Процесс тамплиеров - [4]
Орден тамплиеров активно расширял рамки своей деятельности также благодаря тесному сотрудничеству с Бернаром Клервоским. В начале 30-х годов XII в. именно он по просьбе Гуго де Пейна написал трактат, оправдывавший существование «сражающихся монахов». В определенном смысле основной его целью было «воспеть хвалу новому рыцарству» и заразить этой идеей различных христианских правителей Запада13. Тамплиер в трактате Бернара Клервоского был «рыцарем без страха и упрека, у которого тело укрыто латами, а душа — преданностью истинной вере. Не ведая сомнений, владея этим двойным оружием, он не страшится ни человека, ни дьявола, ни даже самой смерти — ведь он издавна возжелал ее для себя». И вот почему: «Война во имя благородной цели не может иметь порочных результатов, как и война неправедная не может быть сочтена делом благородным». Это утверждение Бернар Клервоский иллюстрирует примерами из жизни светских рыцарей того времени, занятых распрями и междоусобицами. «Вы покрываете лошадей своих шелками, под роскошью одежд прячете свои благородные доспехи; вы украшаете без устали свои знамена, щиты и седла; у вас позолоченные шпоры, а упряжь украшена еще и драгоценными каменьями, и вот, окруженные богатством и роскошью, вы с преступным недомыслием и позорным рвением спешите навстречу глупой погибели. Неужели все это — качества истинного рыцаря? Более подходят они, по-моему, тщеславной и глупой женщине!» Причины войн, в которых участвовали эти рыцари, были, с точки зрения Бернара Клервоского, самыми заурядными и часто весьма легкомысленными, возникая из-за вспышек неразумного гнева, из-за тщеславных ли побуждений или корысти. Рыцари-храмовники ничем не украшали себя — напротив, проявляли полное равнодушие к своей внешности и часто бывали неумыты, грязны, покрыты пылью, с нечесаными волосами и обгоревшими на солнце лицами. Мечей без особой на то причины они не обнажали, ибо главной их целью была борьба с неверными, они могли даже убивать злодеев, ибо это считалось «не убийством, но искоренением зла». Поскольку помыслы их были чисты, они не ведали страха и бросались в бой с врагами, каковы бы ни были шансы на победу, словно перед ними всего лишь безобидные агнцы.
Св. Бернар (Клервоский) весьма четко уловил основные настроения в отношении к тамплиерам в первой половине XII в. В то время тамплиеры были весьма малообразованными людьми, не имевшими склонности к созерцательной мирной жизни, какую вели монахи в обычных орденах; их основным умением и занятием была война, а в орден их привлекала возможность сочетать высокую боевую активность с возможным и вероятным отпущением всех грехов, которое обеспечивал им орден. Тамплиеры являлись носителями многих потаенных верований, устремлений и даже инстинктов, которые подвигли людей и на участие, например, в Первом крестовом походе. В некотором роде они служили живым оправданием крестовых походов вообще, и до тех пор, пока христиане Запада сохраняли веру в праведность своих действий на Востоке, духовно-рыцарским орденам оказывалась всемерная поддержка — земельной собственностью, деньгами и людьми. Однако подобный успех таил в себе определенные внутренние опасности. Если христиане и нуждались в некоей персонификации крестовых походов в виде реально существующего военного ордена, которому они могли оказывать щедрую поддержку, то не менее нуждались они и, так сказать, в козле отпущения, на которого можно было изливать свой гнев, когда идея крестовых походов несколько потускнела. Тамплиеры были неразрывно связаны с крестовыми походами, и благополучие ордена росло или уменьшалось вместе с этим движением.
Папство также с восторгом приветствовало создание нового ордена. С 1139 по 1145 гг. были изданы три буллы, определявшие отношения ордена с папством и белым духовенством. В булле «Omne datum optimum» от 29 марта 1139 г. был одобрен и утвержден Устав тамплиеров, а сам орден и обители братства взяты под покровительство папы. Эта булла также предоставляла ордену право свободно пользоваться награбленной у неверных добычей, позволяла тамплиерам иметь своего священника в каждом замке или крепости и отправлять свои обряды, в том числе и похоронные, в любом храме, а первым лицам ордена разрешала исключать из рядов братства бесполезных или недостойных его членов. Буллой запрещалось выбирать великого магистра не из числа самих тамплиеров и вносить изменения в Устав; последнее можно было делать только с согласия великого магистра и общего собрания братства; запрещалось также требовать, чтобы тамплиеры приносили вассальную клятву, и взимать с ордена церковную десятину. Булла «Milites Templi» от 9 января 1144г. даровала отпущение грехов жертвователям в пользу ордена и разрешала совершать богослужения на территории, временно подвергшейся интердикту, когда там присутствовали сборщики ордена. Булла «Milicia Dei» от 7 апреля 1145 г. разрешила ордену строить собственные часовни и хоронить умерших в освященной земле14.
