Пленница гарема - [2]
— Подождите, пожалуйста, — сказал он, с тревогой взглянув на солдат. — Я в вашем распоряжении, но мне надо найти свою накидку.
Иезуит набросил на плечи шерстяную накидку, погасил свечу и последовал за янычарами. Шел дождь, и после летнего ливня поднялся густой туман. На улицах никого не было, и они быстро спустились с холма Перы[6] к пристани Галаты[7], где на волнах уже покачивался каик[8]. Священник насчитал десять пар весел и понял, что лодка принадлежит высокому чиновнику из дворца.
Устроившись на подушки, которыми было выстлано дно каика, Хризостом хотел узнать, кто послал за ним, но всякий раз, когда он уже собирался заговорить, солдаты султана бросали на него свирепые взгляды, как бы приказывая молчать.
— Скоро все узнаете, — сказал один из янычар, покручивая длинные свисавшие усы. Гребцы работали не переставая, и священник скоро разглядел европейскую сторону Босфора и дворец в Бешикташе[9]. Каик едва достиг пристани, как янычары спрыгнули на берег и потащили священника за собой.
Во дворце отцу Хризостому захотелось задержаться и полюбоваться богатым убранством комнат, каждая из которых была красивее другой, но солдаты заставили его быстро пройти через позолоченные помещения. Наконец они достигли тяжелой расписанной двери, на страже у которой стоял чернокожий евнух.
— Мы привели его так быстро, как смогли, — шепнул старший из янычар.
Обрюзгший евнух поднял палец, давая понять, что они должны подождать. Сам он скрылся за дверью, но тут же снова появился и дал рукой знак иезуиту. Неужели здесь его схватят?
Отец Хризостом осторожно вошел. Острый запах сандалового дерева и фимиама насыщал воздух, перебивая зловоние, источаемое болезнью. Он огляделся и заметил шелковые гобелены, висевшие на стенах, потом прошел по узорчатым коврам к постели, где уже стоял врач-грек, который кивком подозвал его к себе. Взглянув на лицо женщины, лежавшей на постели, священник тут же заметил, что она бледна, словно призрак. Иезуиту показалось, что ей уже перевалило за сорок, однако, несмотря на этот немолодой возраст и неизлечимую болезнь, он заметил тонкие черты лица и щеки, напоминавшие маленькие иссохшие персики, и понял, что в свое время она была настоящей красавицей. Вряд ли его вызвали сюда из-за нее.
Пока он смотрел сквозь белую сетку, раздался приглушенный кашель, и только сейчас иезуит заметил в тени молодого бородатого мужчину. Священнику понадобилось лишь мгновение, чтобы догадаться, кто его вызвал сюда. Он попытался скрыть страх, закручивая пальцами шнурок ремня все туже и туже. Ему и раньше доводилось находиться рядом с могущественными людьми, но ни один из них не вселял такой благоговейный ужас, как этот человек.
— Вы здесь по моему повелению, — сказал султан, и священник поклонился, испытывая в равной мере и страх и уважение. И тут, будто священник имел право выбора, правитель прижал руку к сердцу и добавил: — Благодарю вас за то, что вы пришли. Я обещал матери, что она умрет согласно своему желанию. Пожалуйста, — прошептал он, кивнув в сторону постели, — приступайте к последнему ритуалу. — Сказав это, султан вышел из комнаты и дал остальным знак следовать за ним.
Отец Хризостом вздохнул от облегчения, снял накидку и осторожно положил ее на стул; только сейчас он заметил, что в углу притаился черный евнух. Священник с беспокойством посмотрел на него — женственное лицо, толстая шея, выдававшееся брюшко. Не сказав ни слова, он придвинул стул к постели и сел рядом с матерью султана. Он знал, что эта женщина, казавшейся сейчас столь хрупкой, последние восемь лет была самой влиятельной во всей империи: она исполняла роль доверенной советницы при сыне, султане Махмуде II, и являлась его воплощением в присутствии других. В Оттоманской империи Накшидиль именовали валиде-султана, а ее сына падишахом, тенью Бога на земле, халифом, главой всех мусульман. Теперь ей понадобился он, священник-иезуит.
— Валиде-султан Накшидиль, — прошептал он успокаивающим голосом, — я в вашем распоряжении и буду здесь столько, сколько вы пожелаете. Прошу вас, начнем с молитвы.
