Представь себе вечность - [7]

Шрифт
Интервал

– Так на чём мы остановились? – возобновил Роман прерванный спор.

– На том, что вы – предатели! – уставившись в землю, буркнул Марлен.

– Говоришь, предатели? А кого или что мы предали по-твоему? Советскую родину? Так это она – тебе родина. А нам что до неё?! Я вот родился в Австро-Венгрии, вырос в Польше, полтора года прожил в Советском Союзе, а потом оказался в Третьем Рейхе. Так где моя Родина? Не знаешь? А я знаю! Моя Родина – Украина. Только это – истина. Только за неё я и воевал. А всё остальное – от лукавого! Где сейчас Австро-Венгрия?! Развалилась на кусочки, и каждый народ живёт отдельно в своём государстве. Так и Советский Союз когда-нибудь развалится. Все империи когда-нибудь разваливаются. А Украина останется.

– Ну, это уж ты загнул! Советский Союз развалится! Кто ж его развалит?! Гитлер пробовал, не удалось! Какая ж есть ещё сила?…

– Сам развалится, изнутри, когда время придёт. Не при нашей жизни, так потом… А ты вот скажи другое: почему ты здесь? Мы – понятно! Мы против Советов воевали. А ты на фронте кровь проливал за что? За Родину, за Сталина?! Ну, и как они тебе за это от-пла тили?!

– Это – ошибка! – не поднимая глаз, процедил сквозь зубы Марлен. – Дайте срок, разберутся!…

– Ну, положим, срок тебе уже дали! – засмеялся Ан-дрий. – А то, что разберутся, тоже правда. Они со всеми разберутся!

Все, кто был у костра, покатились со смеху. Роман и Андрей задели за больное, и Марлену захотелось сказать им что-нибудь обидное.

– Я, по крайней мере, воевал против фашистов, а не за них, как некоторые… Да вы ничем от них не отличаетесь! Они – нацисты, вы – националисты!…

– Ну, это ты брось! – нахмурился Роман. – Мы имели полное право выбирать, кто лучше: Сталин или Гитлер. Оказалось, что оба хуже… Ну, ладно: мы – националисты! С немцами тоже всё ясно. А с тобой-то как быть?! Ты-то почему не националист?!

– Я?! А почему я должен быть националистом?!

– А почему не должен?! Вот скажи: ты свой язык еврейский хорошо знаешь?

– Да, так, чуть-чуть… несколько фраз…

– А чего так мало?

– Да, как сказать… – замялся Марлен. – Учить было негде… В школе не преподавали, а родители считали, что мне это не нужно. В жизни не пригодится…

– Молодцы у тебя родители!… А теперь другое скажи. Мы вот в Иисуса Христа веруем. А ты своему богу молишься?!

– Я – атеист…

– Вот так! – обернулся Роман к Андрию. – Живёт человек, как бурьян при дороге, – ни языка своего, ни веры… Да и имя чужое, чудернацкое! Небось, Марлен означает Маркс-Ленин? Правильно?! Видно, родители очень идейными были…

– Я – интернационалист! – произнёс Марлен, но не очень убедительно.

– Интернационализм, друже, давно весь вышел. А ты и не заметил! – язвительно вставил Андрий. – Твой Сталин вовремя понял, что на интернационализме далеко не уедешь. И стал возрождать великую Россию. Даже форму царской армии вернул. А ты, друже, вместо интернационалиста стал безродным космополитом, да ещё в придачу агентом мирового сионизма! За что и паришься здесь. Да хоть бы за дело! А то так…

– Всякую хорошую идею можно испахабить! Объясни мне: что плохого в интернационализме?! Когда народы живут единой дружной семьёй! Человечество всё равно к этому придёт, рано или поздно…

– Ну, если уж ты так упёрся в свой интернационализм, давай выясним, что это такое. По-моему, это когда каждый народ бережёт и ценит свой язык, свою культуру, свою веру. Но при этом знает и уважает язык, культуру и веру другого народа. И третьего, и пятого, и десятого… Вот это и есть настоящий интернационализм. А если все народы должны говорить только по-русски, обнимать берёзки и водить хороводы в сарафанах, то это – не интернационализм, а экспансия. Где тут равноправие?! Если все народы должны говорить на одном языке, почему это должен быть русский?! Почему не эсперанто какое-нибудь?! Пусть и русские откажутся от своего языка, чтоб никому не было обидно! Что ты так уставился?! По-твоему, я какую-то хреновину несу?! То-то и оно… Потому что ты тоже – никакой не интернационалист, а просто обрусевший еврей…

