Кровь и свет Галагара - [6]
Был он излюбленным убежищем цлиянских охотников и находился всего в половине атрора от счастливой лужайки. Его высокие своды подпирались множеством ализанд, толщиною не менее тикуба каждая, чьи тонкие густые ветви вверху стелились одной сплошною розоватою кроной. И оттуда в любое время года свисали на длинных шершавых стеблях и нераспустившиеся бутоны, и белые цветы с едва ощутимым, но дивным ароматом, и съедобные продолговатые плоды, служившие прекрасным дополнением к обычным яствам охотничьего пира. А крепкие и гладкие ализандовые стволы использовались в качестве привратных столбов — к ним в отдалении привязывали гавардов. Ныне уж не сыщешь в Галагаре этих чудесных деревьев, а только говорят еще, будто стволы у них были прозрачными, как речная вода. Да это выдумки, верно.
К тому времени, когда сгустился стремительный сумрак, юноши успели насытиться возле костров, не угасавших благодаря обилию хвороста, всегда по неписанным законам охотничьего братства соблюдавшемуся в гроте, да еще и уполовинили запасы хмельной рабады.
Перед гротом раскинулась большая луговина, где местами торчали из-под снега пучки не успевшей засохнуть звездной травы и черного тара. Сюда-то и потянул царевич дружков, предлагая перед сном размяться и утомить друг друга игрою.
Сперва Ур Фта потребовал, чтобы в него пускали стрелы без наконечников с расстояния в пару уктасов. И он ловил их проворными руками, и хоть не всякий раз это ему удавалось, — примерно две трети пущенных стрел побывали, каждая — в одном из четырех кулаков царевича, озаренного лунным светом.
Когда же наскучила эта нехитрая забава, юноши разбились на пары и пустили в ход мечи.
Сражение получалось нелепое, ибо хмель сделал свое дело — и юнцы с хохотом и криками набрасывались друг на друга, не соблюдая правил и умножая просчеты. Счастье еще, что сражались мечами в ножнах! А не то игра довела бы их до ранений, а кое-кому наверно стоила бы жизни.
Только царевич, не любивший хмельного и позволивший себе выпить не более полурофа, дрался не на шутку и дважды сбил с ног своего потешного противника. Он уже завершал очередную атаку и опрокинул бы беднягу в третий раз, если бы что-то не заставило царевича остановиться. Он замер, опустив меч, и по его приказу замерли все остальные. Как ни мутило хмелем головы его «войску», все до единого помнили о том, что он приходится им не просто товарищем в играх, но и повелителем, требующим беспрекословного повиновения.
— Слышал ли кто-нибудь из вас? — вполголоса, скрывая необъяснимое волнение, произнес царевич.
— Что именно, высочество Фта? — так же негромко переспросил низкорослый Зи Аль, глядевший трезвее прочих.
— Звук. Удивительный звук. Такого я прежде не слыхивал. Высокий и очень красивый… Он доносился оттуда! — Ур Фта вытянул руку в направлении почти отвесной скалы: она возвышалась темной громадой над северным краем луговины.
Но все только прислушивались и недоумевали: верно, померещилось царевичу что-то, а если и не померещилось, если и в самом деле прокричала ночная птица или ветер просвистел в камнях на скале, ничего удивительного в этом нет…
— Высочество Фта! — воскликнул Эф Тун. — А не вернуться ли нам к огню? Сдается мне, обжора Тил Цах с малышом На Олом допивают нашу рабаду вместо того, чтобы подбрасывать хворост в костры.
Все рассмеялись, царевич улыбнулся, махнул рукой, словно избавившись от наваждения, и согласился с Эф Туном.
В Ализандовом гроте, проглотив еще изрядное количество доброй маслянистой рабады, кое-кто склонился к бессвязным разговорам и пустой похвальбе. Особенно усердствовал низкорослый Зи Аль. Он быстро осушил один за другим три полурофа и теперь трещал без умолку, то и дело вызывая взрывы хохота и насмешливые слова, еще больше распалявшие его.
