Призраки - [9]
– Так тропинка не к городу и ведет, мы сейчас с нее свернем, и пройдем прямо через чащу.
– Понятно, а уходить то вообще в какую сторону?
- Да с начала также, до этой тропы, потом пол километра по кустам и считай, на другой тропе будем, по ней до оврага, через него, там сосновый бор километра два, а потом еще по болотине около четырех, и выйдем на тропу гнилого болота, а там до ЖД рукой уже подать.
– Ясно. Когда сворачивать?
– Да сворачивай уже.
– Бля, Факел, осторожней с ветками, без глаз меня оставишь! – выругался идущий сзади Кастет.
– Сам то! И пакетом задолбал мне по ногам стучать! – лениво огрызнулся Штык.
– Да заткнитесь вы, сейчас окраина уже, фонари видно. Нам осмотреться еще нужно.
- А херли осматриваться? – спросил Кастет, час ночи, все спят, на улице никого!
– Да вот хрена! Помнишь, в первый раз? Гопы на автобусной остановке всю ночь паслись. Мы ждали, ждали, так и пришлось при них тот сарай спалить.
– А, те то, любители Миши Круга? Вот они наверное охуели! – подключился Астерот.
– Наверное! Заткнитесь, я говорю! Задолбали всю дорогу трындеть! Как бабы базарные! О, все! Пришли! Стоит красавец! – бойцы вышли из кустов к окраине, откуда было хорошо видно двухэтажный кирпичный особняк. До него было метров двести по редкому березняку.
– Рассредоточиться, пригнуться! Оружие к бою! Приготовить маски! – командовал Факел. - Штык, со мной в разведку. Остальным сидеть тихо!
- Есть! – ответил Астерот, натягивая маску.
Факел и Штык подбежали на тридцать метров к дому и прикрывшись деревьями стали оценивать обстановку.
– Че думаешь, Штык?
– Да все нормально вроде. На улице чисто. Тачка во дворе стоит, значит, хозяева дома.
– Да, все вроде так. В доме рядом свет горит. Хреново.
– Может гульба?
– Хер их знает, да вон еще два дятла каких-то идут, принесла нелегкая.
– И не говори, алкаши какие-то, идут как-то странно.
– А зачем они в лес то идут?
– Не знаю, понятия не имею!
– Может проследим немного?
– Пошли.
Факел и Штык сделали стремительный рывок и оказались на двести метров впереди по тропинке.
– Братуха, не мандражируй! Ща барыге товар сольем, долю свою получим и все! – развязно и довольно громко произнес один, когда они подходили.
– По ходу наркокурьеры! Брать надо, по тихому! – шепнул Штык Факелу.
– Да, берем! – ответил он и отложив автомат медленно вынул нож из чехла.
– Но, Крюк, я этой же дурью не возьму, Кудрявый в белый бодяжит что-то. Пускай барыга лаве дает! – отвечал второй, когда они поравнялись с бойцами, залегшими в кустах. Факел резко отжался и подтянув под себя ноги вскочил. В один прыжок он оказался за спиной курьера и всадил нож в область почек по самую рукоятку.
– Сука! Че за… – начал разворачиваться его друган, но получил от Штыка ногой в грудную клетку, и, отлетев на два метра, ударился спиной об березу.
– Больно бля! – захрипел раненый нарк. Факел выдернул нож и резанул по глотке. Кровь брызнула фонтаном, окропив каплями рукав. С этим все – подумал Факел.
– Порешу, суки! – второй нарк выхватил из-за пояса шило, и, встав спиной к дереву, принял оборонительную позицию.
– Лови! – Штык запустил в противника свой карабин, и пока нарк отбивал брошенный предмет, в него вонзились сразу два ножа.
– Руку вырубай! – прорычал Факел, яростно ворочая ножом во внутренностях. Штык приложив силу резанул по правому плечу.
– А-а-а! Лохи! – орал нарик уже конвульсивно дергаясь.
– Умирай! – Штык ткнул ножом в глотку.
– Во суки, какие живучие эти нарки! – Факел отступил в сторону.
– И не говори! – Штык затолкал тесак на место.
– Движение сзади справа! – пригнулся Факел услышав вдалеке шорох. Кувыркнувшись, он подхватил с земли автомат и присмотрелся.
– Астерот, мать твою! Я же ясно сказал, сидеть и не рыпаться! – узнав соратника по очертаниям поднялся он из-за куста.
– Извини, командир, но я подумал, помощь нужна.
– Нам нет, а этим помогать уже поздно.
– У! Да вы постарались! Что за скам?
