Нихон сёки. Анналы Японии [заметки]
1
Нихон сёки: Свитки I–X / Под ред., коммент. Кодзима Н., Наоки К., Нисимия К., Куранака С., Мори М. Токио: Сёгаккан, 1994. Т. 2. (Нихон котэн бунгаку дзэнсю).
2
Возможно, это связано с археологическими достижениями последнего времени — ранее раскопки велись, по религиозно-идеологическим соображениям, в более ограниченном масштабе; теперь, хотя далеко не все запреты сняты, возможности значительно расширились, и результаты их подчас приводят к пересмотру многих устоявшихся представлений. Ныне чуть не каждую неделю венчает какая-либо археологическая сенсация — например, не так давно пришлось пересматривать устоявшиеся представления о времени распространения иероглифической письменности на Японских островах, когда при раскопках могильного кургана в преф. Сайтама был обнаружен меч с иероглифической инскрипцией (об этом мече подробнее говорится в Предисловии А.Н. Мещерякова), датируемый рубежом V–VI веков. Однако в январе 1996 г. при раскопках в преф. Миэ был найден сосуд с иероглифом, написанном индийской тушью, относящийся к первой половине IV века, то есть, по меньшей мере, на сто лет раньше. Как говорилось в связи с этой находкой в японской прессе, «это эпохальное открытие предполагает, что китайские иероглифы были в употреблении уже во времена раннего государства Ямато, и ставит под сомнение общепринятую теорию, что письменные знаки стали распространяться на территории Японии только начиная с рубежа VI–VII веков» (The Japan Foundation Newsletter. May, 1996. V. XXIV. No.1. P. 13).
Другой пример: в преф. Сайтама обнаружена глиняная фигурка ханива VI века, изображающей коня со стременами справа. Эта фигурка, говорится в статье, — древнейшее свидетельство уникального японского способа садиться на коня справа и в этом смысле представляет собой ценнейший материал в истории распространения в Японии культуры коневодства и верховой езды (The Japan Foundation Newsletter. May, 1996. V. XXIV. No.2. P. 12–13).
Некоторые ученые связывают с нынешними археологическими открытиями большие надежды, но реальнее, по-видимому, ожидать расширения круга загадок.
Впрочем, археологи сталкиваются и с немалыми трудностями — Япония с ее ограниченным используемым пространством вся изрезана сетями железных дорог, часто копающие вынуждены останавливаться у ворот частных владений, что бы ни сулил раскоп. Забавно, что жители преф. Нара (ареал древнего Ямато) при перестройке дома или работе в саду опасаются копать глубже, чем сантиметров на пятьдесят — совесть не позволит им утаить находки от ученых, а археологическая экспертиза займет долгое время.
3
Масэ Ф. Нихон-но дэнсё кидзюцу-ни миру футацу-но экритюру. Кодзики то Нихон сёки-но бунтай хикаку-но кокороми [Два вида «письма» в японских фольклорных нарративах. Опыт стилистического сравнения «Кодзики» и «Нихон сёки»]. (Гэндай сисо:. Revue de la pensee d’aujourd’hui. 1992. V. 20. № 4). P. 58–64.
4
См. описание структуры храмов Исэ и Великого обряда вкушения урожая в работе: Норито. Сэммё / Пер., иссл. и коммент. Л. М. Ермаковой. М., 1991. (Памятники письменности Востока. XCVII). С. 116–117, 227–230, 232–234.
5
Уэно Макото. Хоруйся-но кэйфу [Генеалогии в эпитафиях]. Доклад на заседании Ученого общества по японской древности / Киото, июль 1995.
6
Уэяма Сюмпэй. Камигами-но тайкэй [Система японских богов]. Токио: Тюокоронся, 1975. Т. 1–2.
7
Действие этого свода, перестраивающего всю систему государственного жизнеустройства, началось в годы Тайхо: (с 701 г.) и продолжалось до 757 г., причем разные его положения на протяжении этого срока неоднократно пересматривались и комментировались. Так, в 718 г. (2-й год Ёро) Фубито стал вносить небольшие поправки, и в новом виде свод получил название «Кодекса Ёрорё».
8
Нихон сёки: Свитки I–X. Указ. изд. С. 513.
9
Перечень цитируемых в «Нихон сёки» китайских и корейских источников см. в предисловии А.Н. Мещерякова.
10
Надо сказать, что самый первый перевод «Нихон сёки» на европейский язык, то есть перевод на английский В.Г. Астона (Aston W.G. Nihongi. Chronicles of Japan from the Earliest Times to A. D. 697), вышедший в Лондоне в 1896 г. и много раз переиздававшийся, содержит на титульном листе помету: «Translated from the Original Chinese and Japanese», однако, как представляется, Астон, скорее, следовал китайскому варианту прочтения текста.
11
В настоящее время в японской научной, а еще больше в околонаучной литературе появилось множество гипотез, прослеживающих следы иных (помимо китайских и корейских), прямых и косвенных, влияний, восходящих, в конечном счете, к Великому шелковому пути.
Нередко говорят об отдаленном влиянии зороастризма на складывание группы мифов о солярном божестве; в становлении паломничества в Японии некоторые наблюдают элементы влияния индо-буддийской концепции паломничества, преломленной в духе японских природных культов и т. д. Маститый ученый-философ Умэхара Такэси выдвинул гипотезу о следах раннехристианского влияния, которое он усматривает, например, в свитке «Нихон сёки», рассказывающем агиографию Сё:току-тайси (последнего всегда было принято считать «апостолом японского буддизма»). Эти, точечные и пунктирные следы, по Умэхара, в частности, состоят в мотиве рождения в конюшне (ясли), подчеркнутой роли накидки, после смерти персонажа ставшей его погребальной пеленой и т. п. Однако академическая японская наука не принимает предположений такого рода, поскольку все они, по необходимости, чисто умозрительны и почти не имеют подкрепления в других источниках.
12
Naumann, Nelly. Die Einheimische Religion Japans. Leiden; N.-Y.; Köln, 1988 & 1994. V. 1–2. P. 23.
13
Этот смешанный характер до сих пор можно наблюдать в архитектуре и оформлении многих синтоистских храмов, которые до этой меры правительства Мэйдзи были, в нынешнем понимании, вполне буддийскими.
14
Teeuwen, Mark. Western Understanding and Misunderstanding of Shinto. Progress of Studies of Shinto in the West and Some Remarks // Shinto — Its Universality. International Symposium Commemorating the Founding of the International Shinto Foundation. Tokyo, 1995. P. 77, 78, passim.
15
Под влиянием заимствованных религий и вероучений во времена позднего средневековья, а потом в новое время часть памятников древности объявляется чем-то вроде синтоистского канона, однако эта мера — запоздалая и чисто формальная, ничуть не меняющая существо дела.
16
Общими чертами для всех ареалов ныне становятся иностранные заимствования вроде европейского искусства, одежды, мебели, блюд и т. п., впрочем, все это подгоняется под японский вкус, привычки, представления, под японское телосложение, цветовосприятие и проч., — как, видимо, всегда в Японии, образуется и работает весьма специфическая комбинация всеядности и жесткой избирательности. Некоторые японские интеллектуалы, под влиянием западных работ, авторы которых изо всех сил стремились сформулировать суть японской специфики, но так и не сумели уловить ее, иногда с горькой усмешкой говорят о Японии как о «сточной канаве всех мировых цивилизации». В самом деле, остается один выход — объяснить избирательность и специфику влиянием этого самого фантома, именуемого синтоизмом (синтоизм же, как обычно утверждается, совпадает с понятием национального характера: «быть синтоистом значит быть японцем»). Однако и эта фантомная интеллектуальная лазейка уже разоблачена (?) М. Тэвином.
17
Чтение монахом буддийских сутр, произносимых по китайским японизированным чтениям, и сейчас непонятно верующим на слух, да и, в общем, на взгляд тоже — китайский язык сутр не прочитать без длительной специальной подготовки. То есть можно сказать, что сутра представляет собой для японца ритмизованный магический текст, понимание которого невозможно и не ожидается без многолетнего периода ученичества. Совсем другого рода непонятность молитвословий норито, возглашаемых перед синтоистскими богами, — это как старославянский текст для современного русского слушателя, который вполне способен расслышать и понять корневые основы слов, общую интонацию, часто — общий смысл, а, главное, почувствовать архаическую стилистику и историческую глубину произносимого.
18
Возможно, сомнения относительно синтоизма тоже связаны с нынешними историческими и археологическими открытиями. Если раньше полагали, что синто — уникальная, самобытная, идущая из толщи времен национальная религия, то теперь стали очевидны ее истоки, связанные с даосизмом, магией инь-ян, китайскими мифологическими представлениями, конфуцианством, буддизмом и пр. Разочарование в идее самобытности привело ряд ученых, как представляется, к полному отрицанию самобытности. Однако это было бы все равно, что отрицать существование, например, славянской мифологии на основании того, что она является частью, ответвлением и вариантом развития общего индо-европейского мифа.
С другой стороны, статус религии в Японии вообще сильно отличен от христианского мира. Фундаментальный религиозный плюрализм и политеизм иногда видится иностранцам, да и самим японцам, как отсутствие религиозного чувства. Однако это отсутствие, по нашему мнению, стоит понимать лишь как отсутствие веры в христианском или любом другом монотеистическом смысле. Недаром способность современного японца быть одновременно причастным к буддизму, синтоизму и христианству породила классическую шутку журналистов: население Японии составляет 125 миллионов человек, число же верующих превышает 200 миллионов.
19
Норито. Сэммё. Указ. изд. С. 172–173.
20
Подробнее об этих табуациях и эвфемизмах, связанных с буддизмом, а также с менструацией, болезнями, смертью см. там же. С. 238.
21
Некоторые авторы полагают, что разнообразие типов божеств свидетельствует о наличии разных этнических групп, со своим пантеоном каждая. Относительно верховного титула микото упомянем, что из Китая была заимствована, благодаря использованию двух разных иероглифов, возможность двух градаций почтительности. В самом начале «Нихон сёки» говорится: «Если выражают высшее почтение, то пишется иероглиф сон. В остальных случаях используется иероглиф мэй. И то, и другое [по-японски] читается микото. Далее всюду следовать тому же». Именно такое разделение этих двух терминов принято и в даосизме, где главные божества, например, Юаньшитянь-цзунь (Изначально Почитаемый на Небе), имеют высший титул (кит. цзунь), другим же божествам приписывается титул мин (и то, и другое по-японски читалось как микото). Это различие, в частности, может служить и как еще одно доказательство ранних даосских влияний на японскую культуру, особенно в период складывания первых письменных памятников, (см. также наше предисловие к К94-Т. 2).
22
Как показывают современные разыскания, понятие родового божества (удзигами), возможно, и вообще не связывалось непосредственно с неким первоначальным предком-прародителем. Чаще всего это было божество местности, к которому стал возводить свое происхождение поселившийся в этой местности род. Отсюда — еще одна принципиально новая теория современной японской этнографии, разделяемая ныне большинством ученых, которая гласит, что в Японии не было или почти не было культа предков, во всяком случае, в его классическом виде. Эта теория выдвинута в противовес господствовавшей ранее теории Сдающегося японского этнографа XX века Янагита Кунио (под руководством которого в 20-е годы стажировалась в Японии ныне покойная проф. А.Е. Глускина, Переводчица «Манъё:сю:»).
23
Не составляет тайны, например, что тело божества храма Ацута — священный меч, одна из регалий императора. О помещении меча в этот храм говорится и в «Нихон сёки». Во время инаугурации нынешнего японского императора восемь лет назад (историки возлагали тогда большие надежды на эту церемонию, которые так и не оправдались — не удалось узнать почти ничего из того, что составляло тайну священнослужителей и двора) этот меч был доставлен для церемонии в храм богини Аматэрасу в Исэ в той же самой большой шкатулке, в которой он хранится в Ацута, но во время ритуала ящик открывать тоже не полагается, поэтому так никто и не знает, что там за меч и есть ли он там вообще. Существуют еще две регалии, о которых неоднократно говорится в «Нихон сёки», главная них — зеркало, врученное Аматэрасу первоимператору Ниниги-но микото, которое, по традиционной легенде, хранится в храмах Исэ. О нем тоже трудно что-либо сказать, из одного исследования в другое перепечатываются только сведения о размере ящика, по преданию, это зеркало содержащего. Ожерелье из яшмы, третья регалия, находится в одном из специальных помещений дворца, тоже, разумеется, в виде ящика.
Попытка расспросить священнослужителей о том, каков синтай божества данного храма, даже совсем крошечного, вызывает, по свидетельствам японских историков, презрительное негодование; спрашивающему иностранцу отвечают мягче, но дают понять, что вопрос этот, по меньшей мере, неприличен.
24
Higuchi Tadahico. The Images of Japanese Landscapes // The Empire of Signs. Semiotics Essays on Japanese Culture / Ed. by Yoshihiko Ikegami. Amsterdam; Philadelphia: Foundations of Semiotics, 1991. V. 8.
25
Под редакцией Мисина Сёэй было издано, в частности, фундаментальное исследование: Нихон сёки кэнкю: [Исследование «Нихон сёки»]. Токио, 1970–1971. Т. 1–8.
26
Matsumae Takeshi. Early Kami Worship // History of Japan. V.1. Ancient Japan / Ed. by D. M. Brown. Cambridge, 1993.
27
Цуда Сокити был зачинателем современного научного исследования этих двух памятников, в 30-е годы нынешнего века имевших статус непререкаемых священных текстов, и жестоко пострадал за это в свое время.
28
Кооноси Такамицу. Кодай синва-но порифони [Полифония древних мифов]. (Гэндай сисо; Т. 20. № 4). С. 50–58.
29
Мисина Сёэй. Нихон синва рон [Теория японского мифа]. Токио, 1970.
30
Окада Сэйдзи. Кики синва-но сэйрицу [Теория мифов «Кодзики» и «Нихон сёки»]. Токио, 1975.
31
Кооноси Такамицу. Кодзики. Тэнно:-но сэкай моногатари [Кодзики. Повествование о мире императоров]. Токио, 1995. С. 51.
32
Кооноси Такамицу. Кодзики Нихон сёки гайсэцу. Има Кодзики Нихон сёки-о доо миру ка [Общий взгляд на «Кодзики» и «Нихон сёки». О том, как они видятся в настоящее время] // Кодзики Нихон сёки хиккэй [Неотъемлемые от нас «Кодзики» и «Нихон сёки»]. Токио, 1995. (Бэссацу кокубунгаку; № 49). С. 6–10.
33
Окада Сэйдзи Кики синва-но сэйрицу [Теория мифов «Кодзики» и «Нихон сёки»]. Токио, 1975; Мацумаэ Такэси. Кодай дэнсё то кютэй сайси [Предания древности и обряды при дворе]. Токио, 1974; Окада Сэйдзи. Кодай окэн-но сайси то синва [Ритуалы легитимации древних правителей и мифология]. Токио, 1975; Окада Сэйдзи. Синва то кютэй сайси [Миф и придворные ритуалы]. Токио, 1980.
Относительно упоминающихся в связи с этой теорией придворных ритуалов см. описание обрядов и возглашаемые при этом тексты в работе: Норито. Сэммё. Указ. изд.
34
Некоторым исследователям удается увидеть вполне определенную картину — например, китайский переводчик «Нихон сёки» считает это произведение японским «Чуньцю» — см.: Ван Сяолянь. Даого чуньцю — жибэнь щуцзи. Шибао вэньхуа, 1988.
Скажем, кстати, о имеющихся на сегодня других переводах памятника. Помимо китайского существует еще два — упоминавшийся перевод на английский В.Г. Астона, изданный впервые в 1896 г., и перевод К. Флоренца — Nihongi oder «Japanische Annalen» (Die Historischen quellen die «Shinto religion»). Dr. Karl Florenz, 1917.
35
Кооноси Такамицу. Каё моногатари-рон дзёсё [Введение в теорию песенной повествовательности] // Нихон бунгаку. 1978. № 8.
36
Масимо Ацуси. Каё то сэцува [Фольклорная песня и повествование] // Каё [Фольклорные песни]. Токио, 1996. (Кодай бунгаку кодза [Лекции по древней литературе]; № 9). С. 57.
37
Культура этой зоны до сих пор ощущается в остальной Японии как нечто чуждое, и если для иностранца, съездившего на Окинаву, это часть его путешествий по стране, то японцы, чуткие к своим культурным доминантам, реагируют на Окинаву иначе. Обычная оговорка — высказывание вроде: «я ездил на Окинаву и только на прошлой неделе вернулся в Японию», словно человек побывал заграницей. Речь здесь идет, конечно, не только о климатических и геоботанических отличиях.
38
Нечто похожее писал известный японский этнограф Оригути Синобу, сопоставляя длинные и короткие жанры антологии «Манъёсю» и соотношения типа нагаута — каэси-ута.
39
Фукуда Акира. Сэцува то катаримоно [Жанры повествований и сказаний] / / Кайсяку то кансё. 1981. № 8.
40
В «Кодзики» этот фрагмент имеет следующий вид: «Тогда Такэсиути-но сукунэ: „С нижайшим трепетом вопрошаю: священное дитя, пребывающее в утробе этого божества, нашего божества великого, что это за дитя?“ — сказал. „Дитя мужеского пола“, — так ему в изъяснение речено было. Тогда [Такэсиути-но сукунэ] расспрашивать подробно начал: „Хотелось бы узнать, каково имя этого божества великого, ныне наставления дающего“, — так молвил, и ему, ответствуя. Речено было: „Это сердце Превеликой богини Аматэрасу. А также трех великих божеств-столпов Сокотуту-но во, Накатуту-но во и Уватуту-но во. (Тогда и вышли на явь священные имена этих трех божеств.) И если нынче в самом деле помышлять о завоевании той страны, то надлежит принести дары всем-всем божествам неба, божествам земли, а еще божествам гор, а также божествам рек и морей, нашу душу священную на ладью поместить, в тыкву вложить пепел священного дерева, во множестве палочки для еды и плоские блюда изготовить и пустить все это плавать по морю великому, а уж после этого переход по морю совершать“» (К94-Т. 2. С. 81–82).
41
Этим, по-видимому, стала заниматься палата Ооута-докоро (буквально Великое место песен, там же впоследствии сочинялись песни по особым случаям).
42
Осуждение бесчинств Ю:ряку устами «людей того времени», говоривших о нем «это очень дурной государь», не мешает авторам, во-первых, в начале свитка о Ю:ряку сообщить, по примеру других правителей, что «когда государь родился, то дворец заполнило Небесное сияние», а также вложить в его уста перед смертью длинную китайскую тираду о том, как он пекся и радел о народе, в результате чего «воистину мир стал единым домом, на десять тысяч pu вдаль [видны] дымки [очагов]. Сто родов в спокойствии слушаются правителя, четыре окраинных варвара покорены».
43
Системы родства и неразбериха в классификационных терминах, к которым приводит нарушение системы, становятся объектом не только трагедий, но и пародий, а также шуточных загадок во многих культурах.
44
С большой последовательностью и убедительностью эта точка зрения проведена в «сквозной» истории Японии, вобравшей в себя новейшие тенденции исторической мысли Японии. См.: Иванами ко:дза. Нихон цу:си: В 25 т. Токио: Иванами, 1993–1996.
45
Подробнее см.: Уми то рэтто: бунка: В 11 т. Токио: Сёгаккан, 1992; Нихон-но кодай. Токио: Тю:о: ко:ронся, 1987. Т. 8, 10.
46
Общее число переселенцев с начала периода яёй (III в. до н. э. — III в. н. э.) До VIII в. оценивается в 1 200 000 человек (местное население на начало яёй составляло, видимо, около 1 миллиона человек). См. Hanihara Kazuo. Estimation of the Number of Early Migrants to Japan: A Simulative Study // Journal of Anthropological Society of Nippon. V. 95. 1987. № 3. P. 391–403; Koyama Shuzo. Prehistoric Japanese Populations: A Substinence-Demographic Approach // Japanese as a Member of the Asian and Pacific Populations. Kyoto: International Center for Japanese Studies, 1992. P. 187–197. При этом общее население Японии VIII в. оценивается в 5 600 000 человек. См.: Савада Гоити. Наратё: дзидай-но минсэй кэйдзай-но су:тэки кэнкю:. Токио: Тоямабо:, 1927.
47
Текст надписи и ее анализ см.: Anazawa Wakou, Manome Junichi. Two Inscribed Swords from Japanese Tumuli: Discoveries and Research on Finds from the Sakitama-Inariyama and Eta-Funayama Tumuli // Windows on the Japanese Past: Studies in Archeology and Prehistory. Center for Japanese Studies. The University of Michigan, 1986. P. 375–396.
48
«Восемь» в японской традиции обозначает множественность.
49
О значимости системы видения, смотрения для культуры Японии см.: Ермакова Л.М. Взгляд и зрение в древнеяпонской словесности. В сб.: Сад одного цветка, М.: Наука, 1991. С. 212–224; Ермакова Л.М. Речи богов и песни людей. Ритуально-мифологические истоки японской литературной эстетики. М.: Наука, 1995. С. 219–232.; Мещеряков А.Н. Нихон бунка то росиа бунка-но хикаку рон. Кинсиган то энсиган // Гэнго бунка кэнкю:. Киото, 1991. № 5–6. С. 77–83; Мещеряков А.Н. Взгляд и нечто. Близорукость и дальнозоркость японской культуры. В сб.: Ориентация — поиск. Восток в теориях и гипотезах. М.: Наука, 1992. С. 7–14; Alexander N. Meshcheryakov. Space and Time Pattern in Russian and Japanese Cultures // State, Religion and Society in Central Asia: A Post-Soviet Critique. Ithaca Press Reading, 1993. P. 37–55; Мещеряков A.H. Взгляд на пространство и пространство взгляда // Иностранная литература. 1993. № 5. С. 251–255.
50
Перевод памятника см.: Манъё: сю: / Пер., вступит. ст. и коммент. А.Е. Глускиной. М.: Наука, 1971.
51
Кого дайдзитэн. Токио: Сёгаккан, 1983. С. 1661.
52
Процесс этот протекает весьма медленно. Судя по всему, он не может быть завершен вообще.
53
Хиракава Минами. Урусигами мондзё то тихо: гё: сэй // Нихон цу: си. Т. 4. С. 325.
54
Указ. соч. Т. 4. С. 339.
55
Об этом виде письменных источников см. Указ. соч. Т. 4. С. 325–346.
56
Ко: цу:, унсо:. Токио: Нихон хё: ронся, 1985. (Ко: дза нихон гидзюцу-но сякайси; Т. 8). С. 102.
57
Выпускники столичной школы чиновников в течение многих лет после успешной сдачи экзаменов находились «в услужении» у принцев и не получали придворного ранга. Обычным делом было присвоение им младшей степени 6-го ранга после тридцати лет беспорочной службы. Если в Китае наследники сановника 1-го ранга получали по достижению совершеннолетия младшую степень 7-го ранга, то в Японии младшую степень 5-го ранга, т. е. могли немедленно рассчитывать на занятие должности при Дворе. См.: The Cambridge History of Japan / Ed. by Delmer M. Brown. Cambridge University Press, 1993. V. 1. P. 236, 240.
58
Перевод и анализ памятников раннеяпонской законотворческой деятельности см.: Свод законов «Тайхорё» 702–718 гг. Законы I–XV / Вступит. ст., пер. с др. яп. и коммент. К.А. Попова. М.: Наука, 1985; Свод законов «Тайхо рицурё» 702–718 гг. Рицу («Уголовный кодекс») / Вступит. ст., пер. с др. яп. и коммент. К.А. Попова. М.: Наука, 1989; Воробьев М.В. Японский кодекс «Тайхо ёрорё» (VIII в.) и право раннего средневековья. М.: Наука, 1988.
59
Это утверждение касается не только чисто социальной сферы. Вся японская бытовая, мыслительная и художественная традиции не могут быть адекватно интерпретированы без учета этого фактора. Проблеме преемственности, рассматриваем мой на уровне композиции текста, значительное внимание уделяется в работе: Мещеряков A.H. Древняя Япония: культура и текст. М.: Наука, 1991.
60
Особенно большое значение имели в этом отношении генеалогические списки «Синсэн сёдзироку» (815 г.). См.: Мещеряков A.H. Древняя Япония: буддизм и синтоизм. Проблема синкретизма. М.: Наука, 1987. С. 46–52.
61
Научное, прагматическое, рациональное знание о мире никогда не входило в понятие японской «национальной культуры». В связи с этим наблюдается необыкновенная легкость, с которой Япония усваивала научно-технические наработки других культур.
62
Топоров В.Н. О космологических источниках раннеисторических описаний / / Труды по знаковым системам. Тарту, 1973. С. 133.
63
Частичный перевод см.: Shellen J.В. Shoku Nihongi: Chronicles of Japan, Continued from A. D. 697–791 // Transactions of the Asiatic Society of Japan. 2>nd series. 1934 (№ 11), 1937 (№ 14). Перевод некоторых указов см.: Sansom J.В. The Imperial Edicts in the Shoku Nihongi (700–790 A. D.) // Transactions of the Asiatic Society of Japan. 2>nd Series. 1924 (№ 1). Перевод всех японоязычных указов см.: Норито. Сэммё / Пер., иссл. и коммент. А.М. Ермаковой. М.: Наука, 1991.
64
Подробнее о нем см.: Мещеряков A.H. Первый историк Японии — Дзиэн // Народы Азии и Африки. 1989. № 5. С. 37–46.
65
До середины VI в. все датировки «Нихон сёки» носят легендарный характер и используются исследователями только как дань определенной традиции.
66
Сёку нихонги. Т. 1. Токио: Иванами, 1991. (Син нихон котэн бунгаку тайкэй). С. 477.
67
Идея шилу была реализована позднее (см. список «шести национальных хроник»). Что касается подневных записей о делах и речах правителя, то эта идея никогда в Японии реализована не была. Связано это, возможно, с тем, что подобные записи представляют собой не только некий регистрационный список деяний правителя, но и форму общественного контроля над ним, что, вероятно, противоречило местным представлениям о верховной власти и о возможных способах ее ограничения.
68
Нихон цу: си. Т. 4. С. 23.
69
Так, брат первого полулегендарного императора Дзимму по имени Итусэ-но микото терпит поражение в поединке и объясняет это следующим образом: «Я — дитя солнечного божества и негоже мне сражаться, стоя лицом к солнцу» (см.: К94-Т. 2. С. 36). См. об этом также в «Нихон сёки», правление Дзимму.
70
См. об этом, в частности: Hori Toshikazu. The Exchange of Written Communications between Japan, Sui and Tang Dynasties // Memoirs of the Research Department of the Toyo Bunko. 1994. № 52. P. 4–6. Обычно исследователи обращают внимание на провокационно одинаковую титулатуру правителей Китая и Японии, но нам такое объяснение представляется недостаточным.
71
Подробнее см.: Мещеряков A.H. Ранняя история Японского архипелага как социо-естественный и информационный процесс //Восток. 1995. № 5.
72
См. о них и их учениях: Мещеряков A.H. Герои, творцы и хранители японской старины. М.: Наука, 1988. С. 129–146; Он же. Буддизм в Японии. М.: Наука. 1993. С. 87–189.
73
Перевод памятника см. НР95.
74
См. Нихон сёки. Токио: Иванами, 1965. (Нихон котэн бунгаку тайкэй; Т. 67, 68). С. 12–23. Далее ссылки на это двухтомное издание даются следующим образом: приводится аббревиатура названия памятника (НС-И), указывается том (1-и или 2-и) и страница. См. также: Сакамото Таро:. Риккокуси. Токио 1970. С. 67–78.
75
См: К94-Т. 1. С. 32.
76
Подробнее см.: Мещеряков A.H. Древняя Япония: культура и текст. М.: Наука, 1991. С. 40–42.
77
Перевод памятника см.: Идзумо фудоки / Пер. К.А. Попова. М.: Наука, 1966; см. также: ДФ69.
78
Перевод этого памятника см. в сборнике: Буддизм в Японии. М.: Наука 1993. С. 415–426.
79
См. об этом Мещеряков A.H. Древняя Япония: буддизм и синтоизм. Проблема синкретизма. М.: Наука, 1987.
80
НС-И. T. 1. С. 17.
81
Издание памятника см.: Ким Бусик. Самгук саги / Пер., вступит. ст. и коммент. М.Н. Пака. М.: Наука, 1995.
82
«Ши-цзин», «Шу-цзин», «Сяо-цзин», «Лунь-юй», «Цзо-чжуань», «Ли-цзи», «Гуань-цзы», «Мэн-цзы», «Мо-цзы», «Лао-цзы», «Чжуань-цзы», «Хань фэй-цзы», «Ши-цзи», «Хань-шу» и «Вэнь-сюань».
83
О заимствованиях в «Нихон сёки» подробнее см.: НС-И. Т. 1. С. 19–22.
84
Нихон сёки / Под ред. Иноуэ Мицусада. Токио: Тю: о: ко: ронся, 1987. Т. 1. С. 29–31.
85
Цит. по Tsunoda Ryusaku, L. Carrington Goodrich. Japan in the Chinese Dynastic Histories. South Pasadena, Calif.: P. D. and lone Perkins, 1951. P. 33.
86
Нихон цу: си. T. 4. С. 344–345.
87
См. об этом Мещеряков A.H. Древняя Япония: культура и текст. С. 45–106.
88
Описание эпохи богов в НС состоит из двух разделов, названных в соответствии с китайской манерой, согласно которой при списке из двух предметов они именуются «верхний» и «нижний». Комментаторы полагают, что образцом для этого деления послужили «Записи династии Хань» («Ханьшу») и «Записи Поздней Хань» («Хоу ханьшу»).
89
Предполагается, что этот фрагмент текста отражает китайский космологический трактат «Хуайнаньцзы».
90
Мешанина (хаос), уподобленный содержимому куриного яйца, — понятие, восходящее, по-видимому, к китайскому памятнику «Саньу лицзи», «Раздел о толковании Небесных знаков»; понятие хаоса встречается также в «Вэнь сюань», 34-й свиток.
91
Различие легких и тяжелых субстанций также восходит к «Хуайнаньцзы».
92
В китайском оригинале текста стоит иероглиф «жить», «рождаться», однако традиция чтения китайского текста НС по-японски, как явствует из средневековых списков и позднейших реконструкций, предполагает чтение нарэри — «стать», «становиться». Это дает основания ряду авторов (например, философу Накамура Хадзимэ) считать отличительной чертой японского мифологического мышления именно естественное, непроизвольное становление, а не порождение.
93
Куни-но токо-тати-но микото — приблизительно означает Властелин, Вечно Стоящий в Стране (понятие страны в данном случае тождественно понятию земли, тверди, суше). Микото — «господин», «владыка», «верховный властелин». Интересно, что в К первыми появляются три бога Равнины Высокого Неба, в НС же — три божества Земли.
В связи с этим, первым в НС именем, выскажем общее соображение относительно имен богов — самого, может быть, существенного в любой из мифологий мира.
Теонимы НС и К можно толковать, во-первых, исходя из возможных этимологий японского слова; во-вторых, опираясь на значения иероглифов (которые в ряде случаев используются чисто фонетически и никак не соотносятся с этимологиями, хотя часто бывает затруднительно диагностировать, с каким именно случаем мы всякий раз имеем дело); в-третьих — прихотливо сочетать первый и второй способы. Иногда комментаторы приводят по нескольку вариантов объяснения теонимов, и возможные интерпретации слишком расходятся друг с другом. Переводчик полагал необходимым комментировать по возможности все имена богов, встречающихся в первых двух свитках памятника, относящихся к «эпохе богов». В последующих свитках, по большей части, комментируются имена правителей и легендарных персонажей, имена же сотен «обычных людей», встречающихся в памятнике, здесь этимологически не толкуются, впрочем, этого не делают и японские комментаторы.
94
Текст, набранный курсивом, принадлежит средневековым переписчикам НС. В переводе, за данным исключением, пометы переписчиков, разъясняющие чтение того или иного иероглифа, опускаются. Все остальные пометы переведены полностью.
95
Большинство современных комментаторов текста, например, комментаторы новейшего критического издания первых десяти свитков НС, вышедшего в издательстве «Сёгаккан» (далее НС-С), полагают, что это имя означает Властелин Молодой Земли Страны. Комментаторы НС, выпущенного издательством «Иванами» (далее НС-И), толкуют часть са в имени Куни-но сатути не как «молодой», а как слово, означающее «священный рис», «рис богов», «плодородный» и т. п. Однако и в К, и в НС явно зафиксированы и те стадии японской истории, которые предшествовали распространению на островах культуры рисосеяния, так что са в этих именах может и не иметь непосредственного отношения к рису. Многие авторы в настоящее время считают интерпретации НС-И чересчур «рисовыми».
В К тоже встречается это имя — Властелин Молодой Земли Неба, Амэ-но сатути-но ками (см. К94-T. 1). Это имя передается по-русски как Небесный Бог Горных Склонов, что, по всей вероятности, неточно.
96
Тоё-кумуну-но микото — Властелин Болот, [где можно] Обильно Черпать [воду].
97
Предполагается, что эти фразы восходят к фрагменту «Ицзин» — «Путь Ян становится Мужчиной, Путь Инь становится Женщиной».
98
Куни-но соко-тати-но микото — Властелин, Стоящий На Дне Страны (Земли). Слово токо («вечно») перешло в соко («дно»), возможно, видоизменившись в процессе устной передачи.
99
Аналогичная вариация — сатути («молодая земля») перешло в сатати («молодой» + «стоящий»).
100
Приводимые в этом абзаце имена можно истолковать и этимологически, и иероглифически, всякий раз получая в высшей степени интересные значения, напрашивающиеся на содержательные интерпретации. Однако, по всей вероятности, все вариации имен в этом фрагменте представляют собой ранние попытки этимологизации и объяснения имен: например, архаическое кумуну («черпать» + «болото») в процессе передачи превращается в известное из других мифологических сюжетов имя Куни-нуси (Хозяин Страны). Возможен, вероятно, и другой, более смелый подход к этому соцветию теонимов, однако он, вероятно, более уместен в отдельном исследовании, чем в комментариях к первому изданию памятника на русском языке.
Этот и последующие фрагменты составляют примечательную особенность НС — а именно, наличие разных версий, восходящих к разным племенным традициям, существовавшим записям, произведениям китайской классики и т. д. Вариативность основных сюжетов НС составляет одну из фундаментальных загадок этого текста, появившегося спустя восемь лет после свода К, где присутствует только одна версия мифа. Объясняется это явление по-разному у разных авторов — конъюнктурно-политическими соображениями составителей, их объективистско-исторической позицией, их мифологическим типом сознания и мышления, верноподданническими и оппозиционными устремлениями и т. п. Подробнее об этом см. предисловие.
В К начало мира описывается, как все в этом памятнике, кратко и безвариантно: «Когда впервые раскрылись (то есть отделились. — Л.Е.) Небо-Земля, имена богов, явившихся на Равнине Высокого Неба, были — Амэ-но ми-нака-нуси-но нами, потом Таками-мусуби-но ками, потом Ками-мусуби-но ками. Эти боги явились как одиночные, и тела их были сокрыты». Далее цитируем по переводу Е.М. Пинус: «Имена богов, что явились за ними из того, что пробилось на свет подобно побегам тростника, в то время, когда земля еще не вышла из младенчества, и, подобно плавающему маслу, медузой носилась [по морским волнам], были: Умаси-асикаби-хикодзи-но ками… за ним Амэ-но токотати-но ками… Эти два бога тоже явились каждый сам по себе и не дали себя увидеть. Пятеро богов, о которых сказано выше, суть особые небесные боги. Имена богов, что явились за ними, были: Куни-но токотати-но ками… за ним Тоёкумоно-но ками… Эти два бога тоже явились каждый сам по себе и не дали себя увидеть» (К94-T. 1. С. 38–39).
Примечательно, что здесь в одной фразе как бы обобщены перечислением несколько версий творения мира по НС, что явный анахронизм, если К и в самом деле были созданы раньше. Или же оба мифологических свода опирались на одни и те же источники, но репрезентировали их в тексте по-разному, соответственно своему жанровому назначению и стилевой конфигурации.
101
Умаси-асикаби-пикоди-но микото — Прекрасный Властелин, Парень-Тростниковая Почка.
102
Властелин-Хозяин Священного Центра Неба. Предполагается, что этот бог соответствует понятию «первоначальный император», принятому в даосских течениях эпохи Шести Династий. Считалось, что он находился в центре Неба.
103
Эта пара богов встречается и в К, где общая часть их имен читается как мусуби. Здесь для обозначения этого слова использован другой знак, не предполагающий озвончения последнего слога. Таками-мусупи-но ками означает Высокий Бог Священного Плодородия, Ками-мусупи-но ками — Божественный Бог Священного Плодородия. Мусупи переводится как «плодородие» достаточно условно; это нечто вроде жизненной силы, рождающего начала, похожее на понятие «мана».
104
Имена этих двух божеств содержат общую часть пиди, что означает «грязь», «жижеобразную почву». Разница между Упиди и Супиди толкуется по-разному, комментаторы НС-С объясняют слово упиди как «первоначальная грязь», т. е. останавливающая поток воды земляная преграда. Супиди — женское божество с той же функцией, и имя его означает Песочная Грязь, т. е. антоним воды, состоящий из песка. Часть ни в этих именах (в последующих теонимах иногда принимает вид нэ) означает «прародитель», «прародительница».
105
По-видимому, парные божества: Опо-тоно-ди-но микото — Бог Дороги Больших Врат, Опо-томабэ-но микото — Богиня Пространства Больших Врат.
106
Имя Омодару в НС-И толкуется как омо — «лицо», «наружность» и тару — «быть достаточным», «быть наделенным каким-либо качеством в высшей степени», отсюда перевод имени как Прекрасный Собой.
107
Касиконэ-но микото — женское божество, имя означает Устрашающая или же Полная Угрозы. Божества этого фрагмента знаменуют дифференциацию полов. Исполняли функцию охранителей границы деревни или дома.
108
Изанаки и Изанами традиционно понимаются как Зовущий и Зовущая (в переводе Е.М. Пинус — Бог, Влекущий к Себе и Богиня, Влекущая к Себе).
109
Этимологии этих двух теонимов, Ама-но кагами-но микото и Ама-но ёроду-но микото, кажутся прозрачными: кагами — «зеркало» и ёроду — «мириад» однако некоторые комментаторы настаивают на том, что имена этих ботов неясны.
110
Аванаги-но-микото — по-видимому, Властелин, Усмиряющий (Изгоняющий) Пену (воды).
111
«Восемь» — магическое число в японской мифологии, означающее неисчислимое множество.
112
«Семь» — одно из священных чисел китайской мифологии и натурфилософии.
113
Туно-купи и Ику-купи — Рог-Шест и Живой Шест, мужчина и женщина, их изображения в виде шеста до сих пор сохранились в ряде местностей, где они использовались для обозначения (оберега) границ территории.
