Откуда пришли славяне - [3]

Шрифт
Интервал

Иногда и просто несуразности. О 2000 кораблях Олега помнят многие. Цифра очень большая. Соответ­ствует войску в 80 тысяч человек. Для тех времён войско очень большое, но реальное. Но в ПВЛ написано, что у Игоря было 10000 кораблей! При этом будет войско в 400 тысяч человек. А это уже явный перебор. Во время войны 1812 года у Наполеона была армия грандиозная – 600 тысяч человек. Поэтому ко всему, что написано в ПВЛ нужно относится крайне критически. Безусловно, что и норманнская теория – миф, как миф о Рюрике. Тем не менее, и нападения Русов на Царьград, и разгром Ха­зарского каганата, и экспедиции Святослава на Дунай подтверждается другими историческими свидетельства­ми. Поэтому в дальнейших наших размышлениях мы бу­дем иногда использовать мотивы из этой важнейшей для нашего исторического самосознания книги. Мотивы как модели вполне реальных событий, которые может происходили не так, как описано в Повести, но что-то аналогичное было. Не могло не быть.

Каких либо исторических документов, созданных в славянских землях в первой половине первого тысячеле­тия не известно. Хотя нет основания считать, что их не было. Дело в том, что системы создания и хранения до­кументов, подобной христианским монастырям не было. Ведь монастыри на западе финансировались за счет на­лога с народа (церковная десятина). Религия славян та­кого налога не знала и монастырей не имела. Книги на пергаменте стоили очень дорого (лист – овца). Поэтому деловые документы составлялись без расчёта на большой срок жизни. На бересте, например. Какие-то за­писи на ткани, деревянных дощечках и пр. Русские зем­ли богаты лесом, но бедны камнем. Поэтому города и замки строились из брёвен. Материал этот не долгове­чен. Поэтому до нас они не дошли. Какие-то были разру­шены, сожжены. Что-то было снесено и заменено но­вым. Зачастую строения исчезали вместе с содержимым. Поэтому древних каменных замков и аббатств мы не имеем. Да потом и защитой русской земли были не ка­менные стены, а дух свободолюбивого народа.

Другое дело на западе. Писаная историография по­явилась на Ближнем востоке. Оттуда перешла к Греко– Римской цивилизации. Из всего написанного в этой ци­вилизации также дошло до нас очень мало. Сгорела

Александрийская библиотека. Сожжён был и Рим с Сивиллиными книгами. Многое было уничтожено при взя­тии Константинополя крестоносцами. Остальное дожгли турки. Массу книг уничтожили завоеватели Римской им­перии. Огромное число письменных источников было сожжено религиозными фанатиками. Но кое-что всё же осталось. Вопрос в том, как до нас дошли и сочинения Аристотеля, и стихи Овидия, и история Тацита.

В те древние времена черновые записи в Империи делались на восковых дощечках и грифельных досках. Документы, предназначенные для хранения – на папиру­се. Со второго века н.э. появляется пергамент. Все эти носители хранения информации подвержены порче. За несколько сотен лет они рассыпаются в прах. За ред­чайшими исключениями древние документы до нас до­шли в списках, причем не однократных. В сохранении этих документов безусловно сыграла огромную роль Христианская церковь. Надо ей отдать должное. Тем не менее, мы должны давать отчёт, что стоила эта работа очень дорого. Стадо ягнят и год труда переписчика, оформителя и переплётчика. Переписывали монахи, по­лучив благословение и рекомендации настоятеля мона­стыря. Естественно, что переписывались книги те, кото­рые представляли интерес церкви и правящему классу.

В первую очередь, конечно, Святые Книги. Учения, связанные со Святыми Книгами. Такие как философия Аристотеля, Платона. Книги столпов Церкви и тех на кого они ссылались. Книги, утверждающие Рим и его на­следников как великих цивилизаций. Так сохраняются и переписываются поэты, историки Рима. Цицерон, Верги­лий, Тацит, легенды рыцарей Круглого стола, деяния Датчан, песнь о Роланде и т.д. Так создается идеологиче­ская основа западноевропейского мира. И при этом, в процессе переписывания, документы редактировались так, как это было выгодно Церкви и правящему классу. Мало того, пергамент позволяет смывать написанное и вписывать новый текст. Так в истории Иосифа Флавия появляется вставка свидетельствующая о казни на кре­сте Иисуса Христа.

