техники выкинул почти сто тысяч, а он, пользуясь моим отсутствием, закупил еще разных железяк на семь тысяч, закупил элитные семена. И в итоге, пока я ездил, колхоз стал нищим, колхоз весь в долгах… Кто-то делает, добывает деньги для колхоза, а кто-то разматывает их налево и направо.
— Из-за того, что не было представителя, неужто район не поверит? — не выдержал Володя. — А культиваторы колхозу, — Володя провел пальцем по шее, — во как нужны!
— Без тебя знаю, Баранов. И я сейчас не о культиваторах… Предлагаю освободить Кадышева от должности и агронома, и бригадира тракторной бригады. Кто согласен с моим предложением, поднимите руки.
— Не дав слова самому Кадышеву? — опять вступился за Павла Володя.
— Пусть Кадышев скажет спасибо, что денег с него не взыскиваем, — поднимая руку, ответил председатель.
Вслед за председателем подняли руки Петр Хабус, еще два члена правления. Кузнец Петр с Федором Васильевичем сидели с выжидающими лицами. На заседании сегодня пет Виктора Андреевича, он в лесу, на разборке домов. Четыре голоса уже большинство, но Трофиму Матвеевичу этого недостаточно.
— И ты, Петруш, поддерживаешь транжира? — спрашивает он кузнеца. — И ты бежишь по его колее? Сел на его сани и его песни поешь? Или для тебя дружба Кадышева дороже интересов колхоза?
— Я, что… Я не знаю…
— Поднимай, поднимай, Петр, — весело крикнул Павел.
— Если ты признаешь свою вину… — и он поднял руку.
— Что Федор Васильевич за мое предложение не будет голосовать — это ясно: я сел на его место…
— Я голосую только за правду, — с достоинством ответил Федор Васильевич.
— А ты? — председатель поглядел в сторону Саньки.
— Я не член правления.
— Но клевер твой.
— Он — колхозный… О пропавшей траве толкуете, а у меня сегодня… — Санька вдруг взорвался, заорал: — Дайте мне спокойно жениться, черт возьми, ведь не часто такое в жизни бывает! — и зашагал к выходу.
— Куда уходишь? — вдогонку бригадиру кричит Трофим Матвеевич, но тот словно бы и не слышит. Громко хлопает дверь сеней, дробно гремят под каблуками ступени крыльца, и все стихает.
— Итак, пятью голосами Кадышева сняли, — начинает торопиться Трофим Матвеевич, а то, чего хорошего, еще кто-нибудь убежит на эту самую свадьбу. — Вместо него предлагаю утвердить бригадиром товарища Баранова. Парень он боевой, комсорг, мастер по кукурузе. Одним словом, человек достойный.
— Меня? Бригадиром? И чтобы кукурузу в сторону? Шуточки шутите, Трофим Матвеевич… Думаешь, поставлю бригадиром, он и замолчит? Нет, я не мальчик, пряником меня не заманишь.
— Кто согласен с моим предложением, прошу поднять руку, — не слушая Володю, гнул свою линию председатель, и опять сам же поднял первым. — Решено. Пять голосов. С завтрашнего дня, товарищ Баранов, принимаете дела бригады.
— Пусть их шайтаны принимают, — Володя встал и тоже направился к выходу. — Что это? Это не заседание, а какой-то спектакль. — И тоже, как Санька, грохнул сенной дверью.
Трофим Матвеевич не заметил, как поднялся и заговорил Павел.
— Меня не очень-то огорчило, что вы меня снимаете с работы. Мои руки все равно без дела не будут. Если не бригадир — тракторист… Эти руки, — и он выставил над столом свои огромные ручищи, — с десяти лет пахали, бороновали, косили, и их с этой рабочей должности снять нельзя любым числом голосов… Может, я что-то сделал не так, может, в чем-то ошибся. Но зачем вы, Трофим Матвеевич, корите меня семенами, будто не знаете, что урожай начинается с семян? И если бы не эти два культиватора, сев мы бы затянули еще дня на три, а может, и на четыре…
— Тебе слова не давали, — послушав Кадышева и поняв, что он и не собирается с ним ни в чем соглашаться, решил остановить парторга Трофим Матвеевич. А еще уж очень не нравился ему спокойный, ровный тон, каким говорил Кадышев, будто не его, а председателя колхоза только что ругали.
— Что ж, — все так же невозмутимо сказал Павел. — Суд кончился? Я могу идти?
— Скатертью дорога, — бросил со своего председательского места Трофим Матвеевич.
— Спасибо. Люблю вежливое обращение…
Павел ушел, но спокойней Трофиму Матвеевичу не стало. Не так, совсем не так ушел Кадышев, как ему бы, Трофиму Матвеевичу, хотелось! Казалось бы, он только что раздавил, втоптал в грязь своего противника, одержал над ним полную победу. Однако же ничего похожего на чувство победителя Трофим Матвеевич не испытывал. Не Павел ли оказался победителем? Во всяком случае, и голосовавшее «большинство», и сам Трофим Матвеевич видели, что ушел Павел с этого заседания отнюдь не побежденным…
Сойдя с правленческого крыльца, Павел остановился, чтобы хоть немного собраться с мыслями. Однако же, странное дело, думал он не о том, в чем прав или неправ Трофим Матвеевич, а о том, с чего это председатель вдруг ополчился на него. Работали трактористы на севе хорошо, сам Павел тоже дневал и ночевал в поле. Деньги? Да, конечно, если он ввел колхоз в расход, это могло восстановить председателя против него. И все же, вряд ли причина только в этом…
— Прости, Павел, — тронул его за плечо кузнец Петр. — Нам еще перед началом Прыгунов сказал, если тебя не снимут с работы, то он отдаст иод суд.