114
Этот способ порождения страны из моря встречается в мифах народов, населяющих южную часть Океании. Параллельно с этим копье, разумеется, соответствует мужскому началу, и сюжет поэтому может быть ассоциирован с порождением земли первопредками посредством полового акта. Оногоро — «самозарождающийся», мифический первоостров или первосуша. В Японии и доныне несколько островов оспаривают это право первородства, например, остров Оки-но сима в преф. Вакаяма, островки Нусима и Эсима близ острова Авадзи и т. д.
В принципе, японская комментаторская традиция всегда уделяет большое внимание поиску соответствий мифологических и реальных японских топонимов. Это связано с тем, что ранние японские письменные памятники пестрят конкретными указаниями на место действия. Хотя в ряде случаев топос может быть вымышленным, мифическим, установление связи его с реальным местом может указать на область функционирования данного мифологического сюжета или теонима. Кроме того, понятен соблазн для японского (да и не только японского) исследователя, имеющего дело с пространственно замкнутой сферой циркуляции мифологических и ритуальных феноменов, при этом сферой, и поныне чрезвычайно насыщенной различными историческими свидетельствами и памятниками старины.
Надо сказать также, что обостренное чувство пространства, повышенный топологический интерес, как представляется, характерен и для современных японцев, которые обычно в любую минуту представляют себе, как ориентирована точка их местонахождения по странам света, и любой рассказ о событии или путешествии для них неполон и бледен, если они не располагают при этом сведениями о пространственных координатах события. Отсюда — живо-предметное, отнюдь не абстрактное восприятие и многожанровое тиражирование всяческих планов, маршрутов, схем. Топографична и лирическая (при этом исключительно лиричная) поэзия японцев, где принят специфический прием ута-макура, «песенное изголовье», — то есть постоянный эпитет-зачин, ядром которого является топоним.
Ввиду всего этого, все топонимы в ранних письменных памятниках подлежат подробному концептуальному истолкованию. Однако в ряде случаев, особенно в начальных свитках памятника, мы будем опускать такого рода комментарии, если они носят необязательный характер или мало что говорят читателю, тем более, что во многих случаях комментарии эти в высокой степени гипотетичны, иногда — из-за недостатка данных, иногда — ввиду мифичности самих топосов. Важно постулировать главное — топографическое мышление, свойственное японской культуре, быть может, в большей степени, чем другим традициям, известным комментатору.
115
Воздвижение столпа и обхождение его с одновременным исполнением песен, часто сексуальной тематики, — распространенный в Китае и многих других ареалах обряд культа плодородия. До нынешних дней кое-где в восточной Японии сохранился обычай: 15-го января (так называемый Малый Новый год) супруги обходят вокруг домашний очаг. Во многих китайских классических книгах, начиная с «Хуайнаньцзы», говорится о том, что мужчина совершает вращательное передвижение слева, женщина — справа, а также, что относительно Созвездия Большой Медведицы Небо вращается слева направо, а Земля — справа налево. Превосходство левого над правым отражает китайскую иерархию этих понятии. Китайским заимствованием объясняют комментаторы и правило, по которому в брачном обряде первым должен говорить мужчина.
Примечательно, что в К, наоборот, женщина идет справа, а мужчина слева, что вызывало нарекания позднесредневекового комментатора К Хирата Ацутанэ.
Для сравнения упомянем об аналогичном обычае, зафиксированном у славян: «Наиболее обобщенный символ брака — круг. Таково заключение брака путем обхода молодых вокруг дерева, озера, дома, церкви, аналоя, стола, дежи (квашни. — Л.Е.) и т. п.» (Славянская мифология. М., 1995).
116
Апади (соврем. Авадзи), будучи плацентой, то есть, по архаическим верованиям, старшим сыном, первенцем, может причинить вред матери, поэтому, как полагают комментаторы, о нем говорится, как о неудачном детище. Опо-ямато, видимо, соответствует острову Хонсю. Слово Тоё-акиду объясняется различными способами — традиционный, опирающийся, в частности, на данные НС (см. ниже, свиток четырнадцатый, раздел [4]), предполагает перевод этого имени как Стрекозиный Остров.
Иё (соврем. Сикоку); Тукуси (соврем. Цукуси) — Кюсю, острова Оки и Садо расположены в Японском море и представляют собой дальнюю периферию, северную границу государства, мифологическую и политическую. Согласно данным «Энгисики» и СН, на эти острова ссылались заговорщики, туда же изгоняли алых духов во время экзорцистских обрядов (см.: Норито. Сэммё / Пер., иссл. и коммент. Л.М. Ермаковой. М., 1991. (Памятники письменности Востока. XCVII). С. 131, 169).
Коси — общее название северо-западных земель, ныне именуемых Хокурику. Опо-сима, Большой остров, не имеет однозначного толкования. Киби-но косима — «остров-дитя» Киби — по мнению комментаторов НС-С, соответствует п-ву Косима в провинции Бидзэн (юго-восточная часть современной преф. Окаяма), который прежде был отделен от суши незначительным (в пределах 1 м) водным пространством. НС-И, однако, отвергает эту гипотезу, ссылаясь на данные радиоуглеродных исследований.
Далее в тексте излагаются версии этого сюжета. Следующая, <4.1>, ближе всего к аналогичному сюжету К, где порождение страны происходит не по инициативе Изанаки-Изанами, а по повелению всех Небесных богов: «„Закончите дело с этой носящейся [по морским волнам] землей и превратите ее в твердь“, — молвив драгоценное копье им пожаловав, так поручили» (К94-T. 1. С. 39).
117
Словом «мера» переведено японское слово пиро, что соответствует расстоянию между кончиками пальцев двух раскинутых рук. Восемь пиро, естественно представляет собой необозримое расстояние.
118
Пируко (Хируко) — дитя-пиявка, не имеющее конечностей, и в этом смысле он может быть отнесен к разряду наиболее ранних детей, порожденных первопредками, еще сохраняющих черты нерасчлененности, характерные для хаотического состояния мира. Если же пренебречь значением слова пиру, «пиявка», а также значениями иероглифов этого имени, связанными с водой, то этот теоним поддается истолкованию как Дитя (Сын) Солнца и имеет пару Пирумэ — Дочь Солнца. Одно из имен богини Солнца Аматэрасу — Опо-пирумэ-но мути.
119
Камыш часто используется в ритуалах изгнания скверны. Кроме того, этот эпизод интерпретируется рядом авторов как отражение архаического способа захоронения покойников.
120
Апа-но сима — его фактическая локализация сомнительна. Этот остров не включается в число детей, вероятно, по той же причине, по которой остров Апади «не радовал сердце».
121
Грузное гадание (яп. путомани) проводилось посредством лопаточной кости оленя, которую раскаляли на огне и по характеру образовавшихся трещин судили о будущем. Аналогичное гадание проводилось, видимо, и на панцире черепахи, однако ни в К, ни в НС упоминаний о нем нет. Скапуломантия была заимствована из Китая, где осуществлялась, по-видимому, следующим образом: «В иньское время существовал обычай обращаться к божественному авторитету всякий раз, когда необходимо было принять то или иное решение. Цель гадания заключалась в том, чтобы по характеру двух трещин (вертикальной и боковой), образовавшихся на поверхности кости или щитка (черепахи) после прожигания раскаленным острием, получить ответ на вопросы, заданные божеству. После этого рядом с соответствующей трещиной делалась запись, фиксирующая вопрос и ответ на него» (Крюков М.И. Язык иньских гадательных надписей. М., 1973. С. 23).
122
Дымка (воздушный пар), возможно, ассоциировалась с дыханием, дыхание же как рождающая сила — один из постоянных атрибутов богов.
123
Кукуноти объясняется как «дух», «душа» (ти) «стебля» (др. — яп. куку).
124
Кая-но пимэ — Дева Камышового Поля. Камыш использовался в основном для покрытия крыш. Другое ее имя — Нотути — означает, по-видимому, Душа Поля, при этом, возможно, имеется в виду растущий на полях тростник.
125
Опо-пиру-мэ-мути — Великая Солнце-Дева-Госпожа. Существует толкование, которое, правда, поддерживают далеко не все японские мифологи, что божество Солнца было некогда мужского пола, но стало женским, поскольку служила ему женщина-жрица. Аматэрасу-опоками — Великая Богиня, Освещающая Небо, — имя (или же титулатура), под которым божество Солнца обычно выступает в К, с той разницей, что там она именуется не просто опоками, «великая богиня», но опомиками (ми — префикс, означающий «священный», относящийся к императору и т. д.). В НС предлагаемая реконструкция чтения тоже включает префикс ми, однако иероглифы этого имени на самом деле не содержат этой гонорифической приставки, что дало основание ряду ученых утверждать, что эта разница отражает разность идеологических установок составителей К и НС и даже, может быть, свидетельствует о принадлежности их к разным родам с разными пантеонами.
126
Тукуюми-но микото — Господин Луна-Лук. Тукуёми-но микото может означать Счет Месяцев, а также «бог» (ми) «ночи» (ё).
127
Сусаново — одно из наиболее загадочных божеств в японской мифологии, по которому существует обширная и разноречивая литература. Имя его толкуется как «неистовый» (суса) «муж» (во). Поскольку Сусаново — главный герои цикла мифов области Идзумо (старояп. Идумо), имя его ряд авторов ассоциирует с топонимом Суса, встречающимся в этой местности. Каму — эпитет со значением «божественный», Пая — «быстрый», «неистовый».
128
«Страна Корней» — Нэ-но куни, иной мир, мир, где располагаются корни деревьев, иногда считается обителью душ мертвых по ту сторону моря в легендарно удаленном краю. Иногда ассоциируется с областью Идзумо, где Сусаново является главным божеством пантеона и культурным героем. В других фрагментах текста эта страна именуется Соко-ту-нэ-но куни — Страна Корней Дна.
129
«Обиталище» — иероглиф, который читался по-японски, как предполагается, амэ-но сита, означает «мир», «вселенная», «Поднебесная».
130
Кагутути — Господин Огня. Предполагается, что кагу передает значение «колеблющегося пламени». Комментаторы НС-И обращают внимание на то обстоятельство, что в К смерть Иванами происходит из-за того, что при рождении бога огня у нее «опалилось лоно» (К94-Т. 1. С. 44). То же самое читаем в молитвословии норито, возглашаемом во время обряда усмирения огня — «и когда рождалось дитя последнее, драгоценное… то опалилось место потаенное» (Норито. Сэммё. С. 114). В НС это «место потаенное» не упоминается, что в НС-И объясняется нараставшим влиянием конфуцианства. Там же смерть богини-первопредка при рождении бога огня объясняется из обычая добывать огонь трением с помощью двух кусков дерева определенной формы — «ступки, высекающей огонь» и «пестика, высекающего огонь», отсюда, полагают комментаторы, закономерная ассоциация между загоревшейся ступкой и опаленным лоном.
131
Панияма-пимэ — Дева Глиняная Гора. Мидупа-но мэ — иероглифы этого теонима встречаются в «Хуайнаньцзы». В комментариях Чжуан-цзы к этому памятнику говорится, что обликом Мидупа напоминает малое дитя, цвет этого божества — черный с красным, ногти красные, большие уши и длинные руки (НС-И. С. 89). Слово мидупа комментаторы НС-И толкуют как «невидимый облик». В НС-С слово миду понимается как «вода», что представляется вполне обоснованным применительно к божеству воды.
132
Ваку-мусупи — ваку означает «молодой». Мусупи — «жизненная сила» (см. также коммент. 103). Существует точка зрения, что это божество, рожденное от брака стихий земли и огня, отражает стадию подсечно-огневого земледелия, предшествовавшего на Японских островах культуре рисосеяния.
133
«Небесная Тыква» — из тыквы изготовлялись ковши для черпания воды, таким образом, тыква вместе с землей и водой могла использоваться как средство для тушения огня. В норито усмирения огня об Изанами говорится:
(Норито. Сэммё. С. 114).
134
В настоящее время этот обряд проводится в квартале Арима г. Кумано преф. Миэ (бывшая провинция Кии). Перед входом в Хана-но ивая, Цветочную пещеру (70 м. длиной), натягивается священная веревка симэнава, перед которой устанавливаются подношения в виде цветов. Предполагается, что там находится вход в страну мертвых, куда удалилась Изанами. Впрочем, есть и другие пещеры, оспаривающие эту честь. Комментатору посчастливилось видеть такую пещеру в преф. Симанэ (в старину — Идзумо), где за такой же священной веревкой находится тот же мифический вход в страну мертвых. Все эти пещеры обычно находятся на берегу Японского моря и с морских путей видны издалека.
135
Синатупико — имя божества ветра. Пико — «отрок», «юноша», на и ту — суффиксы притяжательности, часть си комментаторы НС-С переводят как «ветер», ссылаясь на употребление этого корня в норито, где есть выражение синато-но кадзэ, «ветер синато».
136
Ука-но митама — Священная Душа Еды, божество, по имени и функциям тождественное Укэмоти-но ками, которая упоминается ниже.
137
Вататуми-но микото — Властелин Равнины (вата). Возможно, это слово восходит к корейскому пата, означающему «море». Сближение божеств воды с архетипом ребенка встречается в японской культуре и в других случаях — например, речной дух каппа тоже мыслится в образе ребенка.
138
Яматуми-но ками — бог Горы.
139
Пая-аки означает «быстрый» (пая) + «открывать» (аки). По-видимому, имеется в виду, что реки в устье «открываются» в море.
140
Храм Накисава-дзиндзя (Болото Плача) и сейчас находится в г. Касивара. Упоминание о священной кумирне Накисава есть в стихотворении «Манъё:сю:» № 202.
141
Словом «пясть» условно переводится яп. тука (соврем. цука), расстояние между мизинцем и указательным пальцем.
142
Путунуси-но ками толкуется как Бог-Хозяин путу, при этом путу — звукоподражание, воспроизводящее звук от разрубания вещи.
143
Мика-паяпи-но ками — Бог-Грозно-Стремительная Душа. Мика, по одним предположениям, может означать чан с водой, где охлаждается металл при изготовлении железных мечей. По другим — ассоциируется с грозой и молнией.
144
Пи-но паяпи-но ками — Бог-Душа Быстрого Огня. Пи — «огонь» — объясняется еще как жар для сушки металлических изделий.
145
Такэ-микадути-но ками — Доблестный Бог-Властелин Грозы (или же чана для охлаждения воды).
146
Ипасаку — Разрубающий Скалу, Нэсаку — Разрубающий (Разрубающая) Корни (деревьев). Превосходные эпитеты, характеризующие мощь меча.
147
Ипа-туту — Душа (Дух) Скалы. В последующих теонимах этого абзаца, как и во всех других случаях, часть во в именах означает мужчину, часть мэ — женщину.
148
В этой группе теонимов слово кура означает, по мнению разных комментаторов, глубокую долину, ущелье. При этом Кура-но оками — бог воды (потока на дне долины), часть о — «вода». Кураяма-но ками — бог горы, живущий в долине. Кура-мидупа — богиня потока на дне ущелья.
149
Ёмотукуни — страна мертвых, страна мрака (ёми). Иероглифы же, которыми записано это слово, соответствуют китайскому понятию Желтого Источника — реки, текущей в подземном мире. Как говорится ниже, Изанами считает, что Изанаки пришел за ней слишком поздно — она уже вкусила еды в этой стране. Это высказывание дает основания различным комментаторам усматривать в этом фрагменте следы запрета на еду в ином обществе.
150
Ёмо-ту-пирасака (Плоский Склон Страны Ёми) — гора, разделяющая мир живых и мертвых. Аналогично Уна-пира-сака — Плоский Склон Моря, разделяет мир людей и страну морского бога.
151
Кунато интерпретируется как «место (яп. то), дальше которого нельзя (на) ходить (ку)». Этот теоним встречается и в норито, возглашаемом во время пиров на дорогах, где Кунато, вместе с женским и мужским божеством Ятимата, титулуется так: «…говорю смиренно перед богами царственными… пребывающими преградой на восьми перекрестках великих, подобно грудам камней священных… Если духи, что из Нэ-но куни, Страны Корней, Соко-но куни, Страны Дна, с грубостью, с чуждостью вторгнутся, с ними согласие встречи, с ними согласие уст отвратите… ночным оберегом, дневным оберегом оберегите» (Норито. Сэммё. С. 115).
Посох, как пишут комментаторы НС-С, издавна служил для обозначения границ деревни, всякой своей территории. В указанном издании все божества этого абзаца интерпретируются как боги преграды, границы, и поэтому имена их этимологизируются на основе обрядовой практики установления границ деревни. Возможно, это вполне допустимо, хотя данные относительно этой практики достаточно поздние.
152
По ассоциации с длинным поясом этот бог именуется Бог-Скала Длинной Дороги.
153
Вадурапи-но ками — Бог Бедствий. Соображения комментаторов по поводу значения этого теонима в данном контексте, опирающиеся на различные поздние обряды и этнографические тонкости, довольно хитроумны, но не представляются достоверными.
154
В случае с теонимом Аки-гупи из всех имеющихся точек зрения самой достоверной представляется позиция НС-И: «Значение этого имени непонятно».
155
Тисики-но ками — Бог, Достигающий [конца] Дороги.
156
Емо-ту-пирасака — см. коммент. 150. Ёмидо-ни саяримасу опо-ками — Великий Бог, Стоящий Преградой У Входа в (страну) Ёми. Этот теоним также объясняется в японских комментариях на основе традиционных знаков границ деревни.
Выражение «дыхание прерывается» в этой же фразе записано иероглифом ки (кит. ци), что переводится как «эфир», «жизненный дух» и т. п.
157
Первое письменное упоминание о скверне, связанной со смертью, значительное для японской культуры по настоящее время: так, если в доме кто-нибудь умер, на дом у двери наклеивается иероглиф со значением «табу», «запрет» (иму), и обитатели его в течение года не должны входить в синтоистский храм, поскольку они соприкоснулись со скверной. В «Энгисики» («Уложение годов Энги»), кодексе первой трети X века, говорится: если некто входит в дом к кому-то и этот дом считается оскверненным, то этот некто тоже считается оскверненным, то и все, кто живет с ним в одном месте. Если же к этому некто придет другой, то только он будет осквернен, но не его близкие. Если же кто придет к этому другому, то осквернен не будет. Кроме того, согласно «Энгисики», в течение семи дней не может быть допущен к участию ритуалов человек, имеющий отношение к месту, где погас огонь (Синтэн. С. 1105–1107).
158
«Поднятие слов» (котоагэ) — заклятие, обращение к сверхъестественным силам, божествам, разновидность магической формулы, которая произносится очень громко, предельно активизируя «душу слова» (котодама). Такое действие иногда, как мы увидим ниже, может быть опасно для прибегающего к нему.
159
Ясо-но магатупи-но ками — бог восьми десятков искривлений, то есть злокозненное божество. В К наряду с ним упоминается еще Опо-магатупи-но ками, великий бог искривлений. В норито, читаемом во время обряда освящения ворот императорского дворца (микадо-но мацуpu), жрец обращается к двум божествам ворот, говоря: «…и коли встретятся они со словом кривым, что молвить может небесный бог искривляющий, Ама-но магацуби-но ками, что с четырех сторон, четырех углов с чуждостью, с грубостью вторгается. С ним согласие встречи, с ним согласие уст пусть отвращают…» (Норито. Сэммё. С. 109).
160
Каму-напопи и Опо-напопи относятся к числу напопи-но ками (соврем. наоби), «выпрямляющих богов». Первый — «божественный выпрямляющий бог», второй — «великий выпрямляющий бог». В норито-благопожелании великому дворцу (оото-но хокаи) говорится: «И если в славословиях и усмирениях творимых упущения какие случились, то вы, испрямляющие божества — Каму-наоби-но микото, Оо-наоби-но микото — мирным, спокойным промышлением своим услышав — исправьте, увидев — исправьте…» (Норито. Сэммё. С. 108).
161
Вататуми — Господин Моря. Определения нака-ту, упа-ту и соко-ту означают, соответственно, «середина», «верх» и «низ». Божеств этого фрагмента можно разделить на две группы — боги разных уровней моря (верх, середина, низ) типа Вататуми и боги разных уровней моря типа Туту-но во.
В группе божеств Туту-но во часть во означает «муж», «мужчина», туту же толкуется по-разному: 1) туту означает «звезда», что естественно, поскольку кораблевождение осуществлялось по звездам, 2) туту означает основную мачту корабля, что естественно, поскольку в главной мачте, по верованиям, находилась «обитель души» корабля, 3) туту — это топоним, что естественно, поскольку с этим топонимом связывалось происхождение строительного материала для кораблей. Три божества Туту-но во образуют божество Суминоэ.
В районе Сумиёси нынешнего г. Осака, в храме Сумиёси-тайся поныне совершаются обряды поклонения тройному божеству Суминоэ, ставшему богом мореплавания, а позже и богом поэзии пятистиший. По топониму, ставшему названием храма, этого бога в ряде текстов именуют богом Сумиёси.
В данном фрагменте возможно членение богов и на две другие группы — два бога середины моря, два — верха и два — низа, в этом случае можно предположить разнополость образовавшихся трех пар. О божестве Суминоэ см. также свиток девятый, где императрицу Дзингу: ведет в военный поход на Корею божество Суминоэ.
162
Икадути-но ками — бог-громовик, по-видимому, соответствует по функциям и значению имени Такэ-микадути-но ками (см. коммент. 145).
163
Эти пятеро богов, соответственно, Великий Бог Горы (или Бог Великой Горы), затем Бог Середины (средней части) Горы, Бог Подножия Горы (руки), Масака-яма-туми толкуется или как Бог Склона или как Бог Границы Горы (сака), часть сики в теониме Сики-яма-туми объясняется как «бог густой (сики, сигэру) растительности в нижней части горы», или же как «бог горных птиц сиги», что водятся в нижних лесных ярусах гор.
164
Могари — место, где находились тела покойников до погребения или кремации, тип временного захоронения, предполагавший исполнение специфических обрядов. По мнению японского профессора Уэно, высказанного в докладе в рамках семинара «Проблемы древнеяпонской словесности» в университете Досися (Киото), возможно, что К было составлено с прямым назначением — как обрядовый текст, содержащий родословную императорского рода со времен богов и возглашаемый во время одного из ритуалов в помещении могари возле тела умершего правителя.
165
Запрет на смотрение — распространенный мотив мифа и волшебной сказки разных регионов мира. Более подробно о значении понятия «видеть» в японской культуре см.: Hayao Kawai. The Forbidden Chamber Motif in a Japanese Faiiy Tale. In: The Empire of Signs. Semiotic Essays on Japanese Culture. 1991. P. 157–180 (это исследование выдержано в сугубо юнгианском духе, популярном ныне среди японских философов-религиоведов), а также Ермакова Л.М. Мифологема взгляда в ранней японской словесности. В сб.: Сад одного цветка. М., 1991.
166
Персиковой веткой со времен древности производилось изгнание вредоносных духов во время китайских новогодних экзорцизмов (подробнее см.: Янишина Э.М. Формирование и развитие древнекитайской мифологии. М., 1984).
В соответствии с китайским иероглифом в переводе использовано слово «черт» (они), хотя черти или, вернее, демоны появляются в японской культуре, лишь начиная с хэйанского времени, и, судя по фигурам четверых дэва храма Хорюдзи, существуют в нескольких разновидностях. Здесь точнее будет реконструкция чтения этого иероглифа как моно — «предмет», «вещь», «дух вещи», «создание», «явление», — говоря в целом, все пугающие явления, связанные со сверхобыденным миром.
167
Пунато-но ками — божество границы двух соседствующих пространств. Кунато-но сапэ-но ками — первое слово, как уже говорилось в коммент. 64, означает «место (то), дальше которого нельзя (на) ходить (ку)». Сапэ — преграда. Боги-охранители дорог — входов в деревню — именовались оя-гами, «предки-боги». Выражение это произошло от термина до: содзин, что значит «предки-боги дорог», и, как говорится в НС-С, иероглифический бином «предки-боги» традиционно принято читать как Сапэ-но ками, «боги преграды».
168
Громовики восьми видов — Великий Громовик, Огненный Громовик, Земляной Громовик, Молодой Громовик, Черный Громовик, Горный Громовик, Полевой Громовик, Растреснутый Громовик. Ассоциации этих божеств с частями тела в НС-С толкуются не очень убедительно — вроде того, что поскольку в груди бывает жар (японская идиома, означающая сильное волнение, прилив чувства), то на груди находится Огненный Громовик и т. п. Комментаторы НС-И благоразумно воздерживаются от толкований.
169
Паятама-но во — Бог-Быстрая Яшма. Ёмо-ту-котосака-но во-но микото — Бог-Муж, Избегающий Слов (Деяний) [страны] Ёми. Выплевывать слюну в знак клятвы — по-видимому, было в обычае, поскольку встречается и в других контекстах, например, в сюжете о Ко-но пана-но сакуя-пимэ, а также Уми-сати и Яма-сати.
170
Часть теонимов этого абзаца — см. коммент. 160–161. Опо-ая-ту-пи-но ками ставит в тупик всех комментаторов.
171
Укэмоти-но ками — см. коммент. 136.
172
Все эти разновидности еды неоднократно упоминаются в норито как подношения богам, например: «…всех видов дары поднесу… и мягкий рис, и грубый рис, из того, что в горах живет — с мягкой шерстью, с грубой шерстью… из того, что в Равнинах Синих Морей живет — с плавником широким, с плавником узким…» (Норито. Сэммё. С. 100).
173
Буквальное значение имени Ама-но кума-пито — Человек Небесного Риса. Рис — яп. кума (видоизмененное комэ). Возможно, имеется в виду человек, отвечавший за обрядовое подношение риса богам.
174
Сюжет о рождении еды и злаков — один из наиболее распространенных в разных мифологиях мира (так называемая мифологема Хаинувеле).
175
«Явленная в Мир Зеленая Жизненная Поросль» — переведено по иероглифам, принятое же в текстах периода Нара чтение этого словосочетания — авопитокуса, то есть «зеленая человеческая трава». Это метафорическое наименование людей, здесь — в отличие от богов, потом — как обозначение простого люда по сравнению со знатным человеком, обозначавшимся понятием дерева. Аналогичная метафора наблюдается и в ранней корейской поэзии (см.: Никитина М.И. Древняя корейская поэзия в связи с ритуалом и мифом. М., 1982).
176
Апади — нынешний остров Авадзи в преф. Хёго, где находится храм Изанаки (Идзанаги). О его возведении имеется запись в свитке об императоре Ритю:, о существовании этого храма упоминается и в «Энгисики», что дает основания предположить о давности связи этой местности с культом Идзанаги. Ныне этот храм, как многие синтоистские святилища, связанные с парой Идзанаги-Идзанами, считается храмом счастливого супружества. Само здание нынешнего храма недавнего происхождения, однако рядом с ним растет огромное, более чем четырехсотлетнее дерево кусуноки, обвязанное священной веревкой симэнава — объект поклонения приезжающих сюда специально для этого супружеских пар.
Близ острова Авадзи имеются два крошечных островка со святилищами, оба они претендуют на роль первых зон суши, сотворенных Изанаги и Изанами.
177
В этом фрагменте впервые появляются меч и ожерелье из яшмы, вместе с зеркалом являющиеся священными регалиями японских императоров. По-видимому, этот набор заимствован с материка, поскольку упоминания об аналогичных инсигниях встречаются в Корее и других алтайских культурах. Пять — еще одно священное число, отображающее понятие множества.
Мидура — прическа взрослого мужчины с пробором посередине, пряди волос слева и справа завязаны колечком в пучок.
178
Очевидно, что съедание (жевание, помещение в рот) предмета, принадлежащего партнеру, означает половой акт, что и приводит к рождению детей. Такори-пимэ — Дева Легкий Туман, Тагиту-пимэ — Дева Быстрых Струй, Ити-кисима-пимэ — Дева Острова, [прошедшая обряд] Очищения. Видимо, эти имена имеют отношение к колодцу, вода которого использовалась во время обрядов очищения.
179
Масака-акату-катипаяпи-ама-но осипо-мими-но микото — ядро этого имени составляет слово осипо — «давящий [тяжестью] колос [риса]». Остальные части, вероятно, можно расположить таким образом: Воистину-Я Одержу Победу-Победительный-Стремительный Дух-Небесный-Давящий Колос-Дух-Повелитель. Небесный — ама — свидетельствует о принадлежности персонажа к группе тэнсон — «потомков Неба», то есть той части иммигрантов, к которой принадлежал род, ставший императорским. Осипо-мими-но микото — отец спустившегося на землю с неба Ниниги-но микото, легендарного первопредка императорской семьи.
180
Ама-но попи-но микото — Небесный Повелитель-Дух Риса. Как и предыдущее божество с длинным именем, фигурирует во второй, Нижней части свитка «Эпоха богов», в сюжете о схождении на землю «потомка Неба» (тэнсон).
181
В этом сюжете впервые происхождение тех или иных родов возводится к богам, чем устанавливается связь мифологического прошлого с историческим настоящим, утверждается космологичность и священность структуры становящегося государства на основе генеалогического принципа, восходящего к Эпохе богов.
Помимо того, начиная с этого места и далее встречаются титулы родов. Здесь мы скажем о них особо, чтобы в дальнейшем отсылать читателя к данному комментарию.
В III–VI веках, до начала реформы Тайка, роды распределялись по определенным категориям (кабанэ). Высшими были оми и мура su, за ними следовали более низкие, общим счетом около тридцати. В целом, их можно условно разделить на два типа — знать по происхождению и знать по положению в государстве.
ПЕРВЫЙ ТИП. К первому типу относятся оми, мурази, ними и т. п. Оми — высшая аристократия, имевшая непосредственное отношение к объединению племен в племенной союз Ямато, а также нередко родственная императору через жен. К таким родам относятся, например, Сога, Кадураки (Кадзураги), Вани, Касуга, Абэ и др. Предками оми считается императорский род. Слово оми нередко переводится как «министр», но это не всегда бывает адекватно случаю.
Мурази — роды, возводящие свою генеалогию к богам. Они, таким образом, были более чем могущественными родами, однако с императорским кланом у них были разные предки. Браков с императорской семьей эти роды не заключали, однако часто их представители становились главами селений. Отсюда, возможно этимология этого титула: мура («деревня») + уси («большой, главный человек») или же мура + нуси («хозяин»).
Кими — владетели областей. Роды кими отсчитывали свое происхождение от богов земли, были хранителями мощных религиозных традиций (как, например, владетель Опо-мива).
Вакэ — тоже категория для обозначения могущественных родов, но не столь отчетливо очерченная в памятниках. Предполагается, что они принадлежали к родам племенных вождей до объединения племен.
ВТОРОЙ ТИП. Служилая знать, сформировавшаяся при дворе, в основном, после V века и относящаяся к более низким категориям придворных.
Миятуко (мияцуко) — старейшины принадлежащих двору уделов и деревень, родов-корпорации, в обилии возникших к концу V века.
Атапи (атаи) — местная знать, подчинившаяся центральному двору и часто занимавшая в V–VI веках пост управителя провинции — куни-но миятуко. Так, управителем провинции (страны) Капути (Коти) был Капути-но атапи, в провинции Ямато — Ямато-но атапи и т. д., хотя иногда на пост управителя провинции назначались люди из других родов.
Обито — старейшины провинциальных сельских округов.
К тому же второму типу относятся и те роды, чье название родилось из их профессионального назначения, но стало титулом рода. Таковы роды пуми-пито (фуми-хито, фубито), официальных летописцев, воса (оса), переводчиков, киси (слово корейского происхождения) — должность 14-го ранга в управах королевства Сираки (Силла), сакабито — виночерпиев, ведающих приготовлением рисового вина для подношений богам, вазаоги — шутов, сисипито — людей, ведающих приготовлением рыбы и мяса для трапез императора, паяпито (соврем, хаято) — изначально название племени, жившего на юге Кюсю, впоследствии же стражей дворца, каму-нуси — глава аппарата священнослужителей при каком-либо храме, куни-но миятуко — управителей небольших провинций, чья должность не всегда была определена их происхождением, агата-нуси — не вполне понятная должность начальников небольших областей в провинции, по-видимому, непосредственно находящихся в ведении двора и поставляющих ко двору продовольствие (часто переводится здесь как «распорядители угодий»), иноки — главы местностей небольшого размера (иногда, как явствует из НС, куни-но миятуко за провинности понижались в ранге, и провинция становилась единицей более низкого порядка, с инаки во главе) и многие другие.
СМЕШАННЫЙ ТИП. До реформ Тайка, в V–VI веках возникли и смешанные случаи, например, встречающееся в тексте общее название оми-мурази или, что еще чаще, Великие оми (опо-оми) и Великие мурази (опо-мурази). Имеется в виду особенно авторитетная при дворе старая аристократия. К опо-оми относились роды Кадураки, Пэгури, Косэ, Сога; к опо-мурази, по большей части составляющим аристократию областей Кавати (Капати) и Сэтцу, относились прежде всего роды Моно-но бэ (Мононобэ) и Опо-томо, образовавшие дворцовую гвардию.
Томо-но миятуко чаще всего бывали главами учрежденных родов-корпораций (бэ), занимавшихся разными ремеслами, производствами и профессиями.
После реформ Тайка система родов была реорганизована. В 815 г. было составлено уложение «Синсэн сёдзироку», «Новое уложение семей иродов». Деление родов на «божественные» и «человеческие» по происхождению устанавливало социальную иерархию, структуру которой после реформ Тайка стало определять государство. Обычно все комментаторы НС (и К), говоря о том или ином персонаже времен эпохи людей, ссылаются на это «Уложение» (см. о нем подробнее: Мещеряков А.Н. Древняя Япония: буддизм и синтоизм. М., 1987. С. 45–52).
182
Ама-ту-пиконэ-но микото — Господин-Сын Небесного Солнца.
183
Икуту-пико-но микото — Живой Господин-Сын Небесного Солнца. (Живой — ику, то есть «действующий», «деятельный», носитель жизненной энергии).
184
Кумано-но кусупи-но микото — есть толкование, что это божество храма Кумано в Идумо (Идзумо). Кусупи означает «чудесная» (таинственная, мистическая) душа. Однако справедливой представляется критика этой трактовки слова кумано. В НС-С говорится, что здесь кумано, как и во многих других случаях, означает «священный рис», употребляемый в подношениях богам. Кумано, как топоним, встречается не только в Идзумо, это название местности и в районе Кинки, где, в основном, разворачивается действие свитка «Эпохи богов».
185
Дева Острова в Открытом Море. В основном тексте она именуется Ити-кисима-пимэ (см. коммент. 178).
186
Масака-акату-кати-паяпи-ама-но осипо-нэ-но микото — это имя практически совпадает с теонимом, данном в основном тексте (см. коммент. 179), разница состоит в том, что в первом случае употреблено слово мими — священный «дух», «душа», во втором же нэ — «сын».
187
Господин-Душа Давящего [Тяжестью] Рисового Колоса.
188
Это имя не вполне понятно. В «Когосюи» оно именуется Куси-акару-тама, то есть Чудесно Сверкающая Яшма («яшма» — тома — может означать и «душа»), в средневековых комментариях к «Когосюи» разъясняется, что это божество — предок яшмоделов Идзумо. Здесь же вместо куси («чудесный») стоит па — толи «крыло птицы», то ли еще что-то.
189
Вероятно, это храм на острове Окицусима, относящийся к нынешней преф. Фукуока и расположенный на морских путях, по которым во времена Дзёмон, Яёи, а также в курганный период японской истории происходило сообщение с Корейским п-вом.
190
По мнению комментаторов НС-С, съедание (жевание, помещение в рот) предмета, принадлежащего партнеру, делает клятву с выплевыванием слюны более крепкой. Однако мы придерживаемся другого мнения (см. коммент. 178). Топонимы данного фрагмента уже объяснялись выше. Здесь к их именам в начале добавлен титул мико — «священное дитя».
191
Пи-но паяпи-но ками — этот теоним встречался выше, в разделе <5.6>, однако там он был рожден в числе богов грома и грозы и его имя объяснялось как Душа Быстрого Огня (см. коммент. 144). Здесь же, при сходном значении частей имени, он выступает как божество с иной функцией и ведает быстрым высушиванием сжатого риса.
192
Все, что совершает Сусаново в основном тексте и его вариантах, зафиксировано в молитвословиях норито, собранных в «Уложениях годов Энги», где такого рода поступки квалифицируются как «небесные прегрешения» и «земные прегрешения». В норито Великого изгнания грехов в последний день месяца Минадзуки говорится, что эти прегрешения были определены богами-первопредками императорского рода, то есть Аматэрасу и Таками-мусупи. Прегрешения небесные — разрушение межей засыпка канав, разрушение желобов для орошения, повторный посев, вбивание кольев сдирание заживо шкур, сдирание шкур сзади к переду, испражнения в неустановленном месте (см.: Норито. Сэммё. С. 110, 217–221).
В аналогичном сюжете К, после того как Сусаново бросает внутрь ободранного задом наперед пегого жеребенка, следует текст: «Тут небесные ткачихи, увидев это, укололи себя челноками в тайные места и умерли» (К94-T. 1. С. 55).
193
Омопиканэ-но ками — Бог, Сочетающий [Множество] Мыслей. Согласно К и нижеследующим версиям НС, сын Таками-мусупи. Фигурирует также в мифе о схождении на землю Небесного внука.
194
«Долго Поющие Птицы» — петухи, чья связь с солярным божеством провозглашена в мифах чуть ли не всех народов мира.
195
Токоё — Вечная страна, мир вечности, где нет ни горя, ни старости, ни смерти, и откуда можно доставить блага в здешний мир. Возможно, что идея Токоё сформировалась под влиянием китайской утопии Персикового Источника.
196
Татикараво — Муж-Сильная Рука.
197
Ама-но коянэ-но микото — Повелитель Маленькой Крыши Неба, как интерпретируется это имя в НС-С, этот бог слушал в малом помещении [дворца?] мифы и передавал их. Накатоми — род жрецов, возглашавших молитвы норито и тексты экзорцизмов и занимавших ключевое положение в государстве.
198
Путотама-но микото — Повелитель Священной Души, божество клана Ими-бэ (Имибэ), священников, занимавшихся отправлением обрядов при дворе.
199
Зеркало — душа богини Аматэрасу и одна из трех священных императорских регалий. Почитается как синтай («тело божества»). Ята (или ата) — старинная мера длины, возможно, соответствовавшая расстоянию между вытянутыми большим и средним пальцами. Здесь же ята снова означает «неизмеримо огромный».
200
Ама-но узумэ-но микото — Небесная Повелительница Головных Украшений. Выступает как шаманка-жрица. Копье из скрученного камыша служит для изгнания алых духов, ветки вечнозеленого дерева сакаки и плющ пикагэ считаются вместилищем божества. Шнурки из плюща использовались для подвязывания рукавов одежд во время отправления ритуалов, чтобы одежда не соприкасалась с предметами.
