Из родной старины - [6]
Архимандрит шел в трапезную, опираясь на длинный посох. Ветерком раздувало его седую бороду, темные глаза смотрели строго.
Отец Пахомий допытывал Нелюба, — велика ли сила мятежников.
Изготовясь к бою, одетый в кольчужный кафтан, с широкой саблей на боку, купецкий сын послушно следовал за старцем. Позади тяжело переваливался толстый монастырский отец-казначей и, глубоко вздыхая, осенял себя крестным знамением; за ним шло еще несколько старых монахов.
— Пищали-то у нас есть, — говорил архимандрит Нелюбу, — а вот пушек ни одной нет. Ох, не думал я, что приведет меня Господь за ратное дело взяться!.. А много у них пушек, парень, велики ли они?..
— Изрядные, отец честной; пожалуй, с пяток наберется. Только бы наши мужики не оробели. Я уж тут подобрал дюжины две соседей-знакомцев; все народ удалой, — мы свою башню отстоим.
В это время с монастырских стен послышались испуганные голоса сторожевых. Молодой послушник, дрожащий и бледный, догнал архимандрита и закричал во весь голос:
— Плывут, разбойники, через Волгу плывут!
Отец Пахомий живо обернулся, взмахнул длинным посохом и крепко ударил послушника по плечу.
— Что же ты уставного поклона не творишь, неразумный? Чего дрожишь? Пускай плывут, — встретим, как надо… Иди, указывай, где плывут.
Поклонился послушник строгому архимандриту земно и, не торопясь, тихо повел монахов на стену.
Нелюб раньше всех был на башне.
— Гляньте-ка, отцы святые, вон уж передние доплыли.
С высокой стены видно было реку, как на ладони. Разбойничьи косные и мужицкие челноки быстро плыли нестройными вереницами с трех концов города: от кузниц, от огородов и от гостиного двора. На луговом берегу чернели уже несметные толпы. Разбойники волоком тащили за собой медные пушки.
Вот уже долетели до стен монастырских буйные крики:
— Нечай! Нечай! — вопила толпа.
Словно речка в половодье разлились мятежные ватаги вокруг стен. Мужики орали, перебранивались. Для пущего страха там и здесь они запалили костры, от которых к монастырю потянулись темные тучи дыма с искрами.
— Глядите! Переговорщики идут! — дрожащим голосом произнес отец-казначей.
И вправду, от толпы отделилось несколько человек; впереди них двигались трое молодцов-казаков.
— Не стреляйте, православные, кричали казаки, мы с миром идем.
Отец Пахомий, нахмурив брови, безмолвно ждал разбойничьих посланцев.
Защитники обители густой толпой высыпали на стену.
Казаки крикнули:
— Покоритесь, православные!.. Покорись, отец святой! Послал нас атаман Нечай, чтобы с вами добром поладить; даром прольется кровь христианская; покоритесь, православные, атаман вас помилует…
— Изыдите от стен сих, — грозным голосом загремел архимандрит. — Скажите своему атаманишке, вору-разбойнику, что не добыть ему нашей обители. Гоните их от стены, православные! Нам с изменниками да с грабителями не о чем переговаривать…
Ободрились, зашумели монастырские защитники. Со всех башен и вышек послышались крики и насмешки.
Переговорщики чуть не бегом возвратились к разбойничьему стану.
— Ах, они клобуки черные! — сердился Нечай. — Вали на них дружнее, ребята!
Тесным кольцом сжали стены монастырские темные ватаги мужиков. Глухо палили пушки, пыль и осколки камней посыпались со стен, и тяжело поднялись в осеннее небо клубы порохового дыма.
Страшна была первая минута для неопытных монастырских воинов, особенно, когда еще застонали и закричали раненые, и далеко до горного берега загремели крики черни: «Нечай!.. Нечай!»
Все ближе и ближе надвигалась мужичья толпа.
Атаман Нечай и его казаки, словно на пир, лезут впереди всех.
— Пали, братцы! — зычно крикнул Нелюб.
И из своей тяжелой пищали, заряженной горстью рубленного свинцу, послал он казакам первый гостинец.
Двое или трое из вольных молодцов грохнулись на землю; самого Нечая в плечо задело; да быстро поднялся атаман и снова начал подбадривать свою голытьбу.
— Заходи, ребята, с обеих сторон! Заряжай пушки! Приставляй колья!
Заволновались ватаги… А уже монастырь весь, словно туманом, оделся дымом. Горячими, белыми струями полился со стен кипучий вар; загрохотали пудовые камни; молнии пищальных выстрелов врезались в надвигающуюся толпу…
Напрасно надрывался Нечай от крика; напрасно лезли на стену по связанным кольям остервенелые казаки, монастырские стояли крепко.
