Покоренный ее красотой - [15]

– Линнет могла сделать лучшую партию, чем хромой недотрога, – возразила Зенобия. – Как я понимаю, герцог намерен получить специальное разрешение?

Виконт кивнул:

– Конечно. Он принесет его с собой завтра. И сегодня же направит посыльного в Уэльс, чтобы предупредить своего сына. Было бы странно обзавестись женой и ребенком без всякого предупреждения, знаете ли.

– Тебе нужно позаботиться о том, чтобы свадьбу сыграли, не откладывая, – сказала Зенобия, – на тот случай, если сегодняшнее посещение Воксхолла не даст желаемого эффекта.

– Ну, что касается… – начал виконт.

Линнет напряглась. Она миллион раз слышала эти нотки в голосе отца.

– Папа, ты просто не можешь отправить меня в Уэльс одну! – возмутилась она.

– Не хотелось бы поднимать болезненную тему, но тебе больше не требуется компаньонка, – уклончиво ответил отец. – Хотя мы, возможно, могли бы убедить миссис Хатчинс сопровождать тебя, если ты настаиваешь.

Зенобия прищурилась.

– Ты хочешь сказать, Корнелиус, что собираешься отправить свою единственную дочь в эти дикие места, не сопровождая ее?

– Сейчас не лучшее время, чтобы покидать Лондон, – заявил лорд Сандон, начиная сердиться.

– Мне тоже не слишком улыбается отправляться в такой дальний путь, особенно когда меня ожидает встреча со Зверем, – произнесла Линнет легким, но твердым тоном, в точности как это сделала бы ее мать. И чтобы у отца не оставалось сомнений в ее решимости, она устремила на него свирепый взгляд, которому научилась у своей тетки.

– Граф Марчент – жертва клеветы, – заявил виконт. – Мне рассказал об этом его отец. К твоему сведению, он блестящий врач. Если помните, его мать, сбежав во Францию, прихватила его с собой. Он получил там университетское образование. А затем вернулся, окончил Оксфорд и был принят в Королевский медицинский колледж в возрасте двадцати трех лет, что практически неслыханно. После чего отправился в Эдинбург и занимался там чем-то таким…

– Корнелиус, – сказала Зенобия, прервав его тираду, – даты, оказывается, трус.

– Я не трус! – огрызнулся виконт. – Просто у меня есть важные дела в городе. Состоится заседание палаты лордов, где требуется мое присутствие. Мой голос, да будет тебе известно, очень важен для исхода голосования.

– Ты жалкий трус, – повторила Зенобия. – Ты не желаешь ехать туда и предстать перед Зверем, хотя посылаешь свою дочь – свою беременную дочь – прямо в его пасть.

Линнет начала чувствовать себя как девица при дворе короля Артура, предназначенная на заклание огромной змее. Ее тетка превращала любое событие в мелодраму, хотя следовало признать, что нынешняя ситуация заслуживала некоторой драматичности.

– Ты отдаешь свою дочь на милость этого бешеного типа! – повысила голос Зенобия.

Удивительно, но виконт не дрогнул.

– Я уже принял решение. Я не поеду в Уэльс.

Линнет знала этот вкрадчивый тон. Он не поедет.

– Почему? – спросила она, опередив Зенобию.

– Я не желаю быть сводником для собственной дочери, – заявил виконт. – Возможно, я был рогоносцем, но не намерен усугублять позор, сводничая для своего единственного ребенка.

– Ты уже сделал это! – резко бросила Линнет. – Ты продал меня сегодня, солгав о ребенке, хотя все мы знаем, что я не в положении.

Челюсть лорда Сандона напряглась.

– Твоя мать никогда не говорила со мной в таком тоне.

Это действительно было так. Линнет не могла припомнить случая, чтобы голос Розалин утратил свои нежные, мелодичные нотки. Тогда как голос Линнет скрипел от гнева, которого она не смогла сдержать.

– Извини, что разочаровала тебя, папа, но это правда, независимо от моего тона.

– Правда состоит в том, что всех девушек, так или иначе, продают, – заявила Зенобия. – Но я действительно считаю, что тебе следует сопровождать бедную Линнет, Корнелиус. А что, если Марчент бросит на нее один взгляд и откажется жениться?

– Не откажется! – отрезал лорд Сандон. – Мы все это знаем…

Тут дверь открылась, и появился Тинкл.

– Его светлость, герцог Уиндбэнк, просит принять его.

– В это время дня? – удивился виконт.

– Он что, снаружи? – спросила Зенобия.

Оказалось, что герцог действительно сидит в карете, ожидая, что лорд Сандон уделит ему минутку.

– Пригласи его войти, – сказал виконт, прежде чем повернуться к Линнет. – Видимо, он не может ждать до завтра, чтобы встретиться с тобой.

– Ему нельзя видеть меня, – встревожилась Линнет, бросив взгляд на свой плоский живот. – В этом платье у меня нет никаких признаков, что я ношу королевское потомство.

– Я сказал ему, что пока еще ничего не заметно, – успокоил ее отец. – Просто сиди и помалкивай. Надо будет проводить его в Розовую гостиную.

Герцогу Уиндбэнку было под шестьдесят, но выглядел он моложе. Он был красив, с царственным профилем, достойным быть отчеканенным на монетах. Римских, решила Линнет.

– Мисс Тринн, – сказал он, поклонившись. – Молва ничуть не преувеличила вашу красоту.

Линнет присела на дюйм ниже, чем обычно, чтобы выказать почтение гостю.

– Для меня большая честь познакомиться с вами, ваша светлость.

– Позвольте сразу перейти к делу, – сказал он, обращаясь к отцу и тетке Линнет. – Я взял на себя смелость побеспокоить вас в такой час, потому что решил, что должен лично препроводить мисс Тринн в Уэльс. Мой сын – блестящий человек. Во всех отношениях.