Разжигание костров — особая часть обряда, и позже, во времена Хэйан, церемония разжигания костров (ниваби, «костры во дворе») открывала начало ритуала «увеселения богов» (каму-асоби) (см. также: Ермакова Л.М. Речи богов и песни людей. М., 1995. С. 137–148).
Топание богини Амэ-но узумэ по перевернутой бочке, по-видимому, магический акт, имеющий целью с помощью громких звуков вернуть божеству Солнца жизненную силу.
Род Сарумэ-но кими поставлял ко двору женщин, исполняющих обрядовые танцы во время придворных ритуалов.
201
Речь идет об очень толстой плетеной веревке, концы которой не обрезаются, а свисают неровно.
202
Лишение волос и ногтей часто трактуется в мифоведении как замещение ритуального убийства государя.
203
Вака-пирумэ-но микото — Юная Богиня Солнца. В этом имени явно выражено противопоставление Опо-пиру-мэмути, Великой Богине-Душе Солнца. В «Сяку нихонги», самых ранних средневековых комментариях к НС, составленных в конце периода Камакура, эта богиня трактуется как дочь или младшая сестра Аматэрасу.
204
Пи-но кума-но ками — Бог Угла Солнца. Это божество в настоящее время считается пребывающим в храме Пи-но кума (соврем. Хи-но кума) в г. Вакаяма. На храмовой территории расположены два храма — восточный и западный, что соответствует восходу и заходу солнца.
205
Еще один вариант имени (титула) божества солярного культа, что может свидетельствовать о разных мифологических традициях.
206
Яматути — Душа Горы. По мнению комментаторов НС-С, одна из разновидностей духов дерева.
207
Тамакуси — ветки вечнозеленого дерева сакаки с навязанными на них полосками белой бумаги.
208
Нотути — Душа Поля. Нынешнее название растения сусуки — камыш обана.
209
Названия двух первых полей — Небесное Спокойное Поле, Небесное Ровное Поле, третье же — то ли Поле при Небесной Деревне, то ли это общее название двух первых — Объединенное Поле при Небесной Деревне.
210
Ама-но купи-да, Ама-но капаёри-да, Ама-но кутито-да — Небесное Поле с Пнями, Небесное Поле у Реки, Небесное Поле с Быстрым Входом (последнее неясно, возможно, имеется в виду, что сток воды с поля быстро загрязняется).
211
Куси — заостренный кол. Втыкание его в чужое поле осенью, когда идет уборка урожая, вероятно, означает притязание на чужую собственность. Пустить в чужое поле коня означало порчу — и в магическом, и в конкретно-материальном смысле.
212
«Срединная Страна Тростниковых Равнин» — Ямато (Япония).
213
Традиционное толкование этих двух имен — Дух (яп. mu), Гладящий (наду) Ноги (аси), и Дух, Гладящий Руки (тэ), поскольку выше говорится, что старики ласкали (гладили) девушку. Однако более вероятным представляется интерпретация комментаторов НС-С: Дух (тути, дути). Лишенный (на) Ног (аси), и Дух, Лишенный Рук (тэ), так как речь идет о двух божествах водной стихии, божествах устья реки, имеющих, по всей вероятности, териоморфные признаки.
214
Куси-инада-пимэ — Дева-Поле Священного Риса, возможно, жрица, приносимая в жертву божеству риса. Поскольку ниже Сусаново превращает ее в гребень, некоторые комментаторы толкуют слово куси не как «священный», а как «гребень».
215
Ямата-но вороти — Великий Змей Восьми Развилок, то есть его тело разветвляется на восемь частей. Японские комментаторы предполагают, что ежегодно во время обрядов урожая ему приносилась в жертву девушка, поэтому это божество плодородия постепенно стало приобретать зловещие черты.
216
Кусанаги-но туруги — легендарный меч, название которого породило множество объяснений. Традиционное — Меч (туруги). Косящий (наги) Траву (куса). Более новое, разделяемое сейчас большинством ученых, — Меч, [добытый из] Зловонного (куса) Змея (наги — «длинный», что в древние времена, возможно было эвфемистическим наименованием змей).
Новейшее объяснение, выдвинутое одним из патриархов японского мифоведения проф. Мацумаэ Такэси и вызывающее сомнения у ряда других — Меч, Усмиряющий (наги) Народ (куса; как известно из текстов, народ Поднебесной метафорически именовался авопитокуса — «зеленая человеческая трава»).
Добывание меча из тела чудовища — широко распространенный фольклорно-мифологический мотив.
Меч входит в число трех императорских регалий (тот же набор характерен для правителей алтайского ареала).
В следующем абзаце в приписке средневековых копиистов говорится, что первоначальное имя меча — Ама-но муракумо-но туруги, что значит Меч Множества Небесных Облаков.
Этот же меч потом фигурирует в эпизоде, связанном с богатырскими деяниями Ямато-такэру (см. седьмой свиток, раздел [7]).
217
Песня приводится в К. По-видимому, она достаточно древняя — считается, что она имела хождение еще в период Асука, и наличие в ней троекратного повтора в самом деле свидетельствует о ее давности. Судя по содержанию, это — одна из песен свадебного обряда, восхваляющая новое жилище новобрачных. В средневековых поэтиках она считается первым образцом поэзии пятистиший, а Сусаново, соответственно, первым поэтом-творцом.
В этой песне использован один из классических приемов традиционной японской лирики, так называемое макура-котоба, «изголовье-слово». Это слово или, чаще, словосочетание, представляет собой постоянный эпитет или эпитетальный оборот. Топоним Идумо (Идзумо) предполагает использование оборота «где восемь облаков встают». Макура-котоба неоднократно встречается и в других песнях НС.
218
Опо-анамути-но ками — Великий Бог, Тело-Дух (яп. му-ти) Земли (ана), толкуют комментаторы НС-С.
219
Суса-но яту-мими — по-видимому, означает Восьмеричный (яту) Дух (мими) [местности] Суса.
220
В этих именах первую часть, видимо, можно толковать как топоним — гора Ю (или Юпи) в местности Суга. Нуси — «хозяин». Часть мина (или, во втором случае, на), быть может, означает «имя». Словом, все три имени до конца не проясняются, но примерно могут быть переведены как: 1) Хозяин Горы Юяма в Суга, по Имени Повелитель Восьми Островов — Юноша, Наваливающий [Горой] Рис; 2) Юноша, Легко [одолевающий] Склоны (или Юноша Светлого Риса) из Суга, Повелитель-Рука Восьми Островов; 3) Хозяин Горы Юяма в Суга, по Имени Хозяин Восьми Островов — Юноша, Наваливающий [Горой] Рис.
221
Опо-куни-нуси-но ками — Великий Бог-Хозяин Страны. В К этому божеству придается еще пять имен.
222
Аги-но куни — западная область нынешней преф. Хиросима, река же не идентифицируется.
223
По поводу возможных этимологий имен этого абзаца см. коммент. 213 и 219.
224
Папури — средний священнический чин.
225
Во многих храмах меч почитается как синтай («тело божества»). В храме же Атута (соврем. Ацута), в соответствии с традицией, почитается тот самый легендарный Кусанаги-но ту руги. Сам храм расположен в одном из районов нынешнего г. Нагоя, некогда эта территория относилась к провинции Вопари (Овари).
226
Вороти-но арамаса — Грозное (ара) Лезвие (маса), [поражающее] Великого Змея (вороти).
227
Имеется в виду храм Исо-но ками-дзиндзя, посвященный божествам рода Мононобэ, расположенный в нынешней преф. Нара, в г. Тэнри. В этом храме издавна находился придворный арсенал.
228
В этом варианте имя девушки означает, по-видимому, Дева Священного Риса, Трогающего Чудесные Волосы. Маками-пуру — «соприкасаться с чудесными волосами», — эпитетальный оборот к слову куси, «гребень». Одновременно куси значит «священный», «волшебный».
229
Вороти-но карасапи — кара — «корейский», слово сапи комментаторы НС-С сближают с корейским sap — «мотыга, заступ». По-видимому, имеется в виду меч с небольшим лезвием, вроде кинжала, по длине похожий на сельскохозяйственное орудие.
230
Итакэру-но ками — Бог Многих (и — «пять десятков», магическое множество) Доблестей (такэру).
231
Сираки — одно из древних государств на территории Корейского п-ва. Его корейское название — Силла, по-японски два иероглифа, передающие название страны, читаются сходным образом — Сира. Конечное к и означает «замок, крепость», то есть «крепость Силла». Также обозначается понятие крепости и на языке древнекорейского государства Пэкче (яп. Кудара), так что, возможно, слово Сираки заимствовано из обихода Пэкче. Сосимори, по-видимому. Сеул.
В последующих свитках, относящихся к более позднему времени, это государство будет в переводе именоваться по-корейски Силла, по-корейски же будут называться и другие древнекорейские королевства и местности, а также персонажи корейского происхождения.
232
Ама-но папакири-но туруги — Небесный Меч, Рассекающий (кири) Змея (папа). Слово папа — видоизмененное папэ (хаэ) — «муха», в ряде диалектов означает «змея». Вероятно, что имеется в виду и возможность рассечь этим мечом даже такое небольшое насекомое, как муха.
233
«Страна Кара» — здесь одно из государств Корейского п-ва.
234
Исавоси-но ками — Бог Благих Деяний. Ки-но куни — часть к и в этом топониме в древних памятниках иногда записывается иероглифом «дерево». В нынешней преф. Вакаяма (прежнее Ки) сейчас находится храм Итакисо-дзиндзя, в одном из его строений собраны огромные диковинные стволы деревьев мощных и причудливых форм, некоторые — полые внутри и образуют что-то вроде тоннеля, или низкой арки. Через нее можно пройти, лишь согнувшись вдвое, скорее, проползти, зато прошедшему, согласно объявлению храмовых служб, предуготованы разные блага. В К по функциям и контексту богу Итакэру-но микото соответствует бог Ки-но куни-но опо-я-бико, Парень Большого Дома Страны Ки. Бог, восславляемый в храме Итакисо, носит имя Опо-я-бико-но микото.
235
«Плавающее сокровище» — имеются в виду корабли.
236
По-видимому, речь идет о деревянных гробах.
237
Опо-яту-пимэ-но микото — Повелительница Дева Большого Дома. Это имя несомненно представляет собой женский вариант имени Опо-я-бико. В районе Удамори г. Вакаяма находится храм этой богини, связанный с культом деревьев.
238
Тумату-пимэ-но микото — имя, не вполне понятное. Предполагается, что оно может значить «рог» (как сырье). В том же г. Вакаяма есть храм этой богини, тоже считающейся божеством-охранителем деревьев.
239
Куманари-но такэ — слово куманари, по мысли комментаторов HС-С, древнекорейскоrо происхождения, нари — «залив, где река впадает в море», или просто «река», и Куманари — корейский топоним. Такой топоним встречается и позже, в свитке об императоре Ю:ряку.
240
Опо-куни-нуси-но ками — см. коммент. 221.
Опо-моно-нуси-но ками — Великий Бог-Хозяин Духов, обряды в честь этого божества проводятся в храме Оо-мива преф. Нара, где он выступает под именем Оо-моно-нуси-куси-микатама-но микото. Не исключено, что божество Оо-мива было некогда очень важным, если не главным, божеством на территории Кинки (нынешние округи Киото, Осака, преф. Нара, Миэ, Хёго, Сига, Вакаяма) — об этом говорит, в частности, его имя — «хозяин духов». Облик его был териоморфным, что явствует из распространенной легенды о браке этого божества с Ямато-тотопи-момосо-бимэ-но микото (см. свиток пятый, раздел [3]).
Опо-куни-тукури-но опо-анамути-но микото — Великий Господин, Сотворивший Страну, Тело-Дух Великой Земли (см. также коммент. 218).
Аси-парасиково — Доблестный Муж Тростниковой Равнины. Яти-поко-но ками — Бог Десяти Тысяч Копий, в К бог с этим именем — герой эпизода, рассказывающего о сватовстве героя к Нунакава-химэ.
Опо-кунитама-но ками — Великий Бог-Душа Страны, в К он принадлежит к генеалогической линии бога урожая, Оо-митоси-но ками, и сам связан с обрядами урожая риса.
Утуси-кунитама-но ками — Бог-Душа Явленной Страны. Согласно К, это имя он получил от Сусаново. Возможно, что бог, сотворивший страну, имелся в нескольких мифологических традициях, и все они были объединены в К и НС в образе Опо-куни-нуси-но ками (в К94—T. 1 это имя читается на современный лад — Оокунинуси).
241
Сукуна-бикона-но микото — Господин Малый Парнишка, по-видимому, сопоставляется с Опо-анамути по принципу большой-малый, старший-следующий. Японский мифолог и историк, знаток истории буддийских и синтоистских храмов Окада Сэйдзи усматривает параллелизм даже в именах этих двух богов — Опо-ана и Суку-[а]на, однако эта гипотеза вызывает сомнение у его коллег.
242
Таких душ у богов по меньшей мере четыре — ниги-ми-тама (или ники-ми-тама), «мягкая душа», приносящая людям умиротворение и блага, ара-ми-тама, приносящая зло и вред, упоминаемые здесь саки-ми-тами, «счастливая душа», и куси-ми-тама, «чудесная душа». Две последние тоже, разумеется, относятся к благим разновидностям души (тома, тамасии). Здесь это отдельное функционирование души связано, как полагают комментаторы НС-С, с необходимостью этиологического пояснения к происхождению культа холма Миморо и горы Мива, где почитается Опо-моно-нуси-но ками.
243
Пимэ-татара-исузу-пимэ-но микото — супруга первоимператора Дзимму-тэнно. Здесь она называется дочерью бога Опо-мива, ниже — дочерью бога Котосиро-нуси-но ками. По-видимому, важно было удостоверить в записи ее божественное, чудесное рождение. Имя ее может быть истолковано по значению иероглифов, и тогда получится что-то вроде «госпожа-дева пятидесяти колокольчиков, дева, наступающая ногой на мешок, испускающий воздух». По этимологии японских слов ее имени она — «дева, испугавшаяся стрелы, пущенной в ее тайное место».
244
Кото-сиронуси-но ками — обычно интерпретируется как Бог-Хозяин Заменителя Деяний, то есть хозяин слов, замещающих действие.
245
Кума, по-видимому, имеет значение «огромный». Вани традиционно толковалось как «крокодил», впоследствии, когда возобладала рационалистическая тенденция и было указано, что у японских берегов крокодилы не водятся, вани стало пониматься как мифологическое морское чудище вообще. Сейчас большинство склоняется к тому, чтобы видеть в вами просто большую акулу (яп. сама).
246
Мисима-но мизокупи-пимэ — Дева из Мисима, [рожденная от] Шеста, [приплывшего по] Канавке [для отвода] Воды.
247
Тама-куси-пимэ — Дева Яшмового Гребня. Куси («гребень») может быть понято и как «шест» или «палка», на которую что-либо нанизывается или насаживается. Подобно Мисима-но мизокупи-пимэ и Пимэ-татара-исузу-пимэ-но микото эта героиня рождена тем же чудесным образом. Все эти разновидности рождения сводятся, по-видимому, к общему с корейским ареалом мотиву «стрелы, приплывающей по воде».
248
Имеется в виду государь Дзимму (см. третий свиток).
249
Масака-акату-катипаяпи-ама-но осипомими-но микото — старший сын, рожденный по обету Сусаново из яшмы, принадлежащей Аматэрасу (см. также коммент. 179). Сын этого божества — спустившийся с неба на землю Ниниги-но микото, главный герой мифологического сюжета о схождении на землю племени Потомков Неба (яп. тэнсон).
250
Такупата-тиди-пимэ — имя труднопереводимое. Таку — старое название бумажного дерева, кора которого использовалась для изготовления тканей, пата — ткацкий станок, тиди — тысячи и тысячи, то есть много. Поэтому имя это значит примерно Дева Многих [Тканей, изготовленных из] Бумажного дерева [на] Станке.
251
Аматупико-пико-пико-по-но ниниги-но микото — Сын Неба, Юноша Колос [Риса] Пышный-Пышный, Муж. Часть имени, переведенная здесь как «муж», — ги в слове ниниги, — записывается иероглифом «пест для толчения риса», хотя, видимо, это то же самое окончание ги (ки), что и в имени Изанаки, означающее мужской род.
В данном фрагменте текста, представляющем собой основное повествование НС, Ниниги-но микото отправлен на землю по приказу Таками-мимусупи-но микото. В вариантах, следующих за основным повествованием, его отправляет Аматэрасу-опо-ками, которой он приходится внуком, и самолично вручает ему императорские регалии. Ряд японских ученых (см., в частности: Уэяма Сюмпзй. Камигами-но тайкэй [Система японских богов]. Токио, 1975) разделяют предположение, что это развитие основного сюжета связано с желанием дать мифологическое обоснование казусу наследования: императрица Дзито: передала престол своему внуку, императору Момму, при котором продолжалась работа по составлению обеих летописей.
Ниже это же имя имеет вид Аматупико-по-но ниниги-но микото, еще этот бог именуется Аматупико-нэ по-но ниниги-нэ-но микото.
252
Ама-но попи-но микото — бог, родившийся от Изанаки из яшмы Аматэрасу (см. также коммент. 180).
253
Опо-сэпи-микума-но уси и Такэ-микума-но уси — значение этих имен неясно.
254
«Небесный Олений Лук» — лук, из которого хорошо охотиться на оленей. «Небесная Крылатая Стрела» — перевод «крылатая» отчасти оправдан тем, что это слово (яп. папа) записано дважды повторенным иероглифом «крыло», однако по мнению комментаторов НС-С, папа на древнеяпонском языке означало «большая змея», поэтому папая означает «стрела, разящая больших змей».
255
Ситадэру-пимэ, дочь Утуси-куни-тама — Дева, Нижний [Мир] Освещающая. Утуси-куни-тама — Душа Явленной Страны — одно из имен Опо-куни-нуси-но ками. Така-пимэ — поскольку ниже говорится, что она — младшая сестра Адисуки-така-пиконэ, то происхождение ее имени — Высокая Дева — делается понятным. И она, и ее старший брат — божества грома. Вака-куни-тама — происхождение этого имени, по-видимому, связано с одним из имен ее отца: Опо-кунитама-но ками — Великий Бог-Душа Страны, отсюда она — Молодая Душа Страны.
256
Ама-но сагумэ — Небесная Ищущая Дева. Предполагается, что это каверзное божество, срывающее планы и действия людей, любящее сыграть с ними дурную шутку.
257
Возможно, что он спал после завершения ритуала вкушения первого урожая, то есть священной совместной трапезы с богами. Совершение же этого обряда означает своевольное присвоение себе функций правителя, за что и воспоследовало наказание, как считают комментаторы, придерживающиеся эвгемеристической интерпретации данного фрагмента.
258
Ама-ту-куни-тама — Душа Небесной Страны, то есть Опо-куни-нуси-но ками.
259
Этот эпизод с птицами и их ролями в похоронном обряде не вполне ясен и в плане конкретных этнографических реалий, и в функциональном отношении. Стоит предположить разве, что птицы, в старых японских верованиях осуществлявшие связь людей с миром умерших предков, должны были перенести душу умершего в иной мир.
260
Адисуки-така-пиконэ-но ками — Бог Высокий Юноша Прекрасный Лемех. Это — бог грозы и грома. Возможно, что лемех, как его атрибут, ассоциируется с клинком, лезвием меча, атрибутом бога-громовика.
261
Путунуси-но ками, сын Ипа-туту-но во и Ипа-туту-но мэ, детей Ипасаку и Нэсаку-но ками — см., соответственно, коммент. 142, 146 и 147.
262
См. коммент. 143.
263
Иту-но во-пасири-но ками — Доблестный Муж, Бог Бега. Бог грозы и грома.
264
См. коммент. 144.
265
См. коммент. 145.
266
Инасэ — «нет или да», паги — «ноги».
267
Восьмислойную изгородь строит и Сусаново для Инада. Существует мнение, что такова была особенность местных построек. Эта ограда отграничивает священное место, обитель божества — яп. химороги, др. — яп. пимороки.
268
«Широкое Копье» — не оружие, а ритуальный предмет, во время обрядов служивший магическим орудием и знаком верховной религиозной власти.
269
Упоминание бога звезды встречается в ранних памятниках чрезвычайно редко. Какасэво — не очень понятное имя, один из вариантов его толкования — Муж, Блистающий Старший Брат.
270
Такэ-патути-но микото — Доблестный Господин — Дух Одеяний.
271
Это покрывало имеет множество объяснений, одна из главных связанных с ним гипотез — что эта запеленутость означает новое рождение, возникновение в новом качестве.
272
Пимука или, в более современном прочтении, Химука, Хюга, — современная преф. Миядзаки на острове Кюсю. Однако многие из современных японских исследователей, например, историк и религиовед Окада Сэйдзи в работе «Кодзики-Нихон сёки-но надзо» [«Загадки К и НС»], полагают, что все эти топонимы — корейского происхождения, как и сам миф о схождении тэнсон, а топоним Кусипуру (и его разновидности в синхронных текстах) соотносится непосредственно с Сеулом (Соуру, Сопуру).
Со — название местности на юге Кюсю, вместе с топонимом Кума образует слово Кумасо — название местности и ее обитателей, которых двор Ямато подчиняет себе силой (см., в частности, свиток седьмой).
273
Котокату-куникату-нагаса — Длинный, Особо Побеждающий, В Стране Побеждающий. «Длинный» иногда толкуется как длинный колос риса.
274
Каситу-пимэ — Дева-[Дочь главы местности] Каси. Каму-атату-пимэ: каму — имеющая отношение к божественному началу, то есть жрица, отсюда перевод имени — Божественная Дева из Ата. Ко-но пана-но сакуя-пимэ — Дева Цветения Цветов на Деревьях. Комментаторы НС-С полагают, что речь идет о цветущей сакуре, по цветению которой гадали о предстоящем урожае риса.
275
Опо-яматуми-но ками — Великое Божество Гор. Здесь явно божество женского пола. Раньше (см. первый свиток, раздел <5.6>) пол богов гор не указывался. Далее, во второй версии этого сюжета, Опо-яматуми-но ками прямо называется отцом Ко-но пана-но сакуя-пимэ, а не матерью.
276
По-но сусори-но микото — Господин, Сошедший из Полыхающего Огня. Хаято (др. — яп. паяпито) — племя, жившее на юге Кюсю и, видимо, отличавшееся по языку, облику и культуре от племени Ямато. Ряд исследователей традиционно связывают это племя с австронезийским потоком переселенцев, но есть и противники этой теории.
277
Пико-поподэми-но микото — одно из имен императора Дзимму (см. третий свиток), Юноша, Господин Выходящий Огонь. Японское по («огонь») может быть понято и как «колос».
278
По-но акари-но микото — Господин Огненного Света, или же Света Рисового Колоса (яп. по).
279
Омопиканэ-но ками — см. коммент. 193.
280
По мнению Цутихаси Ютака, наиболее авторитетного ныне исследователя древнейшего песенного пласта японской поэзии, эта песня представляет собой переработанный вариант фольклорной песни, приведенной в аналогичном сюжете К. Там она организована в группы по 5–7 слогов, здесь же чередование нерегулярно, что Цутихаси объясняет тем, что песня в К была предназначена для амебейного поочередного распевания двумя полухориями, в НС же она адаптирована для исполнения одним солистом (Цутихаси Ютака. Кодай каё дзэнтю: сяку [Полный комментарий к древним песням]. Токио, 1976).
Соотношение песни с мифологическим сюжетом в К и НС — постоянный предмет размышлений фольклористов и филологов; очевидно, что в ряде случаев связи между ними нет или почти нет, и остается строить лишь гипотезы, почему составители НС вставили именно эту песню в данный сюжет. Иногда песня, как своего рода родовая метка, служит характерным атрибутом племени или клана; в других случаях песня, в которой рассказывается о каком-либо герое, приписывается самому этому герою или его окружению. Существуют и более сложные и хитроумные ассоциативные возможности.
281
В этой песне оборот амасакару («что вдали от Неба») представляет собой макура-котоба, то есть постоянный эпитетальный оборот к слову «селение» (см. также коммент. 217).
282
Сельские напевы, по-видимому, один из жанров фольклорных песен, соотносящийся с различением песен центральной провинции страны, Ямато, и периферийных территорий. Обе песни, представленные здесь как образцы жанра, явно не имеют отношения к Ади-суки-така-пиконэ. Вторая, по толкованию Цутихаси Ютака, представляет собой приглашение девушек на обрядовое пение (утагаки). Сравнение же девушек с ячеистой сетью рождено, по его мнению, спецификой деятельности племени, от которого исходит песня и которое занималось промыслами, связанными с морем.
С точки зрения комментаторов НС-С, существующих оснований недостаточно, чтобы возводить слова песни к определенному роду, да и сам термин «сельские напевы» означает не поэтический склад песни, а ее музыкальную, ладово-мелодическую основу. Эта точка зрения представляется вполне убедительной, к этому стоит добавить лишь, что и музыкальный тип исполнения, наравне со словами, может служить индивидуальным признаком определенной группы населения.
В принципе, объясняя сложность восстановления связей между песней и нарративом, Цутихаси приводит следующую схему поэтапного функционирования песни в период раннего государства Ямато: 1) единичная фольклорная песня; 2) она же как часть возникшего сюжетного нарратива; 3) та же песня как одно из произведений, принятых к исполнению во время обрядов при дворе, то есть отобранное Музыкальной Палатой, образованной при японском дворе по принципу китайской Юэ фу; 4) песня в составе К или НС.
283
Ёроду-пата-тоёакиту-пимэ-но микото — Госпожа Дева Множества Стрекоз Мириад Ткацких Станков. Так, без особых объяснений, предлагают понимать это имя японские комментаторы. Иероглифы, которыми записана часть тоёакиду(«множество стрекоз»), означают «обильная осень», но и это не очень проясняет смысл имени.
Вообще старояпонское слово «стрекоза» (акиду) представляет собой загадку в японском мифопоэтическом мире: Япония как Обильный Стрекозиный Остров или Остров Обилия Стрекоз (тоё-акиду-сима) упоминается и далее в НС, и в ряде песен древнейшей поэтической антологии «Манъё:сю:», но трудно утверждать наверняка, существовала ли эта метафора издавна или оказалась результатом переосмысления какого-нибудь древнеяпонского омонимического оборота или даже магической формулы, принадлежащей иноязычному племени (см. также свиток третий, раздел [8], коммент. 762 и коммент. 855).
284
Масака-акату-катипаяпи-ама-но осипомими-но микото — см. коммент. 249, а также коммент. 179.
Впредь, в ряде случаев, если имя или реалия встречаются не в первый раз, мы не всегда будем давать отсылку к исходному комментарию, полагаясь на память читателя.
285
Здесь впервые упоминаются вместе три императорские регалии, по функции сходные с русскими скипетром и державой. Зеркало и меч в этом качестве встречаются и в корейской истории, магатама — ожерелье с нанизанной яшмой в виде изогнутых запятых, возможно, местная реалия. Ясака означает, как и ята, «восемь (я) мер длины» (та, сака). Та толкуется как расстояние между большим и средним пальцами, около 18 см, сака — одна десятая часть старинной меры длины тувэ (соврем. цуэ), то есть около 30 см.
Комментаторы НС-С полагают, что это то самое ожерелье, о котором говорится в первом свитке, раздел <6.2>, то есть ожерелье восьми мер длиной, поднесенное богу Сусаново божеством Па-акару-тама. Ожерелье же, с помощью которого Сусаново и Аматэрасу-опо-ками рождали детей по обету, не имеет отношения к данному сюжету.
286
Тимата-но ками — Бог Тысячи Развилок [дорог], бог-предок, охраняющий дорогу к селенью от злых духов.
287
Сарута-пико-но опо-ками — бог-охранитель дороги, преграждающий путь злым духам, несущим бедствия. Имя его — Великий Бог, Юноша Обезьяньего Поля. Возможно, что обезьяна считалась одним из животных-посланцев божества Солнца.
288
Ама-ту-микапоси — Грозная Звезда Неба, злое божество. Ама-но какасэво — см. коммент. 269.
289
Ипапи-но ками — Бог, [обряды которому совершает жрец, прошедший] Очищение. Речь идет о божестве, которое справляется со злым астральным божеством.
290
Этот фрагмент текста воспроизводит один из главных японских мифов — миф об «уступке страны» (куни-юдзури). Историческая реконструкция этого мифа состоит в том, что верховный вождь племени или союза племен, населявших Идзумо, без боя уступил власть верховному правителю Ямато, согласился на включение Идзумо в состав государства Ямато, оставив себе лишь религиозные полномочия.
Любопытно, что и теперь, спустя полторы с лишним тысячи лет после описываемых мифологических событий, некоторые обитатели Идзумо (преимущественно старшего поколения) ощущают себя в каком-то смысле отдельной от остальной Японии культурно-исторической общностью, а один немолодой служитель Храма Идзумо-тайся даже сказал автору этих строк: «Не верьте ничему, что написано про Идзумо в „Кодзики“ и „Нихон сёки“. Это все выдумки двора Ямато. Правда содержится только в „Идзумо-фудоки“». («Идзумо-фудоки» — «Описание нравов и земель провинции Идзумо», — один из ранних жанров японской словесности, предполагается, что он составлен на основе местных преданий и содержит также общекраеведческие данные. См.: Идзумо-фудоки / Пер., предисл. и коммент. К.А. Попова. М., 1966).
291
Ама-но писуми-но мия — Небесный Дворец Солнечного Угла. Имеется в виду, что для Опо-ана-мути-но ками будет построен такой же по масштабам дворец, равноценный находящемуся на небе, то есть не меньше, чем у нового властителя (или у его верховного божества).
292
Ама-но попи-но микото — бог, рожденный Сусаново вторым по счету при жевании яшмового ожерелья Аматэрасу (см. также коммент. 180). К этому фрагменту НС, по-видимому, восходит утверждение священнослужителя храма Идзумо, г-на Сэнгэ Кадзухико, высказанное автору в частной беседе, что изначально верховным божеством Идзумо был Ама-но попи.
Интересно, что со времен древности при храме Идзумо служили два священнических рода, Сэнгэ и Китадзима, совершая обряды поочередно. Однако приблизительно в XIV в. между ними произошла распря по поводу наследования чина при храме, и с тех пор эти два рода совершенно прервали отношения. Службы по-прежнему совершаются по очереди в установленном порядке, но представители рода вот уже шесть веков не разговаривают друг с другом, прихрамовая территория четко делится на две разные части, и посетителя, зарубежного японоведа, получившего рекомендательное письмо к священнослужителю из одного рода, настоятельно просят даже близко не подходить к усадьбе другого.
293
«Высокое Торжище Неба» (ама-но такэти). Слово такэти можно перевести как «торжище», «рынок», то есть то место, где совершались акты товарообмена. Такое же место по аналогии помещается и на небо.
294
Мипоту-пимэ — Дева Волшебного Колоса.
295
Имя достоверно не толкуется.
296
Имя достоверно не толкуется.
297
Ама-но мэ-питоту-но ками — Небесный Одноглазый Бог. Комментаторы НС-С предполагают, что его одноглазость связана с быстрым и кратким поглядыванием «одним глазом» в кузнечный котел.
298
Ама-но пиваси-но ками — его имя упоминается и в первом свитке, в мифе о сокрытии Аматэрасу-опо-ками в Небесной пещере. Значение его неясно.
299
Куси-акару-тама-но ками — Бог Чудесной Ясной Яшмы. В «Когосюи» говорится: «Куси-акару-тама-но микото — предок мастеров яшмы в Идзумо».
300
Речь идет об обрядах, адресованных Опо-ана-мути, которые отныне надо было назначать в соответствии с «грузным гаданием» (путомани); о последнем см. коммент. 125.
301
Зеркало — символ солярного божества, зеркалом выманивали Аматэрасу из пещеры, это первая из трех регалий японского императорского рода. По-видимому, сначала его культ отправлялся непосредственно в покоях владыки Ямато, потом, при императоре Судзин, он был перенесен в селение Касанупи (соврем. Касануи), в той же провинции Ямато, а указом Суйнин — в храм Исэ, и поныне считающийся главным храмом Аматэрасу (см. коммент. 436). Разные объяснения предлагались по поводу того, что храм главной богини пантеона Ямато оказался в провинции Исэ. В частности, известный японский мифолог Мацумаэ Такэси считает, что первоначально Аматэрасу была верховным божеством племени ама, рыбаков-мореходов, населявших береговую часть Исэ. По мнению Мацумаэ, она была выбрана идеологами Ямато как верховное божество именно потому, что не принадлежала к двум основным соперничающим кланам — Ямато и Идзумо. Впрочем, гипотеза эта вызывает сомнения у ряда других мифологов.
Существовала также точка зрения, что род «императора» поклонялся женскому предку, этот род возглавил военную экспедицию с Кюсю в Ямато, высадился в Исэ. Там эта женщина-предок умерла и была похоронена, почему храм ее души и расположили впоследствии в Исэ.
Оба эти толкования похожи, скорее, на новосозданные исторические легенды, однако ничего более достоверного на сегодняшний момент не существует.
302
Ипа-нага-пимэ — Дева Длинная (Вечная) Скала. Долговечность скалы противопоставляется быстротечности цветения деревьев (возможно, сакуры), что выражено в имени младшей сестры-красавицы.
303
По-но сусэри-но микото — видимо, это имя можно толковать как «разгорающееся пламя» или «наливающийся колос».
304
По-но акари-но микото — см. коммент. 278.
305
По-но поподэми-но микото — см. коммент. 277. Еще одно его имя По-но вори-но микото — Господин Слома Огня, то есть затухающего пламени. Это словосочетание может быть истолковано и как Господин Ломающегося [от тяжести] Колоса.
В предыдущей версии этого сюжета в НС порядок рождения этих трех богов иной.
306
По-но сусуми-но микото — по смыслу то же, что и По-но сусэри-но микото, то есть «разгорающееся пламя».
307
Здесь два имени, разъясненных в коммент. 57, сливаются в одно.
308
В данном случае к имени Пико-по-но ниниги-но микото добавляется титул Аматупико-кунитэру, то есть Небесный Юноша, Освещающий Страну. Титул «Освещающий Страну» (кунитэру) явно перекликается с титулатурой богини Солнца Аматэрасу (Освещающая Небо).
309
Могущественный род воинов Опотомо, вместе с родом Мононобэ, по-видимому, с давних пор состоял при императорском клане и оставил легенды о нисхождении на землю племени тэнсон, небесного потомка.
310
Сипотути-но води — Дух-Хозяин Прилива, божество, ведающее приливными морскими течениями. Ниже слово води встречается в записи иероглифами, означающими «старец».
311
См. коммент. 186.
312
Комментаторы недоумевают по поводу отсутствия у этого божества, одноименного священной горе, титула микото.
313
Амэ-куни-нигиси-пико-по-но ниниги-но микото — здесь к имени Ниниги-но микото прибавлен титул амэ-куни-нигиси, то есть «действующий и на небе, и на земле».
314
Птицы, живущие у воды, держатся стайкой, поэтому сопоставление с ними часто встречается в песнях, выражающих мотив одиночества.
315
Имя непонятно.
316
Имя непонятно.
317
Тоё-тама-пимэ — Дева Обильная Жемчужина. Тама — «жемчужина», однако при этом имеется в виду и слово тама — «душа», «дух».
318
Тама-ёри-пимэ — Дева, Одержимая Духом Божества, то есть шаманка-жрица.
319
Пико-нагиса-такэ-укая-пуки-апэзу-но микото — Господин-Юноша-Волны Прилива-Доблестный-Крышу Не Успели Покрыть Перьями Баклана. Это имя разъясняется в последующей версии, где говорится, что этот персонаж был рожден раньше, чем успели сомкнуть настил на скатах крыши дома для родов.
320
Эта деталь представляется любопытной. Отражающийся в колодце человек, как сказано в тексте, стоит у дерева, то есть на земле, и, стало быть, отражаться вверх ногами не может. Как представляется, такая характеристика, скорее, обозначает предшествующее движение персонажа сверху вниз, головой вперед.
321
Уми-сати-пико — Отрок Морской Удачи.
322
Яма-сати-пико — Отрок Горной Удачи.
323
Агэута — некоторые филологи, в частности, Фудзита Токутаро, утверждают, что речь идет о разновидности песен, исполняемых особенно высоким голосом. По мнению Цутихаси Ютака, эти песни исполнялись двумя полухориями, основным (мото) и вспомогательным (суэ), при этом жанр песни — пятистишие, организованное, как танка, по типу двухчастной композиции. В К порядок песен обратный, и в таком виде представляется Цутихаси Ютака более естественным, однако порядок следования этих песен в НС дает толчок к развертыванию сюжетного нарратива.
324
Пико-итусэ-но микото — Господин Юноша Священный Рис.
325
Инапи-но микото — возможно, опять Господин Душа (пи) Риса (ина). Он действует в третьем свитке, бросается в бушующее море и становится божеством Сапи-моти-но ками, что толкуется как превращение в акулу.
326
Микэ-ирино-но микото — затруднительно толковать это имя и тем более перевести его, по значениям же частей получается так: микэ — «священная еда»; ири — «вход», «входить», комментаторы НС-С понимают это ири как вхождение в тело духа божества; но или ну — частое окончание теонимов, возможно, связанное с японским словом но «поле» или ну «болото», «влажный участок земли», то есть основа поливного рисосеяния.
327
Каму-ямато-ипарэбико-но микото — император Дзимму. Имя это означает Господин Юноша Божественного Ипарэ в Ямато. Ипарэ — старое название местности в провинции Ямато, находящейся между современными городами Сакураи и Касивара. Под Ямато в этом имени подразумевается не древнее государство, а только центральная его часть, соответствующая нынешней преф. Нара.
328
Сано-но микото — Господин Поле Священного Риса.
329
Вака-микэно-но микото — Молодой Господин Священной Еды.
330
Система имен японских правителей (как, впрочем, и других представителей этой культуры) была достаточно сложна (именно этим объясняется неоднократное появление одного и того же персонажа НС под разными именами). Так, для Дзимму указываются по крайней мере пять имен: детское, «настоящее» (т. е. взрослое), тронное имя и два посмертных. В начале каждого свитка «исторической» части свода для правителя указывается два имени. Первое — посмертное японское, второе — посмертное китайского типа (состоит из двух иероглифов, читавшихся по-китайски). Эти имена стали присваиваться задним числом уже позже, в период Хэйан. Однако большая, по сравнению с японскими посмертными именами, простота обращения с ними привела к тому, что исследователи оперируют именно «китайскими» именами. Титулатура правителя передается следующим образом: для ранних правителей — «Небесный повелитель» и «государь»; для поздних (начиная с Кэйтай) — «государь» и «император». Дзимму означает «небесный воин».
331
Назначение одного из детей наследником престола — обыкновение, заимствованное из Китая. Вообще, третий свиток изобилует цитатами из китайских классических книг, что представляется почти модернистским переключением стилевого регистра от сказки о женитьбе на дочери морского царя к квазиделовой документации.
