Катилинарии. Пеплум. Топливо - [79]
Даниель. С возрастом вы ударились в лирику, профессор. (Смеется.)
Профессор. Смейтесь, смейтесь, вы сами не знаете, чего вас лишает ваша ирония. Будьте проще, и эта сцена вас заворожит, вы поймете, что готовы все отдать за счастье быть Ларисой или Яромилом в день их первой встречи.
Даниель. Ладно, какая разница! Все равно это не литература! Мы читаем, к примеру, «Александрийский квартет» не потому, что хотим быть Жюстиной или Дарли. Нам интересно другое – мировоззрение. А согласитесь, у Блатека оно ниже плинтуса.
Профессор. И вы еще говорите, что я вас умиляю, голубчик? Воистину, никакая глупость не сравнится с глупостью ученой. Вы что, не понимаете, тупица, что идет война? Веками лучшие умы человечества излагали самые высокие мировоззрения в самых прекрасных книгах. По-вашему, их идеи что-то человечеству дали?
Даниель (закатывая глаза). Вопрос не в этом.
Профессор (вскакивает). В чем же тогда? Какого черта излагать мировоззрение, если миру на него начхать?
Даниель. А вот это наша с вами задача воспитать читателя, чтобы чтение не было пустой тратой времени!
Профессор. Воспитать читателя! Как будто читателя можно воспитать! Вы уже не мальчик, чтобы верить в подобную чушь. Люди что в чтении, что в жизни одинаковы: эгоистичные, жадные до удовольствий и не поддающиеся воспитанию. Писателю следует не сетовать на публику-дуру, а принимать ее такой, какая она есть. Воображать, будто возможно ее изменить, – тем более сейчас, несмотря на войну, верить в это – может только безмозглый романтик, не понимающий Блатека.
Даниель. Если вы правы, то вдвойне виноваты, ибо двадцать лет учили прямо противоположному.
Профессор. Наверное, только отличники вроде вас мне и верили, Даниель. У остальных хватало ума отнестись к моим лекциям критически. И я уверен, сегодня те из них, что еще живы, с наслаждением читают «Бал в обсерватории» именно потому, что я хаял этот роман.
Даниель. Это надо уметь вот так, на голубом глазу, договориться со своей совестью.
Профессор. Я знаю, нечистая совесть сейчас в моде, но как посмотришь, что творится вокруг, скажу я вам, если и есть на мне вина, это такая малость.
Даниель. А вы как будто об этом жалеете.
Профессор. Может быть. Горько сознавать, что от твоей жизни не было ни пользы, ни даже вреда. (Идет к книжным полкам, берет одну из книг. Возвращается, садится на стул и показывает ее Даниелю.) Видите? Мне все еще хочется перечитывать Блатека. Любые аргументы бессильны против желания, поймите же это, наконец.
Даниель. Уверяю вас, у меня нет ни малейшего желания перечитывать «Бал в обсерватории».
Профессор. Не может быть! Да что у вас, вода вместо крови в жилах? Даже если первая встреча вас не тронула, вы не могли остаться равнодушным к самой сцене бала!
Даниель. Она действительно не оставила меня равнодушным: я нахожу ее верхом безвкусицы.
Профессор. Верхом безвкусицы? (Изумленно вытаращив глаза.) Вы спятили!
Даниель. Послушайте, когда пятидесятилетний ловелас соблазняет юную девушку – это банально и в то же время гадко.
Профессор. Ничего подобного! Это старая как мир история!
Даниель. Если так, то тем более банально и гадко!
Профессор. Ну что за тяга к морализаторству? Эстетика этой сцены не могла вас не тронуть.
Даниель. Девочка шестнадцати лет в объятиях пятидесятилетнего хрыча – лично я это эстетичным не нахожу.
Профессор. Что, собственно, вы имеете против пятидесятилетних?
Даниель. А вы как думаете?
Профессор. Хорошо. Что вы имеете против меня лично? (Гордо выпрямляется, скрестив руки на груди.)
Даниель. Несколько минут назад я выяснил, что каждый профессор считает своего ассистента болваном. Делаю вывод, что я в ваших глазах болван. Но не надо держать меня за полного идиота: неужели вы думаете, будто я не знаю, что происходит между вами и Мариной?
Профессор. Не понимаю, о чем вы.
Даниель (со злостью). Бросьте, не отпирайтесь! Я вас видел, представьте себе, когда однажды вернулся раньше обычного. Я тихо ретировался, ни она, ни вы ничего не заметили.
Профессор. И что же? Вы меня убьете?
Даниель. Если бы не война, может, и убил бы. Но сейчас, боюсь, это будет слишком банально.
Профессор. Что же вы намерены делать?
Даниель. То, что делаю уже две недели: смотреть на вас с отвращением.
Профессор. А на нее? Она вам не отвратительна? Если вы думаете, что я взял ее силой, то ошибаетесь.
Даниель. Не ее же тело внушает мне отвращение.
