Копи Хаджибейского лимана - [8]
А у одесских бандитов, плохо организованных и еще хуже вооруженных после гибели Японца, не хватало ни стволов, ни людей.
Потом смутные времена закончились, и склады опустели. Все оружие было использовано, власть захвачена. Что можно было хранить в огромных ангарах, когда в подкошенной войнами и обескровленной новой, наспех сколоченной большевиками стране свирепствовали голод и болезни?
Когда к власти пришли большевики и начали проводить строгую ревизию всего имущества, находящегося в городе, склады тоже были поставлены на учет. А вскоре они заполнились дровами и углем — тем, что было необходимо в период жестоких зимних морозов и чего так не хватало в Одессе.
Часть складов зимой даже растащили на дрова. И в ближнем к морю ангаре зияли похожие на крысиные норы длинные дыры — местные жители выламывали и выпиливали дрова так хитро, что получался какой-то просто художественный узор.
Потом оказалось, что склады — очень удобная вещь. Их можно было обустроить, разбить на секторы и заполнять самыми разными товарами, которые отлично сохранялись в сухих, удобных и хорошо проветриваемых помещениях.
Начался нэп, и в склады потекли грузы — контрабандные сигареты и пшеница, детали для сельхозмашин и сукно — все, что душе угодно, с легкостью доставлялось в одесский порт, а оттуда уже распространялось по всей стране.
Один из складов, перегороженный ячейками, как самые настоящие соты, специально сдавали в аренду нэпманам. И самые лучшие рестораны и магазины хранили там получаемый из-за границы товар.
И вдруг оказалось, что со складами существует большая проблема! Территория была не огорожена, склады никем не охранялись, а местные жители как ни в чем не бывало сновали мимо важных складских объектов на расположенный по соседству пляж, ничуть не смущаясь тем, что за дощатыми стенами хранятся ценные дорогостоящие товары, предназначенные для развития молодой советской экономики.
Как люди идейные, большевики пытались навести порядок во всем. Власть всегда придерживалась политики, что порядок нужно наводить везде — начиная от идей в мозгах и заканчивая мусором на улицах. И с той же старательностью, с которой забивались все щели в стенах и ремонтировались проблемные места, когда склады готовились к работе, большевики начали обеспечивать их охраной. Для этого территорию требовалось оградить забором и поставить вооруженных охранников, желательно по периметру, с обязательной смотровой вышкой, с часовым, позволяющим высматривать посягающих на советскую собственность и с суши, и с моря.
Вот и был спешно сколочен забор. И хоть внешне он выглядел неказистым, однако был достаточно высоким, прочным и выполнял свою функцию. Какое-то подобие вышки тоже соорудили. Но ее дважды повалил штормовой ветер, шутки с которым на открытом берегу моря были плохи. Поэтому от вышки со временем решили отказаться. А вот от вооруженной охраны — нет. Для охранников сколотили серьезную будку — нечто вроде пропускного пункта, где, как уже упоминалось, всегда дежурили несколько вооруженных солдат. И через эти своеобразные ворота проходили на службу работники складов.
Для них вольница закончилась. Если раньше трудившиеся на складе, пакующие или сортирующие товары рабочие могли в любую свободную минуту выбежать из помещения и даже прогуляться по пляжу, то теперь эта вольница закончилась.
Территорию складов в рабочее время покидать категорически запрещалось. Мало того — при выходе из помещения в конце рабочего дня всех сотрудников обыскивали солдаты, и это, понятно, никому не нравилось. Людей для работы на складах требовалось все больше. Но проблемой это не было — несмотря на то что нэп несколько улучшил подъем экономики, в стране по-прежнему свирепствовала безработица, а потому со складскими рабочими вопросов не было.
Часовые на складах пароходства сменялись по очереди. Дежурство было самым нелюбимым делом для солдат из военного гарнизона, особенно ночью: сидеть в будке приходилось безвылазно, а по ночам еще и скучно, так как рабочих не было и не было к кому придраться или кого обыскать.
