Помоги мне, бог любви! - [39]
Где-то по дороге она снова потеряла сознание. Когда в следующий раз она пришла в себя, вокруг было море тумана. Она не была уверена, реальный ли он или лишь следствие галлюцинации ее затуманенного мозга.
Шерил почувствовала ветер. Он охватил ее всю и был очень холоден. Она услышала его завывание, его стоны, похожие на причитания. Инстинктивно она попыталась прикрыться руками, но не смогла, потому что была привязана к каменной плите. И так холодно ей было потому, что она была обнажена. Совсем, как та кукла…
Голос, наконец вернулся к ней, и она отчаянно закричала.
Это происходило именно так, как виделось ей в ее снах. Потерянная, плывущая в тумане, связанная и бессильная. И из тумана к ней приближался Бог-бык.
Это не Бог-бык, сказала она себе. Я должна сохранять рассудок! Я должна говорить, оттягивать, молиться…
Фигура упала на колени рядом с ней и подняла руку. Шерил завопила от ужаса: казалось, рука сжимала нож. Но это оказался не нож, а кисть. Мэг начала напевать какую-то мелодию и наносить кистью символические знаки на плоском животе женщины.
Она вскрикнула опять, громко, отчаянно, но старуха продолжала напевать.
— Сожалею, любимая, что наркотик так быстро прекратил свое действие, — раздался наконец ее голос из-за маски. — Ты можешь кричать, сколько твоей душе угодно, если тебе от этого легче. Но разве ты не понимаешь, что тебе оказана большая честь?
Шерилин отчаянно хотела жить. Все, чего она всегда желала, было здесь: Стивен, ее любовь, семья. Ей нужно было лишь поговорить с ним, объяснить, что иногда она должна ездить домой, что ему нужно советоваться с ней, что… Но слишком поздно.
— Этот символ — знак земли, — медленно говорила Мэг. — Это знак плодородия. — А это — знак крови…
Шерил плакала. Я очень хочу выйти за тебя, Стивен, безмолвно клялась она. Хочу выйти за тебя завтра же. Хочу спать рядом с тобой каждую ночь.
Но ее жизнь заканчивалась. Здесь, наверху овеваемого ветром утеса, безумная женщина готовилась отнять у нее жизнь.
Она должна попытаться спасти себя. Она должна заговорить, выиграть время.
— Ты раскрасила и Эмму Лоуч? — Шерил старалась говорить спокойно, словно дружески беседуя, сдерживая истерику.
— Эмма, Эмма, да, бедная самоуверенная шлюха! Если бы только я подождала. Мне следовало бы знать лучше О'Лира. Бедная Эмма. Да на ней тоже были знаки. Но прилив смыл их. Ей незачем было умирать, потому, что ее сын не был от Стивена. Я ошибалась и напрасно сделала это. Без всякой пользы Богу.
— Мэг, а мой муж? Джон Гэндон?
Старая женщина замерла, потом отложила маску в сторону и сказала:
— Он видел меня, понимаешь? Он стал всему свидетелем… И я притворилась, будто хочу броситься в море, покончить с собой. Он попытался остановить меня. И я подтолкнула его легонько. Он полетел как перо… Эта мне Эмма Лоуч! Если бы она не была лгуньей, мне не пришлось бы убивать юношу. Но тогда у меня не было бы тебя, Шерилин, девочка.
Озноб колотил Шерил.
— Что ты имеешь в виду, Мэг?
Старуха рисовала солнце вокруг ее пупка.
— Ах, ты была превосходна, девочка. Свежая, чистая и красивая. Я сразу поняла, что Стивена тянет к тебе. Но он с его моралью и ты со своим горем, как бы составляли два полюса. Я должна была соединить вас.
— Чай? — переспросила Шер.
— Да.
— Стивен думает, что ты просто хотела помочь мне… справиться с горем.
— О'Лир — замечательной доброты человек и хороший мужик. Его сын тоже станет отличным мужчиной. А теперь, когда жертвоприношение пройдет как надо, жизнь вновь преобразится. Урожай станет обильным, год плодородным. Мужчины снова найдут себе работу, и им будет, чем кормить семьи. Все, что могу, я для этого сделала и сделаю!
— Мэг, Мэг! А что было с Мартой?
— Марта Стоун! Похотливая шлюха! Она не заслуживала смерти, которой умерла. Стивен не любил ее. Ты не возвращалась, и я должна была освободить его от ее притязаний. Нам нужен был наследник и невеста, чтобы напитать землю.
— Мэг, ты должна меня отпустить. Ты ошибаешься, — начала лгать Шерил. — Крис — сын Джона Гэндона. Ты опять зря потеряешь время…
Мэг потрясла головой.
— Ну, что ты говоришь, девочка! Он вылитый отец. Это видно невооруженным глазом.
— Да нет же, Мэг! Вовсе нет!
— Ш-ш-ш! — Старуха поднесла палец к губам, потом распустила волосы Шерил по камню. — Теперь приступим к ритуалу, девочка.
