Путь - [3]
— Пойдем по тракту. — Больше мне, чем Рэму, Росни отмахнул направление. Я посмотрела: в указанной стороне чаща как чаща, такая же, как в остальных трех.
— А почему? — Удивилась перемене планов.
— Потому. — Отрезал Охотник, зашагал широко, монументально возвышаясь впереди. — Не дойти тебе по лесу, ты уже вон прихрамываешь.
— Мне неудобно. — Попыталась оправдаться, потом разозлилась. Что я, специально, что ли?
— Внимательно смотри по сторонам. — Предупредил из-за спины Рэм приглушенно. — Это место называется Змеиная застава, и поверь, не зря.
Я вновь почувствовала липкие пальцы страха на горле. Не то, чтобы ползучие гады вызывали во мне паническое отвращение, но длинная дурацкая юбка метет дерн.
— Дай нож. — Попросила, останавливаясь, он подал без вопросов. Добротная материя резалась легко, отрезанный лоскут, шириною сантиметров в двадцать, как раз хорошо обмотался на талии, вместо пояса. Рэм хмыкнул, весело поблескивая глазами из-под капюшона.
Он вообще часто улыбался, Рэм. Даже когда просто спокойно смотрел, чудилась скрытая усмешка. Что ж, вид у меня, действительно, заслуживает насмешки, — стараясь не вскипеть, каждый раз напоминала себе. Пусть уж лучше Рэм смеется, чем Росни ухмыляется. Вот от чьего взгляда неуютно!
По лесу нельзя ходить как по… «аллеям» — услужливо подсказал какой-то еще живой кусочек памяти, и тут же, ойкнув, исчез. Поленившись наклониться, я оттолкнула свисающие ветви. Сверху свалилось нечто холодное, скользкое, и смертельно опасное.
Время замерло в прямом смысле слов. Я «включилась» в реальность, а реальность остановилась. Только шипящий гад остался проворным, вырывался из пальцев, заворачивая плоский треугольник головы, и стало понятно — времени нет. Если сейчас не остановить эту тварь, она остановит меня. Инстинкт самосохранения придал пальцам просто немыслимую скорость и гибкость. Я испугаться толком не успела, как уже вцепилась обеими руками в мерзкую плоть под самой головой, не давая ей приблизиться достаточно близко, не обращая внимание на сдирающие кожу с рук вьющиеся кольца, оторвала змею от себя, отводя руки все дальше.
— Замри. — Глухо сказал Росни, коротко размахиваясь. В лицо брызнуло холодным и липким.
Унимая противную дрожь, я оценивала расстояние между собственным носом и воткнутым в дерево ножом. Что ж, мне повезло с провожатыми. Росни, легко вытаскивая засевшую почти по рукоять сталь, поглядывал как-то по-новому.
— Спасибо тебе. — Поблагодарила не слишком затейливо.
— Угу. — Буркнул тот по обыкновению. — По сторонам лучше смотри.
Легко подталкивая в спину, Рэм заставлял идти дальше. Перешагнув через еще конвульсивно вздрагивающую ленту, удивилась, насколько мало напугала реальная опасность. Почему-то была уверена, что раньше на меня не часто нападали подобные твари.
За весь день останавливались лишь дважды, и то, только для меня. Оба Охотника олицетворяли выносливость, и я не позволяла себе уставать. Первый привал, короткий и неуютный, устроили около полудня прямо на обочине. Посидели, попили из фляги вина, и пошли дальше. Второй устроила себе сама, когда почувствовала — то, чем наполнены мои ботинки, не совсем вода. Выбрав валун пошире, разулась, не спеша, перемотала ступни на манер портянок, половинки шарфа не слишком подходили, да что делать. Остатком старательно обвязала шею, помня предостережение. Охотники, присевшие рядом, деликатно отводили глаза во время этой процедуры. Я отметила их сдержанность.