Поэтому двое молоденьких солдат беззаботно играли в домино, забивая козла на потемневшем от времени столе, лишь поневоле прислушиваясь к завываниям ветра, гонявшего тучи песка по пляжу, — уж слишком он шумел. Штормило. Пенные валы накатывали на берег со свирепым ревом, вгрызаясь острыми клыками брызг в подмокший темный песок. Следы от этих клыков не пропадали — там, где они отметились, возникали ямки, похожие на долго не заживающие раны, кровоточащие, постепенно заполняющиеся морской водой. Ветер уныло выл над морской стихией. Пошел мелкий, противный дождь, но тут же перестал. Было похоже, что вот-вот начнется песчаная буря.
Это начало весны — март и апрель — в Одессе всегда славилось своими ветрами. Штормовые ветры свирепствовали с такой силой, что сворачивали все на своем пути — начиная от крыш домов и заканчивая пришвартованными рабочими лодками. Порывистый ветер сбивал людей с ног, рвал их одежду, а на побережье бесцеремонно забивал нос и глаза песком. Было очень тяжело появляться на улице в такую погоду. Рыбаки и моряки, зная это, никогда не выходили в море в этот период — любому, даже начинающему моряку было известно, что разбушевавшийся мартовский ветер намного опаснее штормового моря.
![Монастырь дьявола](/storage/book-covers/1a/1a2094310442a5806d81ab86bf8b9eb44a309b96.jpg)
Если в стене старинного замка вдруг приоткрылась дверь, это еще не значит, что в нее нужно входить. Существует средневековая пословица: «дьявол обожает монастыри». Особенно те, за стенами которых скрывается страшная тайна, уходящая корнями в глубокое средневековье, и начавшая жизнь заново в современности.Отправляясь в автобусное путешествие по средневековым замкам Европы, главный герой ничего не знал о дверях, открытых в стене. После катастрофы автобуса, вместе с двумя случайными спутниками, он находит заброшенный замок в лесу.
![Змей Сварога](/storage/book-covers/8a/8a84b4bd07845a39cde1cb62ebecce0ce79dc38e.jpg)
Простив Виктора Барга, Зинаида Крестовская начинает вести спокойную, почти семейную жизнь. Работа в институте, пусть и нелюбимая, рядом мужчина, за которого она так боролась, – разве этого мало? Но Зина вдруг начинает понимать, что это все не для нее, что ей нужен риск, адреналин. И неожиданно она это получает с избытком. Новое дело, которое Крестовская расследует уже как полноправный сотрудник НКВД, не просто опасно, оно смертельно опасно. Ей предстоит снова столкнуться с секретными разработками НКВД, который, как известно, не останавливался ни перед чем…
![Смерть в катакомбах](/storage/book-covers/92/928c367bcd95ce0c02bb7dd4f4b59e7371a99276.jpg)
…Январь 1942 года. Одесса захвачена немцами и румынами. В городе голод, холод, страх и смерть — не проходит и дня, чтобы кого-нибудь не казнили. Оккупанты свирепствуют — за каждого убитого офицера или солдата они расстреливают десятки мирных одесситов. У Зинаиды Крестовской была возможность эвакуироваться, но она решила остаться в Одессе для подпольной работы, тем более, что ее непосредственным руководителем стал любимый человек — Григорий Бершадов. Однако через какое-то время Зина с ужасом узнает, что не только оккупанты убивают мирных людей — в смертельной схватке сошлись свои, не щадящие никого для достижения своей цели…
![Короли Молдаванки](/storage/book-covers/fa/fa7ae88cd8dc277ab70549b424cb875df250b9d6.jpg)
Когда молодой следователь Володя Сосновский по велению семьи был сослан подальше от столичных соблазнов – в Одессу, он и предположить не мог, что в этом приморском городе круто изменится его судьба. Лишь только он приступает к работе, как в Одессе начинают находить трупы богачей. Один, второй, третий… Они изуродованы до невозможности, но главное – у всех отрезаны пальцы. В городе паника, одесситы убеждены, что это дело рук убийцы по имени Людоед. Володя вместе со старым следователем Полипиным приступает к его поиску.
![Миллион с Канатной](/storage/book-covers/c0/c0b701b115db13d784ae536d43ea9f1ee979215f.jpg)
...1919 год. Одесса переходит из рук в руки — от красных к белым и от белых к красным. Наконец в городе окончательно устанавливается советская власть. И все же спокойствия нет — тут и там происходят бандитские разборки, совершаемые с какой-то необычной жестокостью. Появляются настойчивые слухи о том, что Мишка Япончик не погиб — он жив и вернулся в Одессу. И цель его — добыть сокровища, спрятанные в катакомбах. Таня прекрасно знает, что это не так, что Мишка мертв, и ей просто необходимо разоблачить того, кто зверствует под именем Японца..
