Песнь Давида - [13]
Я не знал, что на это ответить, но это было и не нужно.
– Кстати, о коллекционерах, ты не против познакомиться с моим младшим братом? Он большой фанат спорта, и ему было бы очень приятно встретить настоящего борца. Он немного неуклюжий, но будет счастлив пообщаться с тобой.
– Конечно, – я пожал плечами. Мне было любопытно посмотреть на дом изнутри, на то, как она живет, увидеть родителей, которые позволяли своей слепой дочери разгуливать одной по городу и танцевать полуголой в баре.
Амелия выудила ключи из кармана пальто и начала нащупывать замок. У нее не заняло это много времени, и она не просила о помощи, так что я молча стоял рядом.
Дверь со стоном открылась в темную прихожую. В доме слегка пахло сыростью и полиролью для мебели – скорее всего, из-за его старости.
– Генри? – позвала Амелия, отставив трость и снимая пальто. Затем почти без каких-либо затруднений повесила его на старомодную вешалку для головных уборов и верхней одежды. – Генри!
Я услышал, как наверху открылась дверь, из-за которой полился звук спортивных комментариев, но он быстро оборвался. Раздались шаги, и люстра внизу ожила, омывая светом с вершины богато украшенной лестницы, вокруг которой строился дом.
Из-за угла вышел мальчик-подросток со взъерошенными рыжими кудряшками. Либо он спал, либо не любит расчесываться. На нем была черная майка «Чикаго Буллз»[4] и фланелевые пижамные штаны. Встретившись со мной взглядом, он скрестил свои тощие руки на груди и начал переминаться с ноги на ногу, явно чувствуя дискомфорт из-за нежданного гостя.
– Генри? – Амелия определенно слышала его шаги, которые резко затихли. – Генри, это Давид… э-э, Давид, я забыла спросить твою фамилию. – Она не ждала, пока я ее назову, и восторженно добавила, как мать ребенку: – Он настоящий борец, Генри! Я подумала, что тебе будет интересно с ним познакомиться.
Генри все так же оцепенело стоял на вершине лестницы. Я помахал ему:
– Привет, Генри. Я Давид Таггерт, но ты можешь звать меня Таг, – представился я. Паренек выглядел больше взволнованным, нежели впечатленным.
– Таг? – испуганно пропищала Амелия, слегка поворачиваясь ко мне. – О боже. Я не понимала… в смысле, ты Таг Таггерт! Ты сказал, что тебя зовут Давид! Я думала, что ты работаешь в баре вышибалой, который дерется в свое свободное время! Как Луи! О боже. Ты мой босс!
Амелия прижала ладони к щекам и начала делать плавные вдохи и выдохи, явно смутившись из-за того, что так фамильярно общалась со мной ранее, и я попытался сдержать смех.
– Бокс стал легальным видом спорта в 1901 году! – выпалил Генри.
– Он не боксер, – быстро пришла в себя Амелия. – Он боец ММА, верно, мистер Таггерт?
Значит, теперь я мистер Таггерт. Тут уж я расхохотался.
– Я занимаюсь кикбоксингом, реслингом, дзюдо, грэпплингом. Всем понемногу, – согласился я, продолжая хихикать.
– Порхай как бабочка, жаль как пчела, – сказал Генри и крепче сжал руки на груди.
– О, тебе нравится Мухаммед Али? – поинтересовался я.
– «Величайший», «Народный чемпион», «Луисвиллские губы», – протараторил парнишка, прежде чем развернуться и убежать дальше по коридору. Дверь за ним захлопнулась, приглушая радио, и мы с Амелией вновь остались одни в прихожей.
– При вашей следующей встрече он будет знать все о тебе, о твоем послужном списке и о смешанных единоборствах. У Генри феноменальный ум, но ему плохо даются светские беседы, – тихо произнесла Амелия. Она закусила нижнюю губу, словно хотела что-то добавить, но затем напрягла спину, одумавшись.
Я полагал, что тут проблема посерьезнее, чем неумение вести беседу, но промолчал.
