Лепила-2 - [8]
- А по-другому, нежели "отрывисто бросать" доктор говорить не может?
- И вообще, бардак там у них, - возмутился Гоша, - медсестры по ординаторским сидят, а не на постах.
- Это специальная ординаторско-операционная медсестра, - "разъяснил" Семеныч тупому Гоше и продолжил: "...бросив медсестре:
- Чего стоишь? Неси йод, и набери кубик новокаина".
Дальше комментировать мы не смогли, поскольку зашлись в хохоте. "Кубика новокаина" славному хирургу Болотникову хватило бы, разве лишь на то, чтобы обезболить кожу на площади этак в полтора сантиметра диаметром, и на сантиметр в глубину.
- Это он, значит, "кубиком" его обезболил, вскрыл брюшную полость, надо полагать, перочинным ножиком, - отсмеявшись, продолжил Гоша
- Без перчаток, без стерильного белья и без инструментов. Это тебе, - кивнул Семеныч в сторону Гоши, - на аппендэктомию десять зажимов не хватает, а человек, вона, сложнейшую операцию запросто проводит.
- И еще заметь - без анестезиологов, - вставил я.- А вы вечно ноете: то вам наркоза мало, то релаксантов. Вон у него кишки из раны выпирают - и ничего, справляется! Чего вы у меня клянчите: "расслабь", да "расслабь", "руку не протолкнуть"...
- Ладно, спас он хоть его?
- А как же, за что и получил "...пластиковый пакет, набитый пачками долларов..."
Вообще-то, конечно, это бред сивой кобылы, помноженный на себя же. "Стремительный домкрат" Ляписа Трубецкого перед этим - практически, грамотное техническое описание. И подобным бредом наполнено большинство нынешних романов и сериалов любого толка: от слезливых мелодрам, до жесткого "экшн" - а. У нас уже стало традицией приносить очередной писательский опус в ординаторскую, (которая является, увы, обыкновенным рабочим кабинетом, где врачи пишут истории болезни, да иногда выпивают чашку кофе, ну, или чего-нибудь покрепче) и со смаком, как сегодня, обсуждать его Так что, если где-то коллеги ЛОР - врачи недоумевают по поводу необъяснимой икоты у модных авторов - каюсь, вина наша.
- А вот ты, Семеныч, рассказывал, что по молодости резекцию желудка под новокаином делал, у тебя, сколько тогда ушло? - поинтересовался Гоша.
- Давно это было, - с интонацией старого бурятского шамана произнес Семеныч и прищурился, глядя в потолок.- Сейчас уже и не помню, ну... несколько флаконов по 200 мл.
Не один и не два, точно. Это же надо создать тугой ползучий инфильтрат по методу Вишневского, все слои обезболить: кожу, потом подкожную клетчатку, мышцы, каждую в своем футляре, ну, и так далее... , много, короче. Однако, Бархатов рассказывал, на войне они только так и оперировали, эфира на всех не хватало, да и не всем его дашь, только "русским методом" и спасались.
- "Русский метод" - это буржуи так над нами издевались?
-Нет, почему издевались. Во всех зарубежных учебниках он так и называется, вполне официально. Метод сам по себе достаточно хорош, и довольно безопасен, дешев, опять же. Операции с его помощью можно проводить самые различные,... где она...- он тяжело поднялся и достал из тумбочки, возле которой сидел, потрепанную книжицу в бледно-зеленой обложке, - О! " Н.И. Григорьев. Оперативное лечение слепых ранений сердца, перикарда и средостения. 1953 год", - прочитал Семеныч на видавшей виды обложке. - Ну, вот, например, - он наугад открыл книгу и стал читать:
...- "Больной Ш., 49 лет, 7.VIII.1944 г. получил слепое проникающее ранение груди..., 24.I.1946 произведена операция. Обезболивание местное (0,5 % раствор новокаина 400см 3)...рассечение миокарда до инородного тела. Последнее захвачено кохеровским зажимом и извлечено...Рана грудной клетки припудрена стрептоцидом....Извлеченное инородное тело оказалось осколком мины, весом 2, 6 г...21.III. 1946г. выписан из клиники в хорошем состоянии....Через 11 месяцев после операции от больного получено письмо, в котором он сообщает, что боли в области сердца исчезли, чувствует себя совершенно здоровым и без ограничения выполняет работу рядового колхозника." - И таких примеров, - он постучал своим толстым пальцем по книге - здесь полно. Упоминается более 300 случаев самых разных ранений, и почти все - под местной анестезией. Товарищ Вишневский придумал, разработал и внедрил. Недостаток его в том, - продолжил он, захлопнув книгу, - что от хирурга требуется великолепное знание всех анатомических структур, надо знать, где какой "футляр", чтобы его новокаином накачать, а сейчас это уже и не надо. Вон, - он кивнул в мою сторону, - засунет анестезиолог трубу в трахею, пустит туда "сонного газа", тут тебе и релаксация, и обезболивание, надо только ход операции знать, и ни о каких футлярах не думать.
