Катилинарии. Пеплум. Топливо - [76]
Марина. Я влюблена. То, что будете делать со мной вы, не имеет к любви никакого отношения.
Профессор. А, ну да. (Тонким голосом.) «Мсье, вы можете взять мое тело, но душу мою не получите», не так ли?
Марина. Плевать мне на душу. Я согреюсь, и только это имеет значение. (Медленно идет к нему.) Скорее же, скорее обнимите меня, я хочу ощутить ваше тепло. Нет, это не вы мной попользуетесь, это я попользуюсь вами.
Профессор (со снисходительным смешком). Вы мной попользуетесь? Это как же, интересно знать?
Марина (продолжает медленно наступать. Профессор начинает потихоньку пятиться). Расслаблюсь и получу удовольствие. (Ровным голосом, твердо, но без малейшей агрессивности.) Вот увидите, мне понравится, с первой же секунды, по-настоящему, без притворства. (С жутковатой улыбкой.) Но вовсе не по той причине, о которой вы подумали. Видите ли, профессор, в ту самую минуту, когда вы обнимете меня, я хоть ненадолго перестану страдать, потому что ваше тело будет теплым.
Профессор (сухо). Вы думаете, мне тепло?
Марина. Вы теплее меня, и это главное. Вы покажетесь мне раскаленным, и я всей своей плотью впитаю ваше тепло.
Профессор (пятясь, с озадаченной гримасой). А у вас есть плоть?
Марина (прикусив губу). Хватит и кожи. Всей кожей можно получать удовольствие. Вообще, я думаю иногда, что это удовольствие можно получить от чего угодно.
Профессор. Что угодно – это я?
Марина. Это можете быть и вы, если я вас презираю, – а на этот счет не извольте сомневаться. (С ангельской улыбкой.) На моем лице отразится истинное наслаждение, мое тело будет податливо, и вы, конечно, решите, что вы классный любовник… но для меня вы будете всего лишь грелкой, и, даже если любовник вы и в самом деле неплохой, тепло настолько превзойдет все другие… ощущения (хихикает), что я их вряд ли замечу. (Заливается детским смехом, словно радуясь удачной шутке.) Почему вы пятитесь, профессор? Вы меня больше не хотите? (Нежно улыбается ему.)
Профессор. Вы действительно так замерзли?
Марина. Вы только сейчас это заметили?
Профессор. Я только сейчас в полной мере оценил результат. Вы стали чудовищем.
Марина (с интонациями инженю, зазывно). Я теперь нехороша?
Профессор. Хороши. Вы черт в юбке.
Марина. Если живешь в аду, как не стать чертом? Ад – это холод… Если бы вы знали, сколько холода скопилось во мне! Когда тело мерзнет, в голове остается одна-единственная мысль: найти что-то теплое, припасть к нему, забрать у него и впитать в себя его тепло. Эти несколько градусов, ставшие пропастью между нами, пропастью, на одной стороне которой вы – человек, а на другой я – животное в аду (слова «в аду» она выкрикивает), эти градусы я у вас отниму! Тогда поймете, каково это!
Профессор (перестав пятиться, спокойно и серьезно). Нет.
Марина. Что – нет? Вы уже не хотите?
Профессор. Хочу. Но эти несколько градусов между нами заставляют меня сказать: нет. Я не хочу получить вас так.
Марина (с презрительным смешком). Что это вы вдруг стали так нравственны?
Профессор. Нравственность тут ни при чем…
Марина. Постойте, я угадаю: вам хочется, чтобы злодеем были вы, не так ли? А я – жертвой? Беда в том, что мне нисколько не хочется быть жертвой, да и злодейкой быть, честно говоря, тоже не очень хочется. Именно это вам неприятно, правда? Что ж, если вам неприятно, тем приятнее мне! (Она уже прижимается к нему всем телом с демонической улыбкой. Он холоден и неподвижен.)