Оставшуюся часть пути помню как бесконечное чавканье грязи в такт шагов. Монотонная песня странствия, не слишком романтичная, что и говорить. К вечеру за очередным поворотом послышался собачий лай, и потянуло дымом. Мы вышли к деревне.
Дождь кончился. Что было, конечно, неплохо, но несвоевременно. Вот если бы он кончился этим утром, когда мы вышли на тракт, тогда одежда не промокла бы до нитки, я весь день не чувствовала бы себя лягушкой на болоте, и, в конце — концов, не подхватила бы насморка. Но нет, ему надо было моросить весь день, превратить дорогу в одну сплошную лужу, насквозь промочить нас. К тому же сильно усложнить все лично для меня. Идти по накатанной, но очень раскисшей дороге в тяжелой, длинной, мокрой юбке — ого! Кто не имел удовольствия все прочувствовать сам, вряд ли поймет.
И вообще, то, что касалось одежды, сильно стесняло. Ладно юбка, она хоть плотная. А обувь! Не знаю, в каком краю я выросла, но там точно не носили ничего похожего. Про то, что на мне было напялено сверху вместо куртки, просто молчу. Рэм, конечно, цыкнул, когда я заикнулась о возможности превратить ожерелье в средство обмена, но меня не просто напугать. А уж когда отмахаешь с мое в виде пугала, то и вовсе решительным станешь. Нет уж, дудки! При первой возможности переоденусь. А то, что ожерелье вроде как амулет или знак — это еще неизвестно.
Ворота, если то, что закрывало обычно забор можно назвать воротами, были еще открыты. Впрочем, если они и представляли в закрытом виде преграду, то лишь для телег. Всё остальное, от кошки до лошади, могло свободно протиснуться в аккуратную дыру шагах в двадцати от «главного входа». Проходя по единственной улице между покосившихся, темных халуп, поняла совершенно точно — с деревней меня ничего не связывает, и связывать не может. Если в лесу было тревожно, то здесь — просто жутко. И ни огонь в очаге постоялого двора, ни почтительное отношение к нашей троице всех, включая приблудную собаку, не смогло изменить тягостного впечатления. Нет, здесь не присутствовало моего прошлого.
![Проклятый](/storage/book-covers/a5/a54e05d1db109817fa7f61549cb0eeab4b2339ad.jpg)
«Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире. Кто знал, что Массакрия преподнесет мне такой сюрприз? Стать „невольным“ тестером. Не начав играть нарваться на проблемы. Окунуться в жизнь закрытого общества. Стать изгоем на которого ведут охоту. Этого я хотел? Нет. Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире…».
![Судьба](/storage/book-covers/3b/3b9cb238292aafcccc0dfd049e0ed286a8238880.jpg)
Гилтас Следопыт привел свой народ в новый рай — легендарную долину Инас-Вакенти. Но запретная долина привлекает и других. Искатели приключений и ученые, священники и сумасшедшие, злобные враги, все пришли туда. А кое-кто пришел из самой необитаемой долины. В это время, Кериансерай, наконец, воссоединилась со своим мужем, приведя на помощь беженцам свой отряд солдат с грифонами. Гилтас настаивает, что судьба эльфов лежит среди влажных туманов и бродячих призраков забытой долины, но никто не знает, прав ли он, или они с Львицей ведут азартную игру — а на кону выживание их народа.
![Альянсы](/storage/book-covers/8b/8bd57506adf1042491176b725663b44b0f97c257.jpg)
Пока эльфийские изгнанники борются за выживание в далеком королевстве Кхур, остающиеся в Квалинести эльфы сталкиваются с гонениями, порабощением и истреблением. Среди огромных страданий и безграничного зла появляется предводитель восстания — в маске, безымянный, обладающий странной властью — полный решимости очистить эту землю от захватчиков. В это время Кериансерай, Львица, кагонестийский генерал и жена Беседующего Гилтаса, волшебным образом переносится от неминуемой смерти в Кхуре в не менее отчаянное положение на свою бывшую родину.