Хулиганы с Мухусской дороги - [20]

Шрифт
Интервал

— Вас забыли спросить, когда и где нам разговаривать на земле, за которую мы воевали!

— А мы что, не воевали? Что нашу просьбу трудно уважить!

Началась драка. Ветераны толкали друг друга, наговорили кучу неприятных слов, вспомнили старые обиды. Не стеснялись в оскорблениях и совершенно забыли про Максима Астаховича, который еще до рукоприкладства, в самый жаркий момент возмущений, когда громче всего задавались вопросы, касающееся его, тихо слинял домой.


***


Весь день с Сабиной творились странности.

За обедом она долго накручивала макароны на вилку, совсем забывая их съесть. Читая книгу, постоянно теряла нить сюжета и то и дело глядела на потолок. Мимо окна проходила беспокойно, всякий раз вглядываясь вдаль в надежде что-то или кого-то увидеть. Задумчивость сопровождала каждое ее действие. Мама, заметив перемену, спросила, не заболела ли она. На что Сабина, витавшая в облаках, отвечала хмыканьем. Ирина Анатольевна упрямствовала, проявляя заботу, выведывала наболевшие тайны дочери. И рада была бы Сабина поделиться, отбросив смутное волнение, непривычно щекочущее не обремененный нрав. Но что могла она рассказать, когда сама томилась в чувственных муках неизведанности. Про такое говорят: «Что-то происходит, но что, не знаю сам». Поэтому, минуя допросы, она пряталась в комнате, где наедине с мыслями гладила декоративного, игрушечного тигра, охранявшего заправленное бархатным покрывалом ложе. А Ирине Анатольевне ничего не оставалось, кроме как обвинить во всем акклиматизацию.

Ночью Сабина намучилась. Стоило уснуть, как во сне явился карманник с рынка. Она вскочила от испуга, но, убедившись, что это был лишь сон, опять уснула, чтобы вновь его увидеть. И так до рассвета. Как только она не гнала его: и умывалась, и другие мысли притягивала, и физкультурой занималась, но в царстве Морфея Алиас был тут как тут. Поутру, часам к пяти, все-таки отключилась, провалявшись до обеда.

За столом девушка пробежала глазами по угощениям. Хотелось чего-то этакого. Увы, когда сам не знаешь, чего хочешь, вряд ли что удовлетворит желание. И тут осенило: «Персики! Я же вчера не купила персики!». Убедившись в зеркале, что выглядит повседневно, поспешила на базар. Ирина Анатольевна в привычной для нее манере успела проронить вслед пару фраз, но Сабины уже и след простыл.

Вчера Сабина в прекрасном платье приковала всеобщее внимание, но сама до инцидента с кражей кошелька ничего не замечала. Сегодня в джинсах и майке она растворилась в толпе, где смогла рассмотреть и оценить «прелести» мухусского базара.

У входа громко разговаривали парни, чередуя привычные слова с более жестким матерным жаргоном. Вспоминали недавнюю драку и, судя по бурным эмоциям на лицах, она имела для них хорошие последствия. Один из рассказчиков, невзирая на проходящих мимо людей, не ограничился одной только устной интерпретацией, а дополнил рассказ, размахивая ногами в попытках в точности воспроизвести решающий момент. Его так занесло, что он едва не попал по остановившейся неподалеку Сабине. Как оказалось, он ее даже не заметил, так что ни извинений, ни какого-либо другого внимания девушке не досталось. Этот пробел восполнили цыганки, пристав с твердым намерением что-нибудь продать.

— Джинсы не нужны? Двести манат. Тебе, красавица, за сто пятьдесят дам.

— Нет, спасибо, не надо, — отнекивалась Сабина.

— Эй, давай за сто!

— Смотри, какие платья, как раз твой размер!

— Дай руку, погадаю. Всю правду скажу!

В попытках отбиться от цыган Сабина врезалась в прилавок из ящиков. Увидев, как яблоки катятся по земле, продавец забранился. Обозвал Сабину слепой, неуклюжей растяпой. Завопил во всеуслышание, что разорен. Сабина вручила ему наличность, которой хватило бы на десять ящиков с яблоками, но не хватило, чтобы искренне замять случай. Продавец прекратил поток оскорблений. Он сменил выражение лица с гнева на разочарование, показывая продавцам и покупателям, что ущерб не исчерпан, но в силу своего благородства, он готов забыть обиду в пользу материального взноса, хотя это и противоречит всем правилам его мировоззрения. Только Сабина отошла, как он уже спокойно собирал товар и раскладывал обратно на прилавок. Даже закатившееся яблоко, подобранное юнцом и обтертое о рукав с целью тут же насладиться, и то отнял. Продавец гаркнул, что за все надо платить, и поместил его к остальным фруктам.

Оставшись без денег напротив персиков, девушка заключила, что желанные фрукты были не такими уж и желанными.

— Извини, я вчера тебя даже не поблагодарил, — Алиас слегка коснулся ее плеча.

«Что за ужас? Так вот чего мне хотелось! Совпадение? Что он тут делает каждый день! Что я тут делаю? Как он меня нашел? Что ему ответить? Я рада? Или мне стыдно? Боже, что со мной?» — вопросы проносились в голове Сабины, но наружу вырвались всё те же персики.

— Персики. Я пришла купить персики!

— Да, конечно! Теть Джульетта, соберите нам лучших персиков.

— Я забыла дома деньги!

— Я разве что-то сказал о деньгах? — мило улыбнулся Алиас.

Пока Алиас лично помогал продавщице, отыскивая отборные, спелые, сочные, мягкие персики, Сабина со свойственной девушкам наблюдательностью изучала парня и наматывала себе на ум характеристику:


Рекомендуем почитать
Тысяча жизней. Ода кризису зрелого возраста

Поиск ответа на вечные вопросы бытия. Автор размышляет о кризисе середины жизни, когда, оглядываясь в прошлое, ищущий человек пытается переоценить все, что пережил, и решить, куда ему идти дальше. Может быть, кто-то последует примеру автора; «придет к выводу, что лучше прожить одну жизнь подробно и вдумчиво, чем разбазариваться на тысячу смазанных и невыразительных судеб».Роман вдохновляет обычного читателя. Да, каждый из нас с его страстями, исканиями, страданиями, даже болезнями – Великий Человек. Он интересен для других.


Осенний человек

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Очко сыграло

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Гадская рулетка

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Девственники в хаки

Лесли Томас – один из самых оригинальных английских писателей, творчество которого до сих пор не было известно российскому читателю. Он лауреат множества международных литературных премий, автор девятнадцати романов, многие из которых экранизированы.Идет война, о которой нам практически ничего не известно: Великобритания воюет с Малайзией. Горстка необученных новобранцев оказывается один на один с бандами малайских партизан-коммунистов.Это не боевик и не триллер, это своего рода хроника солдатской жизни, со всеми ее казусами, нелепицами, страхами и желаниями.


Обменные курсы

Приключения скучного английского филолога в вымышленной стране Восточной Европы. Одна из самых ироничных и экстравагантных книг английской литературы ХХ века. Гениальный памфлет, который критики сравнивали с "Путешествиями Гулливера" Свифта и "Скотным двором" и "1984" Оруэлла. Роман, который "Sunday Times" назвала "работой абсолютного Мастера", "Daily Telegraph" – "искрометно смешным и умным литературным фарсом", а "Guardian" – "одним из забавнейших произведений нашего времени".