Профессор. Нет, Марина. Берите лучше пример с вашего возлюбленного Даниеля: идите в университет и прижмитесь к трубам в факультетской библиотеке.
Марина. Зачем мне куда-то идти, чтобы прижаться к трубам, когда я прижимаюсь к вам?
Профессор. Трубы дольше останутся теплыми.
Марина. Трубы в аду не будут, а мне нужно, мне необходимо, чтобы вы были в аду! Я по-настоящему согреюсь только тогда, когда вы замерзнете, как мерзну я. Чтобы вы испытали это на собственной шкуре! Мне нужно вас унизить за то, что вы презирали меня.
Профессор. Никогда не думал, что вы такая.
Марина. Я тоже.
Профессор. Что за извращенное удовольствие доставляет вам эта игра, Марина?
Марина. Не знаю, но сама я понимаю себя. А вы, профессор, какому извращенному соблазну вы поддадитесь, когда ваши руки обнимут меня?
Профессор (обнимает ее, но не сжимает крепко). Не знаю и сам себя не понимаю.
Марина. Это нормально: вы еще не обжились в аду.
Она смотрит ему в глаза с ангельской улыбкой. Она сияет. Он сжимает ее все крепче, потом их губы встречаются. Они выглядят безумно влюбленными друг в друга, и от этого сцена кажется особенно жуткой.
Действие третье
Та же комната. На полках осталось не больше десятка книг, сложенных стопкой.
Д а н и е л ь и п р о ф е с с о р сидят на стульях и читают. Оба выглядят не лучшим образом. Глаза профессора медленно закрываются, голова клонится набок, книга выпадает из рук и падает на пол, но он не просыпается.
Даниель (обернувшись на шум). Профессор! Не спите!
Профессор (не открывая глаз). Оставьте меня в покое.
Даниель. Но вы же сами приказали мне будить вас, если вы уснете.
Профессор. С каких это пор вы подчиняетесь моим приказам?
Даниель. С тех пор, как нахожу их здравыми.
![Косметика врага](/storage/book-covers/5d/5da75f9ca6a1a14a413956a3484b7b1558265766.jpg)
Разговоры с незнакомцами добром не кончаются, тем более в романах Нотомб. Сидя в аэропорту в ожидании отложенного рейса, Ангюст вынужден терпеть болтовню докучливого голландца со странным именем Текстор Тексель. Заставить его замолчать можно только одним способом — говорить самому. И Ангюст попадается в эту западню. Оказавшись игрушкой в руках Текселя, он проходит все круги ада.Перевод с французского Игорь Попов и Наталья Попова.
![Словарь имен собственных](/storage/book-covers/e1/e15f00090332038964b7d23dab834da40f0221d3.jpg)
«Словарь имен собственных» – один из самых необычных романов блистательной Амели Нотомб. Состязаясь в построении сюжета с великим мэтром театра абсурда Эженом Ионеско, Нотомб помещает и себя в пространство стилизованного кошмара, как бы призывая читателяне все сочиненное ею понимать буквально. Девочка, носящая редкое и труднопроизносимое имя – Плектруда, появляется на свет при весьма печальных обстоятельствах: ее девятнадцатилетняя мать за месяц до родов застрелила мужа и, родив ребенка в тюрьме, повесилась.
![Гигиена убийцы](/storage/book-covers/fb/fbfaec6d295a5b21a983a89c462ccfac3554b6c2.jpg)
Знаменитый писатель, лауреат Нобелевской премии Претекстат Tax близок к смерти. Старого затворника и человеконенавистника осаждает толпа репортеров в надежде получить эксклюзивное интервью. Но лишь молодой журналистке Нине удается сделать это — а заодно выведать зловещий секрет Таха, спрятанный в его незаконченном романе…
![Ртуть](/storage/book-covers/0e/0ef474738c7210d877f83f92634e6e7717df8a6d.jpg)
Любить так, чтобы ради любви пойти на преступление, – разве такого не может быть? А любить так, чтобы обречь на муки или даже лишить жизни любимого человека, лишь бы он больше никогда никому не принадлежал, – такое часто случается?Романы Амели Нотомб «Преступление» и «Ртуть» – блестящий опыт проникновения в тайные уголки человеческой души. Это истории преступлений, порожденных темными разрушительными страстями, истории великой любви, несущей смерть.
