Краткие вести о скитаниях в северных водах - [10]
2. Капитан корабля — прапорщик Василий Федорович Ловцов 55 лет (в год крысы)[51].
3. Переводчик — сержант Егор Иванович Туголуков, 34 лет (в год крысы)[52].
4. Управляющий делами [мотодзимэ] — чин тот же — Иван Филиппович Трапезников, 36 лет (в год крысы). Сын унесенного в прошлые годы морем Кюсукэ из Намбу[53].
5. Помощник капитана — чин тот же — Василий Иванович Олесов.
6. [Должность] та же, чин тот же — Филипп Екимович Мухоплёв.
7. Штурман — Дмитрий Яковлевич Шабалин. Говорят, что он в прошлые годы приходил в Аккэси, на земле Эдзо.
8. Купец — Влас Никифорович Бабиков, 31 года (в год крысы).
9. То же — Иван Григорьевич Полномочный, 43 лет (в год крысы).
/5/ 10. Сержант — Василий Иванович Кох, 16 лет (в год крысы). Сын коменданта Охотска.
11. Алексей Васильевич Ловцов, 16 лет (в год крысы). Приемный сын капитана корабля. Говорят, что по происхождению [он] был жителем Северной Америки.
Кроме того, десять мелких чиновников, восемнадцать матросов и трое потерпевших кораблекрушение.
Всего на корабле — сорок один человек.
/7/ ГЛАВА II. СКИТАНИЕ ПО МОРЯМ И ВОЗВРАЩЕНИЕ НА РОДИНУ
Дело было в двенадцатую луну 2-го года Тэммэй, в год тигра, старшего брата воды. В-13-й день этой луны (4/15 января 1783 г.; см. комм. 1) в начале часа змеи (10 часов утра; см. комм. 18)[54] из бухты Сироко вышел в море корабль "Синсё-мару", принадлежавший Хикобэю, крестьянину села Сироко во владениях [князя] Камэяма в провинции Исэ. На корабле было семнадцать человек во главе с капитаном Кодаю. Груз корабля состоял из пятисот коку риса[55] отправленного владетельным князем Кии[56] а также из хлопчатобумажной ткани, лекарств, бумаги, посуды и т. д., посланных к купцам в Эдо.
С поднятыми парусами корабль шел под западным ветром и около полуночи вышел в открытый океан против Суруги. Неожиданно поднялся северный ветер, налетали шквалы то с севера, то с запада. Вдруг сломался руль, а ветер и волны свирепели все больше и больше, и уже казалось, что корабль вот-вот перевернется и пойдет ко дну. Тогда все находившиеся на судне срезали свои мотодори[57], принесли их в жертву духу-хранителю корабля и стали горячо молиться богам и буддам — кто в кого веровал, но буря бушевала все сильней и сильней.
К рассвету рев громадных бешеных волн стал подобен грохоту грома. Они обрушивались на корабль, как громады гор. Все растерялись и не знали что делать: сначала спилили и выбросили [в море] мачту, [потом] стали бросать [за борт и] груз.
Так в течение семи или восьми дней корабль гнало ветром все дальше и дальше на восток. Позади уже не было видно даже гор, /8/ а корабль все несся и несся по воле волн неизвестно куда по безграничному простору океана.
Время шло, наступила вторая луна следующего года, года зайца (Начало года зайца приходится по европейскому календарю на 22 [января] 2 февраля 1783 г.). По мере приближения корабля к противоположным берегам, ветер постепенно сменился на южный, море стало спокойнее. Тогда взяли оставшийся от руля румпель и установили его вместо мачты. Из имевшейся одежды сшили парус, использовав для него и авасэ и хитоэмоно[58], натянули его двумя тросами и продолжали плыть неизвестно куда. Между тем в трюме обнаружили два свитка циновки для обтягивания татами[59], отправленные домом Ии[60], их также использовали для паруса. Так плыли еще несколько дней, но по курсу никакой земли все еще не было видно. Тогда Сангоро, обращаясь к Кодаю, сказал:
— Долго ли мы будем так носиться по морю неизвестно куда. Давай погадаем и по указанию Дайдзингу[61] узнаем, близко ли от нас земля.
