Иголка в стоге сена - [2]
Однако старый тевтонец не сложил оружия. Видя, что Король глух к его увещеваниям, он удалился в Кенигсберг и стал тайно искать других союзников в борьбе с Московией. В первую очередь тех, кто уже сейчас готов был поднять против нее оружие…
…Два века назад отрядом немецких рыцарей в Прибалтике был основан орден Меченосцев, ставивший своей задачей войну с язычеством и распространение Истинной Веры. Немногочисленный вначале, он быстро рос за счет прибывавших из Германии волонтеров и вскоре силой оружия прибрал к рукам всю Ливонскую землю.
Дальнейшему его продвижению на восток воспрепятствовала языческая Жмудь, справиться с которой в одиночку у Ордена не хватало сил. Сознавая это, его глава обратился к Великому Магистру Братства с предложением объединить усилия обоих Орденов и выступать под единым стягом.
Предложение было принято, Орден Меченосцев отныне стал частью Ордена Девы Марии, а его главе был дарован титул Ландмайстера. Следуя общему плану, оба Ордена должны были очистить от язычества приморскую Жмудь и слиться на ее землях в единое государство.
Но Польша, заключив Унию с Литвой, перечеркнула все замыслы крестоносцев. Какое-то время Ливонский Орден еще сохранял за собой статус филиала Тевтонского Ордена, только длилось это недолго.
После Шестилетней Войны, поставившей Братство на грань выживания, он отделился от бывшего союзника и стал жить самостоятельной жизнью. Как ругали его тогда высшие чины Братства, какие проклятия слали ливонцам, изменникам общего дела!
А ведь напрасно слали. Вовремя отделившись от Тевтонцев, Ливонский Орден избежал участи своего прусского соседа, угодившего в сети вынужденного вассалитета. Не подвластный Польше, он сохранил право вступать в дипломатические связи и военные альянсы с соседними державами. Вскоре он завел дружбу со Швецией, заинтересованной в союзнике на Балтийских берегах.
Дружба эта принесла ливонцам ощутимую пользу. У Ордена появились вместительные суда, для перевозки войск, полевая артиллерия, латы и клинки, выкованные из шведского железа. Окрепнув, Орден, на зависть тевтонским братьям, даже стал готовиться к войне с Московией за ее северные земли.
Ханс фон Тиффен пристально следил за событиями на ливонской границе, сознавая важность происходящего там и для Тевтонского Братства. Конечно, большая добыча в войне ливонцам не светит. Но если им удастся хотя бы немного потеснить московитов, миф о непобедимости Руси будет развеян.
К тому же, пример Ливонии подтолкнет к действиям других ненавистников Москвы. В пробитую немецким оружием брешь, возможно, захотят втиснуться шведы. А это уже начало большой войны. Войны, способной подорвать силы Московии, и, быть может, навсегда отбросить ее от прусских рубежей.
Война, столь желанная для Тевтонского Магистра, казалась решенным делом, когда события утратили предсказуемость. Кто-то из окружения Ландмайстера Ливонии убедил его, что Орден недостаточно силен, чтобы начинать войну без союзников.
Осторожный фон Плеттенберг приостановил подготовку к войне и направил послов ко дворам шведского и датского Королей с предложениями военного альянса. Но владыки Скандинавии повели себя эгоистично. Они согласились помочь Ордену лишь на том условии, что он отдаст им две трети отвоеванных у Руси земель!
Подобное предложение никак не устраивало Плеттенберга. Конечно, с союзниками нужно делиться, но оба Короля рассчитывали прибрать к рукам большую и лучшую часть добычи, а Ордену собирались оставить самый худой кусок.
Ландмайстер хотел добиться для Ордена более выгодных условий дележа, но Король Швеции, Эрик, и Дании — Олаф, не собирались уступать ни на йоту. В бесплодных переговорах прошло лето, а последовавшая за ним дождливая, холодная осень и вовсе поставила точку на планах быстрой войны.
Московия же сполна воспользовалась плодами сей вынужденной задержки. Все время, что глава Ливонии спорил с Королями, она усиливала свои рубежи. Словно грибы, выросли на русской земле дубовые детинцы и заставы с крепкими гарнизонами.
…Теперь, если Ливония и решится на вторжение, ее встретит иная, готовая к битвам, Русь. Тем паче, что наступление Ордену не удастся начать раньше весны, а за это время московиты много еще чего успеют сделать…
Мысль об этом приводила фон Тиффена в бешенство. Если бы не проклятая зависимость от Польши, он, ни минуты не колеблясь, выступил бы вместе с ливонцами против Москвы! Но, увы, сейчас он не мог оказывать военную помощь другим державам.
Приходилось помогать собратьям по оружию иными способами: тайно слать им денежные средства, направлять ко двору Ландмайстера Ливонии, военных советников, служивших в то же время фон Тиффену глазами и ушами на ливонской земле.
Один из таких посланцев как раз должен был вернуться в Кенигсберг с докладом о подготовке к войне. Ожидая его возвращения, старый Магистр нервно бродил по своей комнате, разминая худые, костлявые руки, иногда останавливался у окна, пытаясь сквозь шум вьюги расслышать стук подков на замковом мосту.