![Счастливая ностальгия. Петронилла](/storage/book-covers/a7/a7fe412c55325eff5bac0d17822e3b7e937a864a.jpg)
Впервые на русском – два новых романа Амели Нотомб.Порой мы подолгу гадаем, откуда в нас та или иная черта, отчего мы поступаем так или иначе. Ключи к разгадке лежат в детстве, раннем детстве. Его события ложатся на дальние полки подсознания и оттуда тайно управляют нашими поступками. Знаменитая французская писательница Амели Нотомб провела свое детство и юность за морями-океанами, в далекой Японии, где ее отец находился на дипломатической службе, и именно эта страна для нее навсегда определила вкус счастья.
![Аэростаты. Первая кровь](/storage/book-covers/dd/dd120773c4c0c7af7d2354f598a1d58058ef9282.jpg)
Блистательная Амели Нотомб, бельгийская писательница с мировой известностью, выпускает каждый год по роману. В эту книгу вошли два последних – двадцать девятый и тридцатый по счету, оба отчасти автобиографические. «Аэростаты» – история брюссельской студентки по имени Анж. Взявшись давать уроки литературы выпускнику лицея, она попадает в странную, почти нереальную обстановку богатого особняка, где ее шестнадцатилетнего ученика держат фактически взаперти. Чтение великих книг сближает их. Оба с трудом пытаются найти свое место в современной жизни и чем-то напоминают старинные аэростаты, которыми увлекается влюбленный в свою учительницу подросток.
![Любить по-королевски](/storage/book-covers/12/129726c30f5cd92bd823106fe432cc95f31da145.jpg)
Кэтрин много лет была счастлива с мужем. Ее Билл умел любить так, что она ощущала себя настоящей королевой. Он так и называл ее: «Моя королева». Но однажды он встретил другую женщину, чары которой заставили его забыть жену. Теперь у него была другая королева и новая жизнь, полная страсти и ярких впечатлений. А в сердце Кэтрин, безропотно давшей мужу развод, поселились безнадежность и боль. Но пройдет год, и в жизни бывших супругов произойдут новые, неожиданные, почти невероятные события, которые все изменят…
![Секс в другом городе](/storage/book-covers/16/16755fc1eb7376eca1774c33bb64857bd42c35d3.jpg)
Когда Алекс Грей застала Макса в постели со своей тренершей по аэробике, она обратилась за поддержкой к подругам. Чтобы отвлечь ее от грустных мыслей, те устраивают соревнование — кто соблазнит больше мужчин за два месяца. Алекс не набирает ни одного очка. Пока не встречает Джейка… Эта остроумная, увлекательная история — первое крупное произведение молодой английской писательницы Сары Харви.
![Прощание с прошлым](/storage/book-covers/90/90e9ed87a48b66c760290493c91861aa2df039f7.jpg)
Говорят, от любви до ненависти один шаг. А от ненависти до любви такой же короткий путь?Беатрис считает Уилфрида виновным в гибели своей сестры и ненавидит его, ненавидит страстно, до боли, до отчаяния. Так отчего же, стоит ему только приблизиться, ее сердце начинает биться с бешеной скоростью, дыхание перехватывает и она не может произнести ни слова? Неужели это и есть любовь? — со страхом думает Беатрис. Нет-нет, этого не может быть! Или может?..
![Увертюра к счастью](/storage/book-covers/b6/b6097201e36c013cb20b186ffc1bcd8719114729.jpg)
Восходящая звезда мировой оперной сцены Фелиция Лебьен попала в неприятную ситуацию: неизвестный поклонник преподнес ей краденый бриллиантовый гарнитур. Пропажей драгоценностей заинтересовалась не только полиция, но и Интерпол. Фелиции предлагают выдать агента Интерпола за ее бойфренда, и она вынуждена согласиться. В конце концов она актриса, ей нетрудно изобразить любовь к незнакомому мужчине. Заиграться, увлечься всерьез Фелиция не боится, потому что давно усвоила золотое правило: главное вовремя выйти из роли.
