Откровенные записи Кости Хубова - [14]
Теперь Зина была полновластной хозяйкой, прописанной в моей квартире со всеми вытекающими отсюда законными правами.
Ни отец, ни мама, конечно, не были посвящены в перипетии моей семейной жизни. Но, уверен, они и сами обо всём догадывались. Всё реже бывали у меня.
А тут ещё пришло время — отслужил Ваня. Прямо из армии дембель–дембелем завалился к нам. И тут же потребовал «жрать».
«Пусть первое время поживёт здесь, — шепнула мне Зина. — Его сейчас нужно отогреть, откормить. Вместе подумаем, в какой институт будет поступать».
Чуть ли не сразу после вселения Вани почему‑то на мой адрес стали поступать официальные послания из Федеральной службы безопасности, Министерства внутренних дел и ещё десятка отделов кадров каких‑то охранных организаций, завлекающих его в свои сети, суливших самые выгодные контракты.
Ваня отсыпался, отъедался. Самодовольно почитывал эти послания, и не торопился с ответом.
Куда ему было спешить? Мать справедливо настаивала на том, чтобы он не совался туда, где из‑за длинного рубля заставят рисковать жизнью. Вечерами изучала с сыном «Справочник высших учебных заведений Москвы». Ни к чему он не обнаруживал склонности.
Кроме как к сауне. Раз в неделю, взяв денег у матери, парился там со своей тоже демобилизованной братвой.
Под вечер вся орава приезжала к нам. Порой с прихваченными где‑то страшно вульгарными девицами. Привозили с собой пиво, водку. Зина торопливо накрывала им стол.
Ваня приставал ко мне, предлагал присоединиться. Девицы поглядывали на меня, чуть не облизывались.
«Молодой, ему тесно будет в Черёмушках, — как‑то ошарашила меня Зина. — Со временем переедем туда, а он пусть пропишется здесь».
От всего этого ужаса, от пьяного гвалта я предпочитал закрыться у себя в комнате. Или куда‑нибудь уехать. Хоть в гости к Паолиной сестре, её мужу, двум выросшим девочкам. Куда ещё было податься?
Такое впечатление, что осеней в жизни больше, чем вёсен.
Согласны?
Я, по натуре не очень‑то весёлый человек, в эту осень от всех своих домашних дел заработал хроническую бессонницу. Попробуй усни, когда за стеной гогочет очередная пьянка.
Эта братва с их подружками никогда не мыли за собой посуду. Зина убегала на работу очень рано. Ваня отсыпался до двенадцати, до часа. Куда ему было торопиться?
Не выношу вида громоздящихся гор тарелок с засыхающими остатками еды. Приходилось посуду мыть мне.
К тому, что Зина баловала своего лоботряса, я притерпелся. Это стало как бы в порядке вещей. Но он хамел с каждым днём. Если её не было дома, требовал от меня денег то на ту же сауну, то на кино, то на посещение тусовки в каком‑то пивном клубе.
Как‑то под вечер я застиг его на том, что он забирает из шкафа мой кожаный пиджак с красной подкладкой. Когда я сказал ему о том, что такие вещи нехорошо делать без спроса, тот процедил сквозь зубы: «В Чечне привык никого ни о чем не спрашивать. Только не говори матери о том, что я был в Чечне. Расстроится».
И ушел в моём пиджаке.
А тут назревал его день рождения. Двадцать один год. В субботу предстояла гульба с его и Зиниными родственниками. На другой день — с братвой.
Часть из них уже работала охранниками в коммерческих банках, в каких‑то загадочных силовых структурах. Ванечка же нигде не работал, не учился. Решил отдохнуть ещё один год.
К вечеру в пятницу, когда Вани не было дома, я предупредил Зину о своём намерении уехать на субботу и воскресенье за город, к отцу.
— Никуда не поедешь! Вот сто евро. Завтра с утра купишь в подарок плеер, диски с поп–музыкой. Скажешь — от тебя.
— Деньги у меня есть.
— Откуда?
— Недавно заработал на больных.
— Почему не отдал в общую кассу? Неужели не видишь, как тяжело мне содержать сына?
— Зина, с паразитизмом Вани пора кончать. Ты развратила его до мозга костей.
— На себя посмотри! Сам вечно паразитируешь на женщинах. Пожалел Ванечке пиджак, который я же тебе и купила.
Так она припёрла меня к стенке. Мне нечего было сказать.