Нелюб работал за четверых. От гнева и ярости сильно колотилось в груди молодецкое сердце. Скрежеща зубами, держа в обеих руках тяжелый бердыш, он одним взмахом сбрасывал дико орущих, взбирающихся на стену казаков.
— Славно, добрый молодец, постой за обитель Божию! — услышал он позади себя голос отца Пахомия.
Архимандрит, с крестом в руке, неустанно следил за битвой, переходя туда, где завязывалась самая отчаянная свалка. То окриком, то лаской ободрять он робких, благословлял храбрых; везде показывался он, высокий, сильный, в черной рясе, осыпанный землей и осколками камня.
Седые иноки и монастырские послушники помогали монастырским бойцам: носили кипяток, ворочали камни, заряжали пищали.
Всех злее дрались казаки у передней стены. Много раз взбирались они до самого верху; много раз опрокидывали и сбрасывали их оттуда.
— О, чтоб вас! — заревел Нечай, поднимаясь на ноги и отирая кровь с расшибленного лица.
![Царский духовник](/storage/book-covers/1e/1ef2e98098e952a18c24ca59cb7fb948c11082c0.jpg)
По велению свыше отправился сельский священник старец Сильвестр в стольный градМоскву к юному царю Иоанну Васильевичу. Много добрых дел совершил старец, ставдуховником государя, немало благих советов дал молодому царю, наставляя его на путьистинный…О легендарном взятии Казани, о новых царских законах и иных важных для Отечествагосударственных делах, совершенных Иоанном Грозным под влиянием благочестивогостарца, читайте в исторической повести В.П. Лебедева «Царский духовник».
![Шельмуфский](/storage/book-covers/91/91af6184ceb0dee91271ad8b00646e96eb05309e.jpg)
В 1694 г. в Лейпциге, в гостинице «Красный лев», произошел весьма прозаический случай, которому, по шутливому замечанию одного исследователя, немецкая литература обязана появлением выдающегося писателя: двое студентов местного университета за неуплату квартирных долгов были выброшены на улицу хозяйкой гостиницы. Так Кристиан Рейтер вступил на тернистый путь сатирика.При всей кажущейся простоте роман Рейтера – многоплановое и сложное произведение, впитавшее в себя самые разнообразные творческие традиции.
![Теленок мой](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Повесть о полках Богунском и Таращанском](/storage/book-covers/24/24431206ee101cf93f4105af5cd6fba3cb14dd14.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кудесник](/storage/book-covers/1f/1f56aa8cb7701d684acac36a440b627cfd143042.jpg)
В книгу вошли исторические произведения двух очень популярных в конце XIX - начале XX в. писателей - Д. Л. Мордовцева (1830-1905) и графа Е. А. Салиаса (1840-1908). Первого из них даже называли русским Вальтером Скоттом, второго - русским Дюма.Действие представленных в сборнике повести и романа разворачивается во времена царствования Екатерины II. Герои Мордовцева - мелкие мошенники, фальшивомонетчики и вымогатели. В основе повествования - реальные факты; автор использовал документы того времени, письма, указы императрицы.Роман Салиаса посвящен приключениям в России одного из самых загадочных авантюристов XVIII в.
![Капитан Большое Сердце](/storage/book-covers/05/05bba7578c7ef20d0e9727f4861a40e9331fc538.jpg)
Повесть об экспедиции к Северному полюсу капитана Дж. В. Де Лонга на пароходе «Жаннета» в 1879–1881 годах.
![Прогулки по Испании](/storage/book-covers/d0/d0609133c137e4350be27a07be2af470b8ecad89.jpg)
Как и едва ли не для каждой страны, для Испании существует свой стереотип: коррида, фламенко, вино, Кармен… И, разумеется, этими образами Испания не только не исчерпывается, но даже и не начинается. Она удивительно красива и многолика, эта страна между Пиренеями и морем.Неутомимый путешественник Генри Мортон приехал в Испанию не за стереотипами — он хотел увидеть страну изнутри, окинуть ее взглядом «доброжелательного постороннего», чтобы понять, принять и восхититься. «Испания» Мортона — книга такая же разноликая, контрастная, солнечная и сумрачная, величественная и карнавальная, чинная и вольная, как и страна, которой она посвящена.
![Живая вода](/storage/book-covers/0a/0a4739ac5e61ec8b668e7e7f792d598054737b55.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![У дикарей](/storage/book-covers/31/31f46ffe9769121887b12e5cc3a6e0e6b7596ccb.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.