На царевича почти перестали смотреть — только изредка бросали быстрые взгляды, ожидая поддержки и одобрения. Но Ур Фта, погруженный в свои мысли, не слушал глупой болтовни Зи Аля. И лишь когда маленький хвастун вскочил на ноги, горделиво вскинул гладко обритую голову на тонкой шее, выхватил короткий меч и проделал несколько замысловатых выпадов в сторону костра, наследник невольно прислушался к его словам.
— «Луч», «лестница», «кочерга»! Разве плохо у меня получается? А поглядели бы, как я с топором обращаюсь! Тысячу раз уделывал на топорах моего братца, увальня косорукого! — Зи Аль в сердцах швырнул меч себе под ноги. — И вот он сегодня на празднике Золоват, а завтра его назовут воином — то-то он станет нос задирать! А разве это справедливо? Разве так уж важно, что он родился в одну зиму с наследником, а я на две зимы опоздал? Ведь я сильнее, и ловкости у меня на троих, как он, хватит!
Малыш словно поперхнулся последними своими словами и с ужасом уставился на царевича, выросшего вдруг перед ним и больно сжавшего ему плечо.
— Что ты сказал о празднике Золоват? — медленно проговорил царевич. — Повтори. Завтра станет воином тот, кто родился в одну зиму со мною?
— Высочество Фта, простите, — пролепетал Зи Аль и рухнул на колени. — Высочество Фта, я не должен был этого говорить.
— Ты ошибаешься, — возразил царевич. — Именно теперь тебя следовало бы наградить. А прощения просить ты должен вместе со всеми за то, что до сих пор ни словом не обмолвился об этом.
![Буря](/storage/book-covers/ad/ad641be18122a3c44d6b8d63b6301fe028740971.jpg)
«Буря» – одна из самых удивительных пост-шекспировских пьес Застырца. В ней всего два действующих лица, которые изображают всех прочих известных по сказке Шекспира персонажей: мужчина, одержимый бурей воображаемых коллизий, и женщина, старательно подыгрывающая мужчине из любви и жалости к нему.
![Гамлет](/storage/book-covers/1f/1f93e3472381f969174d0009a25f8ec5e0283899.jpg)
«Самое простое и самое ошибочное – принять эту вещь за бурлеск, шутку, капустник. Хотя она – и бурлеск, и шутка, и капустник. Но еще – и отчаянная попытка вырваться за пределы русского Шекспира, так мало имеющего отношения к Шекспиру настоящему. Попытка тем более значительная, что удачная и что других пока нет.По духу этот «Гамлет» ближе к шекспировскому, чем пастернаковский и любой другой, известный на родном нашем языке»Петр ВАЙЛЬ (Новое литературное обозрение, №35 (1/1999)
![Сон в летнюю ночь](/storage/book-covers/4e/4e0aefe4f075423de9b6d704fcf38b888c0dffeb.jpg)
Старые актеры, волей смертельного недуга очутившиеся в загадочном предбаннике вечности, разыгрывают по памяти комедию Шекспира и в этой игре забывают обо всем – о старости, боли, смерти, об отчаянной безысходности земного существования, о своей несчастной актерской судьбе. Весь мир театр и люди в нем актеры? Верно. Но для этого «Сна» верно и обратное: театр – это целый мир, в котором актеры превращаются в своих персонажей, играючи достигая невозможного – молодости, здоровья, любви, бессмертия…
![Приручение строптивой](/storage/book-covers/2e/2ed52b187a439e594cb9f04958f7db4182322baa.jpg)
Игра Застырца в одну из самых любимых комедий Шекспира представляет собой загадку. Что это? Глубокомысленная декларация вечных ценностей или циничная шутка? Кто мы? Грешные проходимцы, которых для смеха нарядили в роскошные одеяния и развлекают сценическим зрелищем? Или лорды и леди, вдруг пробудившиеся от сновидения, в котором были бродягами и женщинами легкого поведения?
