Олимпийское спокойствие - [11]

Шрифт
Интервал

— Так вот, задумал, значит, Эврисфей провести в Микенах выставку собак. И не хватало ему только собаки породы цербер. А такая, ты знаешь, только одна — у Аида. Ну, я и говорю: «Зачем тебе цербер-то? Собака страшенная же, ей только детей пугать. Болонка или пудель — другое дело», а он: «Нет, хочу цербера!» Ну ладно, пришёл я в Царство мёртвых, а там на всех покойников одна лодочка. Надо б всё-таки нормальную переправу построить, а то очередь, вместимости у лодки никакой, а перевозчик старый и от работы уже совсем надорвавшийся: я как к нему в лодку сел, так он сразу в истерику: «Нет! — кричит. — Опять!», а что опять? Я к нему в первый раз пришёл. «Едь, — говорю ему вежливо, — папаша. Что орёшь? Я ж тебе ещё ничего не сломал». Ну, приплываем мы к Аиду. «Одолжи, — говорю, — папаша, пёсика. Очень надо». А он вежливый такой, сразу видно, что бог культурный: присесть предложил, а я ему: «Некогда, — говорю, — рассиживаться. В Микены возвращаться надо». Он с кресла своего встать хотел, но я его обратно усадил, чтоб он не трудился. «Сиди, — говорю, — дедушка, я собачку и сам отвяжу». Ну, взял я того цербера за шкирку и обратно пошёл. Гляжу, а там, кто б ты думал? Тезей сидит к стулу привязанный. Я удивился, Тезей же не умер. «Как это тебя угораздило?» — спрашиваю. А он мне: «Это меня Аид к стулу приковал за то, что я другу помочь хотел». Представляешь, папа? Я-то этого Аида за приличного держал. А он, оказывается, беспредельщик: живых людей на цепь сажает!

— Понимаешь, сынок, Тезей хотел у Аида законную супругу увести. Разве так можно?

— Может, и нельзя! — с жаром ответил Геракл. — Только ведь и с ним же так поступали. Он ведь знаешь как Ариадну любил! Она ему из лабиринта выйти помогла, когда он воевал с Минотавром. А Дионис её себе забрал в жёны. И что получается: богу всё можно, а человеку ничего нельзя? Это разве по-людски? Разве по-божески? У человека тоже права быть должны!

Извержение вулкана Санторин разрушило остров Тира в Эгейском море, Атлантида затонула, накрытая огромной волной. Солнце над Олимпом светило так же ярко.

— Конечно, сынок, — ласково сказал Зевс, — даже у человека должны быть права.

— Ну вот, — продолжил Геракл, — освободил я, значит, Тезея, привожу цербера к Эврисфею, а он как заорёт. На дерево полез, «Убери это чудовище!» — кричит. Вот ведь смешной! Сам же просил цербера привести, а я-то его предупреждал, что собака эта совсем не симпатичная. А он мне: «Чтоб духу твоего здесь больше не было, идиот! Не нужны мне больше никакие подвиги! Ты уволен!» Дёрганый такой. Мог ведь спокойно сказать, что орать-то — так же можно голос сорвать, да и нервы жалко. Отвёл я цербера обратно к Аиду, а на обратном пути сюда завернул, тебя повидать. Я теперь человек свободный и безработный, куда хочу, туда и иду.

— А ты, сынок, оставайся на Олимпе, — предложил Зевс. — Я тебя богом сделаю. Афина рекомендацию напишет, я одобрю, общее собрание возражать не станет.

— Нет, батя, скучно тут у вас. На арфе я плохо играю — учителя музыки в детстве зашиб по неосторожности — они все хилые такие, эти музыканты, а потом времени упражняться не было, так что без опыта опозорюсь, от нектара у меня изжога, да и характер у меня не божественный: я чуть что, так сразу в глаз, в дипломатии вашей ничего не смыслю, меня тут половина богов за это психом считает, многие из них от меня уже схлопотали. Пойду лучше по свету справедливость устанавливать, а то тебе, я вижу, заниматься этим некогда — дел невпроворот, а у меня свободного времени теперь много. Так что прощай, папа, пошёл я.

Геракл взвалил на плечо дубину и лёгкой походкой счастливого и беззаботного человека пошёл вниз с Олимпа. Ему вслед светили солнце и нежный взгляд любящего отца.

— И зачем нужны боги, когда есть такие герои? — сказал присутствовавший при разговоре Гермес, когда герой скрылся из виду.

Олимп содрогнулся от громового раската, небо почернело грозовыми тучами, молнии сетью покрыли небо.

— Что ты хочешь этим сказать? — сурово вопросил Зевс.

— Бог с тобой, Кроныч! И не один, — невозмутимо ответил посланец богов. — Разве я вообще что-то сказал?

— Надеюсь, что нет.

— Он, дорогой братец, хотел сказать, — заговорила Гера, выходя из соседней комнаты, — что один сексуально невоздержанный бог не только наплодил богов без всякой меры, но ему этого показалось мало: он потоптал половину смертных женщин и произвёл на свет таких героев, что всем нам скоро придётся собирать пожитки и убираться отсюда. Да если бы у твоего любимого Геракла, кроме его непомерной физической силы, была бы ещё хоть капелька мозгов и хоть чуточка честолюбия, от Олимпа уже камня на камне не осталось бы. Я правильно передала твою мысль, застенчивый Гермес?

