Проникновение - [4]

Шрифт
Интервал

— Сейчас буду, — крикнул шериф.

Он стремительно обернулся.

— Ваша скотина у дома Томми Джонса, — быстро сказал он, — Надо торопиться. Чет, берите пулемет и идем.

Но когда они добрались до места, страшилища уже и след простыл. Оно оставило после себя настоящий разгром. Хлев начисто лишился одной стены, с десяток коров и три лошади лежали в своих стойлах. Животные были мертвы. Они походили на проколотые воздушные шары. На теле каждого из них зияла одна-единственная рана.

Свиней в загоне постигла точно такая же судьба; по всему двору были разбросаны безжизненные комки перьев, которые когда-то были цыплятами.

Миссис Джонс рыдала и заламывала руки.

— Мои лучшие курочки, — причитала она. — Я трудилась, не покладая рук, растила их. Выгоняла их в дождь с улицы, чтобы не утонули, курятник отремонтировала, чтобы до них не добрались скунсы.

— Кто-нибудь за это ответит, — бушевал ее супруг, — Я выясню, откуда взялась эта тварь, и заставлю виновного заплатить…

— Животное принадлежит мне, — выступил вперед Говард, — Оно сбежало из моего балагана на ярмарке. Я уверен, мы с вами сможем договориться.

— Сейчас так договоримся, мало не покажется, — рявкнул Джонс, — А в морду не хочешь?

— Прекрати, Томми, — велел шериф Альф, — Мистер Говард же сказал тебе, он заплатит. Что еще тебе нужно?

— Я отправляюсь с вами в город, — заявил вдруг Джонс, — Я добьюсь, чтобы этот балаган закрыли. Он у меня никуда не денется, пока не заплатит все, что мне причитается, до последнего цента. Взгляните только! Чтобы привести все это в порядок, понадобится сотни две-три, да еще…

— И не забудь про моих курочек, Томми, — прорыдала миссис Джонс.

К утру шериф клевал носом от усталости.

Ночка выдалась не из веселых. Они гнались за Пожирателем через три поля с уже сжатой пшеницей и по одному, где еще стояла кукуруза. Там он оставил широкий след, который ни с чем другим не спутаешь. Оттуда зверь отправился на болото Кинни. После двухчасовых блужданий по жидкой грязи они окончательно сбились со следа и сдались.

Теперь телефон раскалился — просьбы о помощи шли уже из столицы штата. Осаждали шерифа звонками и журналисты из Миннеаполиса. «Ассошиэйтед Пресс» и «Юнайтед Пресс» во что бы то ни стало желали получить официальное заявление.

Шериф промокнул лоб и бросил сердитый взгляд на телефон, словно опасаясь, что он позвонит снова!

В коридоре послышались чьи-то шаги, и в кабинете появился Эбнер Хилл.

— Здорово, — приветствовал его шериф Альф. — Чего поднялся ни свет ни заря, Эбнер?

Эбнера, казалось, вот-вот хватит удар. Шериф это видел.

— Я хочу, чтобы вы сейчас же пошли и арестовали Луи Смита, — рявкнул он.

— Погоди-ка, — нахмурился шериф, — Я не могу арестовать его без ордера. Я слыхал, вы с ним на днях сцепились на ярмарке, но нельзя же…

— Он отравил моего быка, — взорвался Эбнер, — Мой бык мертв — отравлен, и никто, кроме Луи, не мог этого сделать.

Он разозлился, что я получил голубую ленточку, когда он уже на весь округ раззвонил, будто она достанется ему.

— Откуда ты знаешь, что это Луи?

— Так только у него была причина. Я больше ни с кем не ссорился. А быка кто-то отравил.

Затрезвонил телефон.

— Слушаю. Что еще там?

— Это Пол Лоренс, шериф, — раздался из трубки голос окружного агента. — Происходит что-то странное. Кто-то отравил скот.

— Здесь сейчас Эбнер Хилл, — ответил шериф. — Говорит, его призового быка отравили. Похоже, он считает, это мог быть Луи Смит.

— Это не Луи, — возразил окружной агент. — Его бык тоже пал.

— Ладно, — буркнул шериф, — Сейчас буду.

Телефон затрезвонил снова.

— Ну а вам что еще нужно? — заорал шериф Альф.

— Это Чет. Похоже, мы кой-чего упустили. У нас тут убийство.

— Убийство?!

— Угу. Мертвый малый в марсианском шатре. Обгорел дочерна. Весь обугленный, что твоя головешка. Лежит рядышком с какой-то раскуроченной машиной. Видать, он сам ее и разгрохал. И кувалда там же.

— Кто такой?

— Не знаю. Но один тип из тамошних, ну, малый, который заправлял тиром по соседству, куда-то подевался. Может, это он. Да, это еще не все.

— Как?

— Нет, не все. В этих… в клетках нет никаких животных. Только кучки пепла. И еще я нашел там сундуки…

— Еще бы, — хмыкнул шериф. — Эти ярмарочные артисты живут на сундуках.

— Погоди, сейчас узнаешь, что я в них нашел. Один был битком набит такими махонькими бутылочками, вроде тех, что доктора с собой носят.

— Пузырьками?

— Ну да, пузырьками, точно. И во всех какая-то дрянь натолкана. Другой сундук чуть не лопался от набитых в него жуков. Каких там только не было. Рассажены так аккуратненько, упакованы по разным отделениям.

— Одуреть можно, — сказал шериф, — Зачем кому-то могла понадобиться такая прорва жуков?