![Макбеты](/storage/book-covers/06/06e53f934372fc61722805f08cfa939ae31d84bc.jpg)
Комедия ужаса «Макбеты» (именно так, во множественном числе!) вылеплена Застырцем в качестве вызывающего трансформера, в котором исторический материал сливается с современными реалиями. И знаменитая трагедия превращается в гомерическую, отчаянную, залитую кровью комедию, представляющую на сцене в полный рост уже не власть, а человеческую глупость, ныне здравствующий идиотизм грандиозного, глобального, максимально возможного в истории масштаба.
![Кое-что получше](/storage/book-covers/82/8273ec7ddee173166d57264f4a29098c99ad03c3.jpg)
«…В будущем веке, когда, услышав о 70-х годах нынешнего, тинейджеры рассеянно спросят, в котором томе «Истории государства Российского» можно об этом времени прочесть, их седовласые прадеды извлекут из своих сундучков и этажерок вот эту самую книжку журнала, хлопнут слабеющей рукой по моему сочинению и скажут: «Вы многое поимели, ребята, а все же у нас тоже было кое-что!».
![Сольвейг](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Маленькая драма-фантазия на тему «Пер Гюнта» Генрика Ибсена, опубликованная в сетевом журнале «Фантасты и компания — ФАНТиКо».Каждый мужчина в большей или меньшей степени Пер Гюнт, а женщина — Сольвейг.
![Последний из Истинных](/storage/book-covers/8d/8d58386a03ef6aa0cccfa745049c5e9a9319abaa.jpg)
В далёком будущем или в не менее отдалённом прошлом бороздят просторы Вселенных корабли Объединения Техномиров. Эти миры населены холодными прагматиками, учёными и обычным населением. Здесь нет места для Веры, мистики и магии. Всё непонятное давно объяснено, структуры жизни компьютеризированы и прозрачны. Но, где-то в одном из уголков далёкого космоса живёт несознательное общество, которое верит в богов и артефакты и наяву сталкивается с ангелами. В Телькуньяроме – последнем из Истинных миров, происходит борьба разных сил –светлых и не очень и именно сюда направляется генерал специальной службы инкигосов с особой миссией.
![Серебряный поток](/storage/book-covers/66/66d5f1ec7761bb15e22676e4f49afb7e5c230591.jpg)
Второй роман серии, выдержанный в стилистике темного фэнтези. Через каждые двадцать лет начинается Великий звездопад - зрелище, видимое в любом уголке мира, почитаемое у людей за благостный знак. Империя просуществовала тысячу лет, вытерпев за свою историю многочисленные бедствия и невзгоды. Близится новая война с кровожадными и многочисленными иругами из Красной пустыни, а с северных границ упорно ползут слухи о возвращении Мерзости - расы искусственно выведенных оборотней, и многие суеверные люди верят, что близящийся звездопад укрепит их дух, спасет их и защитит от грозящих напастей.
![Баттосай Поттер](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Беты (редакторы): Доктор Вэрнэр, katena1111Фэндом: Rurouni Kenshin, Роулинг Джоан «Гарри Поттер» (кроссовер)Персонажи: гарри поттер/дафна гринграссРейтинг: NC-17Жанры: Гет, Джен, Романтика, Фэнтези, Экшн (action), Повседневность, Учебные заведенияПредупреждения: OOC, Нецензурная лексика, Мэри Сью (Марти Стью), ОЖПРазмер: Макси, 221 страницаКол-во частей: 48Статус: законченОписание:После первого курса Гарри проснулся другим. Сильнее, опытнее, в чем–то жестче. Не удивительно, ведь за одну ночь он прожил целую жизнь.
![В поисках неведомого Кадата](/storage/book-covers/3b/3b1d7d36f6783b4224f2f84170c9eaf419b7d179.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.