Остров Утопия - [12]
Мы вышли на перекрёсток аллей. Центральная вела к главному зданию с длинной парадной лестницей. Офицер дал мне несколько секунд, чтобы окинуть взглядом открывшуюся картину.
Неподалёку артист показывал представление дрессированных обезьян. Группа гостей водила пьяный хоровод… Они гармонично смотрелись рядом – пьяные гости и обезьяны. Некий тип расхаживал в саду с антикварным золотым автоматом Калашникова. Он водил дулом по кустам, изображая стрельбу.
Офицер повёл меня в сторону, в обход толпы гостей. Те разоделись как на самый шикарный и последний в истории праздник. Из окон главного здания на них глядели, посмеиваясь, другие гости.
Женщины, примерно половина которых были белыми, являлись главным украшением праздника. Открытые участки тел покрывались золотистыми блёстками. Под стать и сумочки, расшитые блестящими камнями. Платья в стразах и перьях птиц. Лиц рассмотреть не удавалось: мешали шляпки и вуали, умопомрачительные причёски. Огни голограмм и фейерверки. Одна мадмуазель, завоевавшая общее внимание, щеголяла в красивом манто с мехом. Не иначе как, со встроенным водяным охлаждением.
Мужчины носили более строгие костюмы, среди которых встречались довольно несуразные. Шляпы-цилиндры, галстуки-бабочки. Белые перчатки. Бутоны цветков, приколотые к фракам. Попадались вычурные псевдовоенные костюмы, расшитые стразами.
На лужайке расположилась компания пьяных офицеров. Они пытались прикрепить к небольшому беспилотнику зажаренного поросёнка и бутылку вина – вместо бомб и ракет. Обрывки их фраз дали понять, что компания собирается направить беспилотник к КПП, чтобы сбросить солдатам неожиданный груз.
«Странное высшее общество», – думал я, глядя на окружение. Гости действительно наслаждались происходящим, у которого могло и не быть специального повода. Холодные взгляды встречались только у белых охранников. Скорее всего, они уже долго смотрели на непрекращающийся праздник жизни.
Мы приблизились к зданию, стоявшему рядом с центральным. Прошли внутрь, через украшенные цветами ворота. Оказалось, веселье только начинается. Мы сразу попали в плотную компанию, в настоящий круговорот гостей и персонала дворца.
Совсем рядом оказались римские или греческие боги. Точнее, загримированные под них актёры. Они принимали разные позы и общались с гостями, когда те просили.
Мы продвигались сквозь нарядные залы и коридоры, перед глазами мелькали голографические цветы, деревца бонсай, кольца, серьги, колье. Горящие свечи.
Зеркала удваивали число гостей. В одном из них отразились клетки с декоративными птицами и даже оконные решётки. Те каким-то чудом сохранились на одном окне и оказались заботливо украшены цветами.
Мне на плечо опустилась женская ладонь. Я посмотрел на неё… Длинные ногти покрашены в густой цвет крови, с изображением загнутых когтей хищницы.
– Извините, я ошиблась, – из-за спины донёсся неожиданно приятный женский голос. С безупречным английским.
Мне пришлось извиниться, выскользнуть из-под опасно соблазнительных коготков и пройти дальше.
В следующем зале играла живая музыка… Не знаю, но как по мне, так струнный квартет просто мучал скрипки. Я никогда не любил их.
Внезапно раздался грохот. Рядом со сценой буянил такой же меломан, как я. Только в стельку пьяный. Он требовал сменить пластинку и добавить традиционных африканских барабанов. Здоровенный нигериец размахнулся с целью ударить музыканта – или обнять. В общем, промахнулся и едва не упал. Музыканты заботливо отпихнули его обратно в толпу. Та неожиданно расступилась. «Меломан» замахал руками, попытался опереться о колонну, однако его руки прошли сквозь опору – та была выполнена при помощи голограммы.