Потом в изнеможении он опускался в резное, похожее на трон кресло. Глядя на пылающие в камине поленья, нетерпеливо теребил бороду, белую, как идущий за окнами снег.
![Идя сквозь огонь](/storage/book-covers/45/45fdb8da44bb784d7c8f09eb81eeaa23b288cd66.jpg)
Приключения боярина Бутурлина, княжны Эвелины Корибут и казака Газды не завершились. Что ждет их, а также других героев «Иголки в стоге сена»? Удастся ли Дмитрию вновь встретиться с любимой и обрести долгожданное счастье? Об этом и о многом другом вы сможете узнать в романе под названием «Идя сквозь огонь».
![Тело Папы](/storage/book-covers/66/662aee3e81d03a0baf409b1256743a6291d06c99.jpg)
Книга известного итальянского медиевиста Агостино Паравичини Бальяни представляет собой масштабный экскурс в историю папства – древнейшего духовного института Европы. Читателю предстоит познакомиться с ритуалами, сопровождавшими избрание и погребение великих понтификов, узнать, какие сакральные начала скрыты за их телесной оболочкой и как Курия толковала понятия бренности и вечности. В основе книги – рассуждения автора о сущности власти, о божественном и природном в человеке. Мир римских пап с мечтами о долголетии и страхом смерти, спорами о хрупкости тела и бессмертии души предстает перед нами во всем его многообразии. Перевод книги на русский язык выполнил российский медиевист, доктор исторических наук, специалист по культуре средневекового Запада Олег Воскобойников. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Серый кардинал Наполеона. Жан-Жак-Режи де Камбасерес](/storage/book-covers/21/21555449e70b5a361b8247b9ee8eb72ea7a8ab3d.jpg)
Личность Наполеона Бонапарта широко известна, а вот имя Камбасереса — человека, находившегося в тени императора, но фактически управлявшего страной, — знакомо, пожалуй, разве что специалистам-историкам. А между тем этот государственный деятель являлся ближайшим советником Наполеона и оказывал на него значительное влияние. Камбасереса прозвали серым кардиналом императора, что вполне соответствовало его манере действий. Именно благодаря Камбасересу Наполеон смог взобраться на высшую ступень власти, получив титул императора французов с правом пожизненного наследования. Пройдя путь от адвоката из провинциального Монпелье до архиканцлера Империи, Камбасерес становится одним из влиятельнейших людей Франции.
![Добрый доктор Гильотен. Человек, который не изобретал гильотину](/storage/book-covers/e8/e86cf98f9320c3ea85ca56a8c21185352ecdd2cf.jpg)
Виктор Гюго как-то написал: «Есть на свете несчастливые люди. Христофор Колумб не мог дать своего имени открытому им материку, Гильотен не мог отделить своего от изобретенной им машины». Сергей Нечаев непревзойденный мастер разгадывать исторические загадки, корни которых уходят глубоко в прошлое. В своей книге путем анализа множества самых разных источников он развенчивает сразу несколько заблуждений: приспособление для обезглавливания человека было изобретено не во Франции, не во время революции и уж точно не доктором Гильотеном, имя которого, к сожалению, оказалось навеки связано с этим страшным орудием массового уничтожения людей.
![Неизвестная жизнь мировых лидеров](/storage/book-covers/30/30a7e512197707872b5f8fd2821b8aa423a365f8.jpg)
Многие исторические личности своими деяниями изменяли ход истории, совершали великие перевороты в государственном устройстве своих стран и империй, при этом, возможно, допускали непростительные ошибки. Порой одно неосторожное слово могло стоить президенту или премьеру уважения целого поколения. Мы многое знаем о внешней, официальной стороне жизни мировых лидеров, но практически ничего о том, какими людьми они были. О неизвестных сторонах жизни великих политиков рассказывает очередная книга серии.
![Древние империи Центральной Азии. Скифы и гунны в мировой истории](/storage/book-covers/9c/9c7e2c328c9f1ca505a5abdc11cb9644ab8c58de.jpg)
Уильям Монтгомери Макговерн – американский исследователь, профессор Северо-Западного университета, штат Иллинойс, антрополог, журналист и путешественник – представляет свой труд по истории Центральной Азии, отмечая ее значение в развитии цивилизаций Древнего мира. Макговерн обращает внимание на важную роль, которую играла Центральная Азия в культурной истории человечества и как центр, где развивались многие традиции и виды искусства, и как посредник между всеми крупными культурными центрами Древнего мира.
![Финский излом. Революция и Гражданская война в Финляндии. 1917–1918 гг.](/storage/book-covers/28/286a0ba37d73221feff05e93b9d6ecd3ddc2b6c4.jpg)
Финляндия в составе Российской Империи долгое время обладала огромной автономией. На памятнике Александру II в Хельсинки выбито «1863» – год, когда финский язык в Великом княжестве Финляндском стал официальным. Однако русификация начала XX в. вызвала небывалый взрыв антироссийских настроений, а в 1918 г. красные финны проиграли в Гражданской войне. Так закончилось столетие «русской истории» Финляндии… Эта книга впервые во всех деталях восстанавливает революционные события 1917 г. и боевые действия Гражданской войны в Финляндии.