Навалилась гнетущая тишина, которая могла кончиться только взрывом.
Уверен, в каждой семье бывает такая минута. Ждёшь, чтобы ворвалось что‑то внешнее, смело эту проклятую тишину, когда люди или убивают, или доходят до самоубийства.
К счастью, грянул звонок телефона. Я подумал, один из Ваниных приятелей. Но это звонил Евсей Абрамович. Звал сегодня же в гости.
23
В одиннадцатом часу вечера я шел от Евсея Абрамовича так знакомым мне Чистопрудным бульваром к метро, чтобы вернуться в свой дом. В котором хозяйничали чужие люди. Который переставал быть моим.
Дождик сбивал последние листья с деревьев. Свет фонарей зыбко отражался в воде пруда.
Я не спешил. Идти было некуда.
Не очень‑то долго пробыл я в гостях. Евсей Абрамович был один. Жена и дочери ещё до моего прихода ушли в театр. Стали заправскими москвичками. Но стол был накрыт с угощениями, тортом.
Я надеялся, что расскажу о своей беде, о том, что меня хотят выселить из собственной квартиры.
Он начал с того, что недавно вышел на пенсию, лишь несколько раз в месяц консультирует в Гематологическом центре.
За чаем вдруг спросил:
— Послушайте, Костя, в Евангелии сказано, что Христос накормил сотню, чуть ли не тысячу людей двумя «рибками». Вы в это верите?
![Кавказ без моря](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Здесь и теперь](/storage/book-covers/ee/ee2fac6177dd7ca149bdfb8c8ba580c9a166206e.jpg)
Автор определил трилогию как «опыт овладения сверхчувственным восприятием мира». И именно этот опыт стал для В. Файнберга дверцей в мир Библии, Евангелия – в мир Духа. Великолепная, поистине классическая проза, увлекательные художественные произведения. Эзотерика? Христианство? Художественная литература? Творчество Файнберга нельзя втиснуть в стандартные рамки книжных рубрик, потому что в нем объединены три мира. Как, впрочем, и в жизни...Действие первой книги трилогии происходит во время, когда мы только начинали узнавать, что такое парапсихология, биоцелительство, ясновидение."Здесь и теперь" имеет удивительную судьбу.
![Все детали этого путешествия](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Автор определил трилогию как «опыт овладения сверхчувственным восприятием мира». И именно этот опыт стал для В. Файнберга дверцей в мир Библии, Евангелия – в мир Духа. Великолепная, поистине классическая проза, увлекательные художественные произведения. Эзотерика? Христианство? Художественная литература? Творчество Файнберга нельзя втиснуть в стандартные рамки книжных рубрик, потому что в нем объединены три мира. Как, впрочем, и в жизни...В мире нет случайных встречь, событий. В реке жизни все связано невидимыми нитями и отклик на то, что произошло с вами сегодня, можно получить через годы.
![Что с тобой случилось, мальчик?](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Скрижали](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Автор определил трилогию как «опыт овладения сверхчувственным восприятием мира». И именно этот опыт стал для В. Файнберга дверцей в мир Библии, Евангелия – в мир Духа. Великолепная, поистине классическая проза, увлекательные художественные произведения. Эзотерика? Христианство? Художественная литература? Творчество Файнберга нельзя втиснуть в стандартные рамки книжных рубрик, потому что в нём объединены три мира. Как, впрочем, и в жизни...Третья часть трилогии "Скрижали" - пронизана памятью об Александре Мене, замечательном человеке, явившем всем нам пример того, что значит жить по заветам Христа.
![Дать негру](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кокон для Стены Плача](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Белая буква](/storage/book-covers/df/df0e5d539380ebb15eddb0a3cf3c572730bb94e3.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Холоп августейшего демократа](/storage/book-covers/de/de124edbf6627610cd7b2d161c837d93a5c9053a.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черный доктор](/storage/book-covers/b0/b0e94957215d3543c1eba3420f23c528a1f8000b.jpg)
Нетребо Леонид Васильевич родился в 1957 году в Ташкенте. Окончил Тюменский Индустриальный институт. Член литературного объединения «Надым». Публиковался в еженедельнике «Литературная Россия», в журналах «Ямальский меридиан», «Тюркский мир», «Мир Севера», в альманахе «Окно на Север». Автор книги «Пангоды» (Екатеринбург, 1999 г). Живет в поселке Пангоды Надымского района.