Граф Нефт - [4]

Илья Лис всех четверых выслушал и незаметно покинул свой наблюдательный пункт в кустах. Он понял, что певица вернется, пусть не сразу, но вернется. Белая яхта в этих местах была только у Графа Нефта. Илья Львович пошел докладывать о событиях директору пансионата: у каждого свой в жизни начальник. Директор должен знать все, но его почти никто не знал и не видел.

Директором пансионата работал незабвенный господин, он спокойно сидел в кабинете как простой чиновник с обычным именем Иван Сергеевич. Но то, что директор пансионата Иван Сергеевич Павлинов и пресловутый Граф Нефт — одно лицо, мало кто знал. Этого не знал и сам Илья Львович, он лишь догадывался, рассказывая директору все, что сам знал.

Директора могла бы узнать Алла, но Юра его не видел, когда они были у него в замке. За ними и их любовью Граф Нефт от скуки наблюдал сквозь хитрое зеркало: он их видел, а они его не видели. А кто Аллу пустит к директору? Никто! Но о желаниях Аллы Илья Львович сообщил директору пансионата.

Директор выдал Илье Львовичу премию. Детектив, счастливый, пошел в свою сторожку играть в домино.

* * *

Граф Нефт задумался. Оказывается, Алла его не забыла. Мало того, она его ревновала! Это было полной неожиданностью. Это было приятной неожиданностью!

«Ох, как скучно, — подумал он. — Все знаю, нет серьезного противника».

— Есть! — сказал вслух сидящий в нем глубоко Граф Нефт. — Надо, чтобы Лиана следила за смотрителем, когда ему передадут порошок.

Он позвонил Илье Львовичу.

— Илья Львович, Иван Сергеевич тебя беспокоит, сделай так, чтобы твоя мудрая Лиана проследила за музыкантом-директором, когда тот будет передавать порошок смотрителю. Не упусти момент. Пусть она ведет этот порошок до Графа Нефта!

— Будет сделано, сейчас все на обеде, я их у столовой встречу, — усмехнулся мысленно Илья Львович, но удержался от комментариев.

— Бери машину! Важно, чтобы Лиана видела момент передачи товара, оторви ее от сопровождающих ее лиц под любым предлогом! На карте честь пансионата!

Граф Нефт любил быть двуликим Иваном Сергеевичем.

Илья Львович заглянул в столовую: музыканты ели, пили. На коленях у музыканта-директора лежал пакет, товар был на месте. Вся четверка была в сборе. Он направился к своему столику, быстро поел, пошел наперерез Лиане. Паша сделал недовольное лицо. Лиана подошла к Илье Львовичу.

— Лиана, идем со мной! Мы с тобой поедем к башне.

— Интересно, поехали, Илья Львович, — сказала Лиана и помахала остальным.

Лиана и Илья Львович, не оглядываясь, пошли к центральному выходу из пансионата, где стояла служебная машина для разъездов. Он сам сел за руль.

— Лиана, я тебя подвезу, но рядом с тобой меня быть не должно, ты будешь следить за входом в башню. Есть предположение, что сегодня будет передана контрабанда смотрителю. Ты проследи, кто передаст ему пакет, постарайся увидеть того, кому смотритель потом передаст пакет. Вот карандаши, бумага. Ты сиди и рисуй, на тебя не будут обращать внимания. Ты говорила смотрителю, что художница, так вот и рисуй с натуры морские волны.

Илья Львович отвез Лиану к башне и исчез в стороне городского рынка. Она села рисовать. Смотритель сам подошел