Пурга над «Карточным домиком» - [11]
— Тамара Евгеньевна, — директор старался говорить подчеркнуто спокойно, не поднимая глаз от сцепленных пальцев. — Я вынужден третий или четвертый раз напомнить вам: ученый секретарь большого научного городка не может позволить себе поддаваться чувству личной антипатии к кому бы то ни было.
— Да я не личной! То, что этот Сильвестров мне малосимпатичен, не играет здесь никакой роли. Сама идея — вот что меня возмущает. И кто бы ни занялся ее разработкой, пусть даже вы, — я все равно была бы против. Залезать в человеческую память! Стирать в мозгу «ненужные» воспоминания. Ненужные?! — да кто это может определить, какие нужные, каткие — нет. И как только разрешили заниматься подобными исследованиями!
— Кто этот Сильвестров? — спросил капитан.
— Заведующий четвертой лабораторией в «Карточном домике». От Академии медицинских наук. Тамара Евгеньевна сильно преувеличила — никто не собирается вторгаться в человеческую память. Речь идет лишь о лечении психических травм или душевных расстройств, вызванных тяжелыми воспоминаниями. Об ослаблении отрицательных эмоций, когда они делаются опасными для здоровья.
— О да! Покончить с любым человеческим горем радио-механическими средствами. Прекрасная мысль!
— А что за аппарат у него? Как вы его назвали?
— «Мнемозина». Так звали богиню памяти у древних греков. Он работает на принципе биорадиоволн. Вы, наверное, слыхали о биотоках мозга? Это связано одно с другим, но биологическое радио — область новая и очень мало изученная. Идея Сильвестрова заключалась в том, чтобы при помощи своего аппарата устанавливать радиосвязь с клетками головного мозга, как бы нащупывать их частоты и затем включать глушащее устройство, добиваться того, что Павлов называл торможением некоторых участков коры больших полушарий.
— Действительно — выглядит довольно рискованно. Удалось ему чего-нибудь добиться?
— Безусловно. Правда, много времени ушло на отладку системы, монтаж, первые пробные опыты на животных. И все же прошлой весной он смог уже кое-что показать. Сильвестров демонстрировал любопытные феномены: собаку, дружно живущую с котом, лису — с курами.
— Дрессировка?
— В том-то и дело, что нет. Это сразу бросалось в глаза. Животные вели себя так, будто у них… Будто они снова вернулись в младенчество, стали щенком и котенком, лисенком и цыплятами. Видели в зоопарке площадку молодняка? Вот и у этих была точно такая дружба. Доклад произвел большое впечатление, но сам Сильвестров не выглядел довольным. «Да, — говорил он, — я могу снять память слой за слоем. Да, могу остановиться в любой момент и оставить животное в заданном возрасте — год, шесть месяцев, два. Но ведь задача состоит не в подавлении всей памяти — это было бы преступлением, — а в выборочном нащупывании болезненных мучительных воспоминаний. И до этого так же далеко, как в начале пути». Помню, сам он показался мне тогда очень усталым и измученным. Более подробно о его работе рассказать не смогу — не специалист. Да и вряд ли здесь в научном городке кто-нибудь сможет.
— Если не считать Русадзе, — негромко произнесла Тамара Евгеньевна. — Она прилетела позавчера последним рейсом вертолета.
— Этери прилетела? Что ж вы сразу не сказали! Это ассистентка Сильвестрова, работает вместе с ним в «Карточном домике».
Капитан быстро повернулся к Тамаре Евгеньевне.
— А нельзя ее пригласить сюда? Где она остановилась?
— В этом же здании, в другом крыле. Но боюсь, она уже легла спать.
— Даже если спит — придется разбудить.
Голос его почти не изменился, лишь паузы между словами стали чуть подлиннее. Тамара Евгеньевна молча кивнула и вышла из кабинета.
Директор вытащил новую сигарету из пачки, вставил ее под усы и сказал:
— Мы пока рассмотрели лишь две версии. И почему-то упорно не хотим касаться третьей. А ведь она бы все объяснила.
— Вы имеете в виду нападение неизвестных злоумышленников?
— Да.
— Действительно — и выстрелы, и молчание передатчика, и пропажа вездехода с водителем… Все укладывается в эту версию, и никаких противоречий не остается.
