Приют любви - [72]

— Да. Ты говорил. А как жизнь в «Виндджэммере»?

Стюарт облегченно вздохнул. Она лишь нервничает, а не подозревает его. С этим он сможет справиться.

— Ты будешь очень счастлива там, — ответил он. — Рисовые участки заметно отличаются от ваших хлопковых полей, и дом не такой большой и не так богато обставлен, но в «Виндджэммере» есть свой особый стиль, уверенность прочности, как будто имение говорит: «Я — личность здесь, и всегда буду ей». Ты поймешь, что я имею в виду, когда мы приедем туда.

Бренетта смотрела через реку, всматриваясь вдаль за горизонт.

— Скажи мне, Стюарт, какая сумма потребуется, чтобы вновь поставить имение на ноги? Я знаю, папа согласился выдать нужную сумму для того, чтобы я ни в чем не нуждалась.

— Он обсуждал это с тобой? — спросил Стюарт, но увильнуть от ее вопроса не удалось.

— Потребуется очень много денег?

Стюарт кивнул, надеясь, что дает правильный ответ.

— Да, Бренетта, много. Я принял щедрое предложение твоего отца помочь восстановить «Виндджэммер» до прежнего состояния, и есть немного внешних долгов, которые необходимо выплатить. Я не согласился бы, если бы не желал самого лучшего для тебя. Тебе нет нужды волноваться об этих делах, я всегда буду заботиться о тебе.

Когда Бренетта подняла на него глаза, Стюарт встретился с пристальным, испытующим взором, который способен проникнуть в самые отдаленные, тайные уголки его души. Он не смог выдержать этот взгляд, опустив глаза на берег реки у своих ног.

— И ты любишь меня, — едва слышно прошептала Бренетта.

— Да, я люблю тебя. Бренетта, что я должен сделать, чтобы убедить тебя, успокоить сомнения? — Он чувствовал, как вместе с голосом повышается и его паника.

— Как насчет ребенка Меган?

Стюарт не мог видеть, как он побледнел, поворачивая к ней испуганное лицо.

— Меган что? О чем ты говоришь?

— Меган была беременна, когда выходила замуж за Рори.

— Нет. Я не могу поверить в это. Я понятия не имел, что мистер О'Хара опустился так низко. — Стюарт, чувствуя, как к нему возвращается уверенность, обнял Бренетту за плечи. — Это расстроило тебя, моя дорогая. Я знаю, он был твоим другом. Стыдно так поступать, с его стороны… Меган… Ну, она была своевольным ребенком. Ты должна признать это.

— Да, — тихо согласилась Бренетта. — Мне лучше вернуться в дом.

Итак, он удачно выкрутился. Осталась пара часов, и все будет хорошо.

* * *

Платье принадлежало ее бабушке Кристине. Тейлор тоже одевала его. Сейчас пришла очередь Бренетты. Усеянное жемчугом кружево и блестящий атлас остались такими же свежими, как и сорок лет назад. Тейлор нежно надела на голову Бренетты фату, расправляя тонкое кружево на волосах и плечах.

Бренетта наблюдала за матерью в зеркале. Она ясно видела радость на ее лице.

— Ты — самая красивая невеста, которая когда-либо одевала это платье, — сказала Тейлор, целуя Бренетту. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, мама.

— Я так желаю тебе счастья, Нетта. Запомни только, пока вы любите друг друга, все остальное будет чудесно. Будь всегда честной; никогда не скрывай ничего и не храни в себе. Впусти его в свой мир, в свою жизнь. Ты никогда не пожалеешь об этом. — Тейлор еще раз поцеловала ее. — Я пойду вниз. Пора начинать.

Снова оставшись одна, Бренетта повернулась к зеркалу. Она критически вглядывалась в себя. Ей пришлось признать, что невеста напротив, смотревшая на нее, замечательна. Розово-белая кожа была гладкой, детские веснушки давно поблекли. Волосы, чистые и блестящие, на фоне белого кружева фаты казались чернее, чем обычно. Они завивались тугими колечками, вызывая воспоминания о девических днях Тейлор; от высоко поднятого на затылке пучка локоны спускались на спину. Желто-карие глаза в обрамлении темных ресниц, казалось, впитывали в себя свет, становясь еще золотистее, чем обычно. Такая красивая невеста.

— Но я не хочу выходить за него замуж, — прошептала она.

Бренетта с трудом подавила слезы, последовавшие за словесным признанием. Нет, она не хотела выходить замуж за Стюарта, понимая почему, зная, что он в действительности не любит ее, что его привлекают только деньги, сопровождающие их союз. И с болью в сердце она поняла, что поверила последним словам Меган.

Она была уверена, что Рори ни с кем не мог так обойтись, как заверял ее Стюарт. Как бы там ни было, Бренетта в конце концов поняла, что Стюарт далеко не тот человек, каким она его себе представляла.

По щекам скатились слезинки.

— Но я так любила его. Я и сейчас люблю, — сказала она своему отражению. — Неужели ты действительно любишь Стюарта после того, что он сделал? — удивилась она. — Да. И нет. Я не знаю. Я не знаю. Что же мне делать?

Стук в дверь заставил ее судорожно схватить платок, чтобы промокнуть слезы.

— Да.

Брент, очень красивый в черном костюме, с серым шелковым галстуком и запонками с бриллиантом, просунул в дверь голову.

— Ты готова? Мне можно войти?

— Да, входи, папа.

Бренетта попыталась изобразить на лице самую ослепительную улыбку. Ведь именно этого он ожидал от нее.

О, папа, что мне делать? Я не могу позорить тебя и маму, отказавшись сейчас от свадьбы. Как бы это выглядело? Я не смогу разочаровать всех таким поступком. Вспомни, что вы сделали для меня и моей свадьбы. И тетя Мариль, и мальчики, и Эрин Аланна, и наш маленький Карлтон. Они все такие восторженные и счастливые. Ты всегда много делал для нас. Я хочу, чтобы ты гордился мною. Иногда, чтобы сделать счастливыми других, надо принести в жертву немного себя. Разве не так?