Переселение. Том 2 - [2]
Пристыженная и разозленная, Варвара, покраснев, крикнула:
— Ты, Петр, ребенок! Большой ребенок!
Среди общих объятий и поцелуев все, казалось, было забыто, словно ничего и не было, однако от внимания Павла не ускользнуло, что Петр встретил его холодно и глаза его смотрят враждебно. Павел понял, что после стольких бед, выпавших на его долю, здесь, у подножия этой деревянной лестницы, его ждет еще одна беда.
Весь вечер Петр дулся и молчал.
У Варвары на глазах блестели слезы радости, и она не сводила взгляда с Павла. Исаковичи в тот вечер долго сидели за ужином в кухне трактира, а еще дольше в номере Петра, где их и застал рассвет.
Юрат был человек неглупый, хотя, случалось, и отмачивал глупые шутки, чтоб как-нибудь замять семейные неурядицы. Во время ужина он стал показывать, как папежники, прежде чем усесться за стол — крестятся.
Юрату казалось смешным не то, что они крестятся перед едой, а то, как они крестятся. И он крестил лоб, нос и подбородок, приговаривая:
«Наш схизматик, за брюхо взявшись, бьет поклон, проголодавшись, а шокац на подбородке крест чертит, будто у бедняги борода свербит».
Тщетно Варвара доказывала, что люди благодарят бога за хлеб насущный.
Петр ел и упорно молчал.
Анна пыталась казаться веселой и рассказывала о том, что произошло в Темишваре, пока Павел был в Вене. Однако, как всякая мать, по вечерам она особенно беспокоилась о сыне и дочери, которых она оставила с няней в Нови-Саде.
Анна была необыкновенно хороша в этот вечер. Она надела свой любимый черный кринолин с зеленой бархатной корсеткой, и ей было жарко. Ее черные брови будто срослись на переносице. Она украдкой следила за каждым движением, каждым взглядом невестки.
Анна и Юрат были образцом счастливой четы. Оказавшись без детей, в трактире, они снова переживали медовый месяц, Анна опять забеременела.
Огорчало ее лишь одно: отец увез детей погостить к себе в Нови-Сад. Как они там живут без нее? Юрата это сердило.
Он без конца твердил, что причин для беспокойства нет. Дети не у чужих людей, а у деда и бабки. Юрат, когда сердился, звал бабкой свою тещу, знаменитую красавицу Агриппину Богданович; ей в то время шел лишь сорок третий год, и она чувствовала себя еще молодой, совсем молодой. Юрат знал, что она была против его брака с Анной и потому терпеть ее не мог. Да и теща недолюбливала зятя. «Уж больно прост, — говорила она. — Я хотела для дочери лучшей партии». Немного успокоившись при мысли о том, что дети с няней, Анна тут же находила причину для новой тревоги: «Но ведь няня не может заменить мать. Что они думают, бедняжки, когда видят няньку вместо матери? Как им там живется в Нови-Саде?»
— Щиплют няньку, где не положено! — кричал, теряя терпение, Юрат.
Позднее, когда они собирались в номере у Анны, случалось, что Петр и Варвара вдруг вставали и уходили.
Павел спрашивал:
— Что с ними, почему они так рано ушли?
Юрат, ткнув в сторону их комнаты пальцем или махнув рукой, горестно замечал:
— Там, Пайо, уже не то, что было прежде!
Что-то, по мнению Юрата, в их семье не ладилось.
Время от времени они по ночам слышали сквозь стену, как те приглушенными голосами ссорятся. Петр с утра молчит, а Варвара вся заплаканная. А в чем причина, не говорят.
Анна полагала, что беда эта непоправимая — не любят они больше друг друга.
А Петр, хоть и держится гордо, не жалуется, но стал злым и грубым, чего прежде никогда не было. Груб он и с Варварой. Павел помнил всегдашнюю холодную учтивость и вежливость Петра, кичившегося собственной удалью, богатством и женой. И обращался он с Варварой всегда по-рыцарски.
Анна утверждала, что сейчас он грубо покрикивает на жену.
Юрат пытался время от времени их развеселить. Напомнить, как они были счастливы, как любили друг друга. Но тщетно. Петр отмалчивается, а его прежде такие добрые голубые глаза становятся злыми и загораются ледяным блеском. У Варвары же каждое утро глаза заплаканные. И в чем дело, они не говорят.
Но в этот вечер казалось, все семейство Исаковичей проведет вечер весело и сердечно, как в былые времена.
Шли расспросы о Вене. Павел думал было увлечь братьев и их жен картинами барочной Вены и принялся описывать им сады Бельведера, Карлскирхи, Шенбруннский дворец, но их это не занимало.
Впервые Павел побывал в Вене во время войны, вернее проехал верхом на лошади, да и сейчас видел город бегло, будучи в дурном настроении, и рассказывал соответственно. Петр тоже видел Вену, проскакав через нее на коне галопом. Анна вообще там не была, а Варвара — только в детстве. Один лишь Юрат знал Вену хорошо, но нисколько ею не интересовался.
Поэтому Исаковичи зевая слушали рассказ Павла о Вене.
Правда, женщины спросили, как одеваются венки, да и то между прочим. Павел описал им, как парижские дома дамских мод каждый год посылают в Вену кукол в нормальный человеческий рост, одетых в новые творения своих портных.