![Чёрная метка](/storage/book-covers/9a/9a8ff55d719df2fcebaf143c3be3809e92045ce5.jpg)
В городе ходят загадочные и страшные слухи о какой-то черной метке, неожиданно появляющейся на ладони у самых различных людей. Но круг богатых людей города ничего не знает об этих слухах. Они заняты загадочной, неизвестно откуда появившейся в их городе игрой. Геймеры, прошедшие все ступени игры, могут составить себе состояние – призовой фонд игры составляет 6 миллионов долларов, и не достались эти деньги еще никому, так что шанс есть у каждого из участников.Никто не знает, почему игра проводится в подземелье.
![Противоядие от алчности](/storage/book-covers/39/395ec0116fd5c25315bafe3981b7fcb0d63c9d8d.jpg)
Испания, 1354 год. Епископу Жироны Беренгеру необходимо приехать в Таррагону на совет епископов. Одолеваемый болезнями и попавший в немилость одновременно королю Арагона и архиепископу Таррагоны, Беренгер с неохотой соглашается на эту поездку и просит своего личного лекаря Исаака сопровождать его. В довершение жена Исаака, несмотря на все уговоры, намерена ехать вместе с мужем и берет с собой Ракель, их с Исааком дочь. Однако настоящие неприятности еще впереди: кто-то убивает посланников папы римского, чьи тела обнаружены на дороге, ведущей в Таррагону.
![Прекрасная голубая смерть](/storage/book-covers/3e/3ef84ddf8e7ca87a3558d406e3b309b49f06460f.jpg)
Викторианский аристократ Чарльз Ленокс — истинный джентльмен, всегда готовый совершить благородный поступок. А потому, когда подруга детства леди Джейн просит его провести собственное, приватное расследование обстоятельств смерти ее хорошенькой горничной Пруденс Смит, Чарльз повинуется — и сразу замечает крайне странные обстоятельства дела.На первый взгляд Пруденс явно покончила с собой. Но где вязла простая служанка редчайший, экзотический яд, ставший причиной ее гибели? Значит, все-таки убийство? Чарльз начинает задавать вопросы — но раньше, чем он успевает прийти к каким-то выводам, убийца наносит следующий удар…
![Десять басен смерти](/storage/book-covers/e5/e5743ed59f2913a3899ed69ea93cadb3c3d230d8.jpg)
За ослепительным фасадом Версаля времен Людовика XVI и Марии Антуанетты скрываются грязные канавы, альковные тайны, интриги, заговоры и даже насильственные смерти… Жестокие убийства разыгрываются по сюжетам басен Лафонтена! И эти на первый взгляд бессмысленные преступления – дело рук вовсе не безумца…
![Ученик дьявола](/storage/book-covers/80/80f1e107ef7be63635c0febb92115c627fb1ca4f.jpg)
Лондон в объятиях зимней стужи, и труппа «Уэстфилдские комедианты» сидит без работы. Актеры с радостью принимают приглашение выступить в графстве Эссекс, несмотря на то, что им ставят два условия: они должны показать новый спектакль и принять в труппу нового ученика Дэйви Страттона.Поначалу всем кажется, что Дэйви искренне мечтает стать актером, однако он начинает ссориться с другими учениками, а вскоре даже сбегает. Суфлер Николас Брейсвелл прикладывает все усилия, чтобы помочь труппе хорошенько отрепетировать новый спектакль «Ведьма из Колчестера», однако, когда один из ведущих актеров становится жертвой странных хворей, которыми по сюжету пьесы страдает его персонаж, кое-кто из комедиантов начинает подозревать, что среди них скрывается колдунья.
