Хранилище ужасных слов - [11]
Она услышала его доносящийся издалека голос:
— Не бросай меня тууууут!
Но это длилось всего мгновение, после чего опять наступила тишина и перед Тальей вновь появилась светящаяся фигура.
Здесь: Восемь
Увидев, что оба врача покинули палату девочки, Тере заглянула туда и поманила к себе Мигеля:
— Проходите, проходите. Смотрите, какая она красивая.
Мигель неуверенно приблизился к кровати, борясь с желанием схватить Талью, закинуть на плечо и бежать отсюда как можно быстрее. Впервые после рождения его дочь оказалась в больнице.
Тере не преувеличивала: пусть бледная и с забинтованной головой, но Талья была очень красивой и выглядела спящей. Возле нее стояла капельница, из носа торчала кислородная трубка.
— Ее одежда вот в этой сумке, — сказала Тере так громко, что Мигель недовольно поморщился. Медсестра заметила его гримасу и улыбнулась. — Боже мой, мы ведь не на похоронах, можем говорить нормально. Подойдите поближе, не бойтесь.
Тыльной стороной ладони Мигель слегка коснулся дочкиной щеки.
— Ей больно?
— Не думаю. Смотрите, какая она спокойная, будто видит хороший сон или мечтает о чем-то приятном.
— Талья, — прошептал Мигель ей на ухо, — это папа. Ты попала в аварию, но все будет хорошо, вот увидишь.
Тере от двери улыбнулась ему.
— Возьмите стул и продолжайте с ней разговаривать. Я обойду больных и вернусь.
Он чуть было не попросил ее задержаться, не оставлять его одного с Тальей, неподвижной и отчужденной, как мраморная статуя, но вместо этого стал потихоньку говорить, что Диего, наверное, уже прочитал записку и вот-вот придет, что они пытаются найти маму и скоро все образуется.
Вдруг он услышал в коридоре сначала сдавленные рыдания, потом характерные рвотные звуки и вышел посмотреть, что происходит.
Диего сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и вытирал рот бумажным платком из пакета, который протягивал ему Педро.
— О маме ничего не известно? — был первый вопрос, заданный сыну.
Диего и Педро покачали головами, затем Педро сказал:
— Мы оставили записку на том же месте, чтобы Ана, если зайдет, сразу ее прочитала.
— Она не звонила?
— Мы пробыли в квартире всего несколько минут и сразу побежали сюда. Может, она звонила вам на мобильный.
Мигель вытащил из кармана телефон и уставился на него, будто впервые увидел. Действительно, если бы Ана хотела его найти, то нашла бы. Просто после вчерашнего вечера она вряд ли этого хотела.
— Нам сказали, об аварии будет сообщение в теленовостях, — заговорил Педро, видя, что никто другой говорить не собирается. — Как только она узнает, сразу придет.
Отец и сын продолжали молча смотреть друг на друга; наконец Мигель протянул Диего руку, помог ему подняться и довел до стула в вестибюле.
— Дела обстоят так… — начал он, пристально глядя на ребят.
Там: Пять
Светящаяся фигура, которая могла быть и прежним проводником, и кем-то другим, приблизилась к Талье и на несколько секунд прикрыла ей глаза, а когда отняла руку, шар с заключенным в нем Пабло исчез, и помещение снова изменилось. Теперь оно было большим и ярко освещенным, но не таким впечатляющим, как гигантская библиотека. Струился мягкий приятный свет, слегка пахло цветами — розами, как показалось Талье, — а хранились здесь стеклянные флаконы с чем-то сияющим, плавающим внутри.
— Хочу кое-что тебе показать, — и провожатый достал один флакон.
— Как красиво, — сказала Талья, любуясь танцующими в прозрачной жидкости золотистыми и серебристыми песчинками.
— Знаешь, что это?
— Мои слова? — догадалась Талья.
— Твои слова любви.
Талья стыдливо засмеялась — неужели ее воспринимают как героиню слащавых романтических фильмов?
— Я никогда никому таких слов не говорила.
— Говорила, и не раз, маме, например.
Продолжая смеяться, она энергично замотала головой.
— Для того чтобы сказать «я тебя люблю», совсем необязательно говорить «я тебя люблю», хотя иногда это необходимо. Иногда достаточно сказать «мне с тобой очень хорошо», или «спасибо», или «ты самая лучшая». Если ты помнишь, словами можно пользоваться как ножом, а можно превратить их в цветы.
— И здесь хранятся слова любви? — с изумлением спросила Талья.