332
Тагиси-мими-но микото — Господин Душа Искривленных Рук, этот комментарий НС-С опирается, в частности, на то обстоятельство, что впоследствии этот персонаж организовал заговор против правителя Ямато и был казнен.
333
Комментаторы этого фрагмента находят употребленные в нем китайские обороты речи в различных китайских памятниках — «Вэнь сюань», «Тайдай лицзи», «Чжоу и» и др.
334
Шестидесятилетний цикл, в соответствии с которым происходило летоисчисление в Китае, был принят и в Японии, хотя, разумеется, во времена гораздо более поздних правителей. Составители НС, историфицируя миф, приводят датировки по этой системе, начиная с Дзимму. По общему мнению, датировки эти вымышлены, по крайней мере, применительно к большей части начальных свитков.
Отправляясь от современности, историки вычислили соответствия мифических датировок НС современному европейскому календарю. Однако из соображений максимальной верности тексту в первой половине памятника датировки даются по тексту оригинала. Надо сказать, что такая манера датировать события в последующих литературных памятниках, да и во многих частях НС, сменяется датировкой по годам правления царствующих императоров или по девизам их правлений (эта традиция тоже была заимствована из Китая). Для нынешних японцев наименования годов по шестидесятилетнему циклу тоже звучат как древняя заморская экзотика, вызывая ассоциации с древнекитайскими и древнекорейскими классическими книгами, поэтому сохранение их в переводе показалось переводчику стилистически оправданным. Для облегчения восприятия этих наименований они даются в современном произношении.
Шестидесятилетний цикл строится на основе двенадцати зодиакальных животных — нэ (мышь), уси (бык), тора (тигр), у (заяц), тацу (дракон), ми (змея), ума (лошадь), хицудзи (овца), сару (обезьяна), тори (петух), ину (собака), и (свинья).
К этим основным добавляются еще пять знаков, соответствующих пяти натурфилософским элементам природы: к и (дерево), хи (огонь), цути (земля), канэ или ка (металл), мидзу (вода). Каждый из последних пяти знаков разветвляется на две ветви (яп. то) и может выступать в двух вариантах, обозначающих понятия э (старший брат) и то (младший брат), таким образом, таких зодиакальных знаков получается десять, например, — хиноэ-нэ и хиноэ-то. Новый цикл начинается тогда, когда первый номер зодиакального животного совпадает с первым номером зодиакального знака.
Итак, год Киноэ-тора соответствует 667 г. до н. э.
335
Числа месяца наименовывались в соответствии с той же эмблематикой (см. коммент. 334). Так, в данном случае, по-видимому, речь идет о 5 октября, хотя соответствие европейскому календарю здесь тоже далеко не полное — упомянем хотя бы, что год начинался весной, с началом сельскохозяйственного цикла, в месяце было в среднем 28 дней, существовали еще время от времени назначаемые «добавочные (дополнительные) месяцы» разной длительности и т. п.
336
Уду-пико — имя не вполне ясно, возможно, бог водоворотов и завихрений течения (яп. уду).
337
Сипи-нэту-пико — Юноша-Корень дерева Сипи. Нэ («корень») означает еще «старший брат». Предполагается, что в этом фрагменте утверждается ратифицированное императором право Уду-пико на ловлю рыбы в заливе Вада-но ура. Впоследствии этот персонаж оказывает различные услуги Дзимму.
338
Тукуси — древнее название острова Кюсю.
339
Усату-пико и Усату-пимэ — буквально Юноша из Уса и Дева из Уса. Это отголосок системы, именуемой в современных исторических трудах хико-химэ (др. — яп. пико-пимэ), то есть системы правления местностью, при которой во главе стоят двое супругов или брат и сестра, при этом женщина, одержимая духом божества, изрекает его волю, а мужчина занимается непосредственным управлением.
340
Сейчас это место — практически центр современного г. Осака.
341
Нагасунэ-бико — Юноша-Длинные Ноги, причем имеется в виду длина сунэ — ляжки, то есть части ноги от колена вверх. Эта особенность тела считалась характерной для людей племени цутикумо — «земляных пауков», то есть обитателей землянок. Относительно их антропологической принадлежности существует несколько гипотез. В настоящее время некоторые исследователи предполагают, что они были антропологически близки к племени Ямато; наряду с этим многие считают их отличным от Ямато племенем. В любом случае, очевидно, что они населяли ряд земель до пришествия воинов Ямато и не желали подчиниться. Более подробно они описываются ниже, в этом же свитке, раздел [6], где говорится, что они не похожи на карликов пики-пито. Карлики пики-пито (на современном языке это читается как хики-хито, «низкорослые люди») упоминаются в НС только один раз, в этом контексте, по-видимому, лишь как отсылка к данным китайского памятника «Ляншу», истории Южной династии Лян, где говорится: «Есть люди из страны карликов. Их рост — 3–4 сяку» (то есть примерно 100–120 см).
В данном и ряде последующих фрагментов текста речь идет об эпическом завоевании Дзимму разных территорий с целью объединения их в единое государство Ямато, при этом некоторые местные боги (жрецы, вожди) оказывали ему сопротивление, некоторые подчинялись добровольно.
342
Путу-но митама — Дух Разрубания, путу при этом трактуется как ономато-поэтическое слово.
343
Эта песня, с некоторыми изменениями, имеется в аналогичном сюжете в К. Как многие другие песни НС и К, она кажется не связанной с сюжетом мифа. Это явление объясняют по-разному, — в частности, тем, что данная песня была важна в другом контексте, впоследствии утраченном, или что ее автор (первый исполнитель) играл особенно важную роль в жизни племени, или же что она репрезентирует основной набор магических песен того или иного племени (рода).
Д. Филиппи, переводчик К на английский язык, предполагает, что, поскольку в песне упоминается топоним Уда, она и была использована в сюжете, повествующем о походе императора Дзимму в Уда. Песня о кулике, возможно, относится к классу песен, исполняемых на пиру в честь охотничьей победы. В ней также в комическом стиле излагаются правила дележа добытой пищи между женами в полигамной семье.
В песне есть ряд неясных моментов, в частности, кит (кудира), внезапно оказавшийся в горной местности Уда. Некоторые комментаторы полагают, что в тексте попросту ошибка и имеется в виду сокол (это подтверждается и рядом данных НС). Другие думают, что речь идет о горной обезьяне. Темным по смыслу остается и слово исукупаси, эпитет к слову кудира (соврем. кудзира). Оно толкуется и как «большой», и как «отважный», и как один из синонимов к слову «сокол».
Цутихаси Ютака полагает, что имеется в виду именно кит, — в раковинных кучах ареала древнего Ямато трехтысячелетней давности археологи находят скелеты китов в большом количестве. Эта песня, по его мнению, выражает насмешку над противником.
Ботанические комментарии, которыми японские филологи поясняют фитонимы итисакаки и соба, также неоднозначны.
Песня, по-видимому, является частью фольклора военного племени Кумэ, составлявшего армию ранних объединителей Ямато.
344
Музыкальная Палата была образована при японском дворе по образцу китайской Юэфу при императрице Суйко. В соответствии с регламентом, разработанным этой Палатой, перед правителем в рамках обрядовых действ исполнялись песни различных родов. По-видимому, одной из разновидностей таких песен и были песни племени кумэ. Сам же этот клан со временем утратил свое могущество, принадлежащие ему роды-корпорации были переданы роду Опо-томо.
345
Наличие хвоста некоторые японские комментаторы, часто склонные к историзации и рационализации мифологических сюжетов К и НС, объясняют формой одежды горнодобытчиков и рубщиков леса, привешивавших сзади к штанам кусок материи.
346
Кунису (соврем. кудзу) — название племени, жившего неподалеку от центрального Ямато, но отделенного от него крутыми горами.
Ряд этнографов полагают, что кудзу — одно из племен, населявших Японские острова до пришествия племени тэнно. Можно строить лишь догадки о том, к какой этнической группе относилось это племя. Далее в НС о них говорится как о собирателях: «Обычно они питаются горными плодами, а также любят лакомиться вареными лягушками». В обоих сводах приводятся их песни, которые заканчиваются некими губными щелканьями (кутитудуми-о ути, «бьют в губные барабаны»); кроме того, они при этом смотрят вверх и смеются. В обоих сводах такое действо именуется ваза — род обрядовой пантомимы, характерной для ряда племен, покоренных пришельцами.
В НС пантомиму вазаоги в обрядовых целях исполняет еще предок паяпито (соврем. хаято), племени, часто называемого австронезийским. Характерная игра на губах также может быть косвенным свидетельством о принадлежности кудзу к одному из праавстронезийских этносов. Несмотря на близость к столице, племя кудзу, по-видимому, достаточно долго могло сохранять свою культурную автономность, поскольку, как говорит «Нихон сёки» об их местоположении, «земля их находится на юго-востоке от столицы, отделена от нее горами, живут они в окрестностях реки Ёсино-капа, скалы и горные кручи там обрывисты, долины глубоки, тропки узкие и крутые. Нельзя сказать, что это далеко от столицы, но с самого начала ко двору государя они являлись редко. Однако впоследствии стали приходить часто и подносили дань со своей земли. Эта дань включает в себя каштаны, грибы и форель».
См. также свиток десятый, раздел [4].
347
Э-сики — предводитель обитателей местности Сики.
348
«Медные храбрецы» — непонятный оборот. Может быть, имеются в виду воины с медным оружием, высказывают догадку комментаторы.
349
См. коммент. 337.
350
Иту-пимэ — иту — «священный», «прошедший очищение», пимэ — «дева». Ряд исследователей полагают, что в данном сюжете мужчина назначается и наименовывается священной жрицей, потому что обычно эту роль исполняли женщины. Однако комментаторы НС-С считают, что Мити-но оми-но микото, назначенный распоряжаться очистительными обрядами, мыслился не как жрица, а как сама богиня ритуального очищения.
351
Здесь практически все названия предметов принимают вид богов с соответствующими именами, уже комментировавшимися в примем. 43, 44 и 49 к первому свитку: кагутути — Господин Огня, ука-но мэ — Дева Еды, яматути — Господин Горы. Ко всем этим именам добавлен префикс иту — «священный», «прошедший очищение».
352
Вероятно, эта песня магического назначения исполнялась перед битвой. По предположению Цутихаси Ютака, одного из комментаторов этих песен, в ней содержится магическое уподобление: как взбирается на камень моллюск-ситадами, так взберемся на холм и победим. «Где дует ветер богов» — постоянный эпитетальный оборот (макура-котоба) к топониму Исэ. Ситадами — разновидность съедобного моллюска, обитателя спирально закрученной раковины.
353
Похоже, что это единичный, но тем не менее примечательный случай — о воинах Дзимму говорится «наши», то есть составитель выражает непосредственную солидарность с легендарным правителем.
354
По-видимому, это ритуальный смех, долженствующий обеспечить победу в бою.
355
Эмиси — во времена Хэйана они назывались эбису, одно из непокорных объединителю Японии племен. В «Суншу», в описании Японии (времен правителя Ю:ряку) о них говорится «волосатые люди». Комментаторы НС-С приводят мнение Канэда Итидзёскэ, который объясняет слово эмиси на основе айнского слова «человек» — emchiu, emjiu. Часто этот этноним действительно относится к айнам, иногда же им обозначали любые неподчинившиеся «варварские» племена.
356
Речь снова идет о вождях местности Сики.
357
Возможно, речь идет о том, что на склоне Сумисака, Холма Обозрения Страны, все еще тлели угли, мешая пройти.
358
По-видимому, речь идет об обращении к социально-хозяйственной группе, поставлявшей императору рыбу и моллюсков. «Где щиты в ряд выставляют» — макура-котоба к топониму Инаса. Цутихаси Ютака предполагает, что этот эпитетальный оборот восходит к выражению «поставив в ряд щиты, стрелять [яп. иру]». Корень этого слова, «и», омонимичен «и» в слове Инаса.
359
Обе эти песни магического назначения, по-видимому, пелись перед битвой. В первой автор песни намерен истребить врагов — и старших и младших, подобно тому, как разом выдергивают траву камира, стянув корневую часть с верхушкой, где показались почки.
Во второй автор обещается лелеять в душе чувство мести, которое не изгладится, как и вкус жгучего перца. В обеих песнях встречается какэкотоба «митумитуси» — «могучий», «удалой» (о воинах).
360
Ама-но папая — новейшее толкование этого имени предполагает, что это Небесная Стрела, наделенная магической силой поражать Змея. Ама-но папакири-но туруги — Небесный Меч, Рассекающий Змея (см. также коммент. 232).
361
Речь Дзимму, изобилующая выражениями и штампами из китайских классических книг, приводит в возмущение первого переводчика НС на европейский язык, В.Г. Астона: «Вся эта речь — китайская насквозь, и это высший абсурд — вкладывать ее в уста императора, который, как предлагается думать, жил за тысячу лет до введения в стране китайской учености. Как ни странно, — продолжает далее Астон, такое замечание продиктовано необходимостью — еще существуют авторы, которые считают эту часть НС исторической». Напомним, что перевод Астона был выполнен в 1896 г. (Nihongi. Chronicles of Japan from the Earliest Times to A. D. 697 / Transl. from the Original Chinese and Japanese by W.G. Aston. L., 1896).
362
Отсюда начинается мифический отсчет годов правления императорской династии. Согласно китайским представлениям, после того, как 21 раз обернется шестидесятилетний цикл, произойдет радикальное изменение. Согласно гипотезе комментаторов НС-С, если отсчитать 21 цикл от 601 г. (года Каното-но тори по этому календарю), то есть первого года правления императрицы Суйко, то как раз и получится указанная в тексте дата.
363
Эти словесные клише используются потом в молитвословиях сэммё. Описание возведения дворца как хвалебная магическая формула встречается там применительно к храмам — например: «как пожелали боги великие, в корнях подземных скал горы Микаса, что в Касуга, столбы храма укрепили грузно, коньки крыши в Равнину Высокого Неба вознесли высоко…» (См.: Норито. Сэммё. С. 94).
Наименование же правителя по топониму, где располагался его дворец, становится эвфемистическим титулом владык, их табуированные имена не поминаются всуе. Так, в сэммё, указах древних японских правителей, читаем: «государь, сын Ямато, о коем молвят с трепетом, правивший во дворце Афуми-но Ооцу» или «государыня наша, что правила Поднебесной из дворца Нара» (Норито. Сэммё. С. 143, 156).
364
Соэ-ута соответствует китайскому понятию фэн, обозначающему поэтический жанр. В средневековых комментариях к 7-му свитку «Вэнь сюань» говорится: «когда ничего не сказано впрямую, это и есть фэн». По-видимому, песни Кумэ было принято причислять к этой песенной разновидности.
Сакасима-гото, «слова наоборот», по мнению ряда толкователей, суть нечто вроде военного кода, слова произносятся задом наперед, чтобы враг не понял, о чем речь. Вероятно, здесь все же действует магическая сила слова; произнесенное наоборот, оно, быть может, становится принадлежностью мира духов и средством магического воздействия.
365
Речь идет об одной из конфуцианских добродетелей. В случае с Дзимму почитание родителей заключается в обрядах, адресованных Аматэрасу и Таками-мусупи.
366
Здесь примечательно то обстоятельство, что между смертью правителя и его захоронением проходит довольно долгий срок. В течение этого срока тело находится в помещении, считающемся временным захоронением, могари, и этому периоду соответствуют определенные ритуалы. В китайской хронике «Суй шу» о народе ва (обитателях Японских островов) говорится, что могари для знатных людей длилось три года, простых же людей хоронили, выбирая день похорон на основе гадания.
В соответствии с легендарным летоисчислением, Дзимму умер в 585 г. до н. э.
367
Не исключено, что восемь правителей этого свитка, представленных, главным образом, генеалогически, — плод реконструкций и домыслов составителей НС.
Итак, Суйдзэй, вступив на трон в 581 г. до н. э. по легендарному летоисчислению, умер в 549 г. до н. э.; Аннэй правил до 511 г. до н. э., Итоку — до 477 г. до н. э., Ко:сэй до 393 г. до н. э., Ко:ан — до 291 г. до н. э., Ко:рэй — до 215 г. до н. э., Ко:гэн — до 158 г. до н. э., Кайка — до 98 г. до н. э.
Каму-нунакапа-мими-но сумэра-микото — по-видимому, это посмертное имя по-японски, его значение — Господин Небесный Царь Божественный Дух Яшмовой Реки. Суйдзэй — его посмертное имя по-китайски означает «успокоитель», «утишитель». Суйдзэй («успокаивать», «умиротворять») — китайское иероглифическое сочетание, заимствованное, по-видимому, из «Ханьшу», «Записок о Ханьской истории».
368
Правитель Дзимму (см. свиток третий).
369
См. коммент. 244.
370
Парафразы из «Хоу ханьшу», «Вэнь сюань» и др. Ниже также встречается немало оборотов речи и словосочетаний из этих памятников.
371
Один из многочисленных в К и НС случаев, когда власть переходит к младшему брату. Старшин в данном случае берет на себя роль верховного жреца.
372
Нынешняя преф. Нара.
373
Отсчет уже ведется от вступления на трон каждого нового правителя.
374
Провозглашение одного из принцев наследником престола означало передачу ему священной природы правителя, сама эта процедура и ее идея были заимствованы из Китая.
375
Сики-ту-пико-таматэми-но сумэра-микото — Господин Небесный Царь Юноша из Сики Дух Яшмы, намотанной на Руку. Посмертное китайское его имя Аннэй означает «спокойный», этот иероглифический оборот часто встречается в «Шицзи», «Исторических записках».
376
Опо-ямато-пико-сукитомо-но сумэра-микото — Господин Небесный Царь Юноша Великого Ямато Друг Мотыга. Итоку означает «превосходная добродетель».
377
Мимату-пико-кавэсинэ-но сумэра-микото — Господин Небесный Царь Внук Юноша Благоухающих Посадок Риса. Ко:сэй — оба иероглифа этого имени часто встречаются в посмертных именах императоров: ко: означает «выполнение сыновнего долга», сэй — «ясный», «светлый», «освещать».
378
Ямато-тарасипико-куни-осипито-но сумэра-микото — Господин Небесный Царь Изобильный Юноша Ямато, Человек, Выдвинутый Страной. Ко:ан, китайский бином, заимствованный из «Записей Поздней Хань», состоит из ко: «сыновнее почитание родителей» и ан — «спокойный».
379
Опо-ямато-нэко-пико-путо-ни-но сумэра-микото — Господин Небесный Царь Сын-Корень Великого Ямато Великолепная Яшма. Опо-ямато-нэко — Сын-Корень Великого Ямато, возможно, было одним из титулов правителя, во всяком случае, этот оборот в виде Ямато-нэко часто встречается в качестве титула в указах ранних императоров и один раз в норито (см.: «Норито. Сэммё», где этот титул переведен как «сын Ямато»). В имени Ко:рэй ко: означает то же сыновнее почитание, рэй — «душа», «дух».
380
Опо-ямато-нэко-пико-куни-куру-но сумэра микото — Господин Небесный Царь Сын-Корень Великого Ямато, Собирающий [воедино] Страну. Если японское слово куру трактовать как «собирать воедино», то, как пишут комментаторы НС-С, это имя ассоциируется с мифом о «притягивании земель» — то есть мифом о сотворении земли в области Идумо (Идзумо), о чем рассказывается в «Идзумо-фудоки».
Ко:гэн — в комментариях Янь-шуай к «Ханьским записям» гэн трактуется как качество правителя, который «осуществляет принципы и тем радует народ». Сам по себе иероглиф гэн означает «основа», «исток». Ко: — сыновняя почтительность.
381
Вака-ямато-нэко-пико-опо-биби-но сумэра-микото Господин Небесный Царь Юноша Молодой Сын-Корень Ямато Великий (?). Вопросительный знак здесь стоит вместо толкования части биби; в НС эта часть записывается дважды повторенным иероглифом со значением «день», «солнце», в К — дважды повторенным иероглифом с тем же чтением, но со значением «сравнивать» или «пупок».
Кайка означает «открыватель [нового]», хотя, судя по содержанию обоих сводов, он ничего не открывал. Кроме действий, обеспечивающих ему присутствие в генеалогических списках, за ним никаких деяний не числится (равно, как и за прочими правителями этого свитка).
382
Что гробница находится на вершине холма сказано, в частности, в К (см.: К94-Т. 2. С. 54).
383
Мимаки-ири-бико-инивэ-но сумэра-микото — ни японское, ни китайское посмертное имя этого правителя не имеют окончательно правдоподобных объяснений (см. также коммент. 408). Он вступил на престол, согласно легендарной хронологии, в 97 г. до н. э.
384
Выражение «младшая супруга» часто переводят как «наложница», но, как представляется, она, скорее была низшей в гаремной иерархии по сравнению с государыней-супругой и просто супругой, но имела при этом определенные права.
385
«Пасти́ людей и богов» — примечательно здесь уравнивание людей и богов перед лицом правителя. Слово «пасти́» (яп. сибоку) образуется из двух иероглифов — «управлять» и «пасти́», в этом сочетании «пасти́» толкуется как «править, кормя народ». Японское чтение к этому биному восстанавливается комментаторами как тотоноэру «устраивать», «улаживать». Любопытен однако присутствующий здесь исподволь образ пастыря, сам бином, впрочем, заимствован из китайской исторической летописи «Ляншу». Вообще в этой речи, как и в аналогичных речах-декларациях японских правителей, множество терминологических заимствований — из «Ханьшу», «Хоу ханьшу», «Лунь юй» и т. д.
386
Парафраз цитаты из «Цзиньшу».
387
Из этого фрагмента явствует, что во дворце правителя совершались обряды в честь Аматэрасу-опо-ками и духа страны, но было решено вынести их в другое место. Сначала это было село Касануи в той же провинции, впоследствии же культ Аматэрасу был перенесен в Исэ, где и поныне находится комплекс храмов, посвященных этой богине (см. также коммент. 301). Пимороки — местопребывание божества в виде нескольких молодых деревьев, небольшой священной рощи, естественной или временно сделанной на территории храма для проведения обряда.
388
В средневековых комментариях к разделу «Священная черепаха» в китайском памятнике «Эръя» говорится, что черепаха — самое священное создание. По узору на панцире черепахи судили об успехе или неудаче предстоящих событий о причинах того или иного явления и т. п. В «длинной песне» (нагаута) «Манъё:сю:» № 50 говорится, что «чудесная черепаха, несущая на спине письмена (фуми оэру), вещает о новой эпохе» — стихотворение относится ко времени строительства дворца в Фудзивара, куда в 694 г., по распоряжению правительницы Дзито:, была перенесена столица из Асука. (См.: Манъё: сю: [Собрание мириад листьев] / Пер. А.Е. Глускиной. М., 1971–1972.) В указе правителя Сё: му (Сэйму), оглашенному в 5-й день 8-го месяца 729 г., говорится: «И вот, служащий наш, третьего ранга Фудзивара-но асоми Маро, черепаху нам доставил, на спине узор-знамение несущую. Известившись о том, поразились мы и подивились; увидавши ее, возрадовались и осчастливились…» (См.: Норито. Сэммё).
Возможно, что в данном случае речь идет о гадании, по технике сходном со скапуломантией — гаданием по лопатке оленя, когда кость раскаляют в огне и читают рисунок образовавшихся трещин.
389
Ямато-тотопи-момосо-бимэ-но микото — то топи, возможно, означает «десятью десять дней», то есть «сто дней», момосо — более сложное для комментирования слово, тем более, что в К это имя записывается фонетически другими иероглифами, обозначающими звук «о» другого фонетического ряда. В качестве одной из версий — момосо «сто раз одержимая божеством» (НС-С). Возможно, впрочем, что комментаторы исходят из содержания самого мифологического сюжета.
390
Опо-моно-нуси-но ками — Хозяин Духов. См. также коммент. 221. По-видимому, имеется в виду бог Опо-мива (соврем. Оомива), бог горы Мива в преф. Нара.
391
Опо-тата-нэко — в разных текстах это имя имеет варианты, но, вероятно, имеется в виду что-то вроде Сын Корень Многих Полей.
392
Икутама-ёри-пимэ — Бодрая Дева, [в которую вселяется] Божественный Дух, то есть, по-видимому, шаманка-жрица.
393
Эта фраза по логике исходит от позднего переписчика и должна была быть написана курсивными знаками. Однако в списках, положенных в основу данного критического издания, она написана тем же шрифтом, что и основной текст.
394
Здесь под Великим богом подразумевается тот же бог Опо-мива (Оомива), что еще раз свидетельствует о его особом значении.
395
Песни с этой структурой характерны для ритуалов кагура («увеселения богов»), исполнявшихся при хэйанском дворе. Впервые песни кагура были собраны в сборник в конце IX века, в 934 г. последовало второе собрание.
Ритуал состоял из трех частей-отделений — ками-ороси, «спуск богов», затем их увеселение и ками-агари, «подъем богов». Одна из частей первого отделения называлась торимоно («вещи в руке»). Исполнители, держа магические предметы, с их помощью призывали богов спуститься и принять участие в затеянном для них обряде. Два полухория пели песни-переклички, построенные по вопросо-ответной схеме: «Эти дары не мною сделаны. Эти дары — богини Тоёока-химэ, на небе пребывающей!». «Этот бамбук — чей это бамбук? То священный бамбук богини Тоёока-химэ, на небе пребывающей, богини бамбук священный!» и т. п. (о песнях ооута см.: Кодай каёсю. Токио, 1968. С. 285–290; Ермакова Л.М. Речи богов и песни людей. С. 137–148).
396
В этой песне слова «отменное сакэ» — макура-котоба к топониму (теониму) Мива. Традиционно изготовлявшееся там сакэ делалось на основе чистой воды, текущей из источника на горе Мива. Соответственно, происхождение напитка приписывалось божеству горы. Нынешний храм Мива представляет собой один из редких сохранившихся случаев, когда в качестве синтай («тело бога») почитается не культовый предмет, а сама гора, и ворота тории, обозначающие храмовое пространство, установлены у подножия горы, а не у входа в храм.
397
Утреннее открытие ворот — обряд, посвященный первому открыванию дверей помещения. Применительно к обычному жилищу употреблялось выражение «утреннее открытие дверей». Дверь (вход) как граница двух пространств почиталась у разных народов, ср. обычай креститься на порог у славян, вешать на ворота различные амулеты и обереги.
398
Оба эти бога — духи местности (см. выше, свиток третий, раздел [3]) хозяева гор, составляющих границу государства Ямато, и, соответственно, охранителей страны.
399
Обе эти песни, по-видимому, относятся к обрядовым текстам, передающим слова бога, откровениям, изрекаемым шаманкой, достигшей состояния транса и одержимой божеством. В то же время не исключено, что по жанру эти песни примыкают к классу так называемых «детских напевов» (яп. доё:, ваза-yma, кит. тунъяо). В Китае они в большом количестве встречаются как в «Ханьских записях», так и в «Записях Поздней Хань». Это песенки-пророчества, приписываемые богам, которые через детей изрекают свои волеизъявления. В сущности, исполнителями этого профетического жанра не обязательно бывали дети, это мог быть человек любого возраста, суть дела заключалась, главным образом, в ритуально-магическом жанре исполняемых песен. В таких песнях обычно сообщалось о наиболее важных событиях падении ныне царствующего государя или о скором восшествии на трон одного из претендентов. В хрониках (например, в СН) такие тексты приводились обычно с комментарием вроде — «а как раз перед тем, как дракон вынырнул из пучины (то есть правитель взошел на престол. — Л.Е.), в народе пели такую доё:…»
400
Такэ-пани-ясу-бико-но микото — сын правителя Ко:гэн, дядя правителя Су:дзин (см. свиток четвертый, раздел «Государь Ко:гэн»).
401
Из глины, взятой с горы Кагуяма, изготовлялась священная посуда, использовавшаяся в ритуалах. В свитке третьем, повествующем об императоре Дзимму, раздел [3] («Старший брат Э-укаси и младший брат Ото-укаси»), будущий правитель Дзимму посылает Сипи-нэту-пико и Ото-укаси хитростью пробраться через вражеский стан, чтобы раздобыть глину с этой горы. Обряды, в которых использовалась эта посуда, принесли Дзимму победу над врагами и власть в стране Ямато.
Соответственно, эта глина выступает как заместитель территории государства, и Мэ-ата-пимэ, ворожа с ней, имеет целью помочь своему мужу, Такэ-пани-ясу-бико, завладеть страной.
402
Впредь оборот «потому-то люди того времени и назвали это место…» встречается довольно часто. Разумеется, это попытка народной этимологии — ранние лингвистические опыты составителей НС. Одновременно, этот «глас народа» часто по функции схож с «детскими песенками» и выражает некоторое неофициальное мнение, имеющее надсобытийный, универсальный, «вечный» характер, исходящее от божества или его оракула.
403
«Бить головой оземь» — знак подчинения, раскаяния в вине, просьба о помиловании.
404
Здесь и далее в подобных случаях, помимо народной этимологии, явлено намерение «выправить ошибки» и установить историческую истину, а также учредить языковые произносительные нормы.
405
Этот эпизод относится к классу сюжетов о браке с зооморфным существом, содержит также нарушение табу — но здесь он предстает не в виде запрета смотреть, как в мифе об Изанаки-Изанами или Тоё-тама-пимэ, а как запрет удивляться. Смерть героини от протыкания чем-либо «потаенного места» ассоциируется с эпизодом из первого свитка К, когда небесные ткачихи, увидев бесчинства, творимые Сусаново, «испугались, укололи себя челноками в тайные места и умерли».
В К Опо-тата-нэко — ребенок, родившийся от союза девы Икутамаёри-пимэ и Опо-моно нуси-но нами. Там этот же сюжет рассказывается следующим образом: «Дева Икутамаёри-пимэ, о которой раньше было помянуто, была восхитительна обликом. И как-то среди ночи пожаловал к ней внезапно мужчина с такой статью и наружностью, что не было ему равных. И вот они полюбили друг друга, завязали брачную связь и жили вместе. Сколько там времени ни прошло — но прекрасная дева понесла. Отец ее и мать, увидев, что она понесла, изумились и спросили у девушки: „Ты понесла сама по себе. Как же можно понести без супруга?“ — так сказали, а она говорит в ответ: „Есть прекрасный юноша, я не знаю его родового и личного имени, но каждую ночь он являлся и мы жили вместе, вот я и понесла, согласно естеству“, — говорит. На это отец и мать ее захотели узнать, что это за человек, и так научили девушку: „Разбросай перед ложем красную глину, вдень в иглу скрученную нить из конопли и воткни в подол его одеяния“, — так сказали. Сделала она по их поучению, а назавтра смотрит — конопляная нить от пряжи, продетая через иглу, прошла через замочную скважину и наружу вышла, а осталось пряжи всего три колечка. Тут, увидев, что [ее суженый] прошел через замочную скважину, пошла она по нити, достигла горы Мива и остановилась у храма божества Мива. Так и узнали, что это был сын божества. И вот, раз осталось той конопляной нити три кольца, так и стали называть то место, — стало оно Мива, Три Кольца» (К94-Т. 2. С. 56–57).
Вариант этого сюжета имеется также в «Ямасиро фудоки», где рассказывается, как божество молнии местности Камо превратилось в стрелу, выкрашенную красным лаком, и приплыло по ручью к деве Тамаёри-пимэ. Та берет стрелу домой и кладет у ложа, а вскоре рождает сына, который впоследствии возносится на небо.
Связь молнии со змеем широко распространена в японских поверьях. Существуют также многочисленные сказки со сходным сюжетом, так что цикл преданий о браке божества горы Мива с женщинами окрестных сел довольно обширен и, вероятно, отражает давние культы, связанные с этой горой. Там и в самом деле водится много змей, как, впрочем, и почти на всех японских горах.
Итак, сказания о боге Мива занимают в японском фольклоре настолько значительное место, что кажется вполне заслуживающей внимания гипотеза ряда японских ученых, предполагающих, что это божество, в качестве одного из главных, предшествовало Аматэрасу в ее роли главы пантеона.
Песня в этом сюжете приписана «людям того времени» (токипито). Песен с таким авторством в К нет ни одной, в НС их пять. По-видимому, это связано с китайским влиянием — в «Ханьшу», «Вэйшу» и многих других исторических китайских памятниках это распространенный жанр, в котором выражается похвала, сочувствие или критика правителя.
По мнению Цутихаси, в песнях этого жанра, в отличие от «детских песенок» в китайском жанре тунъяо, преобладает описание как бы от 3-го лица.
406
«Земли вокруг столицы» — пять областей, подвластных в то время двору Ямато, были Ямато, Ямасиро, Сэтцу, Калуги (соврем. Кавати) и Идзуми, что приблизительно соответствует нынешним Нара, Киото, территории к западу от нынешнего г. Осака примерно до восточной части Кобэ, и двум областям к югу от Осака.
407
То есть мужчины должны поставлять двору добытое на охоте, женщины вещи, сотканные из шелка и полотна. В «Когосюи» говорится: «Впервые была установлена дань: от мужчин — с концов лука, от женщин — с кончиков пальцев Это с тех пор пошло обыкновение, принятое ныне при отправлении обрядов Богам Неба, Богам Земли — им подносится медвежья и оленья шкуры, рога, полотно».
408
Концепция взаимозависимости между праведностью и правильностью правителя и состоянием космоса, разумеется, заимствована из китайских источников.
В этом фрагменте правитель Су:дзин именуется как «государь, что священной страной правил». В К об этом говорится: «И Поднебесная стала с тех пор сильной и мирной, и народ богател и процветал. Тогда впервые стали собирать дань от мужчин — с бороздок лука, от женщин — с кончиков пальцев. Посему восславили это царствование и назвали государя Небесным Владыкой Мимаки, Первым Страной Управлявшим» (К94-Т. 2. С. 59). На основании этого фрагмента некоторые мифологи предполагают, что именно Су:дзин был самым первым правителем, объединившим Ямато, все же предшествующие представляют собой плод вымысла составителей К и НС, стремившихся удлинить и удревнить генеалогию.
Однако в НС его не провозглашают первым, кроме того, его японское имя не дает оснований для такого предположения, а китайское его посмертное имя по иероглифам означает «бог, несущий пагубы (порчу, проклятие)», то есть речь идет, как можно предположить, о том, что в его царствование были эпидемии и мор, насланные божеством. Это в принципе характерно для традиционной японской истории — использовать иероглиф с чтением су: (яп. татары), то есть «порча», в именах императоров, во время правления которых происходили эпидемии или стихийные бедствия, унесшие много жизней.
409
Сюжета, связанного с этим богом, в НС нет. В К, раздел «Эпоха Богов», он рождается от Амэ-но попи-но микото, именуется Такэ-пира-тори и считается там предком семи родов Идумо-но куни-но миятуко. В норито «Энгисики», в «Благопожелании богов Идумо» он именуется Амэ-но пинатори-но микото и тоже выступает как сын Ама-но попи-но микото. Сюжет о том, что он принес с неба сокровища, содержится в преданиях храма Идумо.
410
Эта песня приписана в НС «людям того времени», предполагаемым свидетелям события, то есть жителям Идумо. Однако ее насмешливый характер свидетельствует о том, что ее авторы (исполнители) относились к людям Ямато. Поэтому более логичной представляется версия К, где авторство песни приписывается Ямато-такэру-но микото.
411
Вероятно, эти слова, которые высказало божество устами ребенка, означают Пожелание, чтобы сокровища храма Идумо, конфискованные двором Ямато, были возвращены обратно.
Сам по себе этот текст в наиболее ранних списках НС написан отдельно от остального повествования, графически выделен, словно песня. Однако организация его не характерно песенная, скорее, это жанр заклинания, магической формулы.
412
Эти две фразы — прямая цитата из «Ханьских записей».
413
Имна — древнекорейское государство, по-японски именовавшееся Мимана. Остров Тукуси (соврем. Кюсю) был, по-видимому, ближайшей к Корее японской землей. В «Вэйчжи» говорится, что от севера Кюсю до страны Гоунэй (соответствует Имна) — 3 с лишним тысячи pu.
Самые ранние свидетельства о государстве Имна относятся к 415 г. Оно находилось на юге Корейского п-ва и с востока и запада было зажато более обширными и могущественными государствами — Пэкче (яп. Кудара) и Силла (яп. Сираки). Эти три корейские страны вместе именовались по-японски «три [государства] Кара».
414
Сонагаль-Чильчи — Чильчи означает «владетель», «глава». Здесь и далее корейские антропонимы и топонимы даются как транскрипции древнекорейского произносительного варианта, однако достоверность этих реконструкций в большинстве случаев гипотетична.
415
Силла — см. коммент. 413.
416
По подсчетам комментаторов, эта дата соответствует 20 мая 33 г. до н. э.
417
Икумэ-ири-бико-исати-но сумэра-микото — это имя однозначно не толкуется. Возможно, что Икумэ — географическое название, ири-бико — Юноша, Входящий (во дворец или храм), но это не слишком достоверно. Исати — буквально «многосчастливый».
Его китайское посмертное имя, Суйнин, означает «изливающаяся гуманность» (словом «гуманность» условно переводится китайский термин жэнь (яп. нин), который иногда переводят как «гуманность-человечность», «человеколюбие» и т. п.).
418
Парафраз из «Вэйчжи» и «Ханьшу» («Ханьских записей»).
419
«Год Мидзуноэ-тацу» — по-видимому, 29 г. до н. э.
420
В К о рождении Помуту-вакэ-но микото говорится: «Икумэ-ири-бико-исати-но микото, во дворце Тамагаки в Сики пребывая, управлял Поднебесной. Этот государь взял в жены Сапади-пимэ-но микото, младшую сестру Сапо-бико-но микото, и рожденное у них дитя — Помуту-вакэ-но микото. (Один столп.)» (К94-Т. 2. С. 59). Затем, когда Сапо-бико устраивает заговор против правителя, она прячется в хижине, будучи беременной, рождает там ребенка. Посланным за ней воинам удается схватить только ребенка. Далее следует текст: «И тогда государь повелел государыне: „Имя ребенку непременно дает мать. И ты дай ему какое-нибудь имя“. И она ответила: „Поскольку сейчас засада из риса горит, он народился в огне. Потому нареку его именем Помуту-вакэ-но мико“» (К94-Т. 2. С. 63). То есть часть по в имени Помуту-вакэ толкуется как «огонь». То обстоятельство, что имя ребенку дает мать, по мнению японских филологов связано с брачной системой цумадои, «навещание жены», при которой супруги жили раздельно, и ребенок воспитывался в доме матери. Разночтения в окончании имени между вариантами К и НС — мути или муту — толкуются в зависимости от того, как перевести это по — «огонь» или «колос».
Комментаторы НС-С склоняются все же к тому, что помуту означает «благородный».
421
Возможна связь этого имени и сюжета с фрагментом из корейской летописи «Самгук юса», второй свиток.
