Перезагрузка, или Back in the USSR-3 - [10]
Демичев сунул мне в руки какую-то бумажку, но я в мадьярском языке разбираюсь туго, поэтому вынужден был поверить министру на слово.
- Как вы на это смотрите, Сергей Андреевич?
- Со всех сторон положительно, Петр Нилович.
- Я в вашем ответе не сомневался. Тем более что какая-никакая, а валюта, и нашей стране она не помешает. Форинты, кажется, у них в ходу? Музыканты, само собой, внакладе не останутся, поездка намечается серьезная. Сейчас, насколько я знаю, коллектив гастролирует по Украине?
- Да, по Западной Украине, кстати, где-то там недалеко и венгерская граница.
- Сергей Андреевич, мы не разделяем Украину на Западную, Центральную и Восточную...
- Простите.
- Ну так вот, им все равно придется побывать у нас, чтобы подписать все необходимые документы. А загранпаспорта у них есть? Тогда пусть озаботятся их оформлением, если нужно будет ускорить процесс - мы поможем, сделаем звонок кому надо. А вот когда паспорта будут готовы - тогда решим вопрос с графиком гастролей по Венгрии.
- Все понятно, Петр Нилович. В общем, если возникнут проблемы с оформлением паспортов, или проблемы какого-то другого плана - я сразу звоню вам?
- Рад, что вы меня поняли.
- А-а, извиняюсь, мне-то самому нужно будет оформлять загранпаспорт? Или меня отправлять не планируется? А там еще у нас помимо музыкантов как бы и администратор есть. Ну он тоже иногда, кстати, подыгрывает перкуссионистом. Мелик-Пашаев, может, слышали?
- Мелик-Пашаев? Не припомню... Хорошо, мы выясним, а насчет вас... тоже выясним.
Не иначе Цвигуну звонить собрался. Ладно, я за себя особо-то не переживаю, хотя мое присутствие с группой желательно, тем более если Ованесу не разрешат выезд. Все-таки первые зарубежные гастроли, такая ответственность.
- Это будет не сольное турне, как сейчас модно говорить, а в некотором роде творческая делегация. К вам будет прикреплен ансамбль, кандидатуру коллектива мы пока рассматриваем, он будет выступать в первом отделении концерта.
Вот тебе раз! Ну никак без нагрузки не обойтись. Понятно, туда же еще небось и комитетчика приткнут, того же майора Метелкина, а то как это - зарубежная поездка и без куратора! Но я был не в том положении, чтобы качать права. Лишь бы не какую-нибудь 'Лейся, песня' к нам прикрепили.
- А может быть, взять Ингу Чарскую? В смысле, на первое отделение?
- Чарскую?.. Ну а что, неплохой вариант.
- Тогда я поговорю с ней на предмет первых и для нее заграничных гастролей?
- Сильно не торопитесь, мы все же еще подумаем. Вот, запишите телефон моего заместителя, Андрея Львовича, в дальнейшем он будет курировать ваш вопрос.
Учитывая, что мои гастролеры вернутся только на следующей неделе, это время я решил использовать с пользой. В том числе планировал посетить нового-старого Председателя Гостелерадио Николая Николаевича Месяцева, предварительно добив новый вариант своих предложений для Центрального телевидения.
Но попасть на прием оказалось не так-то легко. С Лапиным ведь как получилось... Ему мой опус вручил Машеров, а Лапин сам меня вызвал, как говорится, на ковер. Теперь же я сам решил проявить инициативу, позвонив в здание на Пятницкой с просьбой записаться на прием к Месяцеву. Меня честно предупредили, что к Николаю Николаевичу сейчас очередь на месяц, а учитывая, что к нему регулярно подъезжают разного рода 'внеочередники', которым нельзя отказать, то и очередь может растянуться на больший срок. Я все же записался, но тут же стал названивать Машерову, в надежде, что он поможет мне добиться внеплановой аудиенции у человека, который вернул свой пост и не без моей помощи.
- Все никак не угомонитесь? - со вдохом произнес Машеров в трубку. - Хорошо, я попробую что-нибудь сделать.
- А у меня тут еще кое-какие мысли появились по поводу ВЛКСМ. Но это уже как-нибудь при личной встрече, сами понимаете - разговор не телефонный.
- Давайте тогда послезавтра встретимся, я как раз буду в Москве по делам.
В назначенный срок мы пересеклись, и я отдал Петру Мироновичу трактат о роли комсомольской номенклатуры в разрушении СССР и капитализации, предложив после прихода 'машеровцев' к власти вообще разогнать ВЛКСМ. Основание - полное идеологическое перерождение. Достаточно сделать записи разговоров комсомольских чиновников в своем кругу в банях и на других посиделках. Комсомольских чинуш выгнать из властных структур и закрыть им доступ к кормушке. Разве что найдутся действительно верные СССР, идейные и порядочные люди без гнили, но тут надо проверять и перепроверять.
Никакой катастрофы в разгоне ВЛКСМ не будет. К примеру, в Венгрии и Польше свой комсомол разгоняли и создавали заново, и никаких проблем не возникло. А вместо ВЛКСМ создать несколько новых, конкурирующих организаций. Например, Федерация Рабочей Молодежи, в которую будут входить молодые рабочие разных отраслей, Движение Сельской Молодежи - ну тут тоже состав понятен, Союз Учащейся Молодежи, состоящий из старшеклассников и студентов, Союз Патриотической Молодежи -молодые военнослужащие, милиционеры и так далее. И во всех этих организациях упор должен делаться не на идеологические мероприятия для галочки вроде собраний и выступлений, на которых народ засыпает, а на военно-спортивно-патриотическую составляющую. Тогда и накачка соответствующей идеологией пойдет без проблем.