— Только настоящие, искренние, идущие из глубины души, призванные разделить с другими переполняющее тебя счастье. Некоторые люди не способны произнести ни одного такого слова, и им нечего здесь хранить.
— Почему не способны?
— Потому что не умеют, не научились. А есть такие, кто не способен даже на чувства, рождающие подобные слова.
— Как Пабло? — предположила Талья.
— Пабло испугался, что ты умерла, и обрадовался, обнаружив тебя живой. Это и есть выражение любви.
— Правда? — Талья не пыталась скрыть удивление. — А я думала, он просто побоялся остаться здесь совсем один.
— Конечно, но все-таки начало положено. Может, он и научится, если захочет, хотя учеба займет много времени.
— Я вот точно хочу, но смогу ли? Смогу научиться переводить?
— Да, Талья, ты сможешь, — сказал проводник.
Здесь: Девять
Китайский ресторанчик, куда привела ее Марга, был тихий и симпатичный, в красных тонах с золотыми драконами. У них под ногами, под стеклянным полом, среди аквариумных растений и ракушечных домиков плавали разноцветные рыбки. Они с удовольствием ужинали, хотя разговор то и дело прерывался, поскольку Ана неожиданно погружалась в свои мысли и подруга не хотела ей мешать.
![Тысяча евро за жизнь](/storage/book-covers/eb/eb6ee66b05356c77220097654a066964904e601c.jpg)
Элия Барсело считается в Испании «гранд-дамой научной фантастики» и является одной из лучших писательниц страны в этом жанре. То, что она непременно должна присутствовать в этой антологии, было одним из тех немногих непреложных фактов, которые были ясны с самого начала.Элия Барсело родилась в 1957 году в Аликанте, изучала в Валенсии англистику и в своём родном городе — испанскую филологию. С 1981 года она живёт и работает в Тироле, преподаёт в Инсбрукском университете испанскую литературу, страноведение и писательское мастерство.
![Убийца истин](/storage/book-covers/56/56147a7945a9aa58b41e9c878634df08bd3351e4.jpg)
Врата, соединяющие великие библиотеки мира, не требуют библиотечного билета, но они таят в себе невероятные опасности. И это вам не просто обычный ночной прыжок. Угрозы, с которыми сталкивается Джиа Кернс, — это угрозы с острыми зубами и похожими на нож когтями. Такие, которые влияют на злого чародея, одержимого желанием уничтожить ее. Джиа может положить конец его коварному плану, но только если найдет семь ключей, спрятанных в самых красивых библиотеках мира. А потом выяснит, что именно с ними делать. Последнее, что ей нужно — это отвлечение внимания в форме влюбленности.
![Похититель тайн](/storage/book-covers/23/2363476f27305e850e5f6b9f7a2068ae13343b16.jpg)
Джиа Кернс предпочла бы драться с парнями, а не целовать их. Так и было, пока Арик, одетый в кожу красавчик из Бостонского Атенеума, внезапно не исчезает. Исследуя книгу о библиотеках мира, которую он оставил, Джиа случайно произносит код, благодаря которому ее с друзьями затягивает в фотографию и переносит в Парижскую библиотеку, где Арик и его Стражи… магические рыцари, на которых возложена задача защищать людей от существ, путешествующих через книжные порталы… спасают их от демонического пса. Попасть в некоторые красивейшие библиотеки мира было бы для Джии мечтой, которая могла осуществиться, если бы она не оказалась занята тем, чтобы не поддаваться велению сердца или не прятаться от изгнанного колдуна, стремящегося отомстить как Мистическому, так и человеческому мирам. Ко всему прочему добавились французская кокетка, помешанная на Арике, и интрижка с молодым колдуном.
![Брешь](/storage/book-covers/01/018b6b0f02b3c834b472571e699fc07d64a385d7.jpg)
Прошла неделя с возвращения Лилы в Род-Айленд, но она уже не та. Она — капитан Стражей, а Малачи назначен её заместителем. В местных новостях вещают о пугающих случаях наблюдений человекоподобных существ, бегающих на четвереньках. Но Лила знает — этому есть только одно объяснение: Мазикины проникли в мир живых. Из-за необходимости поддерживать видимость нормальной жизни для своей приёмной матери, надзирателя и одноклассников, Лила возвращается в старшую школу Варвика. Но уже в компании Малачи. По ночам они тайно охотятся, выискивая гнездо Мазикинов.
