Призраки - [7]
– Да, подлянки это круто! Надо церковь спалить!
– И попа повесить!
– И с монашками пьяную оргию устроить! – начали наперебой мечтать Косарь, Штык и Астерот.
Слушая это Пират и Факел лишь колотились в припадке дикого смеха. Очевидно представив видеоряд описанных событий.
– И что ж вам так это все далось? – спросил Кастет, до этого молча охуевавший от такой дискуссии, - Не, ну в монастырь я бы тоже слазил! Но попа то вешать за что?
– А он песни хуевые поет! – выдавил из себя Факел.
– Так вы его на кол тогда посадите! Он круче, во, бля, вспомнил! Круче Гришнака запоет!
– А что, это идея! Казачий black metal хор на кольях рулит! – извратнулся Астерот.
– Ебать мои старые берцы! – Штык в истерике рухнул на лежанку.
– Ну ладно, ладно! Херня это все, посмеялись и хватит, давайте ближе к делу – успокоился Факел.
– Вот пиво и полтораху самогона допьем! И тогда уже к делу! – ответил ему Кастет, - Не грузи, командир! У нас еще уйма времени! Кстати, мать вашу! Ребят, гляньте! Командир, а зубочистка то твоя где?! Я тебя без нее с роду не видал!
– Да я это, ее выплюнул, когда с Катей прощались в Столбах.
– Твою подругу Катя зовут? А нахрена выплюнул?
– Ну, знаешь, с зубочисткой в пасти целоваться неудобно!
– Ну ты мочишь! Мне, чтоб с такой поцеловаться надо с начала флакон в дышло зарядить!
– Кастет, до тех быдлойдных «Марусек», с которыми ты общаешься, я после ящика не снизошел бы! Этот скам до тебя переплющила вся ваша гопотека, которая достойна сто пятьдесят второго фугаса!
– И я тоже?
– Да, если не одумаешься, это не наш путь, какой ты на хер нацист, если жрешь рыгаловку с быками, ходишь по манделлам и слушаешь хер знает что, да еще и сидишь на шее у черепов?
– Ну вот не надо про черепов, сам знаешь, я после технаря в армаду пойду, отдавать свой долг Родине.
– Ага, долг Родине!
– Астерот, расскажи ка Ромику, как ты два года бордюры красил!
– Да, Кастет, я бы на твоем месте не кичился этим. Наша армия – полное дерьмо! По крайней мере мотострелковые войска. А тебя с твоим псориазом и специальностью радиомеханика возьмут вообще в какое нибудь болото типа связи или РВСН! – подключился Астерот, Факел нигде не служил, а знает больше чем я, со своим старшим сержантом.
– Ну, живи рядом со мной такой же Петрович, я бы тоже дохера чего знал.
– Кастет, ну ты гнешь! У тебя через забор воинская часть, будто ни с кем нельзя провода навести. На гражданке можно почти всему научиться, кроме конечно «духонки», «дедухи», устава, бутербродов с гуталином и прочей, нахер не нужной нам байды. А из тебя, с твоими, еще не отмершими быковскими повадками быстро обработают, и вернешься ты назад уже не нацистом, а «реальным пацаном!» Тебя там сломают!
– Ну тебя же не сломали!
– Ну, Кастет, ты не мешай кислое с пресным, Астерот[18] у нас с рождения такой, потомственный сатанист, ты их родовой герб видел? – спросил Штык.
– Не, я же тогда с вами не смог на днюху то поехать. А че там?
– Ну в духе средневековья, рыцарская тема в общем, только без крестов и с пентаграммой.
– Круто, ничего не скажешь.
– Ну так вот, видишь, с какими людьми ты в одном строю? А сам такой хуйней занимаешься.
– Да ну, не знаю, вообще с каких пор музыкальные предпочтения стати в правых кругах критерием оценки человека? Кому-то мешает что ли, что я техно слушаю.
– Да хоть обслушайся ты своим техно, ты не веди себя как представитель быдла, нахрена тебе эти гопотеки, и твои старые кореша, которых пол города мечтает в расход пустить, за все хорошее.
– Мои друзья нормальные пацаны, просто не мочат чурок.
– «Нормальные пацаны» нахрена мобильники у людей отжимают? Нахрена метелят толпой всех кто не нравится? Знаешь, в этой или следующей жизни я и до них доберусь, и при всей гопотеке, при всех шмарах, выебу в сральник бейсбольной битой, а потом ей же башку этим уродам снесу! Ферштейн?!! – раскочегарился Факел, Дядя Адя не истребил всю русскую свинью, но мы это сделаем!
– Да тебе пол страны придется вырезать! Это невозможно!
– Еще как возможно, мне плевать на мнение всяких гуманистов. Если враг не сдается – его уничтожают! Загоним весь этот сброд обратно в лагеря, пускай второй БАМ строят!
– И я тоже?
– Ну, ты, учитывая все заслуги – будешь надзирателем в женском концлагере, для колхозных проституток!
Домушку снова сотряс взрыв хохота.
– Ну ты жжешь, Факел! Это покруче чем лиса в курятнике! – отдышался Пират.
– Ну, если так, то я согласен! – улыбнулся Кастет.
– Никто и не сомневался.
– Кстати, Факел, ты обещал рассказать, как овощей в собаке по дороге в Столбы строил, как дело было? – спросил Астерот.
– Да ничего особенного. Торгашка одна до Кати доебалась, чтоб место ей уступить, язык у этой курвы больно длинный был. Ну, я ее полапал маленько, сказал пару ласковых, хотел даже рожу попортить, но Катя удержала.
– Да, тебя всегда надо контролировать, а то ты дел натворишь! Кстати, ты номер то хоть взял?
– Конечно, вот, гляньте, какую штуку она мне подарила! – Факел вытащил из под тельняшки пентаграмму.
– Прикольно, с себя сняла?
– Да. Она, кстати, прикинь, к нам в отряд хочет!
– А че, круто! Тебе – так вообще зашибись!
– Ребят, да вы че, совсем крышей поехали? Не женское это дело, цунарефов выносить – вмешался Косарь.
![Серпы](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Дурак](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Дождливые дни](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Неферомантика. Маленькие "детские" повести](/storage/book-covers/5e/5ea620afcaaf516b8b312d2d96119bac8df12beb.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Авто-катастрофа](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Параллельные общества. Две тысячи лет добровольных сегрегаций — от секты ессеев до анархистских сквотов](/storage/book-covers/c8/c822a48aa7e6f8494ffbc787634c0032b2db39ef.jpg)
Нужно отказаться от садистского высокомерия, свойственного интеллектуалам и признать: если кого-то устраивает капитализм, рынок, корпорации, тотальный спектакль, люди имеют на всё это полное право. В конце концов, люди всё это называют другими, не столь обидными именами и принимают. А несогласные не имеют права всю эту прелесть у людей насильственно отнимать: всё равно не выйдет. Зато у несогласных есть право обособляться в группы и вырабатывать внутри этих групп другую реальность. Настолько другую, насколько захочется и получится, а не настолько, насколько какой-нибудь философ завещал, пусть даже и самый мною уважаемый.«Параллельные сообщества» — это своеобразный путеводитель по коммунам и автономным поселениям, начиная с древнейших времен и кончая нашими днями: религиозные коммуны древних ессеев, еретические поселения Средневековья, пиратские республики, социальные эксперименты нового времени и контркультурные автономии ХХ века.