– Торчки по ходу. Если я ничего не путаю, Крюк этот – у здешних гопников начальство. Реальный авторитет! Не раз на киче парился за дела пацанские, а тут мы… Не по понятиям в натуре! Братву через хуй кинули! Братва впряжется! – Факел растопырил пальцы веером.
– Проверь-ка Серег карманы!
– А че я вы уже в кровище перемазались, вам то все равно.
– Штык!
– Есть! Так, сейчас посмотрим, что тут у нас. Ключи, шприцы, упакованные.
– На хер, дурь ищи! – Астерот сгорал от нетерпения.
– Вот, пакет черный, запаянный весь наглухо. Граммов сто – сто пятьдесят вроде.
– Проткни ножом.
– Ну да, белый порошок, как его на вкус пробовать я не знаю.
– Да какая на хер разница? Сто пудов герыч! Рассыплем по округе на хер. Сжигать у нас времени нет. Проверь, че еще есть!
– Ух! Бабки бля, и не мало! – Штык извлек из кармана одного сложенную вдвое пачку сотен и полтинников.
– Sieg Heil! Раскинем на всех! – обрадовался Факел.
– А че на всех? Мы то с вами давно в теме, а у Пирата с Косарем всего второй раз, может продинамим? Мы им на стволы все скидывались! – сказал Астерот.
– Да, в натуре, молодые еще! И Кастет отдохнет, один хрен на шлюх все спустит – поддержал Штык.
– Решено, уходим! – согласился Факел.
– А может покощунствуем, Факел? – предложил Астерот.
![Путешествие в параллельный мир](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Свод правил, благодаря которым преступный мир отстраивает иерархию, имеет рычаги воздействия и поддерживает определённый порядок в тюрьмах называется - «Арестантский уклад». Он един для всех преступников: и для случайно попавших за решётку мужиков, и для тех, кто свою жизнь решил посвятить криминалу живущих, и потому «Арестантский уклад един» - сокращённо АУЕ*.
![Месяц смертника](/storage/book-covers/5b/5ba8ca99152149fcdac3d22319e0ba3a42829469.jpg)
«Отчего-то я уверен, что хоть один человек из ста… если вообще сто человек каким-то образом забредут в этот забытый богом уголок… Так вот, я уверен, что хотя бы один человек из ста непременно задержится на этой странице. И взгляд его не скользнёт лениво и равнодушно по тёмно-серым строчкам на белом фоне страницы, а задержится… Задержится, быть может, лишь на секунду или две на моём сайте, лишь две секунды будет гостем в моём виртуальном доме, но и этого будет достаточно — он прозреет, он очнётся, он обретёт себя, и тогда в глазах его появится тот знакомый мне, лихорадочный, сумасшедший, никакой завесой рассудочности и пошлой, мещанской «нормальности» не скрываемый огонь. Огонь Революции. Я верю в тебя, человек! Верю в ржавые гвозди, вбитые в твою голову.
![Путь ниндзя](/storage/book-covers/19/1956a359525a953078dcee2e3e10d401e561bc67.jpg)
Сюрреалистичный рассказ, небольшая фантазия с вкраплениями галлюциногенного реализма и пейзажной лирики. Содержит нецензурную брань.
![Анархо](/storage/book-covers/a1/a164bfae58b4769675db67d4aba93d230759af2e.jpg)
У околофутбольного мира свои законы. Посрамить оппонентов на стадионе и вне его пределов, отстоять честь клубных цветов в честной рукопашной схватке — для каждой группировки вожделенные ступени на пути к фанатскому Олимпу. «Анархо» уже успело высоко взобраться по репутационной лестнице. Однако трагические события заставляют лидеров «фирмы» отвлечься от околофутбольных баталий и выйти с открытым забралом во внешний мир, где царит иной закон уличной войны, а те, кто должен блюсти правила честной игры, становятся самыми опасными оппонентами. P.S.
![Rassolniki](/storage/book-covers/80/809532cf959127568ac3ee512adcb6d033726937.jpg)
В провинциальном городе все чаще стали нападать на так называемую «гопоту» – парней в штанах с «тремя полосками» с пивом и сигаретой в руках, бродящих по кабакам, занимающихся мелким разбоем, живущих без царя в голове. Известны организаторы этих «зачисток» – некие RASSOLNIKI. Лидеры этой группировки уверены – гопота это порождение Советского Союза и она мешает встать на ноги новой стране. Особенно гопота во власти, с которой RASSOLNIKI планируют бороться далеко не маргинальным методом.Тем временем в город приезжает известный журналист Александр Рублев, ему поручено провести расследование и сделать о RASSOLNIKах материал.