И вот, во всём этом процессе всячески вымарыва­лись любые упоминания о славянах, разве что кроме тех, которые имели отрицательную оценку. Идеология Рима, преломлённая Католиками и превращённая в идеологию западной цивилизаций взяла за правило: о славянах и русских или ничего, или плохо. В таком же русле была написана и история Готов монаха Иордана. А хуже всего, что в таком же духе была написана и другая исто­рия – монаха Нестора. Так германцами стали и короли Готов, и король Рерик, и тевтоны и кимвры.

Во-вторых, многие лексические элементы не могут быть однозначно реконструированы. Мы не всегда пони­маем значение слов, привязку географических топони­мов, хронологическую привязку. При этом приходиться гадать, естественно в угоду идеологической цели. Ска­занное, естественно относится и к западной историогра­фии. И конечно масса ошибок вносимых переписчиками и переводчиками. Зачастую и преднамеренных.


Рекомендуем почитать
Венеция. История города

Венеция — имя, ставшее символом изысканной красоты, интригующих тайн и сказочного волшебства. Много написано о ней, но каждый сам открывает для себя Венецию заново. Город, опрокинутый в отражение каналов, дворцы, оживающие в бликах солнечных лучей и воды, — кажется, будто само время струится меж стен домов, помнящих славное прошлое свободолюбивой Венецианской республики, имена тех, кто жил, любил и творил в этом городе. Как прав был Томас Манн, воскликнувший: «Венеция! Что за город! Город неотразимого очарования для человека образованного — в силу своей истории, да и нынешней прелести тоже!» Приятных прогулок по городу дожей и гондольеров, романтиков и влюбленных, Казановы и Бродского!


Олаус Магнус и его «История северных народов»

Книга вводит в научный оборот новые и малоизвестные сведения о Русском государстве XV–XVI вв. историко-географического, этнографического и исторического характера, содержащиеся в трудах известного шведского гуманиста, историка, географа, издателя и политического деятеля Олауса Магнуса (1490–1557), который впервые дал картографическое изображение и описание Скандинавского полуострова и сопредельных с ним областей Западной и Восточной Европы, в частности Русского Севера. Его труды основываются на ряде несохранившихся материалов, в том числе и русских, представляющих несомненную научную ценность.


Баварская советская республика

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Скифия–Россия. Узловые события и сквозные проблемы. Том 1

Дмитрий Алексеевич Мачинский (1937–2012) — видный отечественный историк и археолог, многолетний сотрудник Эрмитажа, проникновенный толкователь русской истории и литературы. Вся его многогранная деятельность ученого подчинялась главной задаче — исследованию исторического контекста вычленения славянской общности, особенностей формирования этносоциума «русь» и процессов, приведших к образованию первого Русского государства. Полем его исследования были все наиболее яркие явления предыстории России, от майкопской культуры и памятников Хакасско-Минусинской котловины (IV–III тыс.


Афганистан, Англия и Россия в конце XIX в.: проблемы политических и культурных контактов по «Сирадж ат-таварих»

Книга представляет собой исследование англо-афганских и русско-афганских отношений в конце XIX в. по афганскому источнику «Сирадж ат-таварих» – труду официального историографа Файз Мухаммада Катиба, написанному по распоряжению Хабибуллахана, эмира Афганистана в 1901–1919 гг. К исследованию привлекаются другие многочисленные исторические источники на русском, английском, французском и персидском языках. Книга адресована исследователям, научным и практическим работникам, занимающимся проблемами политических и культурных связей Афганистана с Англией и Россией в Новое время.


Советско-японский пограничный конфликт на озере Хасан 1938 г. в архивных материалах Японии: факты и оценки

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.