— Формально мы не имеем права полностью ее отбрасывать.
Директор встал, подошел к окну и некоторое время всматривался в летящую белесую муть с каким-то подобием надежды — не слабеет ли? Потом, пробормотав «у-у, стихия чертова!», быстро вернулся к столу.
— Слушайте, товарищ капитан…
— Сергей Тимофеевич.
— Сергей Тимофеевич, а не слишком ли мы затянули наши обсуждения? Не пора ли нам кончить размышлять да прикидывать и перейти к делу. Собрать всю снегоочистительную технику, которая ползает сейчас по улицам, выстроить ее в колонну и бросить в поход во-о-он к тому маленькому квадратику в углу карты.
— Прямо сейчас? Ночью?
— Ночью, конечно, по бездорожью не дойдут. Но хоть первую четверть пути — по шоссе. Чтобы к рассвету были за мостом. Так сказать, на исходных позициях.
— Оставить город без защиты? Он к утру будет завален снегом по самые окна. Завтра рабочий день — никто не сможет попасть на работу. Прекратится подача воды, электричества, «скорая помощь» не приедет к больному, в магазины не привезут хлеб. Да что мне вам объяснять… Жизнь остановится.
— А если там остановится чья-то жизнь? Может, уже сейчас останавливается. И не одна. Там сорок человек.
![Зрелища](/storage/book-covers/2f/2f0c1224641cf0039ce638991707f266790a9214.jpg)
Опубликовано в журнале "Звезда" № 7, 1997. Страницы этого номера «Звезды» отданы материалам по культуре и общественной жизни страны в 1960-е годы. Игорь Маркович Ефимов (род. в 1937 г. в Москве) — прозаик, публицист, философ, автор многих книг прозы, философских, исторических работ; лауреат премии журнала «Звезда» за 1996 г. — роман «Не мир, но меч». Живет в США.
![Стыдная тайна неравенства](/storage/book-covers/78/78873fb703dfff1aeeea201f8ee8a3415c6e7e71.jpg)
Когда государство направляет всю свою мощь на уничтожение лояльных подданных — кого, в первую очередь, избирает оно в качестве жертв? История расскажет нам, что Сулла уничтожал политических противников, Нерон бросал зверям христиан, инквизиция сжигала ведьм и еретиков, якобинцы гильотинировали аристократов, турки рубили армян, нацисты гнали в газовые камеры евреев. Игорь Ефимов, внимательно исследовав эти исторические катаклизмы и сосредоточив особое внимание на массовом терроре в сталинской России, маоистском Китае, коммунистической Камбодже, приходит к выводу, что во всех этих катастрофах мы имеем дело с извержением на поверхность вечно тлеющей, иррациональной ненависти менее одаренного к более одаренному.
![Неверная](/storage/book-covers/21/21ecf2207a8ea4fe41eb64e2560fc7a0fa05a221.jpg)
Умение Игоря Ефимова сплетать лиризм и философичность повествования с напряженным сюжетом (читатели помнят такие его книги, как «Седьмая жена», «Суд да дело», «Новгородский толмач», «Пелагий Британец», «Архивы Страшного суда») проявилось в романе «Неверная» с новой силой.Героиня этого романа с юных лет не способна сохранять верность в любви. Когда очередная влюбленность втягивает ее в неразрешимую драму, только преданно любящий друг находит способ спасти героиню от смертельной опасности.
![Джон Чивер](/storage/book-covers/a4/a49b1bab997aa11239e59cb1b971d41b17c5cfb8.jpg)
В рубрике «Документальная проза» — отрывки из биографической книги Игоря Ефимова «Бермудский треугольник любви» — об американском писателе Джоне Чивере (1912–1982). Попытка нового осмысления столь неоднозначной личности этого автора — разумеется, в связи с его творчеством. При этом читателю предлагается взглянуть на жизнь писателя с разных точек зрения: по форме книга — своеобразный диалог о Чивере, где два голоса, Тенор и Бас дополняют друг друга.
![Статьи о Довлатове](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Сергей Довлатов как зеркало Александра Гениса. Опубликовано в журнале «Звезда» 2000, № 1. Сергей Довлатов как зеркало российского абсурда. Опубликовано в журнале «Дружба Народов» 2000, № 2.