Тогда наделали из бумаги полоски и написали [на них различные расстояния]: "50 ри", "100 ри", "150 ри" и так, [прибавляя] по 50 ри, до 1000 ри. Затем освятили их, и, когда взяли и развернули [один из них], это был жребий, гласивший: "600 ри". Матрос Икухати, удивившись, сказал при этом:
— Хоть и не годится тянуть жребий повторно, я все-таки хочу попробовать хотя бы для развлечения.
И когда он повторно взял жребий своими руками и взглянул [на него], там снова была надпись: "600 ри". Тогда все [находившиеся] на корабле изменились в лице.
Когда наступила уже третья луна, волнами сорвало оба якоря, были сильно повреждены также нос и корма корабля. В трюме неизвестно когда появилась течь, и уровень воды в нем уже поднялся выше двух сяку. Это еще больше вывело моряков из себя, и [они] окончательно приготовились к неизбежной смерти. Тогда Сангоро сказал:
— Вот теперь-то [нам] не остается ничего другого, как обратиться к богам[62] и буддам /9/ с молитвой о защите. Вместо того, чтобы, сложив руки, ждать смерти, нужно погадать, откуда протекает в трюм вода.
На бумажках-жребиях написали названия разных частей корабля, освятили их, и когда погадали, то выпал жребий с надписью: "Правый борт, угол у руля". Когда осмотрели указанное место, то, действительно, там оказалась течь. Сейчас же достали остатки хлопчатобумажной ткани, которые еще не были выброшены с корабля, и [этой тканью] с лубяной паклей заделали течь, предотвратив [таким образом] грозную опасность.
С самого начала на корабль было погружено много риса, поэтому в пище недостатка не было, но с конца второй луны стало мало питьевой воды. Поэтому на бак с пресной водой повесили замок, ключ от которого Кодаю носил на поясе, и каждый день [он] выдавал воду по количеству людей. Однако через некоторое время и она иссякла. Тогда стали пользоваться водой, накопившейся в большом чане, который поставили под мачтой, чтобы собирать в него на всякий случай дождевую воду. Но вскоре и ее выпили, и теперь уже ничем нельзя было помочь беде. Так без воды прошли сутки. Всех так мучила жажда, что пробовали черпать
![Записки о России, составленные со слов моряков, унесенных в Северное море](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В двенадцатый месяц второго года Тэммэй, в год тигра, старшего брата воды, в 13-й день, в начале часа змеи из бухты Сироко вышел в море корабль "Синсё-мару. Штормом его занесло на Алеутские острова, откуда его капитан Кодаю и матросы совершили путешествие через всю Россию, в Питере были представлены императрице Екатерине II и с ее соизволения отправлены домой, в Японию. Домой добрались только трое. Со слов капитана Кодаю лекарь Куниакира составил эти записки. Кодаю собрал настолько подробные сведения о России, что современный читатель узнает много нового и интересного о России времён Екатерины Великой.
![Второй дом от угла… Страницы жизни семьи, республики, страны](/storage/book-covers/f7/f75990682d5a8ed6ce616b93471cce6d1a4340b7.jpg)
Новая книга Улукбека Чиналиева не столько воссоздает события, сколько показывает внутренний мир автора на разных этапах его жизни. Формирование лидерских качеств, определивших дальнейшее послевузовское хождение по ступеням и коридорам власти, общение с разнообразным начальством. Сегодня эта книга интересна и тем, что многие реалии советской жизни забываются даже жившими в том, коммунистическом, мире, а молодежи и подавно неизвестны. Интересны «декорации», фон, на котором рисуется жизнь.
![Империя и одиссея. Бриннеры в Дальневосточной России и за ее пределами](/storage/book-covers/7b/7bcc0e3b3ffd70e22188d44e7839bd94f6b4fe22.jpg)
Для нескольких поколений россиян существовал лишь один Бриннер – Юл, звезда Голливуда, Король Сиама, Дмитрий Карамазов, Тарас Бульба и вожак Великолепной Семерки. Многие дальневосточники знают еще одного Бринера – Жюля, промышленника, застройщика, одного из отцов Владивостока и основателя Дальнегорска. Эта книга впервые знакомит нас с более чем полуторавековой одиссеей четырех поколений Бриннеров – Жюля, Бориса, Юла и Рока, – и с историей империй, которые каждый из них так или иначе пытался выстроить.
![Из Ташкента в Израиль на МАЗе](/storage/book-covers/4f/4f96c1d39c830280b1fc530326c5ccc2b9c87ec1.jpg)
Рассказ репатрианта о переезде из Советского Союза в Израиль своим ходом на грузовике МАЗ и о жизни и работе в Израиле.