— О, отец, в моей голове теснится столько мыслей, — слабым голосом ответила она. — Вы должны знать, что я была плохой католичкой. После того как я оказалась в гареме, меня сразу вынудили принять ислам. Я делала все, что могла… тайно молилась… Христос… — Обессилев, она замолчала.
Священник взял ее хрупкую руку и держал ее, пока она вновь не собралась с силами. Видя, что женщина готова снова говорить, он кивком подбодрил ее.
— Гарем может стать ужасным местом… — призналась она, — здесь столько интриг… здесь была рыжеволосая женщина, я… — Накшидиль снова замолчала.
Евнух придвинулся ближе, готовясь вмешаться. Визгливым голосом он предостерег:
— Моя дорогая, вы ослабли, к тому же есть вещи, о которых не следует говорить. Даже священнику.
Спустя мгновение священник достал из мантии небольшой флакон и помазал женщине маслом лоб. Встав перед ней на колени, он произнес:
— Да поможет любящий и милостивый Господь вашему величеству через это помазание. И когда вы избавитесь от грехов, Он по своей доброте может спасти и воскресить вас.
![Красная кокарда](/storage/book-covers/4e/4e380a3d80adcbfe3f07f3e9e773f48ec904181b.jpg)
Париж, лето 1789 года. Несметные толпы народа, вооружённые ружьями, а также пиками, молотами, топорами и дубинами, наводнили улицы, прилежащие к Бастилии – военной крепости и главной политической тюрьме Парижа. 14 июля гарнизон крепости сдался. В последующие недели революция вспыхнула по всей стране. Восставшие захватывали хлеб, овладевали местными ратушами, жгли хранившиеся там документы. Кровавые дни остались в памяти под названием «Великий страх»…Но как бы не был велик океан гнева и безумия, ему никогда не остановить биения влюбленных сердец и свет любимых глаз…
![Война амазонок](/storage/book-covers/34/34d3dcd8112ebfd8bc8bd12ac6cca8b32a2f3b7c.jpg)
Франция, XVII век. Именем короля, следуя советам Мазарини, Анна Австрийская сражается с собственным народом. Хотя ее поддерживает величайший политик своего времени, королева тревожится. И однажды, вместо того чтобы следовать умеренным советам любимца-дипломата, она, все еще находясь во власти вдохновения, вызванного когда-то пылкой герцогиней де Шеврез, решает круто повернуть дела…
![Клятва француза](/storage/book-covers/c1/c1d88eb2f11da78c4c79f75b50ef321fcab25024.jpg)
Люк и Лизетта были идеальной парой. Их любовь выдержала множество испытаний – войной, когда оба участвовали во французском Сопротивлении, горем, когда Люк узнал, что его родные погибли. Лизетта всегда была для мужа поддержкой. Они мечтали жить долго и счастливо и умереть в один день. Но, увы, их планам не суждено было сбыться. Лизетта погибла, и теперь Люк не знает, как и ради чего ему жить дальше. Он возвращается во Францию, где среди лавандовых полей прошли его детство и юность. Именно здесь он поклялся найти человека, убившего его любимую сестру.
![С волками жить...](/storage/book-covers/82/82f32190b9e1c48e95632b99c84e93dd7d53c39f.jpg)
Сцены и характеры из романа «Moths» («Мотыльки») о светской жизни Европы XIX века.Обыкновенная история молодой, умной девушки, попавшей, в силу обстоятельств, в совершенно чуждую ей среду, страдание, борьба, сомнение, столкновение с окружающими лицами, вся нравственная ломка, которую ей при этом пришлось вынести — вот, простая, но всегда интересная тема для романа.Текст издания: «Вeстник Европы», № 6, 1880 в современной орфографии.
![Купленная невеста](/storage/book-covers/11/116a8f73bb10dfa488ef548d9502900b390c585c.jpg)
В один московский день 1822 года появилась в лавке купца Ивана Анемподистовича Латухина красавица-девица, пришедшая купить отрез полотна. И увидав ту девицу, влюбился купец до беспамятства. Да вот беда — девица-то оказалась крепостной. Прежде чем жениться на ней, надо бы ее выкупить, а то и сам крепостным окажешься... Но вот кто ж продаст такую-то красавицу?..