Рост числа рыцарских орденов явился частью более широкого явления — возрождения монашеских братств, что наиболее ярко отразилось в возникновении картезианского и цистерцианского орденов. Первый крестовый поход существенно способствовал религиозному воодушевлению, охватившему все западное общество в целом, благодаря чему были созданы предпосылки для расцвета орденов. Ничего удивительного, что вскоре и сами крестоносцы стали создавать свои ордены. К середине XII в. их материальное благополучие и успех были очевидны всем. Тамплиеры владели землями и сервами, скотом и мельницами, давильными прессами и вересковыми пустошами, где паслись бесчисленные стада овец; владели они и ценными бумагами. Весьма скоро численность самих рыцарей-монахов уже не шла ни в какое сравнение с громадной армией чиновников, бальи, ремесленников, слуг и сторонних благодетелей ордена, которые либо вступали в ряды тамплиеров, либо были тесно связаны с ними. Европейские земельные владения тамплиеров надежно обеспечивали экспансию на Восток, поставляя для нее как людей, так и денежные средства (так называемые responsions). Очень скоро орден стал финансировать также светских крестоносцев. Принятие на себя роли банкира было для ордена вполне естественно, ибо в монастырях всегда по традиции скапливались огромные средства, передаваемые туда на хранение, так что тамплиеры имели возможность давать деньги в долг. Было у них и еще одно преимущество — они владели многочисленными замками и крепостями как на Западе, так и в Святой Земле, где в безопасности хранились деньги, боны и долговые расписки, а при необходимости переправить деньги всегда имелась вооруженная охрана. Во время Второго крестового похода тамплиеры одолжили Людовику VII огромную сумму — 30 000 солидов; а когда в 1190 г. Филипп II отправился в свой крестовый поход, то отдал распоряжение, чтобы во время его отсутствия все подати, собранные в королевском домене, поступали на хранение тамплиерам Парижа15.
![Борьба за влияние в Персии. Дипломатическое противостояние России и Англии](/storage/book-covers/be/be8a020a7d8325b6141cac1139fb1bcc30abdbff.jpg)
Автор книги – Фируз Казем-Заде, доктор исторических наук, профессор Йельского университета (США), рассказывает об истории дипломатических отношений России и Англии в Персии со второй половины XIX до начала XX века. В тот период политическое противостояние двух держав в этом регионе обострилось и именно дипломатия позволила избежать международного конфликта, в значительной степени повлияв на ход исторических событий. В книге приведены официальная дипломатическая переписка и высказывания известных политиков.
![Португалия: дороги истории](/storage/book-covers/51/51cc89ed7840b3aa88945a47ebf30ab82e1180ba.jpg)
Авторы пытаются дать ответ на сложные научные проблемы и драматические загадки истории. Точные данные исторического анализа переплетаются здесь с легендами седой древности. Читателю откроются перипетии борьбы с маврами, взаимоотношения королей с городами, самоотверженная борьба Португалии за свободу в конце XIV в. Он узнает, как рождаются графства, почему папа римский стал сюзереном Португалии, о таинственном исчезновении короля Себастьяна и причинах утраты страной независимости на долгие годы. Для широкого круга читателей.
![Британские интеллектуалы эпохи Просвещения](/storage/book-covers/8b/8b972015342256cc770427034c7d378bb1671235.jpg)
Кто такие интеллектуалы эпохи Просвещения? Какую роль они сыграли в создании концепции широко распространенной в современном мире, включая Россию, либеральной модели демократии? Какое участие принимали в политической борьбе партий тори и вигов? Почему в своих трудах они обличали коррупцию высокопоставленных чиновников и парламентариев, их некомпетентность и злоупотребление служебным положением, несовершенство избирательной системы? Какие реформы предлагали для оздоровления британского общества? Обо всем этом читатель узнает из серии очерков, посвященных жизни и творчеству литераторов XVIII века Д.
![Французская революція 1789-95 г. въ освѣщеніи И. Тэна.](/storage/book-covers/de/de5d432d84ac3f449cc71d16e6c5ef0c3d171cd5.jpg)
Русский историк Владимир Иванович Герье (1837–1919) делает обзор взглядов Ипполита Тэна на эпоху Французской революции XVIII.
![Идеал воспитания дворянства в Европе, XVII–XIX века](/storage/book-covers/12/12cfa1cae8e20a9340c7a770c4de07a4255b7f0c.jpg)
С XVII до XIX века модели воспитания дворянина в Европе претерпели сильные изменения, выразившиеся в новых институциональных формах и систематизации новых практик: распространении домашнего воспитания и образовательных путешествий, известных как Гран Тур, переводе преподавания с латыни на национальные языки, введении новых дисциплин с целью дать дворянину профессиональные навыки… Важнейшим элементом и движущей силой этих изменений была постоянная и все нарастающая циркуляция идей в европейском пространстве, поэтому в книге рассматривается эволюция моделей и практик воспитания дворянства разных европейских стран.
![Где место России в истории?](/storage/book-covers/df/df8c40cbaa8288362998eba8417b88bc15b6e6af.jpg)
Александр Львович Янов (1930) — советский и американский историк, политолог и публицист, диссидент. Доктор исторических наук, профессор. Эмигрировал в США, где с 1975 года преподавал русскую историю и политические науки в Техасском университете, Калифорнийском университете, Мичиганском университете, а также Городском университете Нью-Йорка. Опубликовал около 900 статей и эссе в советской, американской, английской, канадской, итальянской, российской, израильской, польской, японской и украинской прессе, а также около 20 книг в пяти странах на четырёх языках.