Это несколько оживило Варвару и Анну. Юрат вспомнил, что, хотя он часто ходил там в театр, но в памяти остался лишь один вечер, когда он вдруг заметил в ложе свою родственницу, которую не видел несколько лет, жену ротмистра славонских гусар Симона Вукосавлевича, Даринку.
![Переселение. Том 1](/storage/book-covers/d1/d17bb3b8bd0b023949021b934cd40ccbefdd7377.jpg)
Историко-философская дилогия «Переселение» видного югославского писателя Милоша Црнянского (1893—1977) написана на материале европейской действительности XVIII века. На примере жизни нескольких поколений семьи Исаковичей писатель показывает, как народ, прозревая, отказывается сражаться за чуждые ему интересы, стремится сам строить свою судьбу. Роман принадлежит к значительным произведениям европейской литературы.
![Роман о Лондоне](/storage/book-covers/73/73ceacf083b41b449565953a2bd6dc48fcac1e7b.jpg)
Милош Црнянский (1893—1977) известен советскому читателю по выходившему у нас двумя изданиями историческому роману «Переселение». «Роман о Лондоне» — тоже роман о переселении, о судьбах русской белой эмиграции. Но это и роман о верности человека себе самому и о сохраняемой, несмотря ни на что, верности России.
![Исповедь бывшего хунвэйбина](/storage/book-covers/0c/0c5960a7c27dd8ef05a8e99e6b66f65dfcdb4836.jpg)
Эта книга — повесть китайского писателя о «культурной революции», которую ему пришлось пережить. Автор анализирует психологию личности и общества на одном из переломных этапов истории, показывает, как переплетаются жестокость и гуманизм. Живой документ, написанный очевидцем и участником событий, вызывает в памяти недавнюю историю нашей страны.
![Адмирал Колчак. «Преступление и наказание» Верховного правителя России](/storage/book-covers/b5/b566afdd5f3848b31d5eb8f32261324f66243b54.jpg)
Споры об адмирале Колчаке не утихают вот уже почти столетие – одни утверждают, что он был выдающимся флотоводцем, ученым-океанографом и полярным исследователем, другие столь же упорно называют его предателем, завербованным британской разведкой и проводившим «белый террор» против мирного гражданского населения. В этой книге известный историк Белого движения, доктор исторических наук, профессор МГПУ, развенчивает как устоявшиеся мифы, домыслы, так и откровенные фальсификации о Верховном правителе Российского государства, отвечая на самые сложные и спорные вопросы.
![Тайна старого фонтана](/storage/book-covers/96/96ec511f19879b59903cd9733d9fe67619e407ef.jpg)
Когда-то своим актерским талантом и красотой Вивьен покорила Голливуд. В лице очаровательного Джио Моретти она обрела любовь, после чего пара переехала в старинное родовое поместье. Сказка, о которой мечтает каждая женщина, стала явью. Но те дни канули в прошлое, блеск славы потускнел, а пламя любви угасло… Страшное событие, произошедшее в замке, разрушило счастье Вивьен. Теперь она живет в одиночестве в старинном особняке Барбароссы, храня его секреты. Но в жизни героини появляется молодая горничная Люси.
![Поход группы Дятлова. Первое документальное исследование причин гибели туристов](/storage/book-covers/2b/2b576c963cecb42a72cb58bc31663fc77af1b641.jpg)
В 1959 году группа туристов отправилась из Свердловска в поход по горам Северного Урала. Их маршрут труден и не изведан. Решив заночевать на горе 1079, туристы попадают в условия, которые прекращают их последний поход. Поиски долгие и трудные. Находки в горах озадачат всех. Гору не случайно здесь прозвали «Гора Мертвецов». Очень много загадок. Но так ли всё необъяснимо? Автор создаёт документальную реконструкцию гибели туристов, предлагая читателю самому стать участником поисков.
![Матильда Кшесинская и любовные драмы русских балерин](/storage/book-covers/2c/2ce030d7dcf4958548240f59837cab2bb891273a.jpg)
Император Александр III, поздравляя Матильду Кшесинскую в день её выпуска из Санкт-Петербургского театрального училища, пожелал: «Будьте украшением и славою русского балета». Всю жизнь балерина помнила эти слова, они вдохновляли её на победы в самых сложных постановках, как вдохновляла её на нелёгких жизненных рубежах любовь к сыну Александра III, цесаревичу Николаю Александровичу, будущему императору Николаю II. Матильда пережила увлечение великим князем Сергеем Михайловичем, который оберегал её в трудные минуты, жизнь её была озарена большой любовью к великому князю Андрею Владимировичу, от которого она родила сына Владимира и с которым венчалась в эмиграции, став светлейшей княгиней Романовской-Красинской.
![Целебный яд](/storage/book-covers/d1/d1f3d083b49fddb12fab47187a8f0207db3f1b6a.jpg)
Без аннотации. В основу романа „Целебный яд“ легли действительные приключения естествоиспытателя Карла Хасскарла, одного из тех, кто рисковал своей жизнью, чтобы дать людям благодатные дары хинного дерева.
![Сундук с серебром](/storage/book-covers/d8/d8021074b7831ec26709eddab912612b83b5c006.jpg)
Из богатого наследия видного словенского писателя-реалиста Франце Бевка (1890—1970), основные темы творчества которого — историческое прошлое словенцев, подвергшихся национальному порабощению, расслоение крестьянства, борьба с фашизмом, в книгу вошли повести и рассказы разных лет.