Иона - [18]

Шрифт
Интервал

ИОНА Нет, страна, которая существует таким образом, не имеет права на существование.

СЕМИРАМИДА Что из этого следует? Вы сейчас проклянете нас?

ИОНА Да, царица Ассура; ибо железные колеса твоей триумфальной колесницы осквернены размолотыми сердцами твоих собственных слуг и верных друзей. Я проклинаю тебя, Семирамида, и призываю праведный гнев неба.

СЕМИРАМИДА Глядите, глядите, сейчас он покажет, как он это делает.

ИОНА Господи, услышь меня. Этот город Ниневия хочет лишь одного — пребывать.

СЕМИРАМИДА Сейчас соберутся тучи.

ЭСКАР В самом деле. Тучи.

АСИРТА Они собираются со всех сторон. Низкие тучи холодного каменного цвета с желтыми, как сера, краями.

СЕМИРАМИДА Значит, они скрывают в себе огонь.

АСИРТА Но они медлят, они остановились перед городской стеной.

СЕМИРАМИДА Может быть, это действует постепенно.

ИОНА Нет, если действует, то мгновенно.

СЕМИРАМИДА Вы не договорили заклятие до конца. Вы должны добавить: так пусть она исчезнет с лица земли!

БЕЛИТ Скажите это, прошу вас, все мои проклятья присоединятся к вашему.

ИОНА Барышня, я не нуждаюсь в вашей поддержке.

ЭСКАР Мы не хотели бы навязываться, но и Асирта и я, мы больше не придаем большого значения дальнейшему существованию этого города и его учреждений.

СЕМИРАМИДА Теперь — замрите все. Он скажет: пусть она исчезнет с лица земли; большего не требуется.

ИОНА Ну, если никто не возражает… пусть она исчезнет с лица земли!

АСИРТА Нет, тучи отступают.

ЭСКАР Небо проясняется.

СЕМИРАМИДА Вы допустили какую-то ошибку, советник.

ИОНА Я не допустил никакой ошибки, я уверен. Я ликвидировал Ниневию по всей форме и с достаточными на то основаниями.

СЕМИРАМИДА Это верно, я тоже не вижу ошибки. Разве только ту, что Ниневия еще стоит.

ИОНА Не смейтесь надо мной. Не такой это пустяк — стереть с лица земли целый город.

СЕМИРАМИДА Но что было не так?

ИОНА Проклятие было не полным.

СЕМИРАМИДА Нет, текст был точным.

ИОНА Но не было жестов.

СЕМИРАМИДА Значит, вы действовали не всерьез, вот что я могу поставить вам в упрек.

ИОНА Я действовал совершенно серьезно.

СЕМИРАМИДА А почему вы не сделали положенных жестов?

ИОНА Я не смог преодолеть себя настолько, чтобы забыть о приличиях.

СЕМИРАМИДА Значит, вы действовали не всерьез, или не слишком всерьез.

ИОНА Ниневия погибнет. Но разве я местный юродивый? Разве я должен вести себя как житель Ниневии? Все жесты, достойные Ниневии, были бы в высшей степени непристойными.

СЕМИРАМИДА Нужно было только закатить глаза, вот и все.

ИОНА Это просто противоречит чувству стиля. Это дурной тон. Конец света, что бы ни говорить в его пользу, событие не в моем вкусе.

СЕМИРАМИДА Сколько потрачено слов, чтобы сказать, что вы действовали не всерьез. А почему? Да потому что прекрасно знали, что Богу это неугодно. Видите ли, когда Бог играет против мира, Он всегда проигрывает.

— Закончим представленье.
Мы благодарны всем, кто помогал
Вернуть Ниневии угасший блеск.
Эскару, что игру врага испортил.
Асирте, сохранившей дружбу к другу.
И господину Ионе. Полагаем,
Он в изумленье приведет весь мир,
Когда о наших сообщит деяньях.
Но сами мы с величьем распростимся
По доброй нашей воле сей же час.
Другое время на пороге ждет.
Пускай другие им распорядятся,
Как я — своим. Царю пора уйти,
Но Шамша кровь, дух Шамша остаются.
А потому, как требует народ,
Как требует закон, я называю
Властителя, наследника, царя,
Хозяина эпохи новой: Готтхельф.

Входит Готтхельф, дебил.

Вот перед вами Готтхельф, Шамша отпрыск,
Рожденный мною. Радуйся, народ.
Кричите же: Да здравствует царь Готтхельф!

ЭПИЛОГ

Актриса, исполнявшая роль Асирты

Признаю, что в этой драме так много и нагло лгали, что даже некоторые из нас краснели от стыда. Разумеется, цель вранья — жизненная достоверность. Я полагаю, что редко кому удавалось лучше, чем нам, свести воедино правила искусства и законы действительности, а если сейчас вы немного ошарашены, то ошарашены на весьма изысканном уровне. На прощанье могу вас утешить: Ниневия действительно погибла, но через двести лет, и не из-за Бога, а из-за Вавилона. Впрочем, Вавилон тоже погиб. А если вам немного страшно выходить из театра и возвращаться в ваш город, то ставлю три против одного, — он еще стоит. Всего хорошего, привет вашим соседям.

КОНЕЦ

Еще от автора Петер Хакс
Фредегунда

Пьеса «Фредегунда» – еще одно обращение Петера Хакса к событиям давно минувших дней. В центре сюжета – реальная историческая личность – Фредегунда. Дословно это имя переводится со старого верхнего немецкого, как «мирная воительница». Фредегунда была королевой франков в VI веке. Но в начале своего пути она была лишь простой наложницей. Фредегунда погубила жену франкского короля Галсвинту и заняла ее место, нажив себе врагов и продолжив борьбу за власть, которую она получила.


Разговор в семействе Штейн об отсутствующем господине фон Гете

Пьеса «Разговор в семействе Штейн об отсутствующем господине фон Гете» принесла Петеру Хаксу всемирную известность.


Битва с боярами

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Епископ Китая

Когда император Кан-Си дает аудиенцию, он сидит, положив ноги на особую подушку, за столом под опахалами из павлиньих перьев в форме павлинов же, укрепленных на двух высоких шестах. За спиной у него ширма с балдахином в виде голов дракона. Ширму украшают четыре иероглифа. Иероглифы означают: Чтите владыку небесного…


Прексасп

Пьеса в пяти действиях.Действие происходит в 523 и 522 гг.


Прекрасная Елена

Известная история о любви Елены и Париса, которая привела к войне и падению Трои. В пьесе Петера Хакса история описана только до отбытия Елены и Париса под возгласы Агамемнона и других греческих царей о бесчестии. Несмотря на общую патетику сюжета, автором пьесы дана ремарка, что все происходящее должно быть не более чем иллюзией некоего совершенного мира, где не только пороки выглядят привлекательными в глазах обывателей, но равно и добродетели. Таким образом, пафосная античная история, знакомая почти каждому с детства, приобретает оттенки фарса и иронии, адресованной привычным и понятным нам устоям и психологии.