– Я не знала, кто ты. Теперь чувствую себя полной дурой, – робко прошептала она.
– Почему?
– Я общалась с тобой как с Луи.
– Это как же? Как с другом?
– Я флиртовала.
– Ну, со мной уже случалось такое прежде. Думаю, я переживу.
Ее нос сморщился, а брови выгнулись.
– Ты улыбаешься?
– Ага.
– Ладно. Это хорошо. Я попытаюсь вести себя более профессионально в будущем.
С этими словами она протянула руку в мою сторону, очевидно вознамерившись пожать мне ладонь, как «профессионал».
Я быстро ее пожал, борясь с желанием снова рассмеяться. До чего же она забавная – особенно тогда, когда не пытается такой быть.
– Можешь привести Генри в тренажерный зал, если считаешь, что ему это понравится. Он на той же стороне, что и бар, в двух дверях на юг. У меня целая команда борцов. Луи тоже иногда тренируется с нами. Мы устраиваем спарринги где-то с десяти до четырех почти каждый день. Я могу показать Генри пару приемов и познакомить его с ребятами.
– Правда? – пропищала Амелия и крепко сжала мою крупную ладонь между своих крошечных. – Я спрошу его. Думаю, ему понравится эта идея. Генри очень стеснительный и не любит, когда люди к нему прикасаются, но, возможно, он захочет просто понаблюдать за вами.
– Я не собирался вызывать его на ринг, – иронично заметил я.
– Ты снова улыбаешься?
Было как-то странно думать, что я могу стоять с абсолютно любым выражением лица, а она ничего и не узнает. Я мог насмехаться над ней, закатывать глаза, кривляться, показывать язык. И она оставалась бы в полном неведении.
– Ага.
![Потерянные сердца](/storage/book-covers/c1/c1d7bea21de687bf202b116d022312a078faa2e0.jpg)
Орегонская тропа, 1853. Наоми Мэй едва ли исполнилось двадцать лет, когда она овдовела. Это и стало началом настоящих испытаний для девушки и ее близких. В поисках лучшей жизни большое семейство Мэй отправляется в опасное путешествие на Запад.
![Первая дочь](/storage/book-covers/2e/2e3134b7ff65e3c5b505a00ff9d7f8d72fe1cc14.jpg)
Земли Сейлока прокляты. В тех краях не рождаются девочки. Альба – первая и единственная дочь, рожденная в Сейлоке почти за два десятилетия. Тайна ее происхождения известна лишь королю, который добился трона ложью, убийствами и предательством. Король растит Альбу как свою дочь. С детства принцессу охраняют лучшие ярлы. В их числе Байр, тихий юноша, наделенный нечеловеческой силой. Альба взрослеет, чувствуя его заботу даже на расстоянии, когда Байр воюет с врагами своего клана. Она мечтает о Байре и ждет его возвращения с войны.
![Меняя лица](/storage/book-covers/07/0722d90e3193683c29ab7b730c12b146aeed92fc.jpg)
В тринадцать лет Ферн влюбилась на всю оставшуюся жизнь. Его звали Эмброуз Янг, и он был самым красивым парнем в школе. «Он никогда не обратит на меня внимание» — так думала девочка с непослушными рыжими кудрями, брекетами и в очках с толстыми линзами. Но время шло, и все неумолимо менялось: их жизни, их мечты, их лица. Однажды Эмброуз проснулся монстром, а Ферн превратилась в настоящую красавицу… Это история о вечной любви. Это история о внутренней красоте, столь величественной, что внешняя красота никогда с ней не сравнится.
![Закон Моисея](/storage/book-covers/30/30a6be5da9a4b4ab118b25046ef75206c4e7c36c.jpg)
Его нашли в корзинке для белья в прачечной. Младенцу было всего несколько часов от роду, но смерть уже поджидала его за углом. Малыша окрестили Моисеем и назвали сломленным ребенком. Когда я услышала эту фразу, то представила, будто при рождении по его хрупкому тельцу пошла огромная трещина. Я понимала, что это всего лишь метафора, но картинка не выходила у меня из головы. Возможно, именно образ сломленного юноши и привлек мое внимание. Мама говорила, что весь город следил за историей маленького Моисея, но никто не мог ему помочь.