— Убей бог, не знаю, — ответил Чет, — Может, лучше подойдешь да сам глянешь? Заодно и Джо Сондерса из гаража прихватил бы. Может, он разберет, что за машину тот мертвый малый расколотил. Странная какая-то штуковина.

— Ладно, — вздохнул шериф и повесил трубку.

— А я еще собирался сегодня на рыбалку, — сказал он себе.

Наступила ночь. Шериф сидел, задрав ноги на стол и надвинув шляпу на глаза, и из-под нее доносился храп.

Чет раскладывал пасьянс.

Ступени заскрипели под чьими-то тяжелыми шагами. В кабинет ворвался Пол Лоренс, сжимая в руке карту.


Еще от автора Клиффорд Саймак
Почти как люди

Мир иной подстерегает человека внезапно. Достаточно войти не в ту дверь или обогнуть не с той стороны холм, как ты оказываешься в чужой вселенной, где законы совсем не те, к которым ты привык на Земле. И существа, эти миры населяющие, вовсе не обязательно должны считать тебя братом по разуму.


Заповедник гоблинов

В новый сборник известного американского фантаста Кл. Саймака входят ряд рассказов и один из последних, наиболее удачных его романов — «Заповедник гоблинов», проникнутый любовью к человеку, верой в его будущее.


Пересадочная станция

Контакт с инопланетным разумом — каким он будет? Останется ли Земля всего лишь пересадочной станцией, маленьким полустанком на магистральной дороге высокоразвитых цивилизаций? Или человечество, овладев новыми могущественными технологиями, а возможно, благодаря лишь силе разума, устремится в глубины космоса?В 1964 г. «Пересадочная станция» получила Премию Хьюго за лучший роман.


Всё живое…

Мир иной подстерегает человека внезапно. Достаточно войти не в ту дверь или обогнуть не с той стороны холм, как ты оказываешься в чужой вселенной, где законы совсем не те, к которым ты привык на Земле. И существа, эти миры населяющие, вовсе не обязательно должны считать тебя братом по разуму.Вокруг богом забытого городка появляется невидимая стена. Правительство намерено от греха подальше сровнять город с землей…


Эволюция наоборот

Среди множества инопланетных рас есть одна, которая не эволюционирует от многовекового общения с землянами, но безмятежно пребывает в варварстве. Однако их поведение выглядит деградацией только для внешнего наблюдателя. На самом же деле — это заранее спланированная игра ради выживания культуры.


Братство талисмана

Место действия — Земля, ХХ век, Британия, но это параллельный мир. Хотя история его очень схожа, в нем были и Римская империя, и Христос бродил по свету, но в двадцатом веке на земле — средневековье, развитие затормозилось. Повинны в этом злобные пришельцы со звезд.Главный герой — Дункан, сын лорда, отправляется с напарником, по важному поручению, в опасное путешествие. По дороге к ним присоединяются: гоблин, ведьма, леди верхом на грифоне и другие, обычные для данного мира, персонажи.Всех их объединяет ненависть к инопланетному злу.


Рекомендуем почитать
Полет лошади

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Бермудский треугольник - зона ускоренного времени

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Народные артисты леса

При пении Милицы Кориус, при исполнении ею сказок Венского леса её сильному и звонкому голосу стал вторить в кустах один соловей, затем в листве отозвался второй соловей. Когда голос ее рассыпался бисерным каскадом, два соловья пели вместе с ней в терцию и в кварту.


Локи

…Европа 1937. Герцог Виндзорский планирует визит в Германию. В Рейхе назревает конфликт между Гиммлером и высшими чинами Вермахта. Отельный воришка Хорст Локенштейн по прозвищу Локи надеется вытащить бриллианты из сейфа, но ему делают предложение, от которого нельзя отказаться. Надеешься выжить – представь, что ты король. Леди Палладии Сомерсет осталось жить не больше года, ей надо успеть многое. Главное – выполнить поручение дядюшки Винни. Без остановок, без пощады, без раскаяния. Как подобает солдату Его Величества. Британский лев на охоте, смертоносные снаряды в подвале, пуля в затылок.


Лейхтвейс

…Европа 1937 год. Муссолини мечтает о Великой Латинской Империи. Рейх продолжает сотрудничать с государством Клеменцией и осваивает новые технологии. Диверсант Николас Таубе очень любит летать, а еще мечтает отомстить за отца, репрессированного красного командира. Он лучший из лучших, и ему намекают, что такой шанс скоро представится. Следующая командировка – в Россию. Сценарист Алессандро Скалетта ди Руффо отправляется в ссылку в Матеру. Ему предстоит освоиться в пещерном городе, где еще живы старинные традиции, предрассудки и призраки, и завершить начатый сценарий. Двое танцуют танго под облаками, шелестят шаги женщины в белом, отступать поздно.


Лонжа

…Европа, 1937 год. Война в Испании затихла, но напряжение нарастает, грозя взрывом в Трансильвании. В Берлине клеймят художников-дегенератов, а в небе парит Ночной Орел, за которым безуспешно охотятся все спецслужбы Рейха. Король и Шут, баварцы-эмигранты, под чужими именами пробираются на Родину, чтобы противостоять нацистскому режиму. Вся их армия – два человека. Никто им не поможет. Матильда Шапталь, художница и эксперт, возглавляет экспедицию, чтобы отобрать лучшие картины французских экспрессионистов и организовать свою выставку в пику нацистам.


На Землю за вдохновением

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Строительная площадка

Экспедиция на Плутон обнаруживает необычайные свойства этой планеты. Очевидно, ее в незапамятные времена создали межзвездные строители. И не только ее…


Спокойной ночи, мистер Джеймс

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Сила воображения

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.