![Проклятие Аль'Амзара](/storage/book-covers/e3/e3a91d52443ace92fa998a0ec8a8171abf347cb2.jpg)
Ученик шестого класса Денис Рыбников получает неожиданное предложение стать учеником мага. И не простого мага, а правителя Неймора! Да только доверять малознакомым магам не только чревато крупными неприятностями, но и опасно для жизни. Денису Рыбникову придётся дорого заплатить за доверчивость, ведь оказавшись в Нейморе, он подверг опасности не только себя, но и свою семью и друзей. Но дружба и настойчивость помогут Денису выстоять и одолеть зло. При создании частично использовал образ, предложенный авторами.
![Чудовище и Бетани](/storage/book-covers/82/820ca116710cd702d41daa91759e4d761f74af42.jpg)
Эбенизер Твизер – молодой 511-летний мужчина. На чердаке своего особняка он держит чудовище, которое питается произведениями искусства и редкими животными, хотя иногда не прочь полакомиться кактусом или домашним котом. Взамен чудовище изрыгает для Эбенизера всевозможные подарки, включая волшебные зелья, продлевающие молодость и жизнь. Но аппетиты монстра растут, и однажды он заявляет, что только сочный мясистый ребенок утолит его голод. Так в доме Эбенизер появляется сиротка Бетани. Поначалу Эбенизер тешит себя надеждой, что накормит чудовище и его (очень долгая) жизнь снова потечет своим чередом.
![Неземляне](/storage/book-covers/d3/d32de63f9ca34867a0e67d666548ea563547d1c4.jpg)
Фантастический, полный юмора и оптимизма, роман о переезде землян на чужую планету. Земли больше нет. Тысяча выживших людей должна отыскать себе новый дом, и для этого у них всего один шанс и одна планета. Вот только жители этой планеты – чумляне – совсем не рады чужакам. Да и законы здесь – далеко не такие, как на Земле… Лан и его семья, направленные на Чум на испытательный срок, должны доказать, что земляне достойны второй попытки. Ведь от того, сумеют ли они завоевать доверие жителей Чума и внести свой вклад в жизнь их планеты, зависит судьба всего человечества. Этот захватывающий подростковый роман поднимает такие темы как значимость отношений, эмоций, искусства и удовольствия, терпимость, экология, жестокость современного общества, фейковые новости, подавление и проявление эмоций.
![Странные вещи](/storage/book-covers/12/12eb8c352c6a3c5f60400399c5b27faa5d21b6a5.jpg)
Клевер живет в стране чудес на границе одиннадцати объединенных штатов. Она мечтает о жизни, полной романтики и приключений, хочет собирать удивительные «странные вещи», как ее покойная мать. Но отец, врач и прагматик до мозга костей, учит ее «лечить тело, которое видишь перед собой». За границей штатов – Французская Луизиана, соперница молодой страны и источник постоянно растущей напряженности, угроза для их мирной горной деревушки… и не только. Отец Клевер погибает, защищая ее от преступников, а его последние слова заставляют девочку отправиться на поиски странной вещи, способной развязать войну… или покончить с ней.
![Путешественники во времени](/storage/book-covers/01/01d57db7063b166afe8db7fda905da40b622931f.jpg)
Невероятные приключения ждут героев этой книги. Юным читателям очень понравятся смелые путешественники: Мария, Виталий, Иван, Игорь, Василий и Андрей. Они из-за своей безответственности долго не могут вернуться в своё время и застревают в других измерениях. Друзья побывают в Древнем Египте и Греции, в гостях у Бабы-Яги и Кощея, повстречаются с Минотавром и другими сказочными персонажами. Путешественники найдут себе новых друзей и помогут тем, кто попал в беду.
![Город разноцветных голосов](/storage/book-covers/84/8456258c17f53b6407beea1b9ee9d9f3f3eccac6.jpg)
Натка — отличница из семьи военного, мечтает стать певицей и хочет, чтобы отец ею гордился. Костик — мальчик из семьи военного и домохозяйки; родители постоянно заняты, и он чувствует себя одиноким. Он тоже мечтает петь на сцене, только для него это возможность доказать, что он тоже достоин любви и внимания. И вот им выпадает шанс выступить вместе… но получится ли? Эта история о дружбе, сострадании… и разноцветных голосах.