Наполеон. Последняя любовь - [145]

Бетси его хорошо понимала. Его жена была самой отчаянной сплетницей на всем острове, половина населения называли ее — Пронырливая Керри, а остальные — Болтушка Троттл.

— Когда умрет ваша бедная подруга, вы мне все о ней расскажете? — спросил Бетси доктор.

— Нет, доктор Генри. У нее остались знакомые в Англии и следует позаботиться об их чувствах.

— Как жаль! Я надеялся, что вы мне поможете. Мне попадет за это! — он помолчал. — Должен сказать, юная леди, что вы у меня вызываете уважение своим поведением. Многие люди на острове просто взорвались, если бы им пришлось хранить такой секрет. У них из ушей пошел бы дым.

Он попытался взобраться на лошадь. Доктор был небольшого роста, и для него было сложно выполнять подобное упражнение.

— Все станут приставать к вам, чтобы что-то узнать об этой леди. Вы сможете выдержать расспросы?

— Конечно.

— Не удивляйтесь, если даже человек из «Плантейшн-Хаус» начнет все у вас расспрашивать. Он считает, что в этом каким-то образом замешан Наполеон. Вы выдержите официальные расспросы?

— Наверняка.

Доктор хлопнул в ладоши.

— Молодец! Я вас за это уважаю. Не поддавайтесь, дорогая, если даже сам губернатор почернеет от ярости!

Он сел в седло, а Бетси чуть не заплакала. Она подошла ближе к окну, где лежала умирающая Джулия и прислушалась. Там стояла тишина.

— Джулия!

Никакого ответа. Девушка заговорила:

— Джулия! Джулия! Моя дорогая подруга. Вы мне сказали, что так будет лучше, но мне очень тяжело!

Никакого ответа не последовало, и Бетси уже не могла сдерживать слезы.

— Прощай, дорогая Джулия! Прощай навеки!

Бетси с трудом взобралась в седло, потому что глаза у нее затуманили слезы.

— Поехали со мной, дитя мое, — сказал доктор.

Глава восемнадцатая

1

Бетси опоздала к обеду. Еда была разложена по тарелкам, и Сара Тиммс волновалась, стоя рядом со столом. Мальчики поели и ушли к себе. Бетси села рядом с отцом и, увидев тушеную говядину, недовольно сморщила нос.

— Я знаю, что тебе не нравится тушеная говядина, — сказала мать. — Но мы не можем достать другие продукты.

— Дело не только в этом. Мне она, конечно, не нравится, но помните ли вы, что у нас была тушеная говядина в тот день, когда на остров прибыл Наполеон. Теперь нам опять подали это блюдо.

Она внимательно взглянула на отца.

— Мне кажется, что папа собирается сказать нам что-то важное.

— Что? — Вильям Бэлкум был удивлен, потом он взглянул на остальных присутствующих за столом и покачал головой. — Дитя мое, откуда вам это известно? Но… мне действительно, нужно вам кое-что сказать. Нам приказали покинуть остров и возвратиться в Англию.

— Я так и думала, — сказала Бетси. — На ее лице появилось выражение страха.

Мадам Бэлкум и Джейн были поражены.

— Вильям, как это для вас ужасно! — сказала мадам Бэлкум.

Казалось, что сообщение не очень сильно взволновало Джейн. Наверно, ей всегда хотелось возвратиться в Англию и вести там насыщенную жизнь.

— Тушеная говядина сопровождает нашу жизнь в самые ответственные моменты, — сказала Бетси.

— Сегодня днем меня вызвал губернатор, — начал объяснять глава семейства. — Мы с ним разговаривали около часа, и временами разговор был весьма острым. Его не удовлетворило ни одно мое объяснение. Он желает побыстрее от нас избавиться. — Он серьезно взглянул на жену. — Причиной отъезда станет ваше здоровье, моя дорогая. Вы плохо переносите жару.

Миссис Бэлкум поддержала мужа.

— И это правда. Этот климат мне не подходит. Все время, пока мы тут находимся, у меня болит печень. Но вы должны понять, что мне, как и всем остальным, не хочется покидать остров.

— Папа, когда мы должны уехать? — спросила Джейн.

— Мы отправляемся на первом судне. Лоуву не терпится как можно быстрее избавиться от нас. На следующей неделе корабль направляется в Кейптаун и мы на нем отплывем.

— Это небольшое судно? — поинтересовалась его жена.

— Да, дорогая. Если будет плохая погода, на судне поднимется сильная качка. Но, возможно, нам повезет. Все замолчали. Никто не поднимал глаз, чтобы не показать, как всем плохо.

— Вильям, вы уверены, что у нас все будет в порядке с финансами?

— При любых обстоятельствах я смогу позаботиться о моей семье. Не волнуйтесь, дорогая.

— Возможно, вам придется воспользоваться вашим влиянием дома, — намекнула жена.

Эти слова вырвали Бетси из состояния шока и возмущения, в которое она погрузилась после слов отца. Она была уверена в ответе отца и вспомнила, что случилось, когда она навещала с ним странного и доброго старика в Виндзорском замке.

Вильям Бэлкум помолчал. На обычно добром лице у него появилось упрямое выражение. Потом он резко сказал:

— Нет!

— Но Вильям, вам понадобится поддержка, чтобы получить другое назначение.

— Мне не кажется, что я нуждаюсь в еще одном официальном назначении. Пожалуйста, дорогая, не думайте, что я позабыл о своих обязанностях в отношении семьи. До сих пор я стоял на собственных ногах и собираюсь делать это и в будущем!

Бетси подумала: «Молодец папа. Они его не испугают!»

Ей казалось, что лучше продолжать жить по-старому, никого ни о чем не просить, не использовать тайну отца. Хотя она понимала, что не для всех это было тайной. Конечно, никто к нему не обратится с предложением о помощи, но отец не станет никого осаждать просьбами.