![Мои годы в Царьграде. 1919−1920−1921: Дневник художника](/storage/book-covers/ac/acd354d722cc9d778141112617c82696b9106593.jpg)
Впервые на русском публикуется дневник художника-авангардиста Алексея Грищенко (1883–1977), посвящённый жизни Константинополя, его архитектуре и византийскому прошлому, встречам с русскими эмигрантами и турецкими художниками. Книга содержит подробные комментарии и более 100 иллюстраций.
![Джованна I. Пути провидения](/storage/book-covers/26/2613f8300d6cb0a759766122fb531049bf23abe2.jpg)
Повествование описывает жизнь Джованны I, которая в течение полувека поддерживала благосостояние и стабильность королевства Неаполя. Сие повествование является продуктом скрупулезного исследования документов, заметок, писем 13-15 веков, гарантирующих подлинность исторических событий и описываемых в них мельчайших подробностей, дабы имя мудрой королевы Неаполя вошло в историю так, как оно того и заслуживает. Книга является историко-приключенческим романом, но кроме описания захватывающих событий, присущих этому жанру, можно найти элементы философии, детектива, мистики, приправленные тонким юмором автора, оживляющим историческую аккуратность и расширяющим круг потенциальных читателей. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Полвека с Вьетнамом. Записки дипломата (1961–2011)](/storage/book-covers/d7/d7ef4e2a298cf56ab8d8d858dd6553fdb695dffd.jpg)
В основу книги положены личные впечатления автора о командировках во Вьетнам в период 1961–2011 гг. Вошедшие в сборник очерки основаны на малоизвестном широкому читателю фактическом материале, это своеобразный дневник, живое свидетельство непосредственного участника и очевидца многих важных событий в истории отношений наших двух стран. «Эта книга, – пишет автор, – скромная дань любви и уважения героическому, трудолюбивому и талантливому народу Вьетнама, с которым судьба связала меня на протяжении более полувека».В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Исторические записки. Том 2](/storage/book-covers/ff/ffe5eb1b27b8a0a924c3a6a705ffbfe3fd0e872f.jpg)
«Исторические записки» Сыма Цяня — выдающийся памятник китайской историографии — до сих пор остается незаменимым источником разнообразных сведений о Древнем Китае. Во второй том вошли главы 5-11 «Основных записей» — первого раздела труда Сыма Цяня.
![Исторические записки. Т. IX. Жизнеописания](/storage/book-covers/0b/0b4b2a7b7d901b51fe451a23b49159ced42cb923.jpg)
Девятый том «Исторических записок» завершает публикацию перевода труда древнекитайского историка Сыма Цяня (145-87 гг. до н.э.) на русский язык. Том содержит заключительные 20 глав последнего раздела памятника — Ле чжуань («Жизнеописания»). Исключительный интерес представляют главы, описывающие быт и социальное устройство народов Центральной Азии, Корейского полуострова, Южного Китая (предков вьетнамцев). Поражает своей глубиной и прозорливостью гл. 129,посвященная истории бизнеса, макроэкономике и политэкономии Древнего Китая.
![Исторические записки. Том 1](/storage/book-covers/4d/4d3810cec4853e337180430557d8bff510b1f972.jpg)
«Исторические записки» древнекитайского историка Сыма Цяня (145-86? гг. до н. э.) — выдающийся памятник китайской историографии. До настоящего времени этот труд остается незаменимым источником разнообразных сведений о древнем Китае. В первый том вошли четыре главы «Основных записей» — первой части книги Сыма Цяня.
![Исторические записки. Т. VII. Жизнеописания](/storage/book-covers/49/49948894fc75b2e86373b84312e7a7b0a3376edf.jpg)
Седьмой том «Исторических записок» продолжает перевод труда древнекитайского историка Сыма Цяня (145—87 гг. до н.э.) на русский язык. Том открывает 5-й и последний раздел памятника — «Ле чжуань» («Жизнеописания»). «Ле чжуань» включает в себя 70 глав биографий более 300 наиболее ярких и значительных фигур Древнего Китая. В книге 25 глав, персонажами которых являются выдающиеся политические деятели, философы, полководцы, поэты. Через драматические повороты личных судеб героев Сыма Цянь сумел дать многомерную картину истории Китая в VI—III вв.