![Кулинарная книга каннибала](/storage/book-covers/85/854fb10e8da44de3f08535dbb8b31f6037120b3d.jpg)
Поразительный кулинарный триллер одного из ярчайших авторов современной Аргентины, достойного соперника Федерико Андахази. Именно таким, по мнению критиков, мог бы получиться «Парфюмер», если бы Патрик Зюскинд жил в Южной Америке и увлекался не бесплотными запахами, а высокой кухней.«Цезарю Ломброзо было семь месяцев от роду, когда он впервые попробовал человеческое мясо» — так начинается эта книга. Однако рассказанная в ней история начинается гораздо раньше, на рубеже XIX и XX вв., когда братья-близнецы Лучано и Людовико Калиостро, променяв лазурные пейзажи Средиземноморья на суровое побережье Южной Атлантики, открыли ставший легендарным ресторан «Альмасен Буэнос-Айрес» — и написали не менее легендарную «Поваренную книгу южных морей»…
![Адвокат с Лычаковской](/storage/book-covers/42/42f086df2c35441a259c1cab13627bf708699995.jpg)
Начало ХХ века, 1908 год. Молодой киевлянин Клим Кошевой чудом вырвался из тюрьмы и скрывается от преследований царской власти во Львов. Но и тут его арестовывает полиция — возле трупа известного адвоката Евгения Сойки. Покойный имел в городе сомнительных друзей и могущественных врагов. Самоубийство — или убийство? Поиски истины водят Кошевого темными лабиринтами львовских улиц. На его пути — дерзкие батяры, городские криминальные короли и российские террористы-бомбисты. А еще полицейский комиссар Марек Вихура, у которого Клим постоянно путается под ногами.
![Фуэте на Бурсацком спуске](/storage/book-covers/b5/b5b618eea0fc3d02819cdab4421eebe867079ce1.jpg)
Харьков 1930 года, как и положено молодой республиканской столице, полон страстей, гостей и противоречий. Гениальные пьесы читаются в холодных недрах театральных общежитий, знаменитые поэты на коммунальных кухнях сражаются с мышами, норовящими погрызть рукописи, но Город не замечает бытовых неудобств. В украинской драме блестяще «курбалесят» «березильцы», а государственная опера дает грандиозную премьеру первого в стране «настоящего советского балета». Увы, премьера омрачается убийством. Разбираться в происходящем приходится совершенно не приспособленным к расследованию преступлений людям: импозантный театральный критик, отрешенная от реальности балерина, отчисленный с рабфака студент и дотошная юная сотрудница библиотеки по воле случая превращаются в следственную группу.
![Преферанс на Москалевке](/storage/book-covers/41/41e96bbe4c8927837fc49fdcd613faaa78a52a13.jpg)
Харьков, роковой 1940-й год. Мир уже захлебывается войной, уже пришли похоронки с финской, и все убедительнее звучат слухи о том, что приговор «10 лет исправительно-трудовых лагерей без права переписки и передач» означает расстрел. Но Город не вправе впадать в «неумное уныние». «Лес рубят – щепки летят», – оправдывают страну освобожденные после разоблачения ежовщины пострадавшие. «Это ошибка! Не сдавай билеты в цирк, я к вечеру вернусь!» – бросают на прощание родным вновь задерживаемые. Кинотеатры переполнены, клубы представляют гастролирующих артистов, из распахнутых окон доносятся обрывки стихов и джазовых мелодий, газеты восхваляют грандиозные соцрекорды и годовщину заключения с Германией пакта о ненападении… О том, что все это – пир во время чумы, догадываются лишь единицы.
![Смерть у стеклянной струи](/storage/book-covers/68/686b26397da743e24941617989428b8cfe9d40e8.jpg)
…Харьков, 1950 год. Страну лихорадит одновременно от новой волны репрессий и от ненависти к «бездушно ущемляющему свободу своих трудящихся Западу». «Будут зачищать!» — пророчат самые мудрые, читая последние постановления власти. «Лишь бы не было войны!» — отмахиваются остальные, включая погромче радио, вещающее о грандиозных темпах социалистического строительства. Кругом разруха, в сердцах страх, на лицах — беззаветная преданность идеям коммунизма. Но не у всех — есть те, кому уже, в сущности, нечего терять и не нужно притворяться. Владимир Морской — бывший журналист и театральный критик, а ныне уволенный отовсюду «буржуазный космополит» — убежден, что все самое плохое с ним уже случилось и впереди его ждет пусть бесцельная, но зато спокойная и размеренная жизнь.