422
Здесь название японского государства впервые предстает не как Ямато, а как оно называется и сейчас — Нихон, Ниппон. Это название было введено в ходе реформ Тайка в соответствии с новым кодексом законов «Тайхо: рицурё:». Поэтому комментаторы подписывают к иероглифам все то же чтение Ямато, но переводчик полагая своей задачей как можно более точно перевести имеющийся в истории японской культуры текст, сохраняет верность оригиналу.
423
Комментаторы предполагают парафраз из «Лицзи»: «Конфуций сказал — на небе нет двух солнц, на земле нет двух государей», однако это сближение представляется натяжкой.
424
В древнеяпонском произношении корейское слово Имна звучит как Мимана. Разумеется, это этимология задним числом, как практически все этимологии в К, НС и «Фудоки». Корейская этимология слова Имна неясна.
425
Имя непонятно и вызывает множество кардинально противоречащих друг другу толкований.
426
Амэ-но пипоко — Солнечное Копье Неба. В «Когосюи» часть амэ в его имени записывается не иероглифом «небо», а иероглифом «море».
В первом свитке «Самгук юса» содержится повествование о том, как на восточном побережье Силла жили муж с женой, луж переправился в Японию и стал там правителем. Жена в его поисках тоже переплыла море, они встретились снова, и она стала его государыней-супругой. Такого рода записи в корейских летописях становятся основанием для предположения, высказываемого рядом авторов, что не Корея платила дань Японии, а, наоборот, Япония была зависимой частью Кореи, или что некогда было единое государство, включающее корейские и японские территории.
427
Что касается крыльев и ног яшмы, то, как пишут комментаторы, может быть, имелась в виду изогнутая яшма магатама, и так именовались ее края, что все-таки кажется натяжкой. Идуси — по данным «Вамё: руйдзюсё:» («Толковый изборник японских слов по видам»), первого китайско-японского иероглифического словаря, составленного Минамото Ситагау в 931–938 гг., это название уезда в стране Тамба.
Пимороки — см. коммент. 387. Почему они в данном случае «медвежьи» — непонятно, некоторые считают, что слово кума («медведь») в данном случае видоизмененное коми («бог»). В средневековом словаре «Бансё: мэйгисё» [«Изборник слов десяти тысяч образов»] говорится, что слово пимороки может означать приношение божеству в виде мяса (подвешенного, быть может, к веткам дерева, служащего в качестве пимороки, временного обиталища божества).
Добавим, что часть ки в слове пимороки не может означать «дерево» (яп. ки), поскольку гласная «и» там другого фонетического ряда.
428
Парафраз из «Шицзи», свиток № 85.
429
Парафраз из «Ханьских записей».
430
В К этот сюжет представлен так: «А была государыня в то время в тяжести. Государь же не мог противиться мысли о том, что она в тяжести, да и любил он ее к тому времени уже три года. И вот собрал он воинов, но сразу не напал. И пока мешкал он, родилось дитя, что было в утробе» (К94-Т. 2. С. 62).
431
Это имя встречается в СН, где Номи-но сукунэ предстает как внук в 14-м поколении бога Амэ-но попи-но микото (см. коммент. 180). В «Идзумо-фудоки» упоминается топоним Номи.
432
Примечательно, что к этой легенде традиционно возводится происхождение обычая устраивать при дворе обрядовые состязания по борьбе сумо. Начало этой традиции было положено в капитальном труде «Руйдзю: кокуси» («История страны в тематическом собрании»), составленном в 892 г. Сугавара Митидзанэ, выдающимся поэтом, ученым и каллиграфом, который был впоследствии канонизирован и до нынешних дней почитается во многих храмах под именем Тэммангу (см. о нем: Мещеряков А.Н. Герои, творцы и хранители японской старины. М., 1988. С. 147–164). Этот труд состоит из двухсот свитков, в нем представлены религиозные, генеалогические, политические, административные и другие аспекты жизни Хэйанского двора от НС до регистра времен правителя Монтоку («Монтоку тэнно дзицуроку»), всего пять временных исторических блоков (при этом «Сандай дзицуроку» [«Регистры трех правлений»] были приписаны гораздо позднее). Обычно к этому труду Сугавара Митидзанэ восходят все лексические и топонимические, а также многие содержательные комментарии позднейшего времени, вплоть до самых современных.
433
В варианте сюжета, представленном в К, отсылаются не одна, а две некрасивые сестры.
434
По мнению комментаторов НС-С, этот лебедь представляет собой носителя души героя, воссоединившись с которой он обретает речь.
В К преследование и поимка птицы не принесли желаемого результата. Как там сказано: «А ребенок этот не говорил ни слова, даже когда борода его отросла до груди на восемь ладоней. А как-то, услыхав крик высоко летящего лебедя, он впервые стал шевелить губами. Тогда был послан Опотака из Яманобэ… чтобы схватить ту птицу. Вот, преследуя птицу, этот человек… поймал ту птицу и доставил государю. <…> Государь ожидал, что если сын увидит ту птицу, то начнет говорить, но тот ничего не сказал, и вышло не так, как ожидалось.
Тогда государь опечалился и лег почивать, и во сне он был вразумлен — сказано ему было: „Если выстроишь мне храм, подобный обители государевой, то дитя непременно заговорит“, — так было речено. Когда его вразумили так, он стал гадать высоким гаданием, вопрошая, какого же божества сердце говорило, и оказалось, что причина порчи его сына заключалась в сердце великого божества Идумо» (К94-Т. 2. С. 64). Сотворя соответствующие обряды перед этим богом, он избавляет сына от недуга.
В НС птица, приносящая избавление от беды, отыскивается именно в Идзумо. Вероятно, в этой связи небезынтересно будет сопоставить этот фрагмент с текстом благопожелания богов Идзумо: «И, как дань живая, — белый лебедь для забавы, и, как узорная ткань сидзу, пусть сердце государево тоже крепким станет…» («Добрословие богов от наместника земли Идзумо» — см.: Норито. Сэммё. С. 129).
435
Очевиден китайский лексический фон этой речи. Комментаторы усматривают в ней выражения из «Цзиньшу», «Ханьшу» («Ханьских записей», то есть «Записей династии Хань») и «Хоу ханьшу» («Записей Поздней Хань»).
436
«Первое место, куда Аматэрасу-опомиками спустилась с Неба» — то есть первый выстроенный для бога храм, куда бог нисходит во время обряда и где почитается его синтай («тело божества»), (См. также коммент. 301.)
Исо-но мия — священная обитель на берегу реки Исузу, близ внутреннего храма, посвященного Аматэрасу, где была поселена принцесса-жрица.
Как указывает известный японский историк Цуда Сокити, многие из топонимов упомянутые в связи с маршрутом Ямато-пимэ, возникли только после реформ Тайка.
На протяжении японской истории храм в Исэ постепенно приобретал все большую значимость. Аматэрасу была объявлена верховным божеством, и император Сё: му, например, посылал в Исэ монаха Тё: ги, чтобы испросить у Аматэрасу разрешения установить изваяние Будды в храме То:дайдзи.
Имя Ямато-пимэ, по-видимому, в течение некоторого времени служило чем-то вроде титула или чина посвященной жрицы. На эту роль выбиралась одна из дочерей правителя или, в случае отсутствия таковой, одна из младших родственниц.
Как говорится в «Энгисики» («Уложениях годов Энги»), во времена Хэйан, перед тем, как избранная дочь правителя выезжала в храмы Исэ из столицы, на семи дорогах вокруг города проводились обряды изгнания скверны; если кто-нибудь во дворце (даже собака) умирал, то вновь проводилась церемония великого очищения, а отъезд откладывался. В день отъезда император втыкал жрице в волосы так называемый «прощальный гребень» со словами «в сторону столицы не оборачивайся» — считалось, что если она хоть раз обернется, царствующий правитель должен ждать скорой смерти. Последнее верование связано, вероятно, с тем, что из храмов Исэ жрица возвращалась во дворец только в случае смерти правителя, при котором была назначена.
Жизнь жрицы в храмах была строго регламентирована и подчинена разнообразным ритуалам. Интересно, что существовал список табуированных слов, вместо которых посвященная принцесса-жрица должна была употреблять эвфемизмы: Будду называть «средний ребенок», вместо слова «сутры» говорить «крашеная бумага», вместо «болезнь» — «отдых», вместо «могила» — «комок земли». В основном эти табуации связаны с болезнью и смертью (то есть скверной в архаическом понимании), а также с буддийскими реалиями (тем более, что похоронная обрядность со временем отошла в ведение буддийских монахов и храмов). (См. также Норито. Сэммё. С. 232–240).
437
Сики — нынешний уезд Сики в преф. Нара. По-видимому, это то самое место в Касанупи (соврем. Касануи), где прежде обряды перед Аматэрасу совершала Тоё-суки-ири-бимэ-но микото, восставившая пимороки, то есть священное деревце, куда, как предполагалось, спускалась богиня во время ритуалов. Здесь также говорится о дереве (дубе). См. также свиток пятый, [2].
438
Ватарапи-но мия — в Исэ было два основных храма. Внутренний и Внешний. Первый был посвящен Аматэрасу-опоками, второй — Тоёукэ-но ками. Здесь речь идет о Внутреннем.
439
«Великое Начало» — выражение из «Чжоу и», означающее состояние мира непосредственно перед разделением Неба-Земли, когда «первоначальное иц» было единым.
440
Вероятно, бог объявляет, что берет на себя функции охранителя страны и будет выступать как genius loci. В последующем фрагменте излагается еще одна версия происхождения ритуалов, посвященных Великому богу Ямато (см. также сюжеты, записанные в свитке пятом, 6-й и 7-й годы правления императора Су:дзин).
441
Кука, кукатати, кукадати — ордалии кипятком с целью установления личности, правоты или невиновности обвиняемого, истинности показаний и т. п. Не совсем понятно, является в данном случае Кука-нуси именем собственным или должностью (скорее всего, эти понятия совпадают).
442
По-видимому, эта героиня, как говорится дальше, «высохшая и ослабшая телом», как-то связана или тождественна исхудавшей Нунаки-но ирибимэ-но микото с выпадающими волосами, персонажу параллельного сюжета о происхождении этих ритуалов в пятом свитке, [2].
443
Речь идет о магических предметах, которые принес с неба Такэ-пина-тэри и которые хранятся в храме Идумо (см. пятый свиток, 67-й год правления Су:дзин).
444
Комментаторы НС-С приводят любопытную выдержку из «Рё:-но гигэ», «Толкования к Кодексу Тайхо: рё:»: «Когда производится гадание, то сначала надо непременно начертать [вопрошаемое] на черепахе тушью, а потом жечь. Расположение [трещин-]знаков выявит [что-то из написанного] тушью. Это и будет ответом».
445
Об обычае «смерти вослед» говорится и в китайском памятнике «Вэйчжи» (III В.), в разделе, посвященном описанию Японии: «когда [правительница Пимико] скончалась, была возведена большая усыпальница… и более ста прислужников — мужчин и женщин последовали [за Пимико] в могилу»; в К сказано, что этот обычай был учрежден при императоре Су:дзин, однако существование этого обычая пока не подтверждается археологическими данными.
446
Это один из многочисленных в японской истории примеров минората, когда престол, пост, имущество и пр. наследует младший сын. По данным К и НС, почерпнутым из тех свитков, которые почитаются наиболее исторически достоверными, наследование младшего или среднего сына было обычной практикой, хотя часто в нарратив вводится повествование о причине, по которой страна должна перейти к младшему. Как правило, это рассказ о состязании в любой форме, включая ответ на вопрос отца (как разрешение трудной загадки), в котором побеждает младший. В ряде случаев и вовсе никакой аргументации не приводится.
По этнографическим данным, в японских деревнях вплоть до XIX века доминировал обычай наследования младшим сыном.
447
Глина берется из Идумо (Идзумо) прежде всего потому, что, согласно мифам, именно в Идзумо находился вход в страну мертвых, Ёми-но куни, поэтому и сама эта область ассоциировалась со страной смерти. Один из таких легендарных входов — пещера Иномэ, находящаяся недалеко от храма Идзумо-тайся, на берегу Японского моря, у самого обрыва, на краю рыбачьей деревушки.
448
Такие фигурки (соврем. ханива), изображающие воинов, лошадей, домашнюю утварь, животных и прочее, и поныне находят археологи в древних захоронениях.
449
Храм Исо-но ками был в те времена чем-то вроде государственного арсенала, и данный сюжет излагает версию происхождения этого установления.
450
Судя по сохранившимся от периода Яёи элементам строительных конструкции, лестница эта представляла собой толстую доску примерно в 1,5 м длиной, на которую были набиты четыре (или более) дощечки-ступеньки.
451
Храм Исо-но ками до сих пор считается родовым храмом рода Мононобэ.
452
Сейчас слово музина означает примерно то же самое, что тануки — «енотовидная собака». Средневековые словари приписывают этому животному разные зоологические признаки, так что это может быть и барсук, и пещерный медведь.
453
Те самые сокровища, о которых говорится выше, — см. сюжет, записанный под 3-м годом правления в данном свитке.
454
Имеется в виду кладовая храма Исо-но ками.
455
В этом же свитке, раздел [2], говорится о том, что Амэ-но пибоко было пожаловано село Идэса на острове Апади (соврем. Авадзи).
456
Этот плач содержит выражения из «Ханьшу» и «Вэнь сюань». Примечательно, что В.Г. Астон счел этот фрагмент стихами и перевел как канси (стихи на китайском языке). Однако современная текстологическая традиция, по всей видимости, не принимает эту трактовку, да и, действительно, рифма в тексте отсутствует.
457
Опо-тараси-пико-осиро-вакэ-но сумэра-микото — опо — «великий», тараси — «изобильный, имеющийся в достатке, в избытке», осиро — возможно, раскладывается на оси — «устрашающий, грозный», и сиро — «территория», вакэ — гонорифическое обозначение мужчины, широко использовалось в императорском роду и среди знати. До середины V века слово вакэ входило в имена четверых правителей — Кэйко:, О:дзин, Ритю:, Хансэй, часть тараси — в имена Кэйко, Сэйму, Тю:ай, Дзинго:. В японском имени Кэйко участвуют и вакэ, и тараси, поэтому есть основания предполагать, что он был родоначальником обеих линий правителей.
Кэйко: означает «блистательные деяния».
458
71-й год по легендарной хронологии.
459
Опо-усу-но мико и Во-усу-но мико — принц Большая Ступа и принц Малая Ступа. Начиная с Кэйко:, сыновья и дочери правителя называются мико и пимэ-мико, что обычно, за неимением лучшего, переводится как «кровный принц» и «кровная принцесса». Титул микото более не применяется ко всем детям правителя и прилагается исключительно к тому из них, кто является наследником престола.
460
Вака-ямато-нэко-но мико — принц Молодой Корень-Сын Ямато.
461
Комментаторы НС-И приводят многочисленные примеры, свидетельствующие о тесной связи ступы для толчения риса с родами: в ряде местностей женщина должна была рожать, держась за ступу, в других местах муж роженицы в случае трудных родов должен был взвалить ступу на спину и обойти с нею дом, у некоторых айнских групп было принято, чтобы женщина при трудных родах прижимала живот к ступе. В преф. Аити, когда женщина впервые посещала с новорожденным родительский дом, она прежде всего должна была посадить младенца в ступу. Применительно к данному нарративу трудно реконструировать конкретную функцию ступы, очевидно лишь его этиологическое значение — обоснование имен двоих принцев.
462
Вогуна — отрок, еще не женатый молодой человек.
463
Ямато-такэру-но микото — Господин Удалец Ямато. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что слово Ямато записывается в К иероглифом с чтением ва, «японский», этот иероглиф был использован применительно к Японии в китайской хронике «Вэйчжи» (около 297 г.), первом письменном упоминании о Японских островах. В НС это имя записано иероглифами «солнце» + «источник», то есть Нихон, современное название Японии.
464
Имя Такэути означает Доблестный Придворный; суку-нэ, в противовес опо-нэ («старший брат») означает «меньший брат», то есть родившийся следующим после старшего. Этот персонаж олицетворяет верное служение, в К его родословная предстает с некоторыми изменениями по сравнению с НС. Одновременно сукунэ является одним из кабанэ (см. также коммент. 181).
465
Из всех этих детей будущий государь — тот, кому в тексте сразу, уже при записи о рождении, приписан титул микото.
466
В ряде переводов это понятие понимается как наложница. Однако нередко сын от наложницы становился наследником престола, да и само положение наложницы при японском дворе отличалось от положения женщины в этой роли, например, в султанском гареме, поэтому здесь это слово переводится как «супруга» или «младшая супруга» (в отличие от «государыни-супруги»), тем более, что и сам иероглиф, выражающий это понятие, тоже имеет значение «супруга».
467
В первых, архаизированных свитках памятника, слово куни переводилось как «страна», и понятие это иногда означало всю (мыслимую составителями) Японию, иногда сушу в противовес морю, иногда территориальную единицу, наподобие нынешних префектур. Однако в НС очевидно присутствует хронологическая, стилистическая, идеологическая разнородность. По мере нарастания историзма и историцизма слово «страна» в значении «область» начинает ощущаться в переводе как некий анахронизм. Поэтому далее в тексте слово куни переводится как «провинция».
468
Кумасо здесь не название племени, а название местности на юге Кюсю (старое название острова — Тукуси, Цукуси), включающее две провинции, Кума и Со. Последние ныне являются частями преф. Кумамото и Кагосима. См. также раздел [5] в данном свитке.
469
Весь этот антураж напоминает сцену перед Небесной пещерой, куда сокрылась богиня Солнца Аматэрасу (см. первый свиток, раздел [7]). В НС-С высказывается мнение, что таким образом Каму-натусо-пимэ (часть Каму, «божественная», в ее имени свидетельствует о ее ключевой роли в исполнении ритуалов) выражает свое подчинение владыке Ямато, исполняя перед ним обряды, как перед богом. Аналогичная сцена есть и ниже, в свитке восьмом, раздел [2], когда таким же образом приветствуется правитель Тю:ай с последующим добровольным подчинением ему ряда территорий.
470
Белое знамя и на Дальнем Востоке означает капитуляцию, о чем свидетельствуют примеры из «Вэйчжи» и многих других китайских памятников.
471
Соответствует местности в нынешней преф. Фукуока.
472
Аналогичный сюжет имеется и в «Бунго-фудоки», где большое место отведено походу на Кюсю правителя Опо-тараси-пико, «правившего Поднебесной из дворца Хисиро, что в Макимуку» (см. ДФ69).
473
Относительно тутикумо (соврем. цутикумо) см. коммент. 341. Упоминание об этих конкретных цутикумо есть в «Бунго-фудоки»: «Горное поле Нэги (южнее села Касивабара); в древние времена, царь, правивший Поднебесной из дворца Хисиро, что в Макимуку, отправился в поездку, то на этом поле жили три цутикумо, которых звали Утисару, Ята и Кунимаро. Царь хотел сам наказать разбойников и, прибыв на это поле, поблагодарил (нэги) всех воинов; поэтому горное поле и назвали Нэги» (ДФ69. С. 118).
474
Сходный сюжет имеется и в «Бунго-фудоки».
475
См. коммент. 468.
476
Убийство отца — крайнее нарушение конфуцианского принципа почитания родителей. При этом сюжет об убийстве отца дочерью в НС не единичен — см. далее, в этом же свитке.
477
В третьей из этих песен выражение «устилать соломенными циновками» — представляет собой постоянный эпитет макура-котоба к слову пэ («слой», «ярус»), отсутствующему в тексте песни, но подразумевающемуся в нем, поскольку песня содержит топоним Пэгури, включающий это слово. Цутихаси Ютака считает, что песни о белом дубе исполнялись на обрядовых игрищах в горах (яма-асоби), и песня о ветке дуба — это песня-благопожелание, в ритуальной ситуации исполняемая пожилым человеком и адресованная молодым мужчинам с целью принести им здоровье и долголетие, поскольку таковы магические возможности белого дуба с горы Пэгури.
В К порядок песен иной — сначала идет вторая песня, потом третья, потом первая. К песням тоски по родине в К отнесены лишь вторая и третья, по поводу первой же написано, что это катаута. Катаута — древняя форма японской поэзии с силлабическим строем в 5-7-7 слогов.
Тематический жанр песен грусти по родине (синоби-ута) — по-видимому, сочетает элементы ностальгии с гимническим жанром хомэ-ута или самбика, «хвалебных» песен. Можно предположить, что в названиях жанров запечатлена не только тема и эмоциональная окраска песен, но и их мелодический тип, музыкальный характер. В ранних письменных памятниках можно обнаружить указания на то, что музыкальный тип древних песнопений играл важную роль и в обрядовой сфере, и в области становления классических форм поэзии. Музыкальный тип исполнения свидетельствовал о клановой принадлежности автора, служа чем-то вроде родовой метки, соотносился с магическими целями песни, общей тематикой и т. п.
478
Ритуальное угощение правителя означало знак готовности подчиниться ему. Морогата — этот топоним упоминается в «Вамё: сё:». Вероятно, речь идет о местности, соответствующей нынешней юго-западной области преф. Миядзаки (о Морогата-но кими см. также свиток десятый, раздел [3]).
479
Местность в древней провинции Хиго (соврем. преф. Кумамото).
480
Аналогичные сведения есть и в «Хиго-фудоки».
481
Этот сюжет объясняет происхождение так называемых сиранупи (соврем. сирануи) — современные словари дают значение этого слова как «огни в море», «морской огонь». Иероглифически и этимологически это слово означает «неизвестный огонь»; имеются в виду бесчисленные огоньки в море неизвестной природы, наблюдаемые в этой местности до сих пор (север Кюсю, преф. Кумамото).
482
Как и во многих других сюжетах этого раздела, правитель Кэйко: имеет дело с духами — хозяевами мест, чьи теонимы совпадают с топонимами, или же, если идти по линии историзации мифологических событий (что свойственно японской комментаторской традиции), — с главами местности, жрецами культов этих земных божеств.
483
Тукуси-но мити-но сири-но куни — остров Кюсю (древнее Тукуси, Цукуси) был поделен на две части: ближайшая к столице называлась «Тику, что перед дорогой», дальняя — «Тику, что за дорогой», при этом слово тику — вариант произношения первого из иероглифов, составлявших древнее название Тукуси. Здесь речь идет о дальней части острова, древней провинции Тикуго, ныне южной части преф. Фукуока.
484
«Сто управ» — выражение из «Вэнь сюань».
485
«Утренний иней» — Цутихаси Ютака считает этот оборот эпитетом макура-котоба к топониму Микэ. В слове «микэ» ми означает «священный», кэ Цутихаси этимологизирует как часть слова кэру («таять»), отсюда ассоциация с инеем.
486
В этом сюжете дается иное этимологическое обоснование происхождению топонима Микэ, поэтому, возможно, здесь произошла контаминация двух повествований.
Кармен Блэкер усматривает в этом повествовании отчетливый мотив мирового древа (Carmen Blacker. The Catalpa Bow. A Study of Shamanistic Practices in Japan. L., 1975).
487
Эти и множество других топонимов данного свитка зафиксированы и в «Вамё: сё:».
488
«Мужи дубовых листьев» (касипадэ) — придворная должность. Большие листья дуба использовались как блюда, на которые раскладывалось угощение.
489
Рассуждение о правильном смысле этого топонима есть и в «Тикуго-фудоки».
490
Выше в этом свитке, раздел [2] говорится: «Еще одна супруга, Мидупа-но иратумэ, младшая сестра Миво-но уди-но ипаки-вакэ, родила Ипоно-но пимэ-мико» — то есть дочь императора была отправлена в Исэ в качестве жрицы Аматэрасу.
491
Пидаками-но куни — буквально «страна, где солнце высоко видно». В норито этот эпитет прилагался к Ямато, здесь он, по всей вероятности, обозначает северо-восточные земли, описанные также в «Хитати-фудоки».
492
Описание такой прически встречается в «Ханьшу».
493
Речь идет о татуировке. Возможно, что это парафраз из китайского памятника «Чуньцю цяолян чжуань», в котором говорится: «[Царство] У — страна варваров. Они выстригают волосы и наносят узор на тело».
494
См. коммент. 355.
495
Комментаторы НС-И оставляют это место без комментариев, прочитывая иероглифы «дурное божество» как «буйное, непокорное божество». В НС-С эти дурные божества толкуются как боги преграды (сапэгами), которых называли дурными или злыми, если они начинали вредить.
496
«Дыхание» записано иероглифом, означающим в китайских текстах «пневма», «эфир», «дух» (яп. ки, кит. уи).
497
Мино — нынешняя преф. Гифу.
498
Вручение оружия означает назначение полководцем. Однако это, по всей вероятности, не боевое оружие. В К говорится: «Государь снова сказал Ямато-такэру-но микото: „Усмири в восточной стороне непокорных божеств двенадцати дорог и людей, что не подчинились“, — и отправил его в путь, пожаловав ему копье в восемь пиро длиной из дерева пипираги» (К94-Т. 2. С. 71). Деревянное копье, как и секира в НС, очевидно, служили для отпугивания злых духов.
499
Неупорядоченность половых отношений и системы родства отмечается при описании варварских племен во многих китайских памятниках, в том числе, в «Вэйчжи», в разделе о народе ва (обитателях Японских островов). Зимовать в пещерах, проводить лето в гнездах на деревьях, носить шкуры и пить сырую кровь — эти выражения, по-видимому, почерпнуты из «Вэнь сюань» и «Лицзи».
Интересно, что это описание представляет собой классический, чуть ли не архетипический текст идеологов националистической ориентации любого времени и места. Аналогичны представления нынешних европейцев о жизни дикарей, точно также, в 60-е годы XX века, представляли себе древнюю историю Европы африканские сторонники теории негритюда, утверждавшие, что европейцы жили в пещерах вместе с летучими мышами в то время, когда в Африке уже возникли университеты (см. на эту тему работы Н. Сосновского).
Как прежде, так и теперь признаками варварства и дикости считаются прежде всего отсутствие системы родства (то есть наличие другой, отличающейся системы), отсутствие построек и прочие признаки животного мира.
500
В К дана прямо противоположная версия отношений Ямато-такэру с отцом. Там Ямато-такэру с ранних лет предстает неистовым, сверхсильным, опасным и необузданным героем, который ненароком, желая, по приказу императора, «приструнить» старшего брата, вырывает ему конечности, заворачивает тело в плетенку и выбрасывает. Правитель отправляет его на усмирение варваров, потому что сам страшится его необузданности и хочет удалить от себя.
501
В версии К Ямато-такэру жалуется тетке: «„Верно, государь желает, чтобы я умер, велит он мне во что бы то ни стало разгромить дурных людей западной стороны. Только я вернулся и явился к нему, а он не дал и времени пройти — воинов со мной не отрядил, но велит немедля усмирить дурных людей на двенадцати дорогах восточной стороны. Как подумаю об этом, так и ясно мне, что хочет он моей гибели“, — сказал он это и горевал, и плакал. А когда собрался уходить, Ямато-пимэ-но микото пожаловала ему меч Кусанаги, а еще дала ему мешок, наказав: „Если будет тебе угрожать опасность, развяжи этот мешок“, — так рекла» (К94-Т. 2. С. 71). То есть в тексте К Ямато-пимэ выступает как волшебный даритель и предок — чудесный помощник.
Применительно к НС эта встреча Ямато-такэру и Ямато-пимэ в комментариях к НС-С интерпретируется в том же смысле, как и частое наличие в одном сюжете и в одной местности двух героев или двух божеств, мужчины и женщины, с одним и тем же именем, к которому прибавлено пико (юноша) или пимэ (дева). Такие два персонажа совместно правят местностью, деля между собой практические и ритуальные функции (см. также коммент. 339).
502
В предыдущих случаях, выступая в поход, Ямато-такэру к ней за разрешением почему-то не обращался.
503
См. коммент. 216.
504
В варианте К Ямато-такэру получает еще и волшебный мешок (см. коммент. 501).
505
На протяжении описания этого восточного похода Ямато-такэру нередко именуется «царем», «владыкой» (яп. оо, кит. ван). Надо думать, этот титул применительно к Ямато-такэру на этом этапе звучал не вполне естественно, если переписчики сочли нужным вставить примечание, разъясняющее, о ком речь. Комментаторы подставляют к иероглифу ван чтение мико, «принц», предполагая, что так читали этот фрагмент в традиции.
506
По-видимому, это поздняя этимологизация архаического имени меча.
507
«Заклятие-котоагэ» — см. коммент. 158.
508
Комментаторы НС-С считают, что данное повествование связывает мотив утопленника с мотивом плодов дерева татибана, привезенного из Вечной страны Токоё и связанного с вечной жизнью.
В «Хитати-фудоки» супруга Ямато-такэру носит имя Опо-татибана-пимэ-но микото.
В варианте К говорится: «Тут по волнам расстелились в восемь слоев камышовые циновки, в восемь слоев кожаные циновки, в восемь слоев шелковые циновки, на них она и спустилась. И бурные волны сами собой улеглись, и ладья смогла пройти. И тогда государыня спела такую песню:
так спела. И вот, через семь дней драгоценный гребень императрицы прибило к морскому берегу. Взяли этот гребень, возвели гробницу и туда его положили» (К94-Т. 2. С. 72). Не лишено вероятия, что в варианте К схождение героини в море означает брак с божеством моря.
509
Комментаторы идентифицируют это место как пролив Урага в Токийском заливе.
510
Современный район То: хоку, преф. Аомори.
511
Тем самым корабль Ямато-такэру стал равным императорскому по рангу.
512
Нынешняя преф. Яманаси.
513
Цутихаси Ютака в своих комментариях к этой песне высказывает утверждение, что отсчет новых суток начинался с момента захода солнца, поэтому сначала говорится о числе ночей, а затем — о числе дней. В этом есть определенная логика с наступлением темноты день кончается, стало быть, тут же начинается новый.
514
Парафраз из «Вэнь сюань».
515
Речь идет о зеленых стеблях съедобного растения, в старину называвшегося пиру. Оно обладает резким запахом, наподобие чеснока или овоща пира, употребляемого в пищу доныне. Ввиду сильного запаха, по-видимому, считалось средством отпугивания злых духов.
516
Речь идет о мече Кусанаги-но туруги. См. также коммент. 216, 225.
517
Аналогичный сюжет имеется в «Ханьшу», раздел об императоре Гао: бог, «ставший змеей, очутился на дороге». В К в том же сюжете бог обращается в белого кабана.
518
По мнению Цутихаси Ютака, эта песня отражает старинные обряды, связанные с культом деревьев, на время которых к ветвям дерева привешивали ткани, одежду, лук и т. д. Возможно, что первоначально это была лирическая песня девушки, обряжавшей сосну в мужские одежды.
519
Подножие горного хребта Судзука в нынешней преф. Миэ.
520
Пленники поднесены в знак благодарности. В «Сникай» говорится, что Ямато-такэру одержал все свои победы благодаря чудесному мечу Кусанаги.
521
«Быстро пролетает повозка с четверкой лошадей трещину на дороге» — оборот из «Вэнь сюань».
522
«Лишился он сна на ложе своем, и яства уж сладкими не казались» — парафраз из «У-чжи». «Днем и ночью стенал он, в слезах и горе бил себя в грудь» — выражение из «Мао ши», комментариев к китайской «Книге песен» («Шицзин»).
523
В К сказано, что он «оборотился птицей тидори в восемь пиро длиной».
524
Погребальные пелена соответствуют указаниям, содержащимся в «И ли», китайском сборнике обрядовых установлений, где говорится о погребальных одеяниях, сделанных из освященного полотна.
525
Примерно в том же виде этот сюжет содержится и в К. По-видимому, в его основе — распространенное в разных ареалах поверье, что после смерти душа человека обращается в птицу.
526
«Подданный стропил и опор» — метафорическое обозначение министра. Имеется в виду аналогия: подобно тому, как стропила и опоры держат дом, так этот главный подданный является опорой государства (дом и государство — привычное для Китая и Японии тождество).
527
В «Записях о происхождении Великого храма Атута» говорится, что храм был воздвигнут в 890 г. супругой Ямато-такэру Мияду-пимэ, которая поднесла храму его меч Кусанаги. Храм Атута (соврем. Ацута) имеется и в списке имен богов, приведенном в «Энгисики». Храм Ацута, разумеется, в более позднем архитектурном варианте, существует и сейчас на прежнем месте, которое теперь находится посреди г. Нагоя. См. коммент. 216, 225.
528
Сапэки-бэ — род-корпорация, имя которого, сапэ, восходит к понятию сапэгами, «заграждающие боги». По-видимому, одно из покорившихся двору племен было использовано для охраны границ от внешних врагов.
529
«Скопа» — старояпонское название этой птицы — какуга, как сказано в «Вамё: сё:», нынешнее ее название — мисаго.
В аналогичном предании, записанном в «Такахаси-удзибуми» («Записях рода Такахаси») (Такахаси — род, ведавший столом правителя), говорится, что эту птицу захотела увидеть супруга правителя, однако посланный за птицей придворный не сумел ее поймать. Тогда на эту птицу было наложено заклятие — не подниматься на сушу, но всегда жить только в море.
530
Нынешние раковины хамагури. В «Такахаси удзибуми» говорится, что птицу поймать не удалось, и государыне был приготовлен для трапезы этот довольно крупный моллюск и рыба кацуо (разновидность тунца).
531
См. о нем свиток пятый, раздел [4].
532
Соврем. преф. Гумма.
533
Как говорится в «Синсэн сё: дзироку», «Новом перечне семей и родов», составленном в 815 г. и до сих пор служащим основным источником сведений о составе, структуре и мифических генеалогиях древней Японии, Миморо-вакэ — потомок Тоёки-но микото в третьем поколении.
534
Та-бэ — корпорация земледельцев. Миякэ — государственная (принадлежащая двору) кладовая риса, собранного на принадлежащих двору землях. Это же слово может указывать и на сами эти земли и обрабатывающих их крестьян.
535
Имя этого императора отличается от имени его отца только тем, что у отца имя начинается со слова опо («большой», «великий»), а у сына — со слова вака («молодой»). Это обстоятельство, а также само содержание свитка дает основания многим исследователям полагать, что фигура этого правителя — вымышленная.
Его посмертное имя — Сэйму (в ряде текстов читалось также как Сё: му) — примерно означает «исполняющий долг».
536
См. коммент. 464.
537
Речь эта очень китайская и своим пафосом, и по стилистическим фигурам. Комментаторы усматривают в ней выражения и устойчивые словосочетания, встречающиеся в «Вэнь сюань», «Цзиньшу», «Цзочжуань» и других классических китайских текстах.
538
В этом свитке, в разделе [6], звание инаки уже встречается, однако здесь говорится, что оно было учреждено при правителе Сэйму. По-видимому, речь идет о присвоении этого звания традиционным старейшинам административных единиц внутри провинции, к таким единицам относится, например, понятие агата, здесь переведенное как «угодья». После реформ Тайка вместо термина агата стал использоваться термин к опори (коори), что принято переводить как «уезд».
Словом агата именовались, кроме этого, земли, на которых находились огороды, поставлявшие овощи непосредственно к столу правителя.
539
Эти критерии границ, по-видимому, заимствованы из «Шицзи».
540
«Сторона гор, на которую приходится солнце», и «сторона гор, на которую приходится тень», — текстологи предлагают понимать это выражение, как «к югу от гор» и «к северу от гор». В тексте же противопоставление строится на основе терминов Ин-Ё: (он-ё:), (кит. Инь-Ян), при этом южная, солнечная сторона, соответствующая началу Ё: [кит. Ян], получает наименование «личины света», а северная, теневая, соответствующая началу Ин [кит. Инь], именуется «личиной спины».
541
Однако по подсчетам на основе данных свитка ему должно быть 98 лет. В К говорится — 95 лет. Относительно места его захоронения см. начало следующего свитка.
542
Тараси-нака-ту-пико — тараси — «изобильный», нака — «средний», поскольку он родился вторым ребенком. Его китайское посмертное имя, Тю:ай, означает — тю: — китаизированное чтение того же иероглифа «средний», ай — «скорбь», «сожаление». Комментаторы, исходя из содержания свитка и опираясь на некоторые старокитайские толкования иероглифа ай, предполагают, что имеется в виду скорбь по поводу краткости жизни этого правителя.
543
Десять сяку — 1 тувэ (соврем. цуэ) — приблизительно 3 м.
544
Предполагается, что это большой курган в форме замочной скважины, находящийся в г. Нара, в квартале Мисасаги.
545
Как говорится ниже, это младший брат правителя Тю:ай от другой матери. Комментаторы считают, что Аси-ками-но камами-вакэ-но мико, Аси-кагами-вакэ-но мико (рожден от брака Ямато-такэру с Кукумамори-пимэ в Ямасиро) и упоминающийся в «Кю: дзики» Аси-каму-камами-вакэ — один и тот же персонаж.
546
Окинага-тараси-пимэ-но микото — имя толкуется как Госпожа Дыхание Долгое — Изобильная Дева. Впоследствии она становится правительницей, ее посмертное китаизированное имя — Дзингу: (см. о нем коммент. 556).
547
Нынешний г. Цуруга в преф. Фукуи. В прошлом был одним из центров оживленных сношений с древними королевствами Кореи.
548
«Жемчужина, исполняющая желания» — буддийский термин.
В фрагментах «Тоса-фудоки», записях, включенных в «Сяку нихонги» (самые ранние комментарии к НС, составленные в конце периода Камакура), приводится вариант этой легенды — Дзингу: обретает белый камень величиной с куриное яйцо, кладет на ладонь и камень начинает испускать сияние во все четыре стороны света. Обрадовавшись, Дзингу: восклицает: «Это белая жемчужина, посланная в дар богом моря!» и в соответствии с этим нарекает остров.
549
Есть основания предполагать, что это то место, на котором теперь расположен храм Ицуки-но мия-дзиндзя (преф. Ямагути, г. Симоносэки, квартал Тоёура).
550
Возможно, что речь идет о зернохранилищах.
551
В качестве догадки комментаторы высказывают предположение, что с этого острова правителю будут поставляться овощи и рыба.
552
Имена богов неясны. Опо-кура-нуси, возможно, означает Великий Хозяин Кладовой или Хозяин Великой Кладовой.
553
«Как ткань из бумажного дерева» — постоянный эпитет макура-котоба к слову Силла, встречается также во фрагментах «Харима-фудоки», включенных в «Сяку нихонги».