Профессор. Послушайте, это дело вкуса, я вам не набиваюсь.
Даниель. Этого только не хватало!
Профессор. Но она как-никак живет в моем доме.
Даниель. Убойный аргумент!
Профессор. И вообще, черт побери! Что вы хотите – война!
Даниель. Ну уж нет, хватит! Это ваша универсальная отговорка! На все один ответ: война! Вы жжете шедевры – война. Превозносите бульварное чтиво – война. Соблазняете невесту ассистента – война.
Профессор. Так ведь действительно – война!
Даниель. С какой стати она служит вам оправданием?
Профессор. В войну живут по иным законам, если вы этого еще не поняли.
Даниель. Вот-вот. Вы хотите убедить меня, что в мирное время были невинным агнцем?
Профессор. В мирное время у меня были женщины получше ваших цыпочек. И все, хватит, если вы чем-то недовольны, ищите себе другое жилье вместе с вашей…
![Косметика врага](/storage/book-covers/5d/5da75f9ca6a1a14a413956a3484b7b1558265766.jpg)
Разговоры с незнакомцами добром не кончаются, тем более в романах Нотомб. Сидя в аэропорту в ожидании отложенного рейса, Ангюст вынужден терпеть болтовню докучливого голландца со странным именем Текстор Тексель. Заставить его замолчать можно только одним способом — говорить самому. И Ангюст попадается в эту западню. Оказавшись игрушкой в руках Текселя, он проходит все круги ада.Перевод с французского Игорь Попов и Наталья Попова.
![Словарь имен собственных](/storage/book-covers/e1/e15f00090332038964b7d23dab834da40f0221d3.jpg)
«Словарь имен собственных» – один из самых необычных романов блистательной Амели Нотомб. Состязаясь в построении сюжета с великим мэтром театра абсурда Эженом Ионеско, Нотомб помещает и себя в пространство стилизованного кошмара, как бы призывая читателяне все сочиненное ею понимать буквально. Девочка, носящая редкое и труднопроизносимое имя – Плектруда, появляется на свет при весьма печальных обстоятельствах: ее девятнадцатилетняя мать за месяц до родов застрелила мужа и, родив ребенка в тюрьме, повесилась.
![Гигиена убийцы](/storage/book-covers/fb/fbfaec6d295a5b21a983a89c462ccfac3554b6c2.jpg)
Знаменитый писатель, лауреат Нобелевской премии Претекстат Tax близок к смерти. Старого затворника и человеконенавистника осаждает толпа репортеров в надежде получить эксклюзивное интервью. Но лишь молодой журналистке Нине удается сделать это — а заодно выведать зловещий секрет Таха, спрятанный в его незаконченном романе…
![Аэростаты. Первая кровь](/storage/book-covers/dd/dd120773c4c0c7af7d2354f598a1d58058ef9282.jpg)
Блистательная Амели Нотомб, бельгийская писательница с мировой известностью, выпускает каждый год по роману. В эту книгу вошли два последних – двадцать девятый и тридцатый по счету, оба отчасти автобиографические. «Аэростаты» – история брюссельской студентки по имени Анж. Взявшись давать уроки литературы выпускнику лицея, она попадает в странную, почти нереальную обстановку богатого особняка, где ее шестнадцатилетнего ученика держат фактически взаперти. Чтение великих книг сближает их. Оба с трудом пытаются найти свое место в современной жизни и чем-то напоминают старинные аэростаты, которыми увлекается влюбленный в свою учительницу подросток.
![Ртуть](/storage/book-covers/0e/0ef474738c7210d877f83f92634e6e7717df8a6d.jpg)
Любить так, чтобы ради любви пойти на преступление, – разве такого не может быть? А любить так, чтобы обречь на муки или даже лишить жизни любимого человека, лишь бы он больше никогда никому не принадлежал, – такое часто случается?Романы Амели Нотомб «Преступление» и «Ртуть» – блестящий опыт проникновения в тайные уголки человеческой души. Это истории преступлений, порожденных темными разрушительными страстями, истории великой любви, несущей смерть.
![Тайны сердца. Загадка имени](/storage/book-covers/7a/7a6fe8fae76cee1ffe04af57ac4b8a2d9139576c.jpg)
В своих новых романах «Тайны сердца» и «Загадка имени» Нотомб рассказывает о любви, точнее, о загадочных тропах нелюбви, о том, как это откликается в судьбах детей, обделенных родительской привязанностью. «Тайны сердца» (во французском названии романа обыгрывается строка Мюссе «Ударь себя в сердце, таится там гений») – это жестокая сказка о судьбе прелестной девочки по имени Диана, еще в раннем детстве столкнувшейся с ревностью и завистью жестокой матери, которая с рождением первого ребенка решила, что ее жизнь кончена.