![Запоздалый суд](/storage/book-covers/88/8845c4f2004cee107867080f6b5d3b6400c6cbe5.jpg)
В настоящий сборник известного чувашского прозаика А. Емельянова вошли две новые повести: «Не ради славы», «Мои счастливые дни» — и рассказы.В повестях и рассказах автор рисует жизнь современного чувашского села, воссоздает яркие характеры тружеников сельского хозяйства, поднимает острые морально-этические проблемы.Отличительные черты творчества А. Емельянова — чувство современности, глубокое знание и понимание человеческих характеров.
![Год - тринадцать месяцев](/storage/book-covers/cb/cb7b9ce24944752c49dba53aaa5a19fdcc138395.jpg)
Анатолию Емельянову присущ неиссякаемый интерес к жизни сел Нечерноземья.Издавна у чувашей считалось, что в засушливом году — тринадцать месяцев. Именно в страшную засуху и разворачиваются события заглавной повести, где автор касается самых злободневных вопросов жизни чувашского села, рисует благородный труд хлеборобов, высвечивает в характерах героев их высокую одухотворенность.
![Шестеро. Капитан «Смелого». Сказание о директоре Прончатове](/storage/book-covers/d0/d018eb20e000fedaf350c5b8b85c605452d636b5.jpg)
.«Первое прикосновение искусства» — это короткая творческая автобиография В.Липатова. Повести, вошедшие в первый том, написаны в разные годы и различны по тематике. Но во всех повестях события происходят в Сибири. «Шестеро» — это простой и правдивый рассказ о героической борьбе трактористов со стихией, сумевших во время бурана провести через тайгу необходимые леспромхозу машины. «Капитан „Смелого“» — это история последнего, труднейшего рейса старого речника капитана Валова. «Стрежень» — лирическая, полная тонких наблюдений за жизнью рыбаков Оби, связанных истинной дружбой.
![Дом на берегу: очерки](/storage/book-covers/2c/2c0b1ba83662f74176a86149d39ecc7e4e741982.jpg)
В книгу известного советского писателя Виля Липатова включены очерки, написанные в последние годы его жизни. Среди героев книги — московские рабочие, ленинградские корабелы, автомобилестроители Тольятти, обские речники, колхозники Нечерноземья, сотрудники милиции, деятели культуры. Все они обычные люди, но писатель подмечает в их жизни и труде характерные черты, делающие их яркими индивидуальностями. По-своему оригинальны и отрицательные персонажи: остро осуждая их, автор показывает неизбежное торжество справедливости.Содержание:Поправка к прогнозуТочка опорыНаших душ золотые россыпиДва рубля десять копеек… Самолетный кочегарДом на берегуПятаки гербами вверхПисьма из ТольяттиКорабелЛес равнодушных не любитКарьераКогда деревья не умираютТечет река ВолгаСтепанов и СтепановыТот самый Тимофей Зоткин? Тот, тот…Шофер таксиОбской капитанЖизнь прожить…Закройщик из КалугиСержант милицииСтарший автоинспектор01! 01! 01!Разговорчивый человекГегемонЧто можно Кузенкову?ДеньгиБрезентовая сумкаВоротаВсе мы, все — незаменимые .
![Дни испытаний](/storage/book-covers/ff/ff9659d0dc2352e7d27f8dcf2ed32f58f0199dfc.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Два конца](/storage/book-covers/8f/8fa8dcd841741d1aa038b447cf698db97805a674.jpg)
Рассказ о последних днях двух арестантов, приговорённых при царе к смертной казни — грабителя-убийцы и революционера-подпольщика.Журнал «Сибирские огни», №1, 1927 г.
![Биробиджанцы на Амуре](/storage/book-covers/a9/a999ef987ea154a085c58ac3bceee6a720e4078d.jpg)
Повесть «Биробиджанцы на Амуре» рассказывает о небольшом эпизоде из трудовой жизни крестьян-новосёлов — заготовке сена, ведущегося группой переселенцев на отрезанном наводнением острове. Повесть заканчивается победой энтузиастов-косарей: сено скошено и заскирдовано, смертельная опасность, грозившая отрезанным на затопленном острове людям, миновала; сложился и окреп испытанный коллектив коммунаров, готовых к новым сражениям с дикой тайгой.В остальных произведениях, входящих в этот сборник (за исключением двух последних рассказов, написанных на войне), тоже изображена борьба советских людей за освоение Дальнего Востока.
![Слово арата](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Честь](/storage/book-covers/3b/3bc298c8d05e6a6095438a10214a1091bdfc8fb1.jpg)
Роман известного татарского писателя Гумера Баширова «Честь», удостоенный Государственной премии, принадлежит к лучшим произведениям советской литературы о колхозной деревне в годы Великой Отечественной войны. Герои Г. Баширова — это те рядовые труженики, без повседневной работы которых ни одно великое дело не совершается в стране.Психологически правдивое изображение людей, проникновенный лиризм, картины природы, народные песни придают роману задушевную поэтичность.
![Плавучая станица](/storage/book-covers/e6/e62397ad8e78055c6812d13a87242aa80ce0f551.jpg)
Имя Виталия Закруткина широко известно в нашей стране. Его книги «Акадмик Плющов», «Кавказские записки», «Матерь Человеческая», «Сотворение мира» давно полюбились читателю. Роман «Плавучая станица», отмеченный Государственной премией СССР, рассказывает о трудовых буднях колхозников-рыбаков.