554
В К говорится, что Тю:ай играл на священной цитре кото, чтобы узнать, что скажут боги устами Дзингу:. Далее его смерть описывается так: «Тут Такэсиути-но сукунэ, великий министр, говорит: „С нижайшим трепетом прощу моего небесного государя снова сыграть на этой великой священной цитре“, — так молвил. И вот государь наконец взял кото и стал нехотя щипать струны. Но не прошло много времени и звуки священного кото пресеклись. Тут засветился огонь, глянули — а государь уже скончался. Все изумились и испугались, поместили его в „смертный дворец“, собрали в земле Тукуси великую дань для приношений, отыскали прегрешения разные, таких родов, как свежевание живого, свежевание задом наперед, разрушенье межей, засыпка канав, осквернение калом в запретном месте, соитие родителей и детей, соитие с лошадьми, соитие с коровами, соитие с курами, провели в земле Тукуси великую церемонию изгнания грехов, а великий министр Такэсиути-но сукунэ отправился на песчаный двор и [снова] испрашивал повеленья богов». (В К94-Т. 2. С. 81 имя придворного прочитано не как Такэути, а как Такэсиути — в соответствии с прежней японской текстологической традицией.) Смерть правителя, осмелившегося возразить божеству, трактуется как великая скверна, сопровождающаяся нарушениями самых строгих табу среди народа и требующая максимальных очистительных обрядов.
555
См. коммент. 366.
556
Толкование ее японского посмертного имени см. в коммент. 546. Дзингу: — этот иероглифический бином, вероятно, заимствован из «Вэнь сюань» и означает «божественные» (несравненные, превосходные) «достоинства».
Многие японские исследователи разделяют ныне ту точку зрения, что не только сам поход этой императрицы в Корею вымышлен, но и сама ее фигура, построенная по образцу китайских императриц, описанных в «Ханьшу» и «Хоу ханьшу», полностью мифична. Видимо, составители НС и прочие идеологи того времени были близки к тому, чтобы включить Дзингу: в число правителей, недаром ей был приписан период регентства, а в «Хитати-фудоки» она прямо названа правительницей, то есть тэнно: (см. ДФ69. С. 89).
Прообразом Дзингу: послужила, по-видимому, Пимико (соврем. Химико), правительница-шаманка, описанная в китайской хронике «Вэйчжи».
557
«Вина́» (яп. туми, соврем. цуми) — намеренно совершенное прегрешение, влекущее за собой осквернение; «ошибки» (яп. аямати) — оплошности, нечаянные проступки.
558
Такие постройки возводились на время, применительно к случаю и носят принципиально иной характер, чем Итуки-но мия, постоянный «очистительный храм», в котором поселялась для проведения обрядов очищения жрица Аматэрасу, как правило, дочь правителя или ближайшая родственница, прибывая в храм Исэ из дворца.
Воямада-но мура — согласно «Вамё: сё», деревня в провинции Тикудзэн.
559
В К с самого начала магический обряд испрашивания воли божества происходит под звуки священной цитры на священном дворе. По-видимому, на этом дворе хранился рис, подносимый богам, и предполагалось, что в этом рисе может пребывать душа божества, спускаясь в него на время обряда. Инструмент кото сам по себе был магическим средством для привлечения божества.
В К говорится: «Эта государыня Оки-нага-тараси-пимэ-но микото в те времена часто бывала одержима божеством. Поэтому, когда государь, пребывая в обители Касипи-но мия в Тукуси, задумал напасть на страну Кумасо, он заиграл на священной цитре кото, а его великий министр Такэ-ути-но сукунэ, находясь в „песчаном дворике“, испрашивал волеизъявления богов» (К94-Т. 2. С. 80). Здесь этот же обряд проводится уже после смерти правителя Тю:ай.
560
«Ткани» — один из видов священных даров, подносимых божеству, также использовались как магическое средство для призывания божества и установления контакта с ним.
561
Саку-сузу-и-сузу-но мия — саку — «открывать», «трескаться», здесь, видимо, изображение звука колокольчиков, сузу — «колокольчик», и — обладает разными значениями — «пять десятков», «множество», «священный», то есть «храм трещащих колокольчиков, пяти десятков колокольчиков». Имеется в виду храм Исэ, посвященный Аматэрасу.
562
«Что простираются стократ» — постоянный эпитет макура-котоба к топониму Ватарапи (соврем. Ватараи); «где дует ветер богов» — эпитет к Исэ. Оба этих тропа часто встречаются и в стихах «Манъё:сю:».
563
Туки-сакаки-иту-но митама-ама-закару-мукату-пимэ-но микото — Госпожа, Воткнутая [в землю] Ветвь Сакаки, Священная (прошедшая очищение) Душа, Отдаленная от Неба, Тамошняя дева. Сакаки — основной атрибут обряда призывания богов, считается вместилищем божества во время обряда. Отдаленная от Неба, Тамошняя — по-видимому, имеется в виду удаленность храма Исэ от дворца, «тамошняя» (мукату, муко:) отсчитывается тоже от местопребывания правителя. Вся эта титулатура обозначает здесь Аматэрасу. Однако в этом отдаленном от центра мира храме почитается ее так называемая «грубая душа».
564
«Выйти, подобно флажку сусуки» — постоянный эпитет (макура-котоба) к слову «колос», этим выражением здесь, возможно, описывается явление имени этого божества из неизвестности. Храм, описываемый в данном фрагменте, не сохранился, однако он зарегистрирован в «Энгисики», а также в «Записях провинции Сима», относящихся к 6-му году Дзинги (729 г.), из которых явствует, что речь идет о Вака-пимэ, Юной Деве Солнца, младшей (сестре или дочери) богини Солнца Опо-пирумэ-но микото, то есть Великой (большой) Девы Солнца. Здесь противопоставлены понятия «большой» и «младший».
Младшая Дева Солнца фигурирует вместе с Аматэрасу в части «Эпоха богов», в сюжете о прегрешениях Сусаново (см. свиток первый, раздел <7.1> и коммент. 116 к первому свитку). Упоминается она ниже и в данном свитке, см. раздел [3].
565
Амэ-ни-котосиро-сора-ни-котосиро-тамакуси-ирибико-иту-но котосиро-нуси-но ками — имеется в виду бог Кото-сиронуси-но нами (см. коммент. 244). Здесь его имя означает что-то вроде: Бог, Замещающий Деяния [Словами] (яп. котосиро) на Небе, Бог, Замещающий Деяния [Словами] в Небесных Пустотах (яп. сора — пространство между небом и землей; нередки случаи, когда, согласно древним текстам, страна Ямато располагалась именно в этом пространстве, а не на земле), Драгоценный Гребень, Вкладывающий Юноша, Бог-Хозяин заменителей священных деянии (или священных заменителей деяний).
Наличие «гребня» и понятия «вкладывать» в этом титуле комментаторы объясняют браком Котосиро-нуси с Девой Яшмового (Священного) Гребня (Тамакуси-пимэ) и Девой из Мисима, [рожденной от] Шеста, [приплывшего по] Канавке [для отвода] Воды (Мисима-но мизокупи-пимэ). Куси — гребень, имеющий вытянутую вдоль форму, тоже напоминающий короткую палку. Обе жены Котосиро-нуси, по-видимому, связаны с мотивом чудесного рождения от стрелы (см. первый свиток, раздел <8.6>, а также коммент. 246 и 247 к первому свитку).
566
Упа-туту-но во, Нака-туту-но во, Соко-туту-но во — имеются в виду божества Сумиёси см. первый свиток, раздел <5.6>, а также коммент. 161. О храмах «мягкой» и «грубой» души этого бога см. ниже в этом же свитке, раздел [3].
567
Пасиро-кумаваси — прозвище, означающее Белокрылый Огромный Орел.
568
Аналогичное предание, объясняющее происхождение названия местности, содержится и в стихотворении «Манъё:сю:» № 561, хотя, вероятно, топоним этот более давний, и объяснение дается задним числом.
569
См. также «Манъё:сю:» № 555.
570
Слово табура интерпретируется как «обманщица» (тутикумо) — см. коммент. 341.
571
В данном случае трудно утверждать наверняка, идет ли речь о старшем брате или о старшей сестре. В случае, если это брат, то он, по-видимому, был главой данной местности.
572
В настоящее время эта местность причисляется к преф. Сага на Кюсю.
573
Предполагается, что речь идет об описанном выше добровольном подчинении кумасо двору Ямато после совершения правительницей надлежащих обрядов.
574
Разделение волос на две пряди, скорее всего, означает мужскую прическу и, таким образом, предвещает предстоящий травестизм Дзингу:. О прическе мидура см. раздел [6] первого свитка и коммент. 177.
575
Отдельные слова и выражения из речи Дзингу:, так же, как и ответ придворных, представляют собой заимствования из «Шицзи», «Ханьшу», «Вэнь сюань» и др.
576
Во многих сюжетах НС богам подносится оружие: см., например, свиток пятый, раздел [2], свиток шестой, раздел [6] и др.
577
Этот фрагмент содержит термины из «У-цзы» и «Ханьшу».
578
Речь идет о разновидностях душ тройственного божества Суминоэ.
579
«Карты и посемейные регистры» — выражение из «Ханьшу».
580
На самом деле коневодство приходило на Японские острова из государств Корейского п-ва. В частности, ниже, в свитке десятом, раздел [4] говорится о человеке из королевства Пэкче, привезшем ко двору двух коней.
Готовность вана Силла стать конюшим двора Ямато по контексту трактуется как подчинение, конюший при этом, по всей видимости, предстает чем-то вроде раба (яп. нупи, нухи).
581
Название этой реки дано в японском произносительном варианте. Вокруг вопроса об идентификации этой реки ведутся дискуссии и высказываются разные гипотезы. В настоящее время наиболее авторитетным считается мнение, что это река Ялу-цзян (Амноккан).
582
«Убийство будет неблагоприятно» — цитата из «Ханьшу».
583
Комментаторы НС-С предполагают, что речь идет о ритуальном шесте, втыкаемом в землю во время обрядовых действий, о чем упоминается еще в китайской хронике «Вэйчжи», в разделе «Преданий [корейских] Хань».
584
Когурë (яп. Кома), Пэкче (яп. Кудара). Когурë, самое большое из корейских государств, находилось на севере Корейского п-ва, Силла и Пэкче на юге, соответственно, в восточной и западной части. Имна (яп. Мимана) маленькое государство на юго-восточной оконечности п-ва, на севере граничившее с Силла. Как предполагают многие историки, в течение определенного времени Имна была заморской территорией Японии. Однако некоторые ставят это под сомнение, во всяком случае, достоверных доказательств нет ни у одной, ни у другой стороны.
585
Миякэ — см. коммент. 534.
586
Помута-но сумэра-микото — император О:дзин, которому посвящен следующий, десятый свиток НС.
587
Тараси-нака-ту-пико — император Тю:ай, то есть далее следует иная версия сюжета о смерти правителя и деяниях его супруги Дзингу:.
588
Значение имени неясно. Закономерно предположить, что божество вселилось в шаманку-женщину, поскольку обычно в Японии эту роль исполняли именно женщины. Однако в этом имени дважды встречается слово пико — «юноша». Комментаторы НС-С предлагают объяснение такого рода, что к этому имени предположительно женскому, были добавлены имена отца и старшего брата.
589
Мукапиту-во-мо-осо-попу-иту-но-митама-пая-са-агари-но микото — имя непонятно. Гипотетическое его толкование — Муж, Направляющийся Вдаль, Священная Нападающая Душа, Стремительно Поднимающаяся на сушу Госпожа. Это толкование дается из контекста, а также по аналогии с предыдущим именем прорицательницы. Предполагается, что под этим именем разумеется «грубая душа» божества, с помощью которого ладья Дзингу: вместе с войском была доставлена морскими волнами вглубь суши корейского государства.
590
Возможно, что здесь имеется в виду не собственно ван, а глава всех уездов, — в древней Корее человек на этой должности тоже титуловался как ван (правитель).
591
Нынешнее название — Нагато (западная часть преф. Ямагути на побережье Японского моря). Там поныне находится храм Сумиёси-дзиндзя.
592
См. коммент. 366.
593
См. свиток восьмой, раздел [1].
594
В К говорится: «Кагосака-но мико взобрался на дерево кунуги осмотреться, но тут появился огромный разъяренный вепрь, вырыл это дерево кунуги и сожрал того Кагосака-но мико» (К94-Т. 2. С. 83).
595
Видимо, речь идет о храме, находящемся ныне в г. Ниси-но мия, между Кобэ и Осака, в квартале Тайся-мати. Прежде это была провинция Сэтцу, ныне преф. Хёго.
Упоминания о храме Пирота (соврем. Хирота) есть в «Записях храма Сумиёси эпохи богов» («Сумиёси синдайки»), «Энгисики» и др.
«Что дорога сердцу» — постоянный эпитет макура-котоба к топониму Пирота.
Бухта Муко-но минато, упоминающаяся в «Вамё: сё:» и относящаяся там к стране Сэтцу, теперь залив-устье реки Мукогава в г. Амагасаки преф. Хёго.
596
Ямасиро-нэко — согласно «Новому уложению семей и родов» («Синсэн сё: дзироку»), люди рода Ямасиро-но атапи — потомки этого Ямасиро-нэко, который, в свою очередь, считается потомком бога Амэ-но микагэ в 11-м поколении. Персонажи К и НС отражены в этом памятнике, созданном после реформ Тайка в 815 г. и «упорядочивающем» генеалогии в соответствии с новой идеологией двора. Об этом памятнике см. также коммент. 181.
До этого, по всей видимости, приоритеты решались на основе ордалий кипятком, о чем в НС не раз говорится ниже.
597
Вака-пирумэ-но микото — Госпожа Юная Дева Солнца, в противовес Опо-пирумэ, Великой Деве Солнца (один из титулов, приписанных Аматэрасу). Это божество встречается раньше, в Эпоху богов (см. первый свиток, раздел <7.1>, а также коммент. 203).
598
Соответствует нынешнему храму Икута-дзиндзя, расположенному в центре Кобэ (прежняя провинция Сэтцу, ныне преф. Хёго). Во время Великого Кансайского землетрясения 17 января 1995 г. храм оказался полностью разрушен, на следующий год был отстроен заново. Однако так называемые удзико (члены семей, издавна приписанных к храму), чьи дома в окрестностях храма тоже в той или иной степени пострадали, теперь оказались расселены по разным местам и в финансовом отношении положение храма изменилось, хотя он по-прежнему остается одним из главных синтоистских святилищ в Кобе и местом паломничеств на Новый год и во время других синтоистских праздников. Прибавим, что большинство японцев, особенно люди молодого и среднего возраста, считают себя неверующими, тем не менее практически каждый совершает хацумодэ («первый выход в храм» в первые посленовогодние дни), покупает обереги от транспортных происшествии, вешает в храме вотивную табличку с личной просьбой (успешная сдача экзаменов, замужество, хорошее место по окончании университета, здоровье близких, мир в семье и т. п.). Большое место по-прежнему занимает заупокойный культ, совершаемый во многих домах ежедневно по буддийской традиции (по преимуществу в так называемых хонкэ, семьях, составляющих основную ветвь рода, где хранится домашний буддийский алтарь и книжечка, куда занесены прижизненные и посмертные имена покойных родственников).
599
«Что дорога сердцу» — постоянный эпитет макура-котоба к топониму Нагата. Храм расположен в квартале Нагата нынешнего г. Кобэ.
600
Речь идет о территории, на которой ныне находится храм Сумиёси-тайся в г. Осака. Великой гаванью часто именовался порт Нанива (Намба, южная часть нынешнего г. Осака).
601
Нынешний г. Хидака в преф. Вакаяма.
602
Будущий правитель О:дзин.
603
Ныне г. Хидака преф. Вакаяма.
604
То же выражение встречается в связи с сокрытием Аматэрасу в Небесной пещере. Далее, когда причина устраняется, как и в мифе об Аматэрасу, снова воцаряется деление на день и ночь.
605
Адунапи — этимология слова неясна. Возможно, это означает содомитский грех, или же скверну, ставшую результатом захоронения вместе двух людей (тем более жрецов), принадлежавших к разным религиозным группам.
Этот сюжет в К отсутствует.
606
«Сверкающий, подобно яшме» (тамапикару) — постоянный эпитет макура-котоба к словам «министр», «жизнь», «правление» (как отрезок времени, соответствующий правлению какого-либо императора). Слово «яшма» (яп. тома) омонимично слову тома «душа», то есть имеется в виду жизненная сила.
«Не камушки держит за пазухой» — по-видимому, речь идет о том, что министр прячет стрелы, а не камушки.
Собственно, камушки (исаго, «мелкая галька») — не случайная ассоциация. В первом свитке, во фрагменте, где рассказывается о рождении бога огня Кагутути, опалившего Изанами, говорится, что когда Изанаки рассек родившегося бога мечом, его кровь пролилась и окрасила траву, деревья и мелкую гальку. И эти три перечисленные вещи родственны между собой, «ибо включают в себя огонь». По предположению Цутихаси Ютака, трава и деревья включают в себя понятие огня как горючего материала, поскольку трением камней друг об друга высекался огонь (см. свиток первый, раздел <5.8>).
607
Сэта — соответствует местности в нынешней преф. Сига, где воды озера Бива вливаются в реку Сэтагава. В повествовании К они плывут в лодке по озеру Бива, именуемому там морем Any ми (соврем. О: ми). Кроме того, Такэути-но сукунэ в сражении не участвует. Примечательно, что в К Дзингу: заранее подозревает двоих принцев и принимает меры, чтобы обезопасить рожденного ею сына, будущего императора О:дзин: «А когда Окинагатарасипимэ-но микото собралась возвращаться в Ямато, охватили ее сомнения относительно сердец человеческих, и она снарядила одну похоронную ладью, поместила туда священное дитя и распустила слух о том, что „дитя уже скончалось“» (К94-Т. 2. С. 83).
608
Апуми — апа + уми, «пенное море», то есть нынешнее озеро Бива.
Есть толкование, что эту песню сложили люди рода, разводившего бакланов для ловли рыбы, и она позднее приписана Такэути-но сукунэ и включена в данный контекст. Однако Цутихаси Ютака исходит из того, что корморанов разводили в безлюдных местах, здесь же речь идет о переправе. Смысл песни, по Цутихаси, в том, что Такэути-но сукунэ желает удостовериться в смерти врагов, то есть увидеть их тела, но это оказывается невозможным.
609
Река Сэтагава, в которой утонули враги Дзингу:, в нижнем течении впадает в реку Уди (нынешняя Удзигава, которая затем впадает в реку Ёдогава, в свою очередь впадающую в Осакский залив).
610
В НС часто в год возведения на престол нового правителя, супруга предыдущего провозглашается государыней-супругой.
611
Нынешнее Кавати, южный район г. Осака.
612
Помута-вакэ-но мико — Молодой Принц Налокотник. Помута означает то же, что японское слово томо, то есть налокотник — вырезанный из кожи кружок, который лучники привязывали к руке для защиты левого локтя. Это имя в разных памятниках записано с помощью разных иероглифов.
613
«Соломенная кукла-дух» — как говорится в «Лицзи», «соломенную куклу, [в виде] человека или лошади, делают из тростника. Ее именуют душой. Это разновидность божества».
614
Ныне это храм Кэхи-Дзингу: в преф. Фукуи, в г. Цуруга, квартале Акэбоно. Кэпи (кэхи) — «дух еды» (кэ + пи).
615
Эта песня имеет типичную форму так называемого жанра «восхваления вещей», который часто использовался во время ритуалов камуасоби, «увеселения богов».
Из нее явствует, что бог Сукуна-микона считался некогда богом виноделия, и любое сакэ считалось исходящим от него. Цутихаси объясняет связь Сукуна с виноделием в том духе, что богатый урожай риса, сбраживание сакэ и лечение болезней обычно доверялось богам, связанным с Вечной страной Токоё, откуда и пришел Сукуна. «Как скала стоящий» — некоторые авторы связывают это божество с культом камней, со времен Хэйан во многих местностях почитался как бог камня, может быть, потому, что, по преданию, он впервые явился на побережье у кромки воды, подобно небольшой скале. Об этом божестве см. также первый свиток, раздел <8.6> и коммент. 241.
«Одержимо хвалы вознося» — по-видимому, во время сбраживания сакэ происходили безудержные ритуальные пляски, имеющие целью способствовать процессу сбраживания, отсюда понятие этого вакхического сумасшедшего веселья.
Саса — по мнению комментаторов НС-С, междометие, выражающее поторапливание, подбадривание. По Цутихаси, оно означает ритуальное пожелание расцвета (саку, отсюда са), счастья, раскрытия, означает нечто вроде «цвети!» Это слово часто встречается в песнях-пожеланиях долголетия и в приветственных обрядовых песнях и представляет собой песенно-стиховое явление, именуемое хаяси-котоба, «припевки», вроде русского «ай-люли», тоже в большинстве утратившего смысл. О забытом смысле наиболее старых из зафиксированных хаяси-котоба см.: Ермакова Л.М. Речи богов и песни людей. С. 144–147.
616
Предполагается, что принц тогда был еще мал, чтобы отвечать самому. По К, ему в это время было уже 14 лет.
617
Сбраживалось сакэ в то время путем жевания сырых зерен риса и выплевывания прожеванного в сосуд вместе со слюной.
Различные догадки строятся относительно того, как стоял барабанчик. В тексте сказано: соно тудуми усу-ни татэтэ. Есть точка зрения, что это означает «поставив барабанчик цуцуми внутрь ступки» (для резонанса), некоторые считают, что барабанчик ставился на край ступки, на землю рядом с ней и т. д. Цутихаси полагает, что имеется в виду «поставить барабанчик наподобие ступы». Обычно этот малый барабан держат в руке или подвешивают к плечу, в данном же случае, как он считает, его ставят на пол, как ступку.
618
Император Мин (227–239) был вторым по счету правителем династии Вэй.
619
Имеется в виду описанная в «Вэйчжи» легендарная японская правительница-шаманка Пимико (Химико). В этом фрагменте «Вэйчжи» говорится, что китайский император оценил ее лояльность и подношения и пожаловал ей титул «Правительницы страны Ва, дружественной двору Вэй», а также золотую печать с алой лентой (см., в частности. Sources of Japanese Tradition. V. 1. Columbia Univ. Press. N.-Y., 1964. P. 6).
620
Эти выписки из «Вэйчжи» (за исключением некоторых случаев практически совпадающие с китайским текстом), как предполагается, указывают на прямое сопоставление Дзингу: и Химико.
Приведенные в этом фрагменте имена частично упоминаются и в китайских источниках, однако в последнем случае (запись от 4-го года Чжэн-ши) трудно определить границу между именами и не вполне понятно, сколько именно человек здесь поименовано.
621
На основании географического раздела корейской летописи трех древних королевств «СС» комментаторы предполагают, что это нынешний округ Тэгу с центром в одноименном городе. В свитке девятнадцатом (правление Киммэй) описывается падение и гибель этого королевства.
622
Титул (яп. канки) обозначал верховного правителя во всех корейских государствах.
623
По данным летоисчисления НС этот год соответствует 244 г. Однако по «Пэкче ги» получается, что это 364 г.
624
Третий из них упоминается в СС как военачальник Маккохэ (см. СС95. С. 152).
625
Видимо, речь идет о правителе Кынчхого — см. СС95. С. 151, где говорится: «Ван Кынчхого был вторым сыном вана Пирю. Был красивым, высоким и статным широко просвещенным». В НС и К его имя передается по-японски как Сёко (хотя иероглифы сё — разные), в «Истории Цзиньской династии» («Цзинь шу») как Ё-ку.
626
В археологических раскопках нередко обнаруживаются железные бруски длиной от 15 до 40 см. Самое большое их число — 870 — было найдено в небольших курганных захоронениях, относящихся к V веку и расположенных вокруг большого кургана Уванабэ в г. Нара. Такие небольшие курганы обычно принадлежат родственникам высокого лица, погребенного в большом.
627
Сапи — «преграда», «барьер», ср. сапэгами, «боги преграды». По-видимому, речь идет о пограничной территории, находящейся между Силла и Имна (последняя, возможно, была в то время подконтрольна Японии).
628
В свитках, посвященных Дзингу:, О:дзин и Ю:ряку, часто цитируются три корейские летописи — «Деяния Пэкче» («Пэкче ги»), «Новый изборник Пэкче» («Пэкче синчхан») и «Основные записи Пэкче» («Пэкче понги»). Не исключено, что эти свитки были составлены на основе корейских материалов.
И в «Записях Пэкче», и в «Новом изборнике Пэкче» есть много общего с НС — в способе летоисчисления, в наименовании японского двора «небесным» и т. п. (Некоторое время считалось, что «Записи Пэкче» были составлены корейскими учеными, состоящими при японском дворе, специально для сведения Ямато, — чем объяснялось бы наличие в этой корейской летописи выражений типа «великая страна» применительно к Японии, «почтительно прибыл» и т. п. Однако эти стилистические особенности, весьма вероятно, могли быть внесены и самими составителями (или переписчиками) НС, и сейчас эта точка зрения уже не имеет большого веса.)
Очевидно, тем не менее, что переписчики более позднего времени, которым принадлежат пометки (набранные в переводе мелким шрифтом), то и дело, при переписывании этих свитков НС, сверялись с «Записями Пэкче».
629
Имеется в виду пролив к западу от острова Чечжудо.
630
Древнее название острова Чечжудо.
631
Этот принц стал правителем после смерти вана Кинчхого. Как сказано в СС, он был старшим сыном вана Кынгусу. Далее, в связи с его вступлением на престол, в СС говорится: «Ван Кынгусу (некоторые называют Су)» (см. СС95. С. 153).
По-японски во времена НС его имя читалось как Кувису. Именем Су он был назван в «Цзинь шу».
632
Все эти топонимы отыскиваются в географо-топонимическом разделе СС (однако эта часть летописи на русский язык не переведена).
633
По НС — это 255 г. По СС — 375 (или 374) г. Как утверждают комментаторы, составители НС могли, в целях удревнения собственной истории, вычесть из 375 г. два шестидесятилетних цикла, тогда и получается приведенная в НС дата.
634
Дочь Соту-пико, Ипа-но пимэ, стала женой правителя Нинтоку и матерью троих правителей — Ритю:, Хансэй и Бэнто:. Здесь говорится не о дочери, а о младшей сестре, но комментаторы допускают возможность, что речь идет об одном и том же персонаже.
635
По НС, это было в 264 г. В «Записях Пэкче» смерть этого вана датируется 10-м годом цикла, то есть 384 г. Снова, как пишут комментаторы НС-С, дата НС получается, если вычесть из даты корейской летописи два шестидесятилетних цикла.
636
Этот принц в НС именуется Акува, что, видимо, соответствует корейскому Ахва. Однако в СС он именуется Асин. Согласно корейской комментаторской традиции, в имени Асин второй знак написан с ошибкой, и правильно как раз соответствующее данным НС чтение Ахва.
В СС говорится: «[Асин] был старшим сыном вана Чхимню. Во время его рождения в уединенном дворце в Хансоне странное сияние осветило ночь. Когда [он] вырос, [он] стал решительным и дерзким, полюбил охоту и верховую езду. Когда скончался ван (его отец), он был [еще] мал, поэтому престол унаследовал его дядя Чинса. В восьмом году [правления Чинса] скончался и взошел [Асин]» (см. СС95. С. 155). Что же касается самого Чинса, то о нем в СС говорится, что он был «сильным и храбрым, умным и мудрым» (СС95. С. 154).
637
Это был первый правитель из династии Западная Цзинь, правил с 265 по 290 гг.
638
Речь идет о записи в придворных регистрах «Цзинь шу».
639
По рассуждению комментаторов, поскольку целью составителей НС было установить соответствие Дзингу: с легендарной Химико из китайской хроники «Вэйчжи», она должна была умереть позже 266 г. (2-й год Тай-чу). Потому в НС год ее смерти соответствует 269 г. Отсчитав от него еще два цикла, получаем 389 г.
640
Сейчас идентифицируется с курганом в форме замочной скважины в квартале Мисасаги г. Нара.
641
Японское имя этого правителя см. коммент. 612. О:дзин — буквально «соответствующий [воле, велениям] божества», поскольку он был чудесным образом рожден в соответствии с речением божества.
Иероглифический бином О:дзин заимствован из «Диван шицзи», текста Цзиньского периода, в котором говорится: «Сыну Неба, когда он становится повелителем, дается имя. В соответствии [с велениями] богов, получив мандат Неба, он становится Небу сыном. Потому и именуется Сыном Неба».
642
Парафразы из китайских книг «Дунгуань ханьцзи», «Суй шу» и др.
643
Об этом же говорится и в К: «Этого наследного принца нарекли именем Опотомовакэ-но микото вот почему: когда он родился, в его руке был кусочек мяса, похожий по форме на томо, налокотник для лучников. Потому и дали ему это имя. По этому признаку узнали, что и в утробе он был средоточием страны» (К94-Т. 2. С. 80).
Этот фрагмент текста никак не толкуется исследователями. Однако представляется, что в данном случае можно было бы говорить о мотиве чудесного рождения, и, более того, мотиве, восходящем к алтайским верованиям. Той же биографической особенностью был наделен Чингисхан, который тоже родился с зажатым в кулаке комочком мяса, хотя, разумеется, гораздо позже. Сходство мотивов подтверждается и последующей фразой, из которой явствует, что зажатый в руке новорожденного комочек мяса свидетельствует о том, что родился будущий властелин.
644
Комментаторы толкуют обмен именами как средство укрепления связи. Здесь, впрочем, это может означать и след божественного происхождения Помута-вакэ. Имя Изаса-вакэ достоверному истолкованию не поддается.
645
Почти все эти имена встречаются в аналогичном фрагменте К.
646
Ама — племя, чья хозяйственная деятельность традиционно была связана с морем. Их язык, как сказано в «Бидзэн фудоки», отличался от языка «обычных людей».
647
См. коммент. 636.
648
Под «великой страной» имеется в виду Япония.
649
В СС говорится нечто иное: «Зимой, в десятом месяце, когурё[ское войско] с боем захватило крепость Кванми. Ван охотился в Кувоне, но по прошествии десяти дней не вернулся. В одиннадцатом месяце он скончался в уединенном дворце в Кувоне» (СС95. С. 155).
650
В провинции Иду (Идзу), как говорится в «Вамё: сё:», есть местность Карино, и, может быть, пишут комментаторы, название кораблю было дано по этой местности, где находилась судостроительная верфь.
651
Каруно — название храма в Идзу, зарегистрированного еще в «Энгисики». Каруно — означает «легкое поле», карано — «гниющее поле», поэтому средневековым переписчикам это название кажется неподходящим для корабля.
652
Ныне г. Удзи в Киотоском округе.
653
В связи с этой песней Цутихаси Ютака отмечает разрушение жанровых примет и выпадение сюжетных цепей по сравнению с К, где тоже приводится эта песня и где сначала говорится: «Однажды, когда государь переходил землю Тикату-апуми, он остановился на равнине Уди и, озирая равнину Кадуно, спел…» Этой фразой (и прежде всего словом «озирая»), по мнению исследователя, песня вводилась в жанр песен куними — «осматривания страны» (о ритуальном осматривании территории в ранней японской словесности см.: Ермакова Л.М. Речи богов и песни людей. С. 220–226). В НС же эта фраза отсутствует.
Кроме того, сочетание песен куними и песен утагаки («песенная изгородь», принятый повсеместно в древней Японии обряд плодородия, сопровождавшийся песнями и танцами, а также образованием брачных пар на время ночи обряда), по мнению Цутихаси Ютака, было повествовательным приемом в сюжетах о сватовстве древних императоров. В К за этой песней и в самом деле следует сватовство правителя к Якапаё-пимэ. В НС же, как считает Цутихаси, песня дана просто как имевший место факт, и сделано это, по его предположениям, с тем, чтобы изъять сюжет о Якапаё-пимэ, а тем самым об ее отце, опо-оми Пипурэ из Вани.
Изъятие сюжета о роде из Вани могло означать перемену политики по отношению к данному племени.
654
О нем в СС сказано: «[Он] был старшим сыном Асина (Ахва. — Л.Е.). В третьем году правления [вана] Асина был возведен наследником, а в шестом году был отправлен заложником в государство Вэ» (см. СС95. С. 156). Вэ — то же, что Ва — название Японии в китайской летописи «Вэйчжи».
655
Парафраз из «Лунь юй», где говорится: «Правитель, пользуясь услугами подданного, соблюдает ритуал; подданный, служа правителю, держится [принципа] верности».
656
Это имя встречается в синхронных памятниках.
657
Мотив двойничества через сходство, как представляется, воспроизводит мифологический сюжет из Эпохи богов о сходстве скончавшегося Ама-вакапико и его друга Адисуки-така-пиконэ (см. свиток второй, [9]).
658
Поскольку тот же маршрут указан в описании путешествия Дзингу: («государыня же, узнав о том, что Осикума-но мико собрал войско и подстерегал ее, приказала Такэути-но сукунэ оберегать принца, пройти южным морем и остановиться в бухте Ки-но минато» — см. свиток девятый, раздел [3]), комментаторы предполагают, что это был принятый при дворе секретный путь от Кюсю до Ямато.
659
Кукатати — вид ордалий, заключавшихся в погружении руки в котел с кипящей водой. Невиновный (или сказавший правду) не несет никакого урона, виновный непременно обварится. Обряд этот заимствован из Китая, где упоминания о нем встречаются в «Лунь юй», «Суй шу» и других памятниках.
660
Речь идет о прудах на территории нынешней преф. Нара, однако они не идентифицируются достоверно с ныне существующими.
661
Ками-нага — может означать «волосы длинные», если это не топоним (что тоже не исключается). Относительно Морогата см. коммент. 478.
662
Есть предположение, что это место — Восточное Кувацу и Западное Кувацу в провинции Сэтцу, упоминаемые в «Вамё: сё:» (нынешний г. Итами в преф. Хёго), но более вероятно, по мнению комментаторов НС-С, что речь идет о деревне Кувацу в уезде Сумиёси (нынешний квартал Хигаси-Сумиёси-ку в г. Осака).
663
Перевод этой песни представляет немалые трудности, ряд фрагментов неясен, комментаторы предлагают разные варианты прочтения и толкования. Данный перевод — сумма (или же разность) этих толкований плюс собственное понимание.
664
В песне, видимо, говорится, что принц не подозревал о том, что отец хочет пойти ему навстречу.
«Где вода стоит» — эпитетальный оборот к слову «пруд».
665
«Что в конце пути» — эпитетальный оборот к топониму Пимука, области Тукуси (Кюсю). Имеется в виду отдаленность Кюсю от столицы. Копата — по всей видимости, название местности, однако более ничего достоверного по этому поводу сказать невозможно. Слухи о красоте девы из Копата по размаху сравниваются с раскатами грома, поэтому принц не надеялся получить ее в жены — таков приблизительный смысл этой песни.
666
Апади (нынешний остров Авадзи) часто упоминается как место охоты императора, по-видимому, именно там находились охотничьи угодья двора.
667
Устье реки Какогава, прилегающее к нынешним городам Какогава и Такасаго преф. Хёго.
668
В «Харима-фудоки» об этой местности говорится: «…и, посмотрев во все стороны, царь изрек: „В этой стране очень широко раскинулись холмы и равнины. Когда я смотрю на эти холмы, они напоминают мне оленей [яп. како]“, — так он соизволил сказать, поэтому уезд и назвали Како» (см. ДФ69. С. 69). То есть связь этой местности с оленями, видимо, не случайна.
669
По-древнеяпонски ее имя звучало как Макэту. Имя это более нигде не встречается, в том числе и в корейских памятниках.
670
Речь идет, как явствует из «Вамё: сё:», о роде Кумэ из местности, соответствующей нынешнему г. Касивара в преф. Нара.
671
Этот человек — предок рода пубито (фумибито, писцов-грамотеев) Атики. Атаки — древнеяпонский произносительный вариант его имени, древнекорейский же (Аджикки) восстанавливается реконструктивно.
В К в том же сюжете говорится: «Государь страны Кудара, Сэуко, послал государю одного жеребца и одну кобылу, поручив это Ати-киси. (Этот Ати-киси — предок пубито Атики.) Были также поднесены меч и большое зерцало» (К94-Т. 2. С. 92–93).
Сэуко — соответствует корейскому имени вана Чхого (Кынчхого) (см. также коммент. 625). Однако по хронологии НС получается, что Атики был послан уже во времена правления Ахва.
В имени Атики или Ати-киси трудно различить часть, являющуюся собственно личным именем и титулом, трудно также определить в данном случае значение титула — чиновник 14-го ранга, правитель, глава местности и т. п.
672
Не исключено, что это был живший в Пэкче китаец, причем, судя по иероглифам имени, принадлежавший к императорскому роду, отсюда возможное китайское чтение его имени — Ванъин, хотя в японской истории он знаменит под именем Вани.
В К сюжет о Вани излагается так: «А еще стране Кудара (Пэкче) был объявлен высочайший указ: Если имеются мудрецы, пришлите их». И вот человек, посланный в согласии с высоким повелением, был по имени Вани-киси. Этому человеку ван Кудара поручил поднести государю «Ауньюй», десять свитков, и один свиток Цянь цзы вэнь, всего одиннадцать свитков. (Этот Вани-киси — предок обито Пуми.) (К94-Т. 2. С. 93). Добавим к сказанному, что текст «Цянь цзы вэнь» (яп. «Сэндзимон») — «Письмена из тысячи знаков», представлял собой нечто вроде китайской азбуки раннего средневековья, содержавшей основные сведения о китайской культуре — от мифологии до классических учений ее мудрецов — и представлявшей своего рода культурную матрицу китайского мира. Этот текст в Китае и Японии ученики должны были заучивать наизусть. Памятник датируется приблизительно VI веком н. э.
673
В СС о Чонджи говорится так: «[Он] был старшим сыном Асина (Ахва. — Л.Е.). В третьем году правления [вана] Асина был возведен наследником, а в шестом году был отправлен заложником в государство Вэ. В четырнадцатом году [правления] после кончины вана второй брат вана, Хунхэ, стал управлять до возвращения в страну наследника, однако третий (следующий) брат, Чхомне, убил Хунхэ и сам стал ваном. Как только Чонджи, находившийся в Вэ, получил печальное известие [о кончине вана], с горькими слезами стал просить о возвращении [на родину]. И вэский ван отпустил его в сопровождении охраны из ста своих воинов… Люди государства Пэкче убили Чхомне и встретили Чонджи, чтобы возвести его на престол» (см. СС95. С. 157).
674
См. коммент. 346 и раздел [3] третьего свитка.
675
Предполагается, что упоминание о поперечной ступе (непонятно, какова была конкретно форма и особое назначение этой ступы) свидетельствует о каком-то непривычном для рода правителя виде утвари и способе приготовления сакэ.
676
В К сказано: «А еще когда сделали поперечную ступу из дуба, растущего в Ёсино, и когда в этой поперечной ступе готовили священное рисовое вино [для государя], то стали бить в губные барабанчики, устроили действо и так спели…» (К94-Т. 2. С. 92). По мнению комментаторов НС-С, «бить в губные барабанчики», по-видимому, означает хлопать себя ладонью по губам.
Цутихаси Ютака, отмечая, что обычай битья себя по губам неясен, высказывает все же предположение, что это, может быть, сходствует с айнскими обрядовыми приемами.