— О ужас! — воскликнул вместо ответа Гермес, подскочив как укушенный. — Моя рассеянность доведёт меня когда-нибудь до беды! Ведь через пять минут у меня назначена важнейшая встреча, а я совсем забыл об этом. Прости, Кроныч, извини, Кроновна, не могу с вами дольше беседовать. Бегу!

«Счастье — когда тебя понимают», — сказал древний философ. Ерунда! Счастье — когда с тобой соглашаются, а когда твою мысль понимают раньше, чем она успеет прийти тебе в голову, это худшее из несчастий. Впрочем, смертным это горе редко бывает доступно, ведь они почти никогда не понимают друг друга. Иное дело боги. Им с этим приходится жить постоянно, но и они не могут к этому привыкнуть.


Еще от автора Леонид Свердлов
На переднем крае

Рассказ о Мюнхене, столице Баварии, пшеничного пива, БМВ, свиных ног и белых сосисок, столице Баварского королевства, советской республики и гитлеровской партии, столице республики Бавария в составе ФРГ и просто о красивом городе, суетливом по утрам, деловом днем, уютном и романтичном долгими летними вечерами. Всего в коротком рассказе не описать, да и события этого рассказа происходили недолго, чуть больше месяца. Я постараюсь подробно, но не слишком нудно рассказать о месяце, проведенном в Мюнхене, и о работе в знаменитой Фирме, на переднем крае современной науки и техники.


Добрые глаза, или Братья по вере

ВЛАДИМИР I СВЯТОСЛАВИЧ КРАСНОЕ СОЛНЫШКО (948 — 15.07.1015+) Сын Святослава Игоревича. Кн. Новгородский в 969–977 гг. Вел. кн. Киевский в 980 — 1015 гг.


Камень могущества

Знаменитый преступник Черный Джо сбегает из галактической тюрьмы строгого режима и нарушает планы Добра и Зла.


Последний отпуск

Дамы и господа, отдыхайте на курортах Турции и Египта — там, куда ездят все. Не надо оригинальничать. А то один так довыделывался.


Дура лекс, или Братья по несчастью

ВСЕВОЛОД МСТИСЛАВОВИЧ (+11.02.1138). Сын Мстислава 1 Владимировича и шведской королевны Христины Инговны. Кн. Новгородский в 1117–1136 гг. Кн. Вышгородский в 1136 г. Кн. Псковский в 1137–1138 гг.


Оружие будущего

Знаменитый преступник Черный Джо похищает формулу секретного сверхоружия.


Рекомендуем почитать
Мерлин

«Мерлин» — вторая книга саги «Пендрагон» английского писателя Стивена Лохеда. Главный герой книги — легендарный мудрец и пророк Мерлин. В основу цикла легли кельтские легенды, тонко вплетенные автором в реальные исторические события. С 90-х годов С. Лохед считается признанным мастером жанра фэнтези. Нельзя отрицать влияния на его творчество К. Льюиса и Р. Толкиена, но писателю все же удалось найти свой самобытный путь в литературе.


Охотники и ловцы рыб

Он не ненавидит христиан. Она христианка. Драматические события сближают, предательство страшит. А перед лицом смерти какой путь выберет каждый? Ведь неожиданно для себя оба оказываются втянуты в интриги тех, кто правит миром. Правление Болеслава Польского, первого польского короля. Для получения полной картины того времени потребовалось ознакомиться не только с русскими летописями, но и с западными хрониками. В результате получилась картина мира, неожиданная даже для автора.


Охотники на Велеса

Сумеет ли Любава, послух князя, выполнить задание, несмотря на противостояние польского посланника и жителей колдовского Муромля? Города песенников и сказителей, детей Велеса? 1054 год. Правление князя Ярослава Новгородского. Мятеж волхвов в Залесье. Использована концепция «Славянских древностей» Иванова и Топорова, Для реконструкции народно-религиозного творчества взяты образы современного фэнтези, потому что по существу фантазии жителей 11 века и современных людей удивительно совпадают.


Сердце осы

Старый Крым, наши дни. Одинокая татарка Айше-абла подобрала у подножия горы Агармыш новорожденную девочку. Милую, кроткую, нежную… вот только с птицами и зверями малышка ладила куда охотнее, чем с людьми. И дела у татарки пошли все лучше — не иначе колдовством промышлять стала. Кто же вырастет из найденыша? В тексте есть: смерть, крым, осы.


Homo magicus. Искусники киберозоя

Двое друзей в результате несчастного случая попадают из 23-го примерно в 30-й век. Думаете, через тысячу лет сохранятся коптящие заводы? Нет, — идет конец техногена. И все может быть гораздо интереснее. Маги, говорящие на языках программирования… Растущие на деревьях готовые изделия. Я затрудняюсь назвать жанр. Это… научная фэнтези. Написана ещё в 1995. Научная Фэнтэзи, созданная неудержимым воображением автора — инженера и программиста. Ведь программист… он почти что супермен… Он владеет Истинной речью… и повелевает рукотворной природой, особенно такой, как в этой книге, где дома растут, как грибы после дождя, где в соседнем лесу можно найти новейший процессор, "летающую тарелку", живое такси или повстречать прекрасную амазонку. Герои повести с первых мгновений втянуты в извечную борьбу добра и зла, где истинные намерения иногда грубо, а иногда тонко завуалированы.


Алмарэн

Маленького мальчика похищает огромное страшное чудовище, но нет, не хочет съесть, а просит лишь одного — остаться с ним. Но, такое ли страшное это чудовище, как кажется сначала? Так или иначе, ему ничего не остается, как жить с монстром бок о бок.