Девушка умиротворенно улыбнулась. Вот так-то, подумала она. Если бы я осталась в Сиэтле, то никогда не расширила бы своего кругозора и не узнала бы, как жуют сено престарелые пони.
И еще никогда не увидела бы таких потрясающих звезд — в Сиэтле они почему-то кажутся тусклыми.
— Эй, привет.
Из тени внезапно выступил Майкл, но Сэди даже не вздрогнула.
— Привет, — тихо ответила она.
— Что ты здесь делаешь?
Сэди пожала плечами, потом улыбнулась.
— Ну, сам понимаешь… бессонница.
— Да, знавали мы такое… А что тебя беспокоит?
— Почему ты думаешь, что меня что-то беспокоит?
— Просто знаю — и все. У тебя немного поникли плечи, залегла морщинка меж бровей, затуманились глаза.
Девушка вздохнула. Как это случилось? Каким образом этот мужчина сумел так хорошо узнать ее за несколько дней? И почему так приятно чувствовать, что рядом есть человек, который волнуется за нее, Сэди Макги? Волнуется так, что способен заметить даже морщинку, залегшую меж бровей?..
— Я поговорила сейчас со своим боссом. Сказала, что останусь здесь до тех пор, пока Сэми не поправится. Эмбер и мальчики только-только начали привыкать ко мне. Знаешь, они любят бабушку, но она захочет, чтобы они перебрались к ней, а отъезд из дома еще больше травмирует детей.
— И что тебе сказал твой босс?
— Чтобы я решила, что для меня важнее. Забавно, но они там прекрасно обходятся без меня.
— Значит, ты теперь безработная?
— Он хочет, чтобы я подумала несколько дней, но в общем-то — да, я уже без работы. И не над чем мне тут размышлять. Я твердо знаю, что должна делать.
— Я могу помочь тебе, Сэди. Если хочешь вернуться в Сиэтл — поезжай, я как-нибудь управлюсь с малышами. Думаю, они будут не против.
— Ты бы сделал это ради меня, Майкл? — Сэди была тронута и в то же время огорчена.
— Ради тебя. Да и ради них тоже…
— А я думала, что ты, наверное, захочешь, чтобы я осталась здесь.
— Я хочу, чтобы ты занималась тем, что сделает тебя счастливой.
Сэди поглядела в его ясные глаза. Какие чувства в них таятся? Не обманываю ли я себя?
— Хочешь посмеяться, Майкл? По правде говоря, я не хочу возвращаться в Сиэтл. Я не уверена, что хочу служить там, где на первом месте стоят деньги.
Возвращение в Слипи-Гроув растревожило Сэди душу, заставив осознать, сколь одинока и пуста ее жизнь. Но Сэди больше не желала мириться с этим.
Однако вслух она сказала другое:
— Не знаю, городок изменился или я сама, но мне здесь стало нравиться. Думаю, я останусь. Сегодня я прочитала в газете, что Коммерческая палата ищет менеджера по связям с общественностью. Разве это не торжество справедливости? Я достигну вершины своей карьеры, рекламируя Слипи-Гроув.
— Ты остаешься, Сэди?
— Да. В любом случае ты не смог бы присматривать за детьми. Тебе ведь скоро придется заняться реконструкцией старой пожарной части.
— Возможно, придется, — уточнил Майкл.
— Ну, не знаю… Сегодня я разговаривала еще и с Дэвидом Миллхаузом.
— С кем?
— С президентом «Гэнгвей продакшнз».
— О! Это компания, которая хочет снести особнячок!
— Мне пришлось говорить довольно резко. Я уведомила Миллхауза, что прекращаю работу над этим проектом. Сказала, что местный парень с солидной репутацией, опытный и знающий реставратор, борется за право восстановить это здание и что, по-моему, город поддержит энтузиаста.
— Не надо было тебе этого делать.
— Да, не надо было. Но я чувствовала, что должна сказать своему клиенту правду. Ведь я не сомневаюсь, что город будет на твоей стороне. У Миллхауза, кстати, есть интересная идея.
— Какая идея?
— Он спросил, не пойду ли я на компромисс. Ты восстановишь особнячок, и он станет центральной частью будущего торгового комплекса.
— Ну-ну.
— Старое и новое — рядом, бок о бок. Миллхауз сказал, что позвонит тебе.
— А что он вообще прицепился к Слипи-Гроуву?
— Я спросила его об этом. У него двое детей. Старший в будущем году пойдет в школу. Миллхауз сыт по горло большими городами. Они с женой хотят жить по-другому. Спокойно, размеренно… приятельствуя с соседями… наслаждаясь ощущением человеческого тепла… Кажется, они в прошлом году приезжали в Слипи-Гроув на праздники и оба влюбились в этот городок.
— Это случается со многими, Сэди.
— Люди словно прирастают к нему, — тихо сказала она и засмеялась. — Как грибы. Шучу. Знаешь, когда я созрею для того, чтобы завести детей, я тоже не откажусь жить в таком городке.
Майкл промолчал, и, почувствовав замешательство, Сэди продолжила:
— Знаешь, Микки попросил меня сегодня позвонить отцу, сообщить ему хорошие новости… ну, о Саманте.
— И ты?..
— Что я могу сказать? Что мы с отцом разные люди? Может, я более целеустремленный человек, раз мне удалось проделать такой путь. Я решительнее и тверже. Во мне больше жизненных сил. У меня творческий подход к работе. Но в любом случае отец был искренне рад за Саманту. Знаешь, Кейт сказала, что мне надо было вернуться сюда. И, думаю, она была права. Видишь ли, если бы я приехала в Слипи-Гроув и снова начала бы ощущать себя девчонкой с окраины, то никогда не почувствовала бы себя свободной. Я могла бы прикрывать это чем угодно — одеждой, машиной, драгоценностями, работой, но сомнения и неуверенность в себе всегда точили бы меня изнутри, заставляли бы все время кому-то что-то доказывать и одерживать победы над собой. Одну за другой. Снова и снова. Постоянно напоминать себе и другим, что я принадлежу к сливкам общества… А вот сейчас — да, да, как это ни странно, именно сейчас — я всюду чувствую себя на своем месте. Здесь. В Сиэтле. И, похоже, особой разницы нет. Впрочем, все это неважно. Сэми будет жить. И это сейчас самое главное.