История раскрывает тайны: Рассказы - [11]
Измеряли расстояние также «перестрелами»-куда долетит стрела, пущенная сильной и умелой рукой.
Одним из ранних свидетельств измерений расстояний является надпись, выбитая на камне, найденном там, где было Тмутараканское княжество - на восточном берегу Керченского пролива. В 1068 году, как повествует надпись, князь приказал по льду измерить ширину Керченского пролива. Она составила 14 тысяч сажен. Исследователи долго спорили, как вычислить в переводе на современные меры длину тогдашней сажени. Наиболее вероятным сейчас считается, что она составляла 152 сантиметра.
Кроме такой сажени, в обиходе была «косая сажень». По сию пору о плечистых людях говорят «косая сажень в плечах». Конечно, это преувеличение, так как она имела 216 сантиметров. А почему «косая»? Потому что подразумевалось расстояние от пальцев ноги до конца пальцев вытянутой руки по диагонали.
Более дробные единицы длины представлены локтями и пядями. Те и другие не отличались четкими размерами. Средневековые источники говорят, что и пяди были разными, в зависимости от того, расстояние между какими пальцами руки принималось в расчет. Вспомним пословицу-«семь пядей БО лбу»…
В Российском централизованном государстве все более определялась система мер длины: верста - сажень - аршин - четверть - вершок. По метрической шкале это соответствовало: 2160 метрам - 216 сантиметрам - 72 сантиметрам - 18 сантиметрам - 4,5 сантиметрам. Кроме того, употреблялись разные типы верст - путевая (500 сажен) и межевая (ЮОО сажен). Последняя использовалась также для измерения расстояний между пунктами.
В XVIII- начале XIX века специальные правительственные комиссии занялись упорядочением мер и весов. В результате постепенно изживается межевая верста, остается путевая. На больших дорогах стали ставить столбы - указатели расстояний в верстах. В Москве у заставы Ильича сохранилась такая «полосатая верста». Можно видеть верстовые столбы и близ Бородина.
Длину сажени определили в 213 сантиметрах (7 английских футов или 28 дюймов). Сохранились более мелкие деления на четверти и вершки. К 1833 году относится изготовление эталонов метрических мер длины в России.
Россия, будучи страной по преимуществу сельскохозяйственной, земледельческой, имела свою систему измерения площадей. Вотчины и поместья феодалов, наделы крестьян, межевые работы - все требовало постоянного внимания к определению размеров земельных угодий.
Издавна известны земельные споры между крестьянами и феодалами. При судебных разбирательствах таких дел редко крестьянам 38 удавалось отстоять свои права. «А во се мои послухи (свидетели)»,- говорили на суде. Или: «А во се моя грамота на землю». Со временем выражение «А во се» превратилось в «авось». Разуверившись в княжеском и царском суде, крестьяне стали это слово употреблять в насмешливо-неуверенном смысле, противоположном первоначальному. В таком понимании слово «авось» дожило до наших дней…
Но вернемся к земельным мерам.
Если в Киевской "Руси мы имеем дело с очень скудными данными источников (в «Русской Правде» упоминаются как единицы измерения поверхности «села» и «плуги* неопределенной величины), то в последующие века картина меняется.
Переписи населения с указанием размеров земельных владений в целях налогообложения стали регулярными в России XVI-XVII века. Распространение трехпольного севооборота отразилось на учете.земельных площадей, прежде всего пэтпни. Если о пахотном иоле сказано, что оно занимает 10 четвертей, то тут же добавляли «а в дву потому ж» (это два раза по 10), то есть общая площадь составляла 30 четвертей.
Наряду с более определенными мерами вроде четверти или десятины попадаются в документах «переезды», «полосы, «гоны» и другие наименования, куда меяе^ ясные. Четвертью называлась обычно такая площадь земли, на которой высевалось зерно, вмещающееся в тару, также называвшую четвертью.
Сенокосные угодья измеряли не только десятинами, но и копнами. Позднейшая десятина примерно соответствовала нашему гектару, лишь немного его превосходя.
Опять-таки нередко историк оказывается в затруднении: о какой десятине говорят документы? Одни десятины насчитывали 2400 кв. сажен, другие - 3200 кв. сажен. Проведенное с середины XVIII века «генеральное» (то есть всеобщее) межевание земель в России потребовало более четкого определения мер поверхности. Десятину и квадратную сажень взяли за основу исчисления земельных угодий. Б десятине было указано считать 2400 кв. сажен, 10 копен сена приравнивались к площади н одну десятину.
Весьма разнообразными были весовые единицы прошлых веков.
Киевская Русъ вдхаля свои меры веса Уже р т^ вреда известен пуд, под которым разумелся не только определенный вес, но и прибор для взвешивания. Достоверно неизвестен вес тогдашнего пуда. И соотношение мер веса остается доныне сл?бо выясненный. Едини цей помельче считалась гривна или гривенка. В более позднее время пуд равнялся 40 большим гривенкам (фунтам) или 80 мяльтм. Досяти-пудовый вес назывался бервоввдш.
Существенных пор^м^н весовая система v» времена феодальной раздробленности не прптгрпела. Местные особенности давали себя знать даже в XVII столетии* несмотря на попытки упорядочения весовых и других метрических единиц. Так, в пределах обширной Вятской земли встречалось измерение веса в куницах. Существовал на севере вес со смешным начпанирм пу? Яа Уралом одноименные меры веса были примерно вдво» меньше, чем в Европейской России.
В монографии показана эволюция политики Византии на Ближнем Востоке в изучаемый период. Рассмотрены отношения Византии с сельджукскими эмиратами Малой Азии, с государствами крестоносцев и арабскими эмиратами Сирии, Месопотамии и Палестины. Использован большой фактический материал, извлеченный из источников как документального, так и нарративного характера.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
На основе многочисленных первоисточников исследованы общественно-политические, социально-экономические и культурные отношения горного края Армении — Сюника в эпоху развитого феодализма. Показана освободительная борьба закавказских народов в период нашествий турок-сельджуков, монголов и других восточных завоевателей. Введены в научный оборот новые письменные источники, в частности, лапидарные надписи, обнаруженные автором при раскопках усыпальницы сюникских правителей — монастыря Ваанаванк. Предназначена для историков-медиевистов, а также для широкого круга читателей.
В книге рассказывается об истории открытия и исследованиях одной из самых древних и загадочных культур доколумбовой Мезоамерики — ольмекской культуры. Дается характеристика наиболее крупных ольмекских центров (Сан-Лоренсо, Ла-Венты, Трес-Сапотес), рассматриваются проблемы интерпретации ольмекского искусства и религиозной системы. Автор — Табарев Андрей Владимирович — доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН. Основная сфера интересов — культуры каменного века тихоокеанского бассейна и доколумбовой Америки;.
Грацианский Николай Павлович. О разделах земель у бургундов и у вестготов // Средние века. Выпуск 1. М.; Л., 1942. стр. 7—19.
Книга для чтения стройно, в меру детально, увлекательно освещает историю возникновения, развития, расцвета и падения Ромейского царства — Византийской империи, историю византийской Церкви, культуры и искусства, экономику, повседневную жизнь и менталитет византийцев. Разделы первых двух частей книги сопровождаются заданиями для самостоятельной работы, самообучения и подборкой письменных источников, позволяющих читателям изучать факты и развивать навыки самостоятельного критического осмысления прочитанного.