Зал откровенно заржал, когда буян грохнулся на пол и опрокинул на себя столик с блюдами. К месту инцидента поспешили официанты. Неподвижное тело перебравшего гостя унесли охранники. Некоторые посетители заулюлюкали, когда стало понятно, что с головы буяна капает кровь.
«Если б не охрана, то они бы поубивали друг друга», – понял я.
Снаружи донеслись хлопки. Неясно чего – фейерверка или стрельбы из оружия. Я бы не удивился тому, если бы во дворе стали расстреливать пленных.
Из прикрытой двери слева валил плотный запах дыма сигар. Доносилась приглушённая пульсация клубной музыки.
Чуть дальше показался танцпол. Рядом небольшой внутренний зал с фуршетом – для тех, кто любит более приватную обстановку. Сейчас там меняли блюда на столиках. Шампанское во льду. Ананасы. В полумраке зала мерцали золотые браслеты, броши, цепочки. Экраны элитных моделей коммуникаторов.
Не знаю, может, я бы поверил в эту сказку, если б не подслушанный по пути разговор. Два представителя золотой молодёжи обсуждали дела:
– Налоги. Когда я слышу это слово, то сразу посылаю…
– К адвокату?
– К партнёру по военной компании. Он решает вопросы налогов, бесплатной медицины и образования. Решает так, что больше никто не поднимается.
– Знаешь, о чём я подумал?
– О чём?
– Слава… – молодой повеса силился сдержать смех, и шампанское выливалось изо рта.
– Что?
– Слава… – шампанское полностью вылилось наружу, нигериец кашлянул и смог договорить охрипшим голосом. – Либеральной экономике, – собеседники залились хохотом. Гости, что стояли рядом, чокнулись бокалами, словно услышали тост.
![Укуси меня, имплант!](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Тайные знания и технологии рептилоидов изменят все, и будет не ясно, с кем ты встречаешь закат: со своим парнем или с той тварью, что убила его... Космос не примет тебя, дорогуша. Ни слабого человеческого тела, ни разума, обманутого сомнениями и дежавю. Готова ли ты отречься от того, что мешает переступить порог голубого неба и белоснежных облаков? Возможно, ты никогда не нуждалась в этом по-настоящему...
![Сумма биомеханики](/storage/book-covers/42/42a532a2b374a31537cfd42b5e302d08ba1b248e.jpg)
На твоих глазах черная повязка. Ничего не видно, и до разума доносится лишь эхо чьих-то шагов. Неизвестно – выстрелит конвоир или… Он уже сделал это?! Что, если… ты не идешь по тоннелям подземного Кенигсберга, а лежишь на грязном полу с простреленной головой, и движение подгибающихся ног – только судорога? Что, если эти неясные шаги – не твои, а палача, который выполнил свой долг? В прошлом Калининграда, прямо под его улицами, в так и не взятой крепости, война никогда не заканчивалась. Мрачный лабиринт из плит фортификационного бетона до сих пор живет апрелем 1945-го, безумием нацистов и их верой в обретение абсолютной власти.
![Град на холме](/storage/book-covers/20/20c60aca25d1f053939e0c2006db9cc0e35e3a44.jpg)
В руки детектива попадает странное дело. Некто крадёт музейные экспонаты, исторические документы, чтобы… внести в них кое-какие правки и вернуть обратно – в музеи и галереи, в учебники. Кому-то захотелось создать версию истории, в которой нет места прогрессу. Научному, культурному, социальному. Но зачем?
![Machinamenta Dei](/storage/book-covers/da/daac44f4068573a905d37ba8e5d8cd06f1eee00f.jpg)
Парадоксальный мир киберпанка. Холодный и пасмурный рай. Наполовину ад, где иногда сквозь строй неоновых вывесок прорывается настоящий живой свет – точно заблудившийся среди громад полупустых небоскребов. Это будущее, в котором ценности и мораль делают последнюю попытку угнаться за технологиями. Это частные концлагеря и приватизированная полиция, электронные тени, скитающиеся по брошенной людьми инфраструктуре, и поумневшие машины, рассуждающие о своих создателях.