Я, в общем-то, достаточно хорошо знаком с местным обезболиванием по Вишневскому - еще с тех пор, как мне удалили аппендикс в 6 классе. Надо сказать, больновато было. Может, в руках Вишневского и хирурга, типа Бархатова, он и хорош - а вот последующие поколения хирургов имидж его основательно подпортили. В среде моих коллег-анестезиологов вообще не редкость встретить мнение, что, дескать, Вишневский отечественную анестезиологию на корню, своим методом обезболивания, зарубил. Типа, не будь его, Советский Союз начал бы развивать , по примеру Запада, другие методики - внутривенный наркоз, аппаратуру для проведения искусственной вентиляции легких и прочую лабуду. Что на это возразишь? В автопромышленности своего Вишневского не нашлось, который бы придумал, хоть что-то, но свое, не уступающее по характеристикам, пусть и на другом принципе построенном. Ну и что? Можно подумать, мы свой автопром по этой причине развили. А во всем мире, кстати, интерес к местным видам обезболивания с каждым годом растет. Хотя выполняем это обезболивание все равно мы - хирург без нас, что у нас, что на Западе, шагу не ступит. Может, действительно, так и надо. Прогресс не стоит на месте, разделение труда, каждый занимается своим делом и все такое... Проще сделать ультразвуковое исследование сердца, получив трехмерное цветное изображение всех его слоев, с распечаткой фотографий, и даже с готовой интерпретацией исследования - какой, по мнению машины, у человека, порок сердца имеется, нежели терпеливо выслушивать десятки больных, тренируя свое ухо, чтобы находить удлинение второго тона сердца, так называемое "расщепление второго тона" - искусство, сродни мастерству дирижера, вычленяющему фальшивую ноту из многозвучия оркестра. Можно сделать рентгеновский снимок, увидеть там громадный башмак "митрального сердца", и не отбивать себе безымянный палец, вырабатывая нужную силу перкуссии - чтобы определить границы сердца нужно стучать пальцем по пальцу не слишком сильно и не слишком слабо, только тогда станет заметной разница в звуке между легочной тканью и мышечным пластом сердца. Можно уже и латынь не учить - зачем, если международный язык медицины давно английский, "Сократ" стоит на каждом компьютере, а рецепт примут и на русском. А можно и вовсе без рецепта - написать на бумажке: "трихопол - 2т х3 р. в д." - и все, продадут тебе трихопол, разве что улыбнутся насмешливо, дескать, ещё один трихомонад "наловил", так ему и надо, кобелю. Куда нам до доктора Пирогова, который свою диссертацию на чистейшей латыни защитил.
![Злачное место](/storage/book-covers/74/7451ac33a67576aa3f136db3c18a97cbcdd99e3a.jpg)
После прочтения «Эпохи мертвых» вы наверняка задавали себе вопросы: почему зомби не разлагаются? как из обычного зомби получается морф? почему ВООБЩЕ зомби смогли появиться на этой планете? Все ответы – в этой книге вместе с увлекательными приключениями команды «охотников на морфов», к которым в силу обстоятельств должен примкнуть вчерашний школьник, житель глухой деревеньки, чудом уцелевшей после наступления ВСЕГО ЭТОГО.
![Лепила](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Эта книга — о работе врача анестезиолога-реаниматолога, реальной работе. Ну и немного детектива, сдобренного юмором для вкуса.
![Триста спартанцев и 89 «Фердинандов»](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
" Я не профессиональный историк, мои познания в истории — на уровне любителя. Я не могу, разбуженным ночью, с точностью сказать, в какой части, и на каком участке фронта в период, скажем, с 12.07. 1943 по 24.08 1943 находилось N таких-то танков или самоходок вермахта под управлением… и т. д. Я тем более не инженер и эта статья не о достоинствах и недостатках тех или иных бронированных машин. Скорее она — о психологии и о навязанных (и охотно принимаемых нами) штампах. ".
![Приказ по больнице](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Глаза истины: тень Омбоса. Часть 2. Чёрная пирамида](/storage/book-covers/ec/ec773b7d68799eeb2ed57a1dd4ce48b04053e300.jpg)
Расследование серии терактов на московских вокзалах зашло в тупик. Единственная имеющаяся у следствия ниточка к Ордену Сета ведет в Каирский музей. Маргарите Романовой, чей отец расследовал теракты со стороны ФСБ и пал от рук фанатиков, вместе с его коллегами приходится отправиться в опасное путешествие по Египту, чтобы отыскать место, прежде считавшееся легендой, – Омбос, древний «золотой город», где скрывается главная ячейка зловещего культа. Однако фанатичные сектанты не намерены так легко сдаваться и объявляют на смельчаков кровавую охоту. Удастся ли Маргарите и её спутникам преодолеть все опасности на пути к Омбосу, остаться в живых и наконец-таки найти истину?..
![Посольство](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Право на месть (Страх - 2)](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Дело Ирины Гай](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Гибель межзвездной лаборатории](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Воровские гонки](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.