Бывший спецназовец Ефим Сорокин вряд ли предполагал, что, прыгая с парашютом в 2017 году, приземлится в… 1937-м. В СССР под руководством товарища Сталина вовсю строят социализм, а заодно расправляются с врагами народа. И неудивительно, что так странно экипированного незнакомца сразу записывают в агенты западных спецслужб…
Алексей Лозовой, 63 лет от роду, музыкант на излёте карьеры, оказывается в теле 15-летнего парня в 1961 году. Причём парня с не самой лучшей биографией. Но героя это не пугает, и он принимается лепить из обычной шпаны звезду не только музыки, но и футбола…
Продолжение приключений Максима Варченко, после смерти попавшего в собственное 15-летнее тело. И вновь отдельное спасибо Alex Pol.
Прошли годы. Не без участия Ефима Сорокина, он же Фил Бёрд, послевоенная Европа приобрела совсем другой вид. Сам же герой – вполне успешный бизнесмен. Однако, зайдя как-то в бар с помощником директора ФБР, умудрился влипнуть в историю, в результате которой мексиканским наркокартелем были похищены его дочь и беременная жена. Приходится платить большой выкуп, но недаром Ефим когда-то снял в Голливуде фильм «Месть подаётся холодной». Вот и наш герой решает жестоко отомстить похитителям…
Заключительная часть похождений Максима Варченко в советском прошлом, которое не без его помощи приобретает новые очертания. Отдельное спасибо Alex Pol.
58-летний писатель Максим Варченко засыпает в 2020-м, а просыпается… в 1977-м. Оказавшись в собственном теле 15-летнего подростка, он понимает, что получил шанс прожить свою жизнь заново. Вот только у него ни айфона, ни полученных в результате переноса суперспособностей, как у других попаданцев. Приходится рассчитывать только на себя. Отдельное спасибо за помощь Alex Pol.
Он мечтал намыть золота и стать счастливым. Но золото — это жёлтый бес, который всегда обманывает человека. Кацап не стал исключением. Став невольным свидетелем ограбления прииска с убийством начальника артели, он вынужден бежать от преследования бандитов. За ним потянулся шлейф несчастий, жизнь постоянно висела на волосок от смерти. В колонии, куда судьба забросила вольнонаёмным мастером, урки приговорили его на ножи. От неминуемой смерти спасла Родина, отправив на войну в далёкую Монголию. В боях на реке Халхин-Гол он чудом остался жив.
Жизнь подростков отличается: кто-то дружит со своими родителями, кто-то воюет, у кого-то их и вовсе нет, кто-то общительный, кто-то тихоня. Это период, когда человек уже не ребенок, но и не взрослый, период сотворения личности, и у каждого этот переход происходит по-разному: мягко или болезненно. Фахри – подросток с проблемами: в семье, школе, окружении. Но у него есть то, что присуще не всем его – понимание того, что нужно что-то менять, так больше продолжаться не может. Он идет на отчаянный шаг – попросить помощи у взрослого, и не просто у взрослого, а у школьного психолога.
Детство – целый мир, который мы несем в своем сердце через всю жизнь. И в который никогда не сможем вернуться. Там, в волшебной вселенной Детства, небо и трава были совсем другого цвета. Там мама была такой молодой и счастливой, а бабушка пекла ароматные пироги и рассказывала удивительные сказки. Там каждая радость и каждая печаль были раз и навсегда, потому что – впервые. И глаза были широко открыты каждую секунду, с восторгом глядели вокруг. И душа была открыта нараспашку, и каждый новый знакомый – сразу друг.
Дример — устройство, позволяющее видеть осознанные сны, объединившее в себе функционал VR-гаджетов и компьютерных сетей. В условиях энергетического кризиса, корпоратократии и гуманистического регресса, миллиарды людей откажутся от традиционных снов в пользу утопической дримреальности… Но виртуальные оазисы заполонят чудища, боди-хоррор и прочая неконтролируемая скверна, сводящая юзеров с ума. Маркус, Виктор и Алекс оказываются вовлечены в череду загадочных событий, связанных с т. н. аномалией — психокинетическим багом дримреальности.
В Центре Исследования Аномалий, в одной из комнат, никогда не горит свет. Профессор Вяземский знает, что скрывается за ее дверями. И знает, как мало времени осталось у человечества. Удастся ли ему найти способ остановить аномалии, прежде чем они поглотят планету? И как быть, если спасти мир можно только переступив законы человечности?
После неудавшегося Апокалипсиса и изгнания в Ад Сатана забирает с собою Кроули, дабы примерно его наказать — так, как это умеют делать в Аду, — а Азирафаэль не собирается с этим мириться и повышает голос на Господа. Рейтинг за травмы и медицинские манипуляции. Примечание 1: частичное AU относительно финала событий на авиабазе. Примечание 2: частичное AU относительно настоящих причин некоторых канонных событий. Примечание 3: Господь, Она же Всевышний, в этой Вселенной женского рода, а Смерть — мужского.
ГГ, преподаватель истории, из 2015-го попадает в 1975-й…
Продолжение похождений Сергея Губернского в СССР.