– Может, ты и прав… – задумался Марлен. – Если честно, я себя евреем вообще не чувствую. Мой родной язык – русский. Я вырос на Пушкине, Лермонтове, Маяковском, Блоке… Да всех не перечислишь! В детстве, конечно, о таких вещах не задумываешься. А как попал на фронт мальчишкой восемнадцатилетним, так что-то в душе защемило. Там все чувства обостряются, и чувст во Родины в первую очередь. Как у Симонова: «Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины…» Вот что-то такое и я ощутил. Будто приобщился к какой-то сокровенной сущности России, осознал себя её частицей…

– Да почему России, холера тебя забери?!! – всегда спокойный Андрий в бешенстве двинул кулаком по бревну.- Почему не Украины?! Ведь ты же вырос на украинской земле, и твои предки на ней жили! У тебя и фамилия наша: Криницкий! Ты – украинский еврей! А туда же! В чём дело?! Почему вы, евреи, вдруг решили, что вы – русские?! Никогда вы русскими не станете! Вас используют, когда надо, ну, например, для борьбы с такими, как мы. Тут вы – свои. А когда борьба затихает, вы снова оказываетесь людьми второго сорта! Потому что всякой тирании,- а в России она всегда была, есть и будет,- нужны козлы отпущения! И вы всегда ими были, есть и будете!


Еще от автора Александр Валентинович Усенко
О времени и о себе

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Рекомендуем почитать
Сирена

Сезар не знает, зачем ему жить. Любимая женщина умерла, и мир без нее потерял для него всякий смысл. Своему маленькому сыну он не может передать ничего, кроме своей тоски, и потому мальчику будет лучше без него… Сезар сдался, капитулировал, признал, что ему больше нет места среди живых. И в тот самый миг, когда он готов уйти навсегда, в дверь его квартиры постучали. На пороге — молодая женщина, прекрасная и таинственная. Соседка, которую Сезар никогда не видел. У нее греческий акцент, она превосходно образована, и она умеет слушать.


Жить будем потом

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Нетландия. Куда уходит детство

Есть люди, которые расстаются с детством навсегда: однажды вдруг становятся серьезными-важными, перестают верить в чудеса и сказки. А есть такие, как Тимоте де Фомбель: они умеют возвращаться из обыденности в Нарнию, Швамбранию и Нетландию собственного детства. Первых и вторых объединяет одно: ни те, ни другие не могут вспомнить, когда они свою личную волшебную страну покинули. Новая автобиографическая книга французского писателя насыщена образами, мелодиями и запахами – да-да, запахами: загородного домика, летнего сада, старины – их все почти физически ощущаешь при чтении.


Человек на балконе

«Человек на балконе» — первая книга казахстанского блогера Ержана Рашева. В ней он рассказывает о своем возвращении на родину после учебы и работы за границей, о безрассудной молодости, о встрече с супругой Джулианой, которой и посвящена книга. Каждый воспримет ее по-разному — кто-то узнает в герое Ержана Рашева себя, кто-то откроет другой Алматы и его жителей. Но главное, что эта книга — о нас, о нашей жизни, об ошибках, которые совершает каждый и о том, как не относиться к ним слишком серьезно.


Маленькая фигурка моего отца

Петер Хениш (р. 1943) — австрийский писатель, историк и психолог, один из создателей литературного журнала «Веспеннест» (1969). С 1975 г. основатель, певец и автор текстов нескольких музыкальных групп. Автор полутора десятков книг, на русском языке издается впервые.Роман «Маленькая фигурка моего отца» (1975), в основе которого подлинная история отца писателя, знаменитого фоторепортера Третьего рейха, — книга о том, что мы выбираем и чего не можем выбирать, об искусстве и ремесле, о судьбе художника и маленького человека в водовороте истории XX века.


Осторожно! Я становлюсь человеком!

Взглянуть на жизнь человека «нечеловеческими» глазами… Узнать, что такое «человек», и действительно ли человеческий социум идет в нужном направлении… Думаете трудно? Нет! Ведь наша жизнь — игра! Игра с юмором, иронией и безграничным интересом ко всему новому!