![Королева Алиенора, неверная жена](/storage/book-covers/ec/ecd54b08c737c0b27ffe35c4ba4b61c4fdb461f2.jpg)
Весна 1152 года. Энергичная и чувственная Алиенора, богатая двадцативосьмилетняя наследница. Только что было объявлено о расторжении ее брака с Людовиком VII Французским. Непокорная супруга, Алиенора действительно когда-то, во время крестового похода, была влюблена в своего дядю.Она всегда прислушивалась только к голосу своего сердца… и на этот раз попала под обаяние обворожительного рыжеволосого юноши, который был моложе ее на десять лет, Генриха Плантагенета. Он станет ее «Ланселотом». В ее мечтах Генрих представляется вечным победителем, готовым на все, чтобы завоевать корону Англии.
![Евпраксия](/storage/book-covers/60/60b99ddbbf44ac1f2ff9b503c766237b7dcc6bc9.jpg)
Александр Ильич Антонов (1924—2009) родился на Волге в городе Рыбинске. Печататься начал с 1953 г. Работал во многих газетах и журналах. Член Союза журналистов и Союза писателей РФ. В 1973 г. вышла в свет его первая повесть «Снега полярные зовут». С начала 80-х гг. Антонов пишет историческую прозу. Он автор романов «Великий государь», «Князья веры», «Честь воеводы», «Русская королева», «Императрица под белой вуалью» и многих других исторических произведений; лауреат Всероссийской литературной премии «Традиция» за 2003 год.В этом томе представлен роман «Евпраксия», в котором повествуется о судьбе внучки великого князя Ярослава Мудрого — княжне Евпраксии, которая на протяжении семнадцати лет была императрицей Священной Римской империи.
![Трагедия королевы](/storage/book-covers/9f/9f6e33392dd0d0b5260bbec58130a4f738c749e0.jpg)
Луиза Мюльбах (псевдоним Клары Мундт, в девичестве Мюллер; 1814–1873) — немецкая романистка. Была замужем за известным писателем, критиком и литературоведом Теодором Мундтом. Поселившись в Берлине, она сблизилась с представителями «Молодой Германии» и приобрела известность радикальными воззрениями на женскую эмансипацию. Как писательница, Мюльбах была чрезвычайно плодовита (ею издано свыше 100 книг) и главным образом известна историческими романами, частью написанными по современным ей мемуарам. Последнее обстоятельство способствовало появлению в них весьма интересных эпизодов, что в свою очередь обеспечило ее произведениям успех среди широкой публики. В данном томе публикуется роман «Трагедия королевы», действие которого разворачивается во времена французской революции, а основной темой стала трагическая гибель на эшафоте Людовика XVI и его жены, очаровательной Марии-Антуанетты, своенравной и умной дочери Марии-Терезии и Франца I Австрийских.
![Графиня Дарья Фикельмон (Призрак Пиковой дамы)](/storage/book-covers/22/22394566859b47562ec1c58791eea67fe5ae28ce.jpg)
Николай Алексеевич Раевский (1894–1988) – известный русский советский писатель, автор ряда ярких и интересных книг о Пушкине и его времени. Публикуемое в данном томе произведение рассказывает об одной из близких женщин великого поэта, внучке фельдмаршала М. И. Кутузова – Дарье Федоровне (Долли) Фикельмон. Своим блестящим умом и образованностью, европейской культурой и необычайной красотой она буквально покорила сердце Пушкина. Именно их взаимоотношениям посвящена бóльшая часть страниц этой книги.
![Шарлотта. Последняя любовь Генриха IV](/storage/book-covers/2c/2cc00f404512468bae5c53bd656654461d832497.jpg)
Жорж Вотье (годы жизни не установлены) – французский писатель, современник А. Дюма. В данном томе публикуется роман «Шарлотта», рассказывающий о событиях, происходивших во времена правления Генриха Наваррского, известного не только своей знаменитой фразой «Париж стоит мессы», но и посвященной ему популярной песней Дю Корруа о храбром короле Анри Четвертом, имевшем тройной дар: пить, воевать и быть галантным кавалером. Вот об этом-то последнем даре опасного соблазнителя и повествуется в романе Ж. Вотье.