Обрядовый смех кудзу также трудно интерпретировать — понятно только, что запись этого обстоятельства свидетельствует об удивлении авторов текста, столкнувшихся с иной культурой. Комментаторы НС-С высказывают абстрактное предположение, что этот смех должен был приносить удачу и отпугивать алых духов.
677
В Минами-кудзу, в Ёсино, ныне есть храм Киёмигахара-дзиндзя, где принято ежегодно, в 4-й день Нового года, поставлять божеству в качестве приношений съедобных травяных лягушек и рыбу угуи. Однако вряд ли этот обычай берет начало с описанных в НС времен, скорее, эта запись в своде послужила основанием для такого обычая и, возможно, произошло это довольно поздно.
678
Ая — этим японским словом передавался иероглиф, обозначавший династию Хань. Ати, если читать это имя по-китайски, звучит как Ачжи. Этот род в Японии возводил свое происхождение к императору Лин-ди Поздней Хань. Легенда этого рода гласит, что когда Хань пала в 221 г., принц Ати бежал в Корею, а оттуда в Японию. Здесь он стал родоначальником ткачей. (Этот Ати и поименованный в коммент. 31. Атики — разные люди, и имена их записываются разными иероглифами.)
Тука — по-китайски, видимо, читается Доцзя, но этот персонаж не идентифицирован.
679
Речь идет о соблюдении Э-пимэ конфуцианского принципа почитания родителей (см. «Ли-цзи» и др.).
680
«Оба родителя» — иероглифический бином, часто встречающийся в буддийских текстах.
681
Цутихаси Ютака полагает, что текст песни не соответствует нарративу; следуя логике песни, он считает, что кто-то увез Э-пимэ вопреки воле императора или она была вынуждена уехать из-за ревности государыни-супруги — по аналогии с сюжетом о Куро-пимэ и императором Нинтоку (см. К94-Т. 2, свиток третий). По его мнению, один и тот же сюжет породил два разных повествовательных варианта, представленных в К и в НС.
682
См. выше, сюжет об Э-пимэ. Имена и должности, названные в этом абзаце, отыскиваются и в других памятниках.
683
В СС говорится, что это произошло на 16-м году правления Чонджи, то есть в 420 г. По хронологии НС получается 294 г., и даже при прибавлении двух шестидесятилетних циклов остается разница в 6 лет. Китайская летопись «Суншу» как бы не замечает смены корейских правителей, однако корейская комментаторская школа считает дату СС правильной.
684
В СС упоминается это имя в несколько измененном виде — Мокхёп Манчхи (см. СС95. С. 164). О неблаговидных же поступках этого персонажа ничего не говорится.
685
Судя по данным СС, в Когурё в первой половине V века правили ван Квангэтхо (392–413) и его сын Чансу (413–491). По мнению комментаторов НС-С, маловероятно, чтобы они поставляли тогда Японии дань или вступали с ней в переписку. Дань оттуда шла, главным образом Китаю, царству Вэй.
686
См. коммент. 650.
687
В «Синсэн сё: дзироку» об этом роде говорится как об обитателях провинции Сэтцу, ведущих свое происхождение от божества Икагасиково-но микото. Там же сказано, что все кланы Сэтцу, относящиеся к Вина-бэ, восходят к человеку по имени Накату-но падэ, выходцу из Пэкче.
688
Комментаторы сходятся на том, что сая-сая — зрительный образ, передающий колыхание водорослей, а часть юра в топониме Юра-но то — звуковой, от ономато-поэтического слова юра-юра, выражающий колебательные движения предметов. Юра-но то — бухта вблизи нынешнего г. Сумото на острове Авадзи (др. — яп. Апади), где с давних пор выжигали соль.
В к эта песня помещена в разделе императора Нинтоку (в НС это следующий свиток). Там сказано: «Во время этого правления высокое дерево росло к западу от реки Тоноки. Когда утреннее солнце достигало этого дерева, оно отбрасывало тень до острова Ападзи; когда вечернее солнце достигало его, его тень переваливала за гору Такаясу. Это дерево срубили и сделали из него корабль, очень быстроходный корабль. Этот корабль назвали „Карано“» (К94-Т. 2. С. 179).
689
Ати-но оми — см. коммент. 678.
690
Эти персонажи не встречаются в текстах соседних ареалов.
691
Выше, в записи от 25-го года, сказано, что этот ван умер. В данном случае НС хронологически противоречит себе и СС, но согласуется с датами китайских летописей. По данным СС, это был уже второй год правления вана Пию (428 г.), и там имеется запись: «Прибыл посол из государства Вэ [Японии. — Л.Е.] со свитой в 50 человек».
692
См. генеалогии в разделе [1] настоящего свитка.
693
В К говорится, что ему было 103 года.
694
Имя этого божества встречается в НС в нескольких местах, самое раннее — конец раздела [6] первого свитка, где Аматэрасу и Сусаново рождают детей по обету с помощью меча и яшмового ожерелья: «И еще повеление рекла: „Этот меч в десять кулаков [принадлежит] Сусаново-но микото. Посему эти три женщины-богини — твои“, — так рекла и передала их Сусаново-но микото. Они и есть божества, которых славят кими Мунаката в Тукуси».
Принятое в комментаторской традиции мнение состоит в том, что Мунаката — общее название ряда божеств, которым поклоняются в местности, прилегающей к храму Мунаката в нынешней преф. Фукуока на Кюсю.
В НС И высказывается предположение, что речь идет о другом месте. В преф. Фукуока довольно много храмов местных божеств, примечателен, например, храм на острове Окиносима (хотя неизвестно, о нем ли говорится в К как о храме Оки-ту-мия). Этот небольшой остров (всего 4 км длиной) находится в заливе Гэнкай-нада, примерно в 50 км от берега, посередине между Кюсю и островом Цусима. Вся его территория считается священной, издавна никто там не селился. В середине 60-х годов там начались археологические раскопки, вскрывшие слои периодов Дзёмон, Яёи и Кофун (курганный период). Там были найдены зеркала, яшмовые бусы, мечи, осколки стекла, медные украшения, уменьшенная модель лодки (видимо, средство передвижения души в обитель мертвых) и пр. По этим находкам было выдвинуто предположение о том, что на этом острове происходили контакты обитателей Японских островов с выходцами с Корейского п-ва и с материка.
695
Об этом роде ничего не известно.
696
Ту-но куни — то же, что Сэтцу-но куни. Название Сэтцу впервые употребляется в НС в четырнадцатом свитке (при Ю:ряку-тэнно:).
697
Курэ — как и выше, китайское царство У, Кая — фонетически трансформированное кара (общее название разных китайских царств), то же, что Ая, то есть государство Хань. Сведений об этих родах и их потомках в синхронных японских текстах нет.
698
Предание о происхождении японского имени этого правителя излагается ниже в этом же свитке, непосредственное его значение — Великий Господин Сазаки. Сазаки — старое название птицы, соврем. яп. мисосадзай — японский крапивник, англ. wren, орнит. Troglodytes troglodytes fumigatus Temminck (будем надеяться, что эта латынь когда-нибудь кому-нибудь пригодится). Отметим еще, что этот крапивник — по-видимому, самая маленькая японская птичка (5 см).
В К94-Т. 2, свиток третий, слово сазаки, то есть название этой птицы в имени правителя Опо-сазаки условно переведено А.Н. Мещеряковым как «трясогузка». Здесь переводим это слово как «перепел» по двум соображениям: первое (не самое существенное) — крапивник внешне больше похож на перепела (коричневый, рябенький, хвостиком, как трясогузка, не трясет): второе, куда более важное, — сазаки — птица с другим обликом и функцией в НС. Трясогузки (яп. нипакунабури) как таковые уже заняты в переводе — они встречаются в первом свитке Эпохи богов, где Изанаки и Изанами, не зная Пути супружеского соединения, все же впервые соединяются, подражая паре трясогузок. Кроме того, в конце первого свитка рассказывается, как приплывает в скорлупке плода крошечный бог Сукуна-бикона, а за спиной у него — крылья птички сазаки, кроме того, в похоронах Амэ-вакапико тоже участвует птица сазаки, таким образом необходимость разделить этих двух птиц в переводе очевидна.
Китайское посмертное имя Нинтоку состоит из двух иероглифов — «человечность» и «добродетель» (в конфуцианском понимании этих категорий).
699
Парафраз из «Ханьшу».
700
Оборот «великий повелитель» применительно к правителю, заимствован из китайских источников, вероятнее всего, из «Хоу ханьшу», здесь встречается впервые, далее он часто употребляется.
701
Этот персонаж встречается только в К и НС.
702
См. в свитке десятом, раздел [6]: «В этот день Опо-яма-мори-но микото был назначен ведать горами, реками, рощами и полянами, а Опо-сазаки-но микото было поручено стать помощником наследного принца по государственным делам».
703
Речь идет о правителе Суйнин (см. свиток шестой), однако там этих данных нет.
704
Уди ныне находится в окрестностях г. Удэи округа Киото. «Где неистовы [боги]» — речь идет о постоянном эпитете макура-котоба к словосочетанию «переправа Уди». Это макура-котоба обычно имеет вид типаябуру, в таком виде оно встречается и в варианте этой песни в К. Здесь же оно дано в разновидности типаябито. Цутихаси Ютака этимологизирует его как ти («дух», «душа») + пая («быстрый», «стремительный») + буру («трясти», «размахивать»).
705
«Дерево-дуб маюми, что годится на луки адуса» — определяемое («дерево») и постоянный эпитет макура-котоба. Дуб маюми — низкорослое дерево с крепкой древесиной.
Кого именно напоминает принцу дуб — точно неизвестно, есть предположения, что под властителем имеется в виду прежний император Одаин, под сестрой — то ли младшая сестра, то ли жена утонувшего принца.
706
При огромном количестве могильных курганов в этих местах достоверная локализация этого захоронения не достигнута.
707
Здесь описан обряд призывания души умершего, принятый и в Китае, и во многих странах Индо-Китайского п-ва. В Японии, как явствует из текстов и этнографических данных, имя умершего выкликалось в колодец, перед морем, в горах, при этом обычно поднимались на конек крыши или другое высокое место. Разумеется, часто призывание души путем выкрикивания имени производилось у изголовья покойного.
708
Об этом захоронении есть запись в «Энгисики»; в «Манъё:сю:» песня № 1795 представляет собой плач по Ваки-иратуко.
709
Этот дворец, видимо, располагался где-то на территории современного г. Осака, то ли около нынешнего Осакского замка, то ли в восточной части Осака, где во дворе средней школы Такацу обнаружены руины большой постройки.
710
«Филин» стоит здесь за неимением лучшего, птица эта — убутуку (соврем. мимидзуку) — японская ошейниковая совка, англ. horn owl, орнит. Otus Вассатоепа Semilorques Тетт. et Schl.
711
Правитель Ритю: (свиток двенадцатый).
712
Правитель Хандзэй (свиток двенадцатый).
713
Правитель Ингё: (свиток тринадцатый).
714
Речь Нинтоку выдержана в китайском духе и утверждает конфуцианские добродетели правителя, оправдывая данное ему посмертное китайское имя. Как предполагал еще Цуда Сокити, здесь рисуется в высшей степени положительный образ монарха с тем, чтобы оттенить контраст с резко отрицательным Бурэцу (см. свиток шестнадцатый). В антологии «Синкокинсю» приводится танка, приписываемая Нинтоку:
Эта же песня имеется в японо-китайской антологии стихов «Ро: эйсю», в «Мидзу кагами» и других литературных памятниках, однако, как считают многие японские филологи, текст этот не имеет отношения к императору Нинтоку, а представляет собой переработку танка Фудэивара Токихира, сложенную им на праздничном пиру, посвященном НС, в 6-м г. Энги (907 г.):
715
Этот абзац текста, по мнению комментаторов НС-И, представляет собой видоизмененные цитаты из древнекитайского военного кодекса «Лю тао».
716
По-видимому, парафраз из исторического трактата «Сюнь-цзы», написанного учеником Конфуция в период Воюющих Династий и других китайских памятников.
717
Будущий правитель Ритю: (свиток двенадцатый).
718
Имеется в виду нынешний Осакский залив.
719
Гадание на плывущих бутылях встречается и ниже — см. раздел [7], запись от 67-го года.
720
Сейчас это место соответствует Оокубо в г. Удэи, округ Киото.
721
То есть род людей, толкущих (туку) рис (синэ) в ступе.
722
Такая же запись относительно пруда Вани-но икэ есть и в свитке двадцать втором (правление императрицы Суйко).
723
Селение Ёконо упоминается и в других памятниках, в частности, в «Манъё:сю:».
724
Вопаси соответствует нынешнему району Икаино в квартале Цурухаси г. Осака, правый берег реки Хирано. Тадипи-но мура — современный г. Хабикино в Осакском округе, практически часть большого Осака.
725
«Сорок с лишним тысяч сиро» — по-видимому, около 793 кв. км, но цифра представляется слишком большой — то ли прежде понятие сиро было другим, то ли составители НС преувеличили достижения Нинтоку.
726
По-видимому, она была из местности Купата (Кувата) в провинции Тамба. Это место примерно соответствует нынешнему местоположению храма Кувата-дзиндзя в г. Камэока.
727
«Что [подобно рыбе] по дну скользит» — постоянный эпитет макура-котоба к слову оми («министр»). Во фрагментах «Харима-фудоки» говорится, что когда императрица Дзишу: переплывала море, чтобы покорить Силла, то ни рыбы, скользящие по дну, ни высоко парящие птицы не появлялись и не мешали, поэтому-то [Силла] была завоевана (см. ДФ69. С. 110). Одно из объяснений этого не очень понятного тропа сводится к тому, что министр, надзирая за страной, передвигается по ней в самых разных направлениях, подобно рыбе, свободно скользящей в воде.
728
«Где бурны приливы» — похоже по форме на макура-котоба, определение к топониму Парима, вроде «Исэ, где дует ветер богов», однако относительно смысла этого словосочетания существует по крайней мере шесть равных точек зрения, основанных на текстах того же периода, логических рассуждениях и интуиции комментаторов. Перевод здесь условен и обобщает несколько толкований.
729
По-видимому, речь идет о первопрецеденте — когда императрица Дзингу: завоевала Силла, то первые дары были нагружены, согласно НС, на восемьдесят кораблей. Как говорится дальше, «отсюда и происходит обыкновение — ван Силла всегда поставляет в Японию дань на восьмидесяти кораблях» (см. свиток девятый).
730
В песне содержится иносказание — вот хорошо бы, в случае, если государыня не сможет прийти во дворец, была бы про запас еще и младшая жена.
731
«Залитое солнечным светом» (оситэру) — постоянный эпитет макура-котоба к топониму Нанипа (Нанива, Намба). «Удвоенное побережье» (нарабипама) — не очень понятное место. Цутихаси Ютака не исключает возможности, что это топоним, обыгрывающийся в этом песенном диалоге.
732
Цутихаси Ютака считает, что речь идет о том, что личинки шелковичного червя дважды за лето становятся куколками, отсюда и намек на двух женщин. Однако в песне не говорится о двух куколках, а о двух слоях «одежд» одной куколки. Общий смысл песни ясен, однако составляющие ее слова по отдельности вызывают разноречивые толкования.
733
Названные в этой песне топонимы указывают на родину императрицы — селение Кадураки (Кацураги) в нынешней преф. Нара. Цутихаси Ютака считает, что в тексте содержится намек — как бы не пришлось императрице отправиться восвояси, в родительский дом. Однако это было бы нарушением положительного образа Нинтоку, усиленно создаваемого в этом свитке. Может быть, все же речь идет о том, что одинокой Ята-пимэ спутник послужил бы утешением.
Вышеприведенные песни — классический пример песен-перекличек, берущих истоки в обрядовых игрищах утагаки и в большом числе зафиксированных в «Манъё:сю:».
734
Ки-но куни — нынешняя преф. Вакаяма и часть преф. Миэ.
735
Соответствует расположению нынешнего г. Сингу в преф. Вакаяма (п-ов Кии) в Восточной Японии.
736
Вечнозеленое дерево, листья которого состоят из трех частей. Эти листья использовались как блюда, на которые укладывались подношения богам в виде еды, в эти листья наливали сакэ и пр. От названия этого дерева (касипа) происходит и должность касипадэ — что-то вроде распорядителя угощения, совмещавшего обязанности повара и подавальщика.
737
Ладья эта названа в тексте великой (или священной — опо-ми-пунэ), отсюда комментаторы предполагают, что речь идет о корабле императора и, стало быть, эта песня существовала и прежде, как гимн императорской ладье. Следовательно, нарратив вокруг нее был выстроен позже.
738
По-видимому, императрица вошла в устье реки Ёдогава, потом перешла в ее приток Кидзугава, по этому притоку повернула на юг примерно к нынешнему г. Кидзу, уже вблизи границы с преф. Нара (в описываемую эпоху — провинция Ямато).
739
Старое название реки Кидзугава.
740
Нинтоку, как видно, понял, что жена собирается вернуться в родительский дом и приказывает перехватить ее раньше, чем она туда доберется.
741
«Что до сотни не достает» (момо таразу) — постоянный эпитет макура-котоба к понятию «восемьдесят». Этот оборот был использован в свитке втором, раздел [9], когда бог Опо-ана-мути, уступая свою страну потомку Неба, сказал: «Я же сокроюсь за восемью десятками поворотов дорог, что до сотни не достает». Часто употребление этого макура-котоба и в «Манъё:сю:». Трудно судить достоверно о происхождении этого оборота; комментаторы НС-И упоминают в связи с этим, что корейское число восемь образуется из двух — 10 и 2, айнское семь — 3 и 10 и т. п.
«Пик за пиком проходя» (тугинэпу) — постоянный эпитет макура-котоба к топониму Ямасиро. Перевод здесь условен, этот оборот не раз встречается в песнях К и НС, но в «Манъё:сю:» он уже редок, по-видимому, смысл его стерся уже тогда.
Метафора «знатный вельможа» — «дерево» характерна для этого периода словесности, простой же народ в НС именуется «травой» (см., в частности, свиток первый, раздел <5.2>, а также коммент. 175).
742
Эта песня по жанру напоминает и «песни восхваления страны», и песни, исполняемые в представлениях традиционного театра Но во время путешествия героя (митиюки), когда посредством называния топонимов в песне воспроизводится маршрут героя и преодолеваемое им пространство.
«Где гора за горой» (тугинэпу) — как говорилось выше, постоянный эпитет макура-котоба к топониму Ямасиро (нынешнее Киото, расположенное в лощине между горами). «Нара, [где] синюю глину [добывают]» (аво-ниёси) — определение к Нара. (В переводах «Манъё:сю:» А.Е. Глускиной этот оборот переведен как «гора, пышная в зелени листвы», однако в настоящее время комментаторы склоняются к тому, чтобы согласиться с Мотоори Норинага, связывавшим это определение с залежами синей глины — аво означает и «зеленый» и «синий»). «Малые щиты» — определение к топониму Ямато.
Эти песни, с рядом изменений, помещены и в К.
743
«Шелковичное дерево» — в тексте сказано ура-гупа, то есть «изнанка», «задняя часть» шелковицы. Что это может значить, теперь уже неведомо, и толкования по этому поводу многообразны и противоречивы. Общий смысл песни в том, что император сравнивает себя с этой веткой, бьющейся в излучинах реки и неспособной пристать к берегу, подобно тому, как он сам оказался между двумя женщинами и не может теперь видеться ни с одной из них.
«Вьющийся плющ» — постоянный эпитет макура-котоба к слову «скала» (ипа). Ипа-но пимэ — Дева-Скала — имя императрицы.
744
Эта песня тоже не вполне однозначна. Из разных вариантов толкований разных ее частей складывается представление об ее общем пафосе — если бы ты, императрица, была более сдержанной и терпимой, не было бы такой огласки и шума, и мне не пришлось бы являться сюда со свитой. Предполагается, что шелест листьев выкапываемой редьки, передаваемый в песне как сава-сава-ни, омонимичен слову «шум», «шуметь» (савагу), последнее слово, впрочем, в тексте отсутствует, но таким образом император намекает на него. «Ветка шелковицы» возможно, та самая, которая обыграна в предыдущем стихотворении.
745
В песне выражается упрек — зачем императрица обращается с ним, как с чужим, хотя еще недавно обнимала его руками, белыми, как корень редьки. Дальневосточная редька — ярко-белая, удлиненной конусообразной формы.
746
Будущий правитель Ритю:. Наследным принцем, по датировкам НС, он стал в 15 лет.
747
Не исключено, полагают комментаторы НС-И, что теперь это окрестности г. Такэхара в преф. Хиросима.
748
Это же предание записано в «Сяку нихонги» как фрагмент «Сэтцу фудоки». Цуда Сокити предполагает, что оно было использовано в НС, чтобы объяснить происхождение обычая, согласно которому род Сапэки-бэ (Саэки-бэ) поставлял оленину к столу правителя, а также изначальную связь этого рода с местностью Нута в Аги.
749
В этой песне обыгрываются «птичьи» имена, в изобилии присутствующие в данном свитке. Имя принцессы Мэтори-но пимэ, дочери правителя О:дзин, означает Принцесса-Птица (женского пола), Пая-буса-вакэ — Юноша-Ястреб.
«В небесах распростертых» (писаката-но) — постоянный эпитет макура-котоба к слову «небеса», перевод его здесь в высшей степени условен, так как значение этого оборота, можно сказать, полностью утрачено. «Станочек в небесах», или «станочек небес» по-видимому, означает «драгоценный станок», «священный станок» и т. п.
На этом станке ткется не обычная одежда, а накидка особого покроя, надеваемая через голову, которой пользовались мужчины, приходя по ночам к жене согласно обычаю цумадои, «навещанию жены», при котором супруги жили раздельно, и встречи происходили только по ночам, в доме женщины. Именно по этой готовящейся одежде Нинтоку сразу понял, что брак уже свершен.
В варианте этого сюжета в К на станке ткет сама Мэтори-но пимэ, но с мифологической точки зрения функционально это не меняет дела.
750
Здесь снова иносказательно употребляются не имена, а названия птиц — перепел сазаки (Опо-сазаки, правитель Нинтоку) и ястреб пая-буса (Пая-буса-вакэ-но мико, принц, брат правителя).
751
Придворные принца этой песней подстрекают его, Ястреба, напасть на Перепела (Нинтоку). Туки так называемая дзельква японская, древесина которой, как свидетельствуют словари, именуется «железным деревом». «Священное дерево туки», по-видимому, метафора священного поста правителя.
752
По К, они были убиты на этой горе у селения Сони, уезда Уда провинции Ямато, к востоку от нынешних Хаибара и Муро преф. Нара.
753
В К виновные бегут спасаться не в храмы Исэ, а на гору Курапаси-яма (соврем. Курахаси), находится к юго-западу от современного г. Сакураи). В аналогичном сюжете К обыгрывается название горы, включающей слово паси — «лестница». «Отвесная, словно лестница» (паситатэ-но) — макура-котоба к топониму Курапаси.
754
Этому топониму не приискано современных соответствий.
755
Нынешняя река Иэки-гава, один из истоков реки Идзумо-гава. Берет начало в преф. Миэ. Мотоори Норинага в своем труде, посвященном К («Кодзикидэн») сообщает, что в тех местах имеется пещера, которая называется Пещерой Супругов, и что в ней похоронены два тела.
756
В более позднее время, согласно «Рё:-но гигэ», «Толкованию кодекса Тайхо: рё:», этот обряд совершался в день Зайца 11-го месяца; на рассвете следующего дня, в день Дракона, происходил ритуальный пир.
757
Согласно тому же «Рё:-но гигэ», придворные дамы делились на эти два класса, то есть составители НС использовали современную им терминологию, не существовавшую в описываемые времена.
758
Унэмэ — знатные семьи провинции должны были присылать своих дочерей прислуживать в Заднем дворце, то есть в покоях супруги правителя.
759
Об этом персонаже ничего не известно, однако в «Синсэн сё: дзироку» упоминается принц из Пэкче Сакэ-но мико.
760
Местность в прежней провинции Идзуми, уезд Оотори. Сейчас — часть г. Сакаи в Осакском округе.
761
Сейчас — район Хигаси-сумиёси-ку г. Осака.
762
В этих двух песнях употребляется макура-котоба «блистающий, подобно яшме» (тамапикару) — см. коммент. 606.
Ещё одно такое же словосочетание, Акиду-сима — определение к Ямато. Акиду-сима Стрекозиный остров — поэтическое название Японии (см. также свиток первый, раздел [4] и 116, свиток третий, раздел [8], а также свиток четырнадцатый, раздел [4], коммент. 855). Такой топоним встречается не как остров, а как название пустоши, луга на склоне горы, затем села в уезде Минами-Кацураги преф. Нара. О рождении острова Тоё-акиду-сима говорится в сюжете о творении Изанаки-Изанами Японских островов (см. свиток первый, раздел [4] и коммент. 116).
Следующий оборот макура-котоба — «что правит Поднебесной в спокойствии» (ясумисиси), определение к слову «государь». Комментаторы предполагают, что слово ясумисиси означает одновременно «спокойно», «в мире» и, как подсказывает фонетический облик слова, напоминающий наречный оборот суми-двуми-то, «до самых дальних концов», «повсеместно».
763
Комментаторы указывают разные возможности локализации этой бухты в нынешней преф. Тиба и других местах, однако без достаточной уверенности.
764
Арапака тоже однозначно не толкуется.
765
«Гробницы Белой птицы» — см. свиток седьмой, раздел [8], где рассказывается о трех гробницах Ямато-такэру, который, оборотившись белой птицей, продолжал странствовать с места на место.
766
Ныне — западная часть преф. Сидзуока. Современное название реки Опови — Оои-гава.
767
1 даки — примерно 90 см.
768
Теперь это село Цукэ в уезде Яманобэ преф. Нара.
769
О должности инаки см. коммент. 181.
770
1 тувэ (цуэ) — 3 с небольшим метра.
771
Часть нынешней преф. Гифу.
772
Сейчас находится невдалеке от г. Сакаи Осакского округа.
773
В указанной в НС местности имеется курган в форме замочной скважины, его квадратная передняя часть шириной в 302 м, высота над уровнем моря — 34 м, круглая часть — 36 м шириной, общая площадь — 464000 кв. м. Это гигантское сооружение ныне именуется среди местных жителей Дайсанрё: Большая Горная Гробница.
774
В предыдущем свитке Ритю: именуется Опоэ-изапо-вакэ. Часть опоэ, возможно, представляет собой топоним, в К же слово опоэ записано иероглифами со значением «старший брат». Вероятно, часть опоэ была добавлена во время правления Хандзэй.
Значения японского и китайского имен этого правителя трудно толковать, комментаторы НС-И об этом просто умалчивают. В.Г. Астон полагает, что слово ритю: означает «идущий посередине», но это представляется натяжкой.
775
Опо-сака не соответствует современному г. Осака, это склон по дороге к Асука (в Капати), ведущий к северному подножию горы Футаками через перевал Анамуси. В Анамуси и сейчас расположен храм Опо-сака-ямагути-дзиндзя (опо-сака большой склон, ямагути — устье дороги, ведущей в гору). «Дорога Танима» — кружной, обходной путь, по южному склону через перевал Такэути.
776
Подразумевается китайское понятие человека, наделенного всеми конфуцианскими добродетелями.
777
Хаято — см. коммент. 276.
Убийство в этом эпизоде предателя, Сасипирэ из рода хаято, соответствует китайским установлениям — «предатель должен быть казнен», говорится, в частности, в «Чуньцю».
778
«Речной домик» — отхожее место, ставившееся в верховьях реки, чтобы спускать нечистоты по воде. Как свидетельствуют этнографические данные, находилось довольно далеко от жилищ, использование же для этого иных мест было под запретом. В некоторых отдаленных провинциях Индонезии и до сих пор река традиционно используется в этих целях. В «речном домике» также обитало божество ками и устанавливался маленький алтарь (см., например, Тоита Митидзо. Нихон-но камигами. Токио, 1996). Ввиду отдаленности и отъединенности этого места там, видимо, проще было совершить убийство (см. также К, свиток второй, убийство старшего брата Ямато-такэру).
779
В принципе, нанесение татуировки на лицо (преимущественно на лоб) — разновидность китайского наказания. Здесь, возможно, соединяются две линии — заимствование из китайской судебной практики и интерпретация обычая племени ама наносить на тело татуировку (об этом сообщается еще в «Вэйчжи», где сказано, что люди ва, прежде чем нырять за раковинами, наносят на тело татуировку для отпугивания злых духов). Памако же относился к роду ама.
780
То есть, по-видимому, 400 г.
781
Ныне окрестности г. Сакураи в преф. Нара.
782
Легенда, изложенная далее в свитке, как считают комментаторы НС-И, представляет собой запись предания рода Мунаката из Тукуси (Кюсю), см. также коммент. 694.
783
«Пата, куда летают птицы» — оборот похож на эпитет макура-котоба с определяемым словом. Речь идет о государыне-супруге Куро-пимэ.
784
В «Сяку нихонги» говорится, что имя это непонятно и высказывается предположение, что речь идет о принце Мидупа-вакэ-но микото. Комментаторы НС-И думают, что это все же, скорее, еще одно имя Куро-пимэ.
785
Разница между дурным и добрым изгнанием грехов не конкретизируется в синхронных текстах. В целом это означает принесение божествам искупительных даров и совершение очистительных обрядов.
786
Есть разные предположения насчет этого места — храм Сумиёси (Суминоэ) в нынешнем г. Осака, храм Сумиёси в Сэтцу и т. д.
787
Практически все комментаторы согласуют этот явно китайский оборот с древнеяпонским словом «болеть» (якусаму), но было бы жалко потерять этот выразительный образ.
788
См. коммент. 772. Эта гробница в окрестностях г. Сакаи также имеет форму квадрата, переходящего в круг (тип «замочной скважины»), общая ее длина — 265 м., ширина квадратной части — 237 м., диаметр круглой части — 205 м.
789
В третьем свитке К тоже говорится про зубы этого правителя — «зубы у него были длиной в один сун, а шириной — в два кода. Верхние и нижние [зубы] были одинаковы и походили на жемчужины в ожерелье» (К94-Т. 2. С. 183). Как пишет А.Н. Мещеряков в комментарии к этому месту, «известно, что форме зубов японцы придавали большое значение еще в глубокой древности. Еще в период неолита (период Дзёмон согласно традиционной японской периодизации) зубы подвергались экстракции и подпиливанию» (К94-Т. 2. С. 225).
790
Тади — по-видимому, растение, в российской ботанической номенклатуре именуемое гречишник, Poligonum reinoutria Makino.
791
Японское имя этого правителя означает, в соответствии с толкованием НС, Юноша-Цветок Тади-Драгоценные Зубы. Однако более вероятно, что это имя связано с топонимом Тадипи в Капати (см. далее в конце свитка).
792
См. коммент. 724.
793
Почти точная цитата из «Ханьшу», только там говорится не «пять злаков», а «сто злаков».
794
Судя по иероглифу, в японском имени правителя Во означает «муж», «мужчина». Если же отвлечься от написания, то Во может означать и «маленький». Асадума — название местности, вакуго означает «юный сын». Имя Ингё: состоит из двух иероглифов — «правда» (или «прощение») и «почтительность».
795
Ряд иероглифических сочетаний этой речи представляют собой заимствования из «Ханьшу» и «Хоу ханьшу».
796
«Святилища предков и храмы земли и злаков» — этот распространенный иероглифический оборот традиционно читается комментаторами, в отвлечение от смысла иероглифов, японским словом куниипэ, буквально «дом страны», то есть «страна», «государство». Выражение это заимствовано из «Ханьшу» и далее часто встречается в сходном контексте.
797
В соответствии с китайскими установлениями, сутки с весеннего равноденствия до осеннего были разделены на 100 периодов. Летом, вокруг летнего солнцестояния дневное время состояло из 60 периодов, ночное — из 40; зимой, вокруг зимнего солнцестояния, наоборот, то есть дневное — 40 и зимнее — 60. Один период суток, таким образом, составлял около 15 минут, стало быть, супруга будущего правителя находилась при нем час с небольшим.
798
То есть 412 г.
799
О местности Тукэ см. коммент. 768.
800
Арараги (соврем. нобиру) — лук японский, Allium nipponicum French, et Sav.
801
В свитке одиннадцатом, раздел [7], уже рассказывалось об одном инаки в Тукэ. Здесь излагается предание о том, как управители этой местности (миятуко) потеряли этот высокий ранг (кабанэ) и с тех пор все они должны были состоять лишь в ранге инаки.
802
Имеется в виду китайская триада Небо-Земля-Человек.
803
См. коммент. 659.
804
Эта мера правителя Инге: получила высокое одобрение последующих поколений. О ней рассказано и в предисловиях к К, и в «Синсэн сё: дзироку», и в «Частных записях эры Ко: нин» («Ко: нин сики», ранний период Хэйан, 810–824), как о важном и мудром решении, устранившем обман и установившем порядок.
805
Первое упоминание о землетрясении в японских источниках.
806
Имеется в виду предыдущий правитель Хандзэй.
807
Окрестности нынешнего г. Госэ в преф. Нара. Там имеется могильный курган в 238 м длиной, в задней, круглой его части помещен каменный гроб. В этом кургане были найдены глиняные изображения ханива в виде оружия, утвари и т. п. Легенду о происхождении этих фигурок см. в свитке шестом, раздел [7].
808
См. коммент. 772.
809
В «Сяку нихонги» говорится: «Ни прежде, ни теперь о таком обычае никто и не помышлял. Верно, только в то время такое было».
810
В принципе, это имя традиционно было принято читать как Сотопори (соврем. Сотоори). Однако сейчас комментаторы признают справедливость лингвистических аргументов в пользу варианта Сотопоси.
811
Нынешний уезд Саката в преф. Сига.
812
Местонахождение этого дворца Пудипара (соврем. Фудзивара) достоверно не устанавливается. По мнению Цутихаси Ютака, это другое название современной местности Оохара в уезде Такэти.
813
Сасаганэ — то же, что паук. Первоначально это слово, видимо, представляло собой постоянный эпитет макура-котоба к слову «паук» (яп. кума). Рад комментаторов (в частности, НС-И) считают, что саса-га-нэ значит «корни тростника саса», и весь оборот, сасаганэ-но кумо мог значить что-то вроде «паук, ткущий паутину в корнях тростника». Цутихаси Ютака категорически возражает против такого объяснения. По его мнению, верования в паука, как в добрую примету, были заимствованы из Китая и распространились из образованных придворных кругов. Саса в этом выражении означает не тростник, а «счастье», «удача», поэтому в данной песне паук ткет свою паутину не у земли, а, наоборот, у карниза крыши, суля семейное счастье. Соображения Цутихаси Ютака основаны, в частности, на пятистишии «Кокинсю». Там это выражение дается в форме сасагани, где гани это кани, «краб», — животное, тоже приносящее, по японским поверьям, удачу.
«Этой ночью» (яп. ёпи) — первая половина ночи.
814
Комментаторы расходятся в отношении того, о какой ночи говорит император — о предстоящей или о бывшей единожды в прошлом, и хочет ли он сказать, что наконец дождался встречи или выражает сожаление, что после этой единственной ночи они опять не увидятся.
815
«Прекрасны цветы!» (панагупаси) — постоянный эпитет макура-котоба к слову сакура.
В этой песне правитель выражает огорчение по поводу того, что не мог встретиться с девушкой раньше, как не мог раньше любоваться цветами только теперь расцветшей сакуры.
816
Окрестности нынешнего г. Сакаи к югу от Осака.
817
Цутихаси Ютака полагает, что речь идет о бурой водоросли, саргассах. Во многих песнях «Манъё:сю:» обыгрывается поэтическое название этой водоросли в составе омонимической метафоры.
818
«Поле» имеется в виду заливное рисовое поле. «Распростертые» (перевод условен) — постоянный эпитет макура-котоба к слову «горы». Для орошения этого поля, говорит принц, я закопал в землю не видный людям желоб. Подобно этому лились его слезы — втайне от людей.
819
Это понятие и его формулировка заимствованы из китайских источников. В Китае оно встречается в «Чжоули», уложениях Танского времени и т. д.
820
В К история любви принца оказывается достоянием молвы уже после смерти правителя Инге:, когда принц должен был взойти на престол. Тогда все отворачиваются от принца Кару, он бежит, его хотят захватить силой. В конце концов принц и принцесса кончают собой — по-видимому, первый пример двойного самоубийства влюбленных в японской культуре, разработанный потом, в частности, во многих лирических драмах Тикамацу Мондзаэмон (1653–1724), написанных для театра Но.
821
Эта песня есть и в К94-Т. 2. С. 187–188, и в НС. Там на корабле ссылают принца, а принцесса остается на месте. Поэтому в песне принц говорит о себе — «я вернусь». Соответственно, выражение опокими в НС толкуется как «великая государыня», в К — «великий государь».
«Пусть не трогают моей постели» — вероятно, речь идет о поверье, что если человек покидал дом, уходя в путешествие, нельзя было скатывать, передвигать, трогать его ложе, чтобы путешествие было безопасным и он мог бы вернуться. Очевидно, что эта просьба имела смысл только в случае с вариантом сюжета К, когда принц отправлялся в ссылку, а дама его сердца оставалась при дворе.
822
«Летящий по небу» (амадаму) — постоянный эпитет макура-котоба к слову кари («дикий гусь»). Кари созвучно Кару — названию селенья, расположенного к востоку от горы Миминаси, где родилась принцесса. От слова кари далее в виде противопоставления развертывается основная метафора песни нельзя громко плакать, пусть мой голос будет подобен тихому воркованию голубя на горе Паса (эта гора находится в 4 км к югу от горы Кару).
823
Сын правителя Инге:, будущий правитель Ю:ряку.
824
В Кавати, к юго-востоку от Осака, расположена группа больших могильных курганов (кофун).
825
Анапо — топоним в провинции Ямато, нынешняя преф. Нара.
826
Различие между этими двумя типами стрел не установлено. Некоторые считают, что речь идет о стрелах с железными или медными наконечниками.
827
«Большой-малый сукунэ» — не вполне понятное выражение. Некоторые комментаторы считают, что имеются в виду два человека, другие — что «большой» — величальный эпитет к слову сукунэ.
828
В те времена, отправляясь на бой или в путешествие, подвязывали длинные штаны у колена шнурами, чтобы легче было двигаться. К этим шнурам, по-видимому, подвешивался колокольчик.
829
Воминамэ — буквально «женская водоросль». Имеется в виду водное растение нимфоидес (соврем. яп. асадаа), Nymphoides peltata Prilh. et Bend. Вероятно, сам этот троп — заимствование из китайской «Книги песен» («Шицзин»), где в одной из песен встречается это выражение, обозначающее придворную даму.
830
Возможно, что это сокровище — высокий головной убор, напоминающий корону с прикрепленными и торчащими вертикально вверх украшениями в виде веток дерева, выполненными из золота или позолоченной меди. Такие уборы в больших количествах обнаруживаются при археологических раскопках курганов на территории древнекорейского государства Силла.