![Роман на вырост](/storage/book-covers/07/070318d40b2325e52663427ea86235f935f19bfa.jpg)
Мама шестнадцатилетней Елизаветы наконец-то хочет устроить свою жизнь. И мужчина ей попался красивый, добрый, мужественный. Но все оказывается не так-то просто… Журнальный вариант.
![Ключ](/storage/book-covers/74/747b4069923f4dbeb03db9a4ad712b87d6e3bfbc.jpg)
Семнадцатилетняя Рема живет в жестоком королевстве, где запрещены путешествия между регионами, люди голодают, а не такой взгляд на человека может привести к смерти. Девятнадцатилетний Дармик — сын короля и командир армии. Он днями выполняет поручения отца, катается по острову и пытается сдерживать пыл народа. Когда случайная встреча сводит Рему и Дармика, между ними возникает связь, но отношения между ними строго запрещены. Брат Дармика, кронпринц, замечает интерес Дармика к Реме и хитрым политическим ходом шантажирует ее.
![Пионер, 1954 № 02](/storage/book-covers/4d/4d59704dd358249c9edbaf4f34248734bd80b983.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Друзья](/storage/book-covers/3f/3f7f1f8646361dda986bbc70c7b77d09edce0f32.jpg)
«Друзья» Кадзуми Юмото — это блестящий роман для подростков о подростках, рассказ о дружбе, познании и взаимосвязи поколений. Начинающийся как история о школьниках-недотепах, он становится и смешным, и печальным повествованием о детском исследовательском интересе, а затем потрясает своим ожидаемым, но от этого не менее пронзительным финалом, когда простое любопытство перерастает в нечто гораздо более важное.Однажды одному из трех закадычных друзей приходится отправиться на похороны бабушки. Этот печальный опыт вызывает живой интерес его товарищей: что происходит с умершим человеком, превращается ли он в привидение? Смесь фантазий и реальности настолько их завораживает, что они решают увидеть всё своими глазами: находят одинокого старика, который, кажется, уже отжил свой век, и устраивают слежку, чтобы застать его на пороге смерти.
![Лето Мари-Лу](/storage/book-covers/04/04bde588aad4e2fec1b1c26041bfb92665e0a2e4.jpg)
Лето всегда пахнет луговыми цветами, любовью и счастьем. Безмятежность июльских дней — это застывшее время, когда секундная стрелка трепетно останавливается, оглядывается по сторонам и понимает, что спешить ей совершенно точно некуда.Сбежав из пыльного и душного Стокгольма и окунувшись с головой в хуторскую жизнь, Адам и Мари-Лу подарили это лето друг другу, утонув в воспоминаниях, спорах, смехе. Их связывает череда летних каникул, прогулки по красивейшему лугу, окрещенному «бронзовым веком», и наивное детское «я хочу, чтобы мы всегда были вместе».
![Притворяясь мертвым](/storage/book-covers/90/9091b92be18c6b1f8b32c46b6bb5f23e648f09eb.jpg)
Благодаря роману Стефана Касты «Притворяясь мертвым» вы узнаете, какова цена дружбы и есть ли альтернатива мести.Подросток Кимме находится между двумя мирами. В одном, более близком, — вечера в «пряничном» домике с приемными родителями Кристин и Джимом, тушеный цыпленок с ломтиками моркови и книги. В другом, чуждом ему, — вечеринки, совместные походы и первая любовь.Пытаясь влиться в компанию ради девушки, в которую влюблен, Кимме отправляется с приятелями в лес на выходные. Понаблюдать за птицами. Никто не мог и предположить, чем это закончится для Кимме: он оказывается брошенным в лесу, с серьезным ранением и слабой надеждой на спасение…«Притворяясь мертвым» — книга о выборе, совести и способности прощать.Роман Стефана Касты, лауреата премии Астрид Линдгрен, был отмечен Августовской премией и почетным знаком Нильса Хольгерссона.
![Никто не спит](/storage/book-covers/67/675740e9d9a6cd415d3d4d9e54a9c155e0edc54f.jpg)
«Никто не спит» известной шведкой писательницы Катарины Киери — роман о самом тяжёлом, о немом горе потери. Элиасу шестнадцать, он замкнут, закомплексован и зациклен лишь на одном: три года назад его жизнь изменилась навсегда, мама ушла из дома и не вернулась. Годы идут, а жизнь так и делится на строгие «до» и «после». Он написал маме 120 писем, и пока никакое «после» для него просто не складывается. Вежливое молчание с отцом, отсутствие друзей в школе… Хобби и досуг тоже остались в той жизни. Три года — настоящая пропасть, и в одиночку ее не перешагнуть.