![Бандеровка](/storage/book-covers/4f/4f844a41ba8e1ec65650e02c690e37f9485fb74b.jpg)
Главный герой книги, россиянин, так же, как и я, оказался в Киеве накануне революции и пережил в центре города все события того времени вместе с украинцами. Ему пришлось делать выбор: принять чью-то сторону или бездействовать, сочувствовать, любить или яростно ненавидеть. Эта книга — способ поговорить о выходах из конфликта, подумать над причинами и ошибками и протянуть друг другу руки ради будущего!
![Визави французского агента](/storage/book-covers/40/4025bcda2348add908c367e64dfb4ff43bad00f2.jpg)
«Визави французского агента» — яркий дебют начинающего романиста: необычный сюжет, подлинность используемых автором фактов и материалов, до сих пор неизвестных широкой публике. Подготовка тайных агентов во Франции с последующей работой в различных странах; мусульманские обычаи; верховая езда в СССР; пребывание советских специалистов в Монголии — всё это вместе с фантастическими, даже при трагических поворотах, линиями любви делает роман привлекательным для любой читательской аудитории.
![Семь рек Рима](/storage/book-covers/d6/d6fdde85f4fbfebf16ec2d6c7d92003943530c34.jpg)
Старомодная история про приключения, путешествие, великолепные каникулы, конец жизни и океан. Словом — про настоящую любовь.
![Запомни меня](/storage/book-covers/1c/1cfe560e133ca18f4f7f16c773ec00b76a035ec9.jpg)
Это могло случиться с каждым. Николас — главный герой, который пытается встать с колен после своей утраты. Жизнь преподносит ему шанс снова стать счастливым. Если бы не его лучший друг, он бы так и остался в одиночестве, отстранившись от белого света, гнить в своей затхлой квартирке.
![Тайна круиза](/storage/book-covers/50/505aa093570653c1b4e1850d71b51e1054c04ca9.jpg)
Судьба двух братьев близнецов складывалась по-разному. Один завидовал другому и не был с ним честен. Часто менял женщин, не собираясь заводить семью, и мечтал начать своё дело. Но однажды безумно влюбился. Как развивался его роман и чем закончился, какая страшная тайна открылась ему, можно прочесть на страницах моего произведения. Тайны, интриги, неблаговидные поступки, страдания и переживания других, немаловажных героев романа, придают ему особый смысл и оттеняют жизнь главных героев. Приятного прочтения!
![Убей меня нежно](/storage/book-covers/3a/3a0cd57d7fd47aec733684784ebdf949cd175078.jpg)
В мире, где идет война между людьми и вампирами, никогда не протягивай руку помощи врагу. Эту нехитрую истину не посчастливилось проверить на себе человеческой девушке, спасшей умирающего вампира. Но едва ли наивная принцесса могла представить тогда, какую цену ей придется заплатить за этот поступок. И насколько безжалостной окажется благодарность врага…
![Да будет праздник](/storage/book-covers/26/260ce4f65521a068c0c34c5be823b1362aadf5e6.jpg)
Знаменитый писатель, давно ставший светским львом и переставший писать, сатанист-подкаблучник, работающий на мебельной фабрике, напористый нувориш, скакнувший от темных делишек к высшей власти, поп-певица – ревностная католичка, болгарский шеф-повар – гипнотизер и даже советские спортсмены, в прямом смысле слова ушедшие в подполье. Что может объединить этих разнородных персонажей? Только неуемная и язвительная фантазия Амманити – одного из лучших современных писателей Европы. И, конечно, Италия эпохи Берлускони, в которой действительность порой обгоняет самую злую сатиру.
![Пурпурные реки](/storage/book-covers/d3/d3ff87fdc1e4dc4a9cf4b3c142b4904b65093498.jpg)
Маленький университетский городок в Альпах охвачен ужасом: чудовищные преступления следуют одно за одним. Полиция находит изуродованные трупы то в расселине скалы, то в толще ледника, то под крышей дома. Сыщик Ньеман решает во что бы то ни стало прекратить это изуверство, но, преследуя преступника, он обнаруживает все новые жертвы…
![Мир глазами Гарпа](/storage/book-covers/2a/2a7a2dfbebce5b5a59d1bbc30307ead2ad74abb5.jpg)
«Мир глазами Гарпа» — лучший роман Джона Ирвинга, удостоенный национальной премии. Главный его герой — талантливый писатель, произведения которого, реалистичные и абсурдные, вплетены в ткань романа, что делает повествование ярким и увлекательным. Сам автор точнее всего определил отношение будущих читателей к книге: «Она, возможно, вызовет порой улыбку даже у самого мрачного типа, однако разобьет немало чересчур нежных сердец».
![Любовь живет три года](/storage/book-covers/ea/ea8ac4f6ec1920092a8e908ff175c80068e0c9ce.jpg)
Любовь живет три года – это закон природы. Так считает Марк Марронье, знакомый читателям по романам «99 франков» и «Каникулы в коме». Но причина его развода с женой никак не связана с законами природы, просто новая любовь захватывает его целиком, не оставляя места ничему другому. Однако Марк верит в свою теорию и поэтому с затаенным страхом ждет приближения роковой даты.