![Приручить Красавицу](/storage/book-covers/71/712f06ac5d1a1e2cdf55a15b878bc4f259b11ef0.jpg)
Это не сказка. Это твой худший кошмар. И я чудовище, которое сломает тебя. Моё прошлое разбито. Вдребезги. Все, кого я любил, ушли. И я никогда не позволю себе полюбить кого-то снова. Но так было до неё… Белль Далтон, дочери мужчины, который был должен мне больше, чем он мог когда-либо заплатить. Она шокирует меня, добровольно соглашаясь взять на себя долг отца ради своей семьи. Она согласна уйти со мной, и исполнять мои прихоти и желания. Но, конечно, Белль боится, и она должна. Я не хороший человек, и не собираюсь становиться добрым.
![Хочу](/storage/book-covers/9c/9c9e39f20825bbf32a598521e3e2a56f0bd548a3.jpg)
Как далеко вы сможете зайти, чтобы получить то, чего хотите? Один взгляд на очаровательную девушку, и мой интерес вызван. Беспокойные карие глаза смотрят на меня, и я мгновенно чувствую себя защищённым. Через три удара сердца, моя рука сжимает её. Проходит четыре секунды, прежде чем я спрашиваю, что случилось. «Мне нужен сладкий папочка». После слов, произнесённых её пухлыми губами, я предлагаю ей присоединиться к этому без задней мысли. Вы когда-нибудь желали чего-то так сильно, что это могло бы поглотить вас? Я хочу её, и я сделаю всё, чтобы завладеть ею.
![Красотка и чудовище](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Любовь, морковь и полный соцпакет](/storage/book-covers/e5/e5c3e2ce64aac8028b56452d6ba1ce850c13449e.jpg)
Считаете, что работа, полученная по знакомству – счастливый билет? Спешу огорчить. Это целый ворох проблем, компания завистников и жемчужина коллекции – босс, главная цель которого превратить мою жизнь в ад. Поверьте, я знаю, о чем говорю!
![Близкие контакты седьмого рода](/storage/book-covers/2a/2a9ddad3993e7c725d2b53b1af2e1d4360399623.jpg)
Сказка о прекрасной принцессе на белом... звездолёте. Ну, может быть, не совсем принцессе. И не совсем прекрасной — на любителя. Но если таки распробовать — м-м, бабушкино земляничное варенье не сравнится с этим! Незабываемые новогодние выходные обеспечены. Ну и, как водится, любовь- морковь... Но при чём здесь двулетнее травянистое растение семейства зонтичных? Пардон, небольшие недоработки словаря идиом и фразеологизмов.
![Рождественские радости миллиардера](/storage/book-covers/1a/1ac4e38f42aa6e0b4e2127a7158d873e28e45ea1.jpg)
Это единственное Рождество, которое Джеймс Ченс не сможет отменить.Мия Дэниелс — ведущий репортер в SNO News. Она любит свою работу, особенно, когда ей заказывают репортаж о ее любимом событии — Рождестве. Единственный человек, который встает у нее на пути — скупой босс, противник Рождества, обворожительный и неотразимый миллиардер Джеймс Ченс. Однако, после того, как их обоих на работе заперла метель, Мия ухватилась за этот шанс показать Джеймсу магию Рождества. Она решила провести для своего великолепного босса-миллиардера персональный маленький праздник с огоньками, украшениями и, конечно же, омелой! Не в силах сопротивляться расцветающему желанию, они падают друг другу в объятья на этом неожиданном и страстном свидании…Мия думала, что сможет продолжить свою обычную жизнь и карьеру, похоронив это свидание — и чувства к боссу — где-то на задворках своей памяти, но она пока не знает, насколько ошибается.