— Нет…
О, Стивен, я люблю тебя, безмолвно клялась Шерил. Если только я вернусь, то ухвачусь за счастье обеими руками. Не позволю ничему встать на моем пути. Я буду сильной и добьюсь твоего понимания.
Мэг надела свою маску. Ее напев зазвучал громче и стал пронзительным, как ветер.
— Кэйра, кэйра, кэйра…
— Что? — вскричала Шер.
Мэг замолчала и с раздражением опять сорвала маску.
— Шерилин Гэндон, я отточила мой нож, чтобы все прошло быстро и безболезненно. Теперь ты должна помолчать.
Вот оно, то слово, которое преследовало ее на протяжении восьми лет. Слово, которое прошептал Джон, прежде чем умереть. И вот-вот она воссоединится с ним в смерти.
— Кэйра! Мэг, что это означает? Это же не гэльский?
Старуха хихикнула:
— Нет, это не гэльский. Это еще более древнее слово. «Кэйра» означает «осанна» — слава великому Богу, Богу-быку Гала, который дает нам урожай, который кормит и поит нас. Вот почему мы в благодарность приносим ему жертву!
Джесси Хуберт приезжает на ранчо «Браун Биар», затерявшееся в глуши у подножия Скалистых гор. Ей предстоит организовать здесь отдых для туристов, желающих испытать прелесть жизни на Диком Западе. Но Сидни Эджертон, управляющий ранчо, суровый одинокий человек, категорически против превращения этого заповедного уголка в туристский центр. Сидни и Джесси – совершенно разные люди, и стычки между ними носят весьма ожесточенный характер. Но почему Джесси не бросает все и не уезжает в город? И почему Сидни так неприятен хозяин ранчо, лорд Чарльз, прилетевший туда из Англии с единственной целью – сделать предложение Джесси?..
Вечер для Леа закончился! Парень, на которого она уже вечность заглядывалась, развлекался с её лучшей подругой в её любимом баре, и в довершение всего, когда жутко расстроенная Леа собралась домой, начался ливень. Хорошо ещё, такси ждать не пришлось… Но даже привлекательный тип за рулём совсем не радовал. И всё же эта ночь будет жарче, чем все предыдущие, вместе взятые… Зажигательная… эротичная… соблазнительная…
«Так всегда после дождя», – подумал Генри. В его глазах читалась вся боль, утрата и печаль этого мира. Так всегда после дождя. Все снова оживает. И снова выйдет солнце. По его щеке катилась слеза. Он не мог увидеть солнце, не мог увидеть дождь. Он видел только темноту.
Устав от отказов и унижения, красивая, пышная дева, ждет мужчину, который примет ее такой, какая она есть. Так и происходит, пока друзья не решают выставить ее на аукцион! Аукцион, который навсегда изменит ее жизнь… Сильные и сексуальные оборотни медведи падки на пышных дев.
Я дала слово. И вышла замуж. Вслепую. Не зная мужчину. Вышла замуж «по-настоящему» со всеми вытекающими..
У меня есть список желаний, но не я его написала. Да это и не важно. Я все равно собираюсь выполнить каждое из них. Прыгнуть с парашютом… Без перерыва посмотреть все серии «Друзей»… И переспать с симпатягой, который держит тату салон на углу Пятой и Мэйн. Я не знаю его, он не знает меня. Но это грязное обещание будет выполнено. К моему счастью, Макс Сэвидж (вот это имя для мускулистого парня с татуировками по всему телу!) легкая мишень. Проблема в том, что после того, как мы переспали, я не могу вычеркнуть его имя с легкостью, как я вычеркнула строчку «Прыгнуть с парашютом». Макс считает, что это еще не конец.
Обаятельный и сексапильный бизнесмен Арман Гамилтон неожиданно предлагает милой и доверчивой девушке Кристине Адамс выйти за него замуж. Она не понимает, что им движет, но влюбляется в него и соглашается. Уже не за горизонтом пышная свадьба, как вдруг все меняет один-единственный звонок…
Семнадцатилетним подростком Дебора Вермонт влюбилась в своего дальнего родственника. Уверенная во взаимности их чувств, она неожиданно узнает, что он помолвлен с другой.Девушка убегает из дому и возвращается туда лишь спустя десять лет. Она считает, что к прошлому нет возврата, но в глубине души по-прежнему тоскует по своей первой любви.Что ждет ее в родовом гнезде?..
Полудетская влюбленность Дорри Пресли рухнула в один миг. Она случайно подслушала, как ее кумир, двадцатидвухлетний Данк Эшби-Кросс, жаловался собеседнику, что нескрываемой интерес к нему пятнадцатилетней девчушки ставит его в неловкое положение.Дороти и Дункану было суждено вновь встретиться лишь десять лет спустя. Догадайтесь, уважаемые читательницы: кто из них сделает первый шаг к примирению, к новым отношениям?
На званом обеде героине романа, Кристи Карлтон, приходится выслушать несправедливые обвинения от человека, с которым она едва знакома.Казалось бы, Кристи должна возненавидеть своего обидчика, но события принимают неожиданный оборот…