831
Потом этот род стал именоваться Нанипа-но мурази и Нанипа-но имики. Как говорится в «Синсэн сё: дзироку», в «Разделе о кланах правой части столицы», Нанипа-но мурази — потомки вана Когурё:.
832
В «Общем перечне усыпальниц императорского рода» (Рё: бо ё: ран. Издательство императорской канцелярии. Токио, 1934) утверждается, что эта гробница находится в квартале Хорайтё: г. Нара.
833
Опо «великий», Патусэ — название местности вблизи г. Сакураи преф. Нара. Смысл китайского имени этого правителя складывается из значений двух иероглифов «мужественный» и «управлять», «властвовать». Об этом императоре есть упоминания в «Сун шу», «Наньци шу» и «Лян шу». По-видимому, в период с 477 по 502 г. он четырежды посылал посольства к разным дворам правителей Южной династии.
834
То же самое говорится о нем в «Гукансё» (об этом историческом памятнике XII в. см.: Мещеряков А.Н. Древняя Япония: культура и текст. М., 1991. С. 187–207).
835
«Пир» яп. тоё-но акари, «пышная яркость», при этом под «яркостью» имеется в виду выступающий на щеках румянец от съеденного и выпитого.
836
Оставляя сейчас в стороне вопрос о том, наблюдался ли в Японии инцест и когда именно он был запрещен, скажем лишь, что во времена составителей НС и позже обычай называть жену или возлюбленную словом имо («младшая сестра») был, судя по поэтическим текстам, вполне распространен.
837
В К Анапо говорит, что боится того, что Маёва, когда вырастет, узнает, что его отец пал от руки Анапо и убьет его в отместку (К94-Т. 2. С. 190).
838
Будущий правитель Ю:ряку.
839
Старший единоутробный брат будущего правителя.
840
Еще один единоутробный брат.
841
В К Опо-патусэ зарывает этого принца живьем в землю.
842
Точное местоположение этого предполагаемого захоронения не установлено.
843
Младший единоутробный брат только что убитого принца.
844
«Новый изборник Пэкче» — речь идет о «Пэкче синчхан».
845
Кэро (яп. Капуро). В СС говорится, что еще его называли Кынгэру, имя его было Кёнса, он был старшим сыном вана Пию. Датировка НС опять ошибочна, — согласно СС, Кэро взошел на престол в 455 г.; по НС, составители которого опирались, вероятно, на датировку «Нового изборника Пэкче», получается, что это был 429 или 489 г.
846
Имеется в виду правитель Японии.
847
Пуми-пито-бэ (соврем. фубито) — род писцов, Капаками-но тонэри-бэ род-корпорация, содержащая и обеспечивающая продуктами род придворного Капаками.
848
Комментаторы НС-И полагают, что оба выходца из Кореи ханьского происхождения.
849
См. выше, раздел [2]. Эта принцесса стала жрицей храма Исэ.
850
Титул этого человека неясен. Комментаторы полагают, что он, быть может, был главой рода-корпорации, обеспечивающей принцессе кормовое пожалование.
851
Средневековые толкователи расходились во мнениях — закопала принцесса священное зеркало Аматэрасу или свое собственное зеркальце.
852
Выше также не раз встречались случаи, когда персонажи искали прибежища в храме. Храм Исо-но ками — см коммент. 140 к первому свитку.
853
В этой местности (ныне г. Кацураги в преф. Нара) многие храмы посвящены божествам Идзумо — Опо-намути, Кото-сиронуси, Адисуки-така-пиконэ и др. По-видимому, Пито-кото-нуси представляет собой вариант бога Кото-сиронуси (см. коммент. 244). Тот замещал действие словом, этот же — Хозяин (нуси) Одного Слова (пито-кото), то есть божество, которое распоряжается событиями, обходясь при этом одним словом.
Разумеется, это толкование предположительно и основано на версии этого сюжета в К, где бог сам объясняет этимологию своего имени: «„Я — бог слова. Плохие дела решаю одним словом, хорошие дела решаю одним словом. Я Великий бог Пито-кото-нуси в Кадураки“. Тут государь испугался и сказал: „Мне страшно. Я не знал, что моего великого бога можно увидеть“». Интересно, что в К одежда и поведение спутников божества — зеркальное отражение правителя и его спутников. «В это время с другой стороны горы поднимались люди. Они походили на сопровождающих государя: их одежды и облик были таковы, что их было невозможно отличить от сопровождающих государя. Увидев их, государь спросил: „Кроме меня в стране Ямато нет государя. Что это за люди?“ Ему ответили так же, как он спросил. Государь пришел в страшную ярость и натянул лук, и его сопровождающие натянули луки. Тогда и те люди тоже натянули луки…» (К94-Т. 2. С. 197–198).
854
Судя по иероглифу, речь идет о китайском понятии горного отшельника, который, удалясь от людей и питаясь туманами и дымками, ведет жизнь даосского мудреца. Далее в свитке аналогичные китайские мотивы встречаются в сюжете об Урасима.
855
Стул, о котором говорится в песне, видимо, переносной табурет со спинкой и короткими, сантиметров двадцать, ножками (дизайн такого стула был заимствован из Китая). На нем сидел в засаде правитель во время охоты на диких зверей.
«Ползающими насекомыми» (папу муси) тогда называли змей и сороконожек. Так, в «Благопожелании великому дворцу» («Оото-но хокаи», см.: Норито. Сэммё. С. 107) говорится: «В той земле, где дворец великий распростерт, — до предела, где корни скал подземные, — для нижних вервий пусть не будет беды от насекомых ползающих». В данном фрагменте НС в число этих ползающих попала стрекоза — по-видимому, ради укрупнения масштаба события.
Акиду-сима, поэтическое название Японии, здесь предстает и как результат этиологического мифа, и, ниже — как название пустоши в Ёсино. Вероятно, основой все же послужило это географическое название — в нагаута «Манъё:сю:» № 36 Какиномото-но Хитомаро в связи с августейшим выездом в Ёсино пишет: «На поле Акиду, где облетает сакура, в провинции Есино дворец распростерся…» Почему название этой местности послужило метафорой всей Японии — непонятно. Во всяком случае, данный сюжет представляет собой одно из объяснений.
О названии Японии как Акиду-сима говорится еще в свитке третьем, повествующем о легендарном первоимператоре Дзимму (см. также свиток первый, раздел [4], миф о рождении острова Акиду-сима и коммент. 116; коммент. 283; свиток третий, раздел [8] и коммент. 762).
856
«Пять чувств» — согласно буддийским представлениям, у человека есть так называемые «пять корней» — глаза, уши, нос, язык и тело. «Пять корней» рождают «пять чувств» — радость, гнев, любовь, страх и злобу. Это выражение встречается в китайской классике, например, в «Вэнь сюань».
857
Дерево пари ныне называется ханноки, японская ольха, Ainus Japonica, Sieb, et Zucc.
«Рев кабана» — перевод условный, слово утаки переводится как «рев» в соответствии с комментаторской традицией, однако некоторые выражают сомнение по этому поводу.
Как указывает Цутихаси Ютака, этот сюжет по сравнению с К — явная авторская переделка. Там сказано: «Однажды государь взошел на вершину горы Кадэураки. И тут появился большой кабан. Государь выпустил в него звенящую стрелу. Кабан разъярился и стал пыхтеть. Государь убоялся этого пыхтения и взобрался на ольху. Потом пропел так: „Убоявшись пыхтения / Кабана, / Раненого кабана, / Правящий с миром / Наш государь / Скрылся в ветвях — / Взобрался на ольху, / Что растет на холме“» (К94-Т. 2. С. 197).
То есть в версии К на дерево залезает сам Ю:ряку и складывает песню, восхваляющую спасительную ветку. Однако обращение к ветке дерева в варианте этой песни в НС, как пишут комментаторы НС-И, непонятно и не соответствует этой версии сюжета, поскольку здесь эта песня — что-то вроде последнего слова осужденного на казнь.
«Спокойно правящий» (ясумисиси) — постоянный эпитет макура-котоба к слову «государь» (подробнее см. коммент. 762).
Асэ-во — припевка (так называемое хаяси-котоба). Первоначально, согласно словарю «Дзидайбэцу кокуго дайдзитэн», это слово, по-видимому, было обращением девушки к парню во время обрядовых песнопений утагаки и значило «мой старший братец».
858
См. коммент. 845.
859
В СС генеалогия вана Мурена представлена иначе — он выступает как второй сын младшего брата внука Кэро, то есть он не сын Кэро, а один из внучатых племянников. Он вступает на трон после вана Модэ, в 502 г. Описываемые события по хронологии НС датируются 461 г., что, видимо, ошибка. Относительно рождения Мурена на японском острове в СС никаких данных не приводится.
860
«Что прячется средь гор» (коморику-но) — постоянный эпитет макура-котоба к топониму Патусэ. Это так называемая песня восхваления горы, соответствующая ритуалу «смотрения на горы» или «любования горами» (ямами, по модели ханами — «любование расцветшей сакурой» и т. п.). С горами и смотрением на них тесно связаны и погребальные песни-плачи «Манъё:сю:».
861
В установлениях «Лицзи» говорится: «В период поздней весны императрица отправляется в тутовые [рощи] на востоке и собственноручно занимается гусеницами шелкопряда». О сборе императрицей тутовых листьев на корм гусениц шелкопряда говорится и в «Хань шу».
Как свидетельствует из песен «Манъё:сю:», в эпоху Нара в Японии, в день Мыши после Нового года было принято дарить министрам изукрашенную метелку для уборки пола в помещении, где содержался шелкопряд.
862
Речь идет о божестве горы Мива, Опо-моно-нуси-но ками (см. также коммент. 240). Териоморфный облик этого божества, равно как и связь его с рисовым вином сакэ устанавливаются по данным и К, и НС (см. свиток пятый, раздел [2] и коммент. 395 и 405).
863
Это повествование в довольно различающихся версиях дается также в HP и «Сяку нихонги» (см. НР95. С. 35–36).
По всей видимости, уже со времен Хэйан существовали две разные точки зрения относительно того, что именно было переименовано — холм или придворный Сугару, ранее получивший титул Типиса-ко-бэ-но мурази, — в текстах того времени зафиксированы оба варианта.
864
Род происходил из Киби (соврем. преф. Окаяма).
865
Вся эта речь представляет собой парафразы из «Вэнь сюань». «Свинцовый цветок» — разновидность белил.
866
Это выражение тоже заимствовано из «Вэнь сюань».
867
«Западные Ая» — общее название разных родов, пришедших с материка и поселенных в Капати.
868
Из других источников восстанавливается иероглиф «месяц», более соответствующий сюжету, чем «один день».
869
«Большой остров» — это выражение толкуется по-разному, вплоть до того, что речь идет о некоей корейской территории. Комментаторы НС-И полагают, что подразумевается провинция Бидзэн (соврем. Окаяма).
870
Выражения из «Вэнь сюань».
871
Здесь под Ямато имеется в виду не провинция, а вся страна в целом.
872
Сейчас это место соответствует селению Асука в уезде Такэти округа Нара.
873
«Срединная страна» — здесь Япония, текстологи подписывают японское чтение микадо, то есть «священные врата [рода правителя]», иными словами императорский дом.
874
Это, разумеется, очередной китаизм. Источник не определен, но поскольку этот же оборот встречается в сходном контексте и в СС («Нависшая над страной опасность была больше, чем „у кучи сложенных яиц“» — см. СС95. С. 163), надо думать, эта пословица заимствована из древнекитайской истории, может быть, из «Ши-цзи».
875
Предполагается, что Имна была заморской территорией Японии, поэтому обращение к ее властям означало обращение к японскому двору.
876
Мунаката — см. коммент. 694.
877
Окрестности г. Ибараки в Осакском округе.
878
Выражение из «Цзо чжичжуань», средневековых комментариев к «Чуньцю».
879
«Страна Току» — о точном местоположении этой страны ничего не известно.
880
Цитата из китайской классики, источником могли послужить разные книги, начиная с «Вэйчжи».
881
Ныне это в округе Осака, уезд Сэннан, квартал Мисаки.
882
Вероятно, эти люди были в самом низу социальной организации еще у себя на родине, потому что, как говорят комментаторы, источники не дают оснований считать, что захваченные жители других стран становились в Японии рабами. Перечисленные в этом абзаце имена их уже звучат по-японски.
883
Ята-кагами — «большое зеркало». См. также коммент. 199.
884
Паку-сон и Каре: — имена выходцев с материка, однако китайские они или корейские, трудно сказать наверняка. Оставляем их в японском произношении. Нижеследующая легенда тоже представляется непосредственно заимствованной из какого-то источника, однако из какого — непонятно.
885
Речь идет о могильном кургане правителя О:дзин. Как уже говорилось, предположительно, это один из больших курганов, расположенных к юго-востоку от Осака, в провинции Кавати.
886
О происхождении глиняных фигурок панива (соврем. ханива) см. свиток шестой, раздел [7], а также коммент. 448.
887
Этот род стал заниматься разведением бакланов, которые использовались для ловли рыбы с лодок.
888
Под движимым имуществом понималось, вероятно, поголовье лошадей и быков, запасы риса и прислужники-рабы.
889
Нагано ныне относится к провинции Кавати.
890
Теперь это слово произносится как сумо — вид традиционной борьбы.
891
«Зачерненный шнурок» — вероятно, плотницкий инструмент, применявшийся для отвеса и проведения линий на дереве. Автор песни, как видно, хочет сообщить правителю о высоких профессиональных качествах плотника, выразив степень его мастерства этой метафорой.
892
Трудно судить, славились ли кони из Капи (Каи, соврем. Яманаси) еще до реформ Тайка или приобрели популярность потом.
По данным «Энгисики», по всей стране тогда были учреждены почтовые станции, лошадей для них правительство покупало у крестьян. Цена на них колебалась в зависимости от региона. Были установлены три группы районов со своими ценами, причем Капи попало в самую низкую третью группу. Однако возможно, что в некоторые периоды до этого районирования цен лошади из Капи ценились выше — упоминания о закупке для императора черных коней из Капи встречаются в других ранних памятниках, например, в «Житии Сё: току-тайси» («Сё: току-тайси дэнрэки»).
893
«Черный, как тутовые ягоды» (нубатама-но) — постоянный эпитет макура-котоба к вещам, непроглядно черным, таким, как «ночь», «волосы» и пр.
Авторство этой песни вызывает разные догадки — то ли ее спел правитель, то ли, что более вероятно, — как и предыдущую, другой плотник, или же обобщенный автор («люди того времени»).
894
Ложе находилось на возвышении.
895
Имеется в виду правитель Анко:.
896
См. коммент. 831.
897
То есть род изготовителей керамической посуды (пади) для мясных и рыбных блюд.
898
Вероятно, род, увековечивающий имя правителя Анапо, то есть Анко:.
899
«Великая крепость» — имеется в виду древняя столица Пэкче Хансон.
900
По мнению М.Н. Пака, комментатора СС95, Вирё — это область или маленькое государство, бывшее под властью Пэкче.
901
Относительно этих событий хронология НС и корейских источников практически совпадает — расхождение всего в год, хотя комментатор СС пишет, что датировка НС и «Летописей Силла» ошибочна.
902
В СС есть запись: «Зимой, в 10-м месяце, столицу перевели в Унджин» (см. СС95. С. 165). В НС говорится не о крепости Унджин, а, предположительно, о реке Ун, что звучит в японской передаче как Кому-нари (нари — корейское слово «река» в японском произношении). Контекстуально, однако, правомочно будет предположить, что японскому правителю приписана возможность даровать Пэкче новую столицу-крепость взамен утраченной.
903
В СС ван Мунджу — сын вана Кэро.
904
Единственное упоминание этого источника.
905
См. ниже, коммент. 914.
906
Легенда об Урасимо Таро, женившемся на морской царевне, — одна из наиболее популярных в Японии. Она представлена более полно в «Танго-фудоки» и песне «Манъё:сю:» (X свиток) и в большом числе памятников периодов Хэйан, Муромати, Эдо (включая драму Тикамацу). В XX веке этому сюжету отдали дань Кода Рохан, Симадзаки Тосон, Мори Огай и др. Исследований об этом сюжете тоже огромное количество, из последних приведем в качестве любопытного примера исследование юнгианца Каваи Хаяо об Урасима как архетипе вечного юноши (Hayao Kawai. The Japanese Psyche. Major Motifs in the Fairy Tales of Japan. Dallas, Texas, 1988).
907
Слово Токоё (см. также коммент. 195) здесь подписано к китайское иероглифическому биному Пэнлай, обозначающее легендарную гору на острове в Восточном море, обитатели которой бессмертны.
908
Что имеется в виду под «другой книгой» — непонятно.
909
По-видимому, имеется в виду ван Самгын, старший сын вана Мунджу, вступивший на престол в 478 г. по хронологии СС. В китайской летописи «Ляншу» упоминание об этом ване отсутствует.
910
Этот принц, военачальник, был некогда отправлен в Японию (см. выше, раздел [5] этого свитка), и у него, по данным, приведенным в том же разделе, потом родилось пятеро детей.
911
То есть правитель Японии.
912
Модэ (яп. Мата), согласно СС, — ван Тонсон. Там сказано: «Звали его Модэ (иногда называют Мамо). [Он] был сыном Конджи, младшего брата вана Мунджу. По отваге не было ему равных».
913
Этот указ-завещание представляет собой видоизмененную цитату из «Суйшу», свиток об императоре Гао-цзи.
914
Некоторые авторы понимают это выражение как «дымы и огни войн далеко», но это представляется маловероятным. Дымки, поднимающиеся над равниной, обычный образ благоденствующего народа.
915
«Четыре окраинных варвара» — соседствующие в четырех направлениях племена, то есть все вокруг покорены.
916
Токо-ту-куни — «страна дна», предполагаемое японское чтение китайских иероглифов тайцзянь, означающих «великий», «большой» + «постепенно», «мало-помалу». Это выражение употреблялось для обозначения опасного для жизни состояния.
917
Щипля тетиву лука и извлекая звук, Восиро отгоняет злых духов и призывает богов. Лук часто выступал как инструмент шамана в сообщениях с миром духов; как торимоно («предмет в руке») он использовался для привлечения богов в ритуале каму-асоби (см. также: Ермакова Л.М. Речи богов и песни людей. С. 137–148).
Это толкование данного фрагмента сюжета представляется вполне закономерным и разделяется большинством филологов. Однако Цутихаси Ютака в данном случае встает на рационалистическую позицию, утверждая, что таким мистическим образом перебить солдат двух вражеских армий — это уже чересчур, и что, щипля тетиву лука, Восиро просто производил отвлекающий маневр, а потом неожиданно для врага использовал два колчана запасных стрел, и это о запасных стрелах говорится, что они кончились.
918
В этой песне есть по крайней мере одно загадочное место, переведенное оборотом «на Небе». Японское слово амо, записанное иероглифами в фонетической функции, толкуется всеми по-разному. Поскольку один из фонетиков означает «мать», то и комментаторы НС-И, и Иноуэ Мицусада понимают эту песню как «пусть мать моя не узнает, но хочу, чтобы узнали на родине». Цутихаси Ютака прочитывает слово амо как ама, «небо», интерпретируя Небо как характерную для китайских, и, соответственно, японских текстов метафору (в самом деле, довольно частую), замещающую понятие дворца правителя или самого правителя.
919
Сирака-но такэ-пиро-куни-оси-вака-ямато-нэко-но сумэра-микото — Господин Небесный Царь Белые Волосы, Молодой Сын Ямато, Доблестный Владетель Широкой Страны. Как говорится ниже, Сэйнэй родился с белыми волосами (яп. сирака), поэтому в его имя вошло это слово.
Его китайское посмертное имя состоит из иероглифов «чистый» и «спокойный».
920
Другая супруга Ю:ряку, у которой родилось двое сыновей, единокровных братьев наследника престола (см. свиток четырнадцатый, раздел [2]).
921
По-видимому, один их курганов в районе нынешнего г. Хабикино близ Осака.
922
Об этом персонаже никаких сведений нет.
923
Соответствует 480 г.
924
То есть род, обеспечивающий продовольствием, род распорядителей трапез, род носителей колчанов (вероятно, лучников).
925
Ритуал Опо-нипэ (соврем. Оониэ-но мацури или Даидзё: сай) проводился первым после вступления на трон нового правителя, в упрощенной формулировке он представляет собой поднесение божествам плодов нового урожая и совместную трапезу с богами. Подробнее см.: Норито. Сэммё. С. 116–117, 227–230.
926
Ити-но пэ-но осипа — сын правителя Ритю: от жены по имени Куро-пимэ. В свитке четырнадцатом содержится повествование о том, как правитель Ю:ряку воспылал злобой к этому принцу, поскольку правивший перед тем Анапо (Анко:) намеревался именно ему доверить после себя правление страной, обманом завлек его на охоту и убил.
Двое сыновей, оставшихся после смерти этого принца, и являются героями данного повествования.
927
Аналогичная запись — об отправке посланцев для такой инспекции содержится в «Суйшу». Поскольку в К сведения о правителе Сэйнэн весьма скудны, есть основания полагать, что фрагмент об этом правителе тоже плод вымысла составителей, использовавших сюжеты и данные «Суйшу».
928
Снова точная цитата из «Суйшу».
929
См. коммент. 334.
930
Имена принцев Вокэ и Окэ трудно истолковать, понятно лишь, что во и о значит соответственно «малый» и «большой», то есть «меньший» и «средний». Китайское посмертное имя Вокэ (Кэндзо:) состоит из иероглифов «являть», «явственный» и «почитать», «суть» и т. п. Из этих значений можно представить себе общий смысл имени — «явленная, открывшаяся суть», иными словами, речь идет о внезапном обнародовании тайны рождения принца Вокэ.
Помимо К и НС, сюжет об этих двух братьях имеется в «Харима-фудоки» и в одной из песен «Манъё:сю:».
931
То есть внуком правителя Ритю:.
932
Об этом тексте нет никаких сведений и свидетельств, кроме этого упоминания.
933
Парафраз из «Хуайнаньцзы».
934
«Пришли в страх и трепет, убежали и спрятались» — выражения, заимствованные из «Хоу ханьшу».
935
См. выше в этом же свитке о миссии Водатэ и коммент. 925.
936
Эта реплика представляет собой парафраз из «Лицзи».
937
Эта магическая песня-пожелание, видимо, исполнялась при обряде освящения нового жилья. Считается, что это один из достаточно старых обрядовых текстов, предшествовавших и послуживших основой официально установленной в «Энгисики» форме благопожелания новому императорскому дворцу (см.: Норито. Сэммё. С. 107–108). В данном тексте происходит отождествление души хозяина дома с элементами конструкции здания.
Вторая часть песни — восхваление Изумо, имеющее целью испросить будущее плодородие полей и здоровье и долголетие обитателей Изумо.
«Оленьи рога» — головной убор участников ряда ритуальных танцев.
«Такого отменного сакэ на торжище в Вэга и за большие деньги не купишь» — особо высокая похвала, поскольку в Вэга происходили торги с приезжающими купцами из Кореи и Китая.
938
Это, видимо, тоже магическая песня-восхваление, направленная на утверждение стабильности положения. Одновременно, в ней, похоже, содержится намек на самого автора песни, будущего правителя, который несмотря на все превратности судьбы, сохраняет «свои корни».
«Тростник, что идет на циновки» — постоянный эпитет макура-котоба к слову «река».
939
По поводу этого танца есть пояснения в «Секи сю: кай», собрании разных средневековых комментариев к НС, послужившем основой последующих текстологических исследований памятника вплоть до настоящего времени, однако, по-видимому, в данном случае они не вполне достоверны. Комментаторы также не очень уверены в своих предположениях.
940
Эта помета про очень громкий голос означает, по-видимому, что последующая песня произносится как текст особой магической силы, вроде заклинания, обета, котоагэ, то есть вроде повеления или обращения к богам.
941
Здесь, в этой песне, уже происходит что-то типа нанори — «называния своего имени». В «Харима-фудоки» (см. ДФ69. С. 108) нанори выглядит так:
Исходя из этого текста, Цутихаси Ютака высказывает мнение, что эти две песни тождественны по структуре и, значит, упоминание о тростнике в песне НС служит целям восхваления Ямато. Называя себя младшим братом, певец, по предположению Цутихаси, хочет сказать, что он брат этим тростниковым равнинам, брат Ямато, находящийся ныне на положении раба.
942
Это уже нанори («называние имени») в полном смысле слова. Что же касается криптомерии в храме Исо-но ками, ствол которой срублен, а ветви отсечены, то, хотя напрашивается расшифровка этой метафоры как смерть отца и отдаление от престола двоих принцев, комментаторы двух разных изданий НС единодушно согласны в том, что это уподобление характеризует величие, решительность и размах правления принца-отца. Комментатор еще одного издания считает, что срубленная криптомерия пошла на строительство дворца принца, Ити-но пэ-но мия, и песню надо понимать соответствующим образом.
943
В К поиски подходящего наследника идут уже после смерти правителя.
944
«Место Запрета» — священное место, дворец правителя. Этот китаизм мог быть заимствован из «Хоу ханьшу» или другого памятника.
945
Чисто литературное заимствование — историки утверждают, что таких повозок в Японии не было.
946
Эта песня тоже гимнического жанра, восхваляющая страну и дворец правительницы. Местоположение этого дворца, по-видимому, можно определить как подножие горы Кацураги в нынешней преф Нара.
947
Речи уступающих друг другу принцев и их резонерские рассуждения о правильном правлении — парафразы из «Ши цзи», «Ханьшу», «Хоу ханьшу», «Ляншу», «Ли цзи» и других китайских памятников.
948
По расчетам комментаторов, соответствует 485 г.
949
«В Поднебесной были прощены прегрешения» — говоря попросту, была объявлена амнистия. В связи с разными событиями — восшествием на престол, изменением девиза правления, назначением наследного принца и пр. объявлялся указ правителя (см.: Норито. Сэммё. С. 64–66), в котором говорилось об амнистиях и наградах. Этот обычай, имеющий несомненный ритуальный аспект, заимствован из Китая и примерно в том же виде зафиксирован в корейских исторических памятниках.
950
«Из дальнего далека» (момо-тутапу) — постоянный эпитет макура-котоба к объектам большой протяженности — элементам ландшафта, например. Здесь он прилагается к слову «колокольчик».
951
Парафраз из «Ивэнь лэйцзюй».
952
Выражение почерпнуто из «Хань шу».
953
Ямато-пукуро-но сукунэ — родственник преступника.
954
Эта речь насыщена цитатами из «Лицзи» и «Ивэнь лэйцзюй».
955
Основанием для этой речи послужили текст «Шицзин» («Маоши») и, в большей степени, «Ивэнь лэйцзюй».
956
Эти деревья были одним из важных элементов повседневной жизни — с помощью шелковицы разводили шелкопряд, из катальпы (адзуса) изготовляли домашнюю утварь. Их сажали внутри ограды дома и передавали детям по наследству. Таким образом, вернуться к этим деревьям означало вернуться на родину.
957
Парафраз из «Хоу ханьшу», раздел о правителе Мин-ди. Хождение в это время серебряных монет ничем не подтверждается, вероятно, что это первое в НС упоминание о деньгах появилось здесь в составе цитаты из китайского источника.
958
Возможно, что имеется в виду божество Тукуёми (см. коммент. 287).
959
Очевидно, что это божество Солнца — парное к вышеупомянутому божеству Луны. В комментаторской традиции, начиная с «Сяку нихонги», высказываются догадки о том, какие именно храмы в описываемой местности могли быть посвящены этим двум божествам, однако источники дают разноречивые указания на этот счет.
960
В свитке четырнадцатом, раздел [10], говорится: «Летом, в 5-м месяце Кино опипа-но сукунэ, услышав о том, что его отец [Ки-но во-юми-но сукунэ] погиб, отправился в Силла».
961
Эта помета в тексте НС в «Сю: кай» выброшена, показавшись, видимо, переписчикам ненужной.
962
Окрестности нынешнего храма Исоноками недалеко от г. Тэнри нынешней преф. Нара.
963
Правитель Бурэцу.
964
Источники снова противоречат друг другу относительно местоположения этой гробницы. Согласны они лишь в том, что она находится в уезде Кацураги.
965
Соответствует 488 г.
966
Она должна была при этом принять обычную вежливую позу — сесть на полу, поджав под себя ноги. И теперь, если в комнате все сидят по-японски и входит старший по возрасту, встать означает нарушить правила вежливости. Учтивый человек при этом сползает с плоской подушки, на которой он стоит коленями перед низким столом, и, оказавшись на полу (то есть на циновках), склоняется к нему лбом. (Разумеется, молодое поколение выполняет это правило не столь ревностно, но, чаще всего, выполняет.).
967
Относительно этих людей и их проступков никаких сведений нет.
968
Трудно комментировать этот сюжет. Комментаторы, подобно средневековым переписчикам, лишь повторяют другими словами суть этих запутанных родственных отношений и рисуют схемы и генеалогии. По-видимому, стоит задуматься о том, почему вообще этот сюжет, на свой лад пародирующий системы родства и классификационные термины, оказался достойным занесения в НС.
969
Правитель Бурэцу.
970
Этот и последующий абзацы представляют собой парафраз из раздела о правителе Мин-ди «Хоу ханьшу».
971
Южное Кавати в Осакском округе.
972
В имени этого правителя содержатся разные аллюзии и отсылки. Во-патусэ (Малое Патусэ, топоним) он назван ради противопоставления Опо-патусэ (Большое Патусэ), японское имя Ю:ряку. Вака-сазаки (Молодой Перепел) — противопоставляется Опо-сазаки, имени Нинтоку.
По-видимому, Бурэцу повсюду в этом свитке подспудно противопоставлен Нинтоку, может быть, потому, что на Бурэцу обрывается линия потомков Нинтоку на престоле. И вот, Нинтоку олицетворяет человечность и добродетель, Бурэцу же вместилище множества пороков. Его китайское посмертное имя состоит из иероглифов «воин» и «неистовый», «резкий».
973
Местность неподалеку от нынешнего г. Сакураи. Во времена Нара было рынком, местом торговых сделок, а также обрядовых игрищ утагаки.
974
См. коммент. 653.
975
Эти выражения встречаются в «Вэнь сюань».
976
В песне обыгрывается значение слова сиби в имени сына министра, перехватившего у принца невесту. Сиби (соврем. магуро) — дальневосточная разновидность тунца.
977
«Восьмислойный» — здесь означает «богатый», «великолепный», то есть служит как майоративный эпитет. Выражением «заморский плетень» тут переведено слово кара-каки. Слово кара могло обозначать и китайские и корейские царства, в разное время этому слову соответствовали разные геополитические понятия. В данном случае, видимо, имеется в виду, что ограда территории утагаки построена на заморский манер, хотя непонятно, каков был вид этой ограды.
978
По-видимому, утагаки — не место для такого рода стычек.
979
В этой песне есть довольно туманные для современного филолога лексические обороты, поэтому четвертая строка песни переведена условно.
980
Речь идет о том, что при землетрясении эта изгородь непременно рухнет.
981
Цутихаси Ютака полагает, что цитра к ото в песне появляется потому что ее звуками можно было привлечь тень (кагэ) души божества, и таким образом, в песне задействовано имя Кагэ-пимэ. Рассуждение тонкое, но, пожалуй, не вполне убедительно.
Раковины аваби, видимо, содержат самые красивые и большие жемчужины.
982
Примечательно, что только из этой последней песни принц понимает, какие отношения связывают Сиби и Кагэ-пимэ.
983
В этой песне содержится ряд эпитетов и макура-котоба, определяющий топонимы. Некоторые из этих определений-клише к тому времени уже утратили значение, например, оборот «Сапо, где жена поселена». Песня организована по принципу митиюки, песни путешествия в лирических драмах Но.
984
По-видимому, Кагэ-пимэ обращается к принцу с просьбой не выкапывать тело возлюбленного из земли.
985
Парафраз из «Вэйчжи».
986
Парафраз из «Хоу ханьшу».
987
Тунуга — соврем. Туруга. В источниках после периода Нара запрет на соль из других мест не зафиксирован.
988
В этой речи содержится ряд выражений из «Ивэнь лэйцзюй».
Под «серебряной страной», возможно, имеется в виду Корея (какие-то из ее государств), которая еще со времен Дзингу: считалась землей золота и серебра.
989
Описание такого злодеяния встречается в «Лучжи Чуньцю».
990
Неизвестно, кто это был. По предположениям комментаторов, этот персонаж мог быть членом королевской фамилии Пэкче.
991
Как указано в комментариях к СС (СС95. С. 359), в этом фрагменте НС, привлекающем также данные «Пэкче синчхан», совершенно искажены родственные связи вана Мурен.
992
Возможно, этот нож был в виде трезубца.
993
Многие из деталей описания времяпрепровождения Бурэцу почерпнуты из китайских источников.
![Галчонок](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Призраки ночи](/storage/book-covers/e7/e7a5dd3b4f1fa4b56d8de8bc4655a958722627e5.jpg)
В книге собраны предания и поверья о призраках ночи — колдунах и ведьмах, оборотнях и вампирах, один вид которых вызывал неподдельный страх, леденивший даже мужественное сердце.
![Закат вечности](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![mmmavro.org | День 131, Победа](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![mmmavro.org | День 132, Поэт](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Песнь о Нибелунгах](/storage/book-covers/37/37dc457a06c39999b5af8eb348cd1837a592eb4a.jpg)
…«Песнь о Нибелунгах» принадлежит к числу наиболее известных эпических произведений человечества. Она находится в кругу таких творений, как поэмы Гомера и «Песнь о Роланде», «Слово о полку Игореве» и «Божественная комедия» Данте — если оставаться в пределе европейских литератур…В. Г. Адмони.
![Когда Ану сотворил небо. Литература Древней Месопотамии](/storage/book-covers/d2/d253fa42866fb429ced0b14c61173d5db54a3c91.jpg)
В сборник вошли лучшие образцы вавилоно-ассирийской словесности: знаменитый "Эпос о Гильгамеше", сказание об Атрахасисе, эпическая поэма о Нергале и Эрешкигаль и другие поэмы. "Диалог двух влюбленных", "Разговор господина с рабом", "Вавилонская теодицея", "Сказка о ниппурском бедняке", заклинания-молитвы, заговоры, анналы, надписи, реляции ассирийских царей.
![Из книг мудрецов. Проза Древнего Китая](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Сказание о Кришне](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Шесть секретных учений. Наставления для эффективного свержения династии](/storage/book-covers/7e/7ed9e05319d616db7ce4326a3af7ec5fa6c29ac0.jpg)
«Шесть секретных учений» – один из семи классических китайских военных трактатов. Автором наставлений, содержащихся в данном трактате, считается китайский стратег периода Чжоу Тай-гун, который жил в XI веке до нашей эры. Текст построен в виде наставлений, адресованных правителю царства Чжоу Вэню, целью которого является свержение династии Шан.
![Тысяча и одна ночь. Том XV](/storage/book-covers/69/69cd8c6519e72af41fdfb777bcc6bae499acf7b2.jpg)
Книга сказок и историй 1001 ночи некогда поразила европейцев не меньше, чем разноцветье восточных тканей, мерцание стали беспощадных мусульманских клинков, таинственный блеск разноцветных арабских чаш.«1001 ночь» – сборник сказок на арабском языке, объединенных тем, что их рассказывала жестокому царю Шахрияру прекрасная Шахразада. Эти сказки не имеют известных авторов, они собирались в сборники различными компиляторами на протяжении веков, причем объединялись сказки самые различные – от нравоучительных, религиозных, волшебных, где героями выступают цари и везири, до бытовых, плутовских и даже сказок, где персонажи – животные.Книга выдержала множество изданий, переводов и публикаций на различных языках мира.В настоящем издании представлен восьмитомный перевод 1929–1938 годов непосредственно с арабского, сделанный Михаилом Салье под редакцией академика И.
![101 ночь. Утерянные сказки Шахразады](/storage/book-covers/8e/8efc06d4e593ed9e5f2ce6bb783e4df7b962a4a8.jpg)
Герои «Ста и одной ночи» — отважные рыцари и коварные злодеи, бедуины и великие визири, драконы и прекрасные девы — перенесут вас на Древний Восток, в его чарующую атмосферу. Вместе с Шахразадой и ее завораживающими историями вы заново откроете для себя удивительный мир сказок.Впервые переведено по андалузской рукописи Музея Ага-Хана с арабского и подробно прокомментировано Клаудией Отт.
![Сказание о годах Хогэн](/storage/book-covers/d4/d4e5dd3fc92bc095e56c8c554c313397dd76d88a.jpg)
В 1156 г. три крупных феодальных дома (Фудзивара, Тайра и Минамото) столкнулись между собою в борьбе за верховную власть. Четвёртой стороной борьбы были крупные буддийские монастыри. Все участники располагали собственными воинскими формированиями (самурайские дружины у феодальных домов, отряды монахов-воинов у монастырей) и разделились на два враждующих лагеря. Один из этих лагерей в качестве претендента на престол выдвигал экс-императора Сутоку, другой — его брата Госиракава. Об отдельных эпизодах этих событий («смута годов правления под девизом Хогэн») уже через несколько десятков лет после их окончания стали рассказывать перед многими слушателями под аккомпанемент японской лютни бива слепые сказители бива-хоси.
![Повесть о смуте годов Хэйдзи](/storage/book-covers/8b/8b52f144daf3207be1dfea283b3801bdb4c0c1eb.jpg)
Памятник жанра «военных повестей» («гунки-моногатари») «Повесть о смуте годов Хэйдзи» («Хэйдзи-моногатари», XIII в.) описывает один из мятежей, потрясших Японию в XII в. — мятеж годов Хэйдзи (1159 г.). Эта повесть предшествует знаменитой «Повести о доме Тайра» и является одним из наиболее значительных литературных памятников своего времени. Помимо описаний собственно политических событий данная повесть содержит обширные данные о мировоззрении жителей средневековой Японии, их быте, способах ведения военных действий.Данное издание представляет первый перевод старейшего варианта «Повести о смуте годов Хэйдзи», ранее не переводившегося на европейские языки.
![Японские сказания о войнах и мятежах](/storage/book-covers/e0/e051da15d61ce76912093c426d786ef1fa9f0376.jpg)
В книге представлены переводы пяти гунки-моногатари — сказаний о мятежах и битвах. «Записи о Масакадо», «Сказание о земле Муцу», «Записи о Трёхлетней войне в Осю», «Повесть о смуте годов Хогэн» и «Записи о смуте годов Дзёкю» описывают важнейшие события военной истории Японии — усмирение мятежа Масакадо (935–940), кампании Минамото против аборигенов-эмиси на северо-востоке страны (1051–1062 и 1083–1087), смуту годов Хогэн (1156), ослабившую позиции рода Минамото, попытку экс-императора Го-Тоба свергнуть камакурское военное правительство и вернуть власть императорам (1121)