![Идеальный размер](/storage/book-covers/7b/7b23d418d1fa2f148e1e43e6dda7cdf1511a0b52.jpg)
Ах, эти девяносто-шестьдссят-девяносто!Мечта каждой женщины... Ключ, отпирающий заветные врата к сердцу любого мужчины... По крайней мере, так считала Санни Уэстон.Диеты, тренажерные залы, шейпинг – борьба за «идеальный размер» велась до победного конца.И каков результат?Стройная фигура так и не сделала Санни счастливой! Подруги пожали плечами, «прекрасный принц», о котором она мечтала столько лет, оказался глупым и лживым эгоистом. А случайно встреченный частный детектив Кэгни Джеймс вообще не обращает внимания, какой размер носит женщина!Может, он ничего не понимает в настоящей красоте?А может, просто любит Санни такой, какая она есть?
![Отныне вместе](/storage/book-covers/6e/6e5ed2546ab784a2bedb116bd42f584d6beaa592.jpg)
Под Рождество Лори Уоррен находит у себя на пороге подкидыша. Первоначальный шок сменяется радостью обретения ребенка, ведь сама Лори в детстве была обделена родительской любовью. Привязавшаяся к малышу девушка жаждет усыновить его, но нужна помошь юриста.И Лори обращается к своему соседу-адвокату…
![Да будет праздник](/storage/book-covers/26/260ce4f65521a068c0c34c5be823b1362aadf5e6.jpg)
Знаменитый писатель, давно ставший светским львом и переставший писать, сатанист-подкаблучник, работающий на мебельной фабрике, напористый нувориш, скакнувший от темных делишек к высшей власти, поп-певица – ревностная католичка, болгарский шеф-повар – гипнотизер и даже советские спортсмены, в прямом смысле слова ушедшие в подполье. Что может объединить этих разнородных персонажей? Только неуемная и язвительная фантазия Амманити – одного из лучших современных писателей Европы. И, конечно, Италия эпохи Берлускони, в которой действительность порой обгоняет самую злую сатиру.
![Пурпурные реки](/storage/book-covers/d3/d3ff87fdc1e4dc4a9cf4b3c142b4904b65093498.jpg)
Маленький университетский городок в Альпах охвачен ужасом: чудовищные преступления следуют одно за одним. Полиция находит изуродованные трупы то в расселине скалы, то в толще ледника, то под крышей дома. Сыщик Ньеман решает во что бы то ни стало прекратить это изуверство, но, преследуя преступника, он обнаруживает все новые жертвы…
![Мир глазами Гарпа](/storage/book-covers/2a/2a7a2dfbebce5b5a59d1bbc30307ead2ad74abb5.jpg)
«Мир глазами Гарпа» — лучший роман Джона Ирвинга, удостоенный национальной премии. Главный его герой — талантливый писатель, произведения которого, реалистичные и абсурдные, вплетены в ткань романа, что делает повествование ярким и увлекательным. Сам автор точнее всего определил отношение будущих читателей к книге: «Она, возможно, вызовет порой улыбку даже у самого мрачного типа, однако разобьет немало чересчур нежных сердец».
![Любовь живет три года](/storage/book-covers/ea/ea8ac4f6ec1920092a8e908ff175c80068e0c9ce.jpg)
Любовь живет три года – это закон природы. Так считает Марк Марронье, знакомый читателям по романам «99 франков» и «Каникулы в коме». Но причина его развода с женой никак не связана с законами природы, просто новая любовь захватывает его целиком, не оставляя места ничему другому. Однако Марк верит в свою теорию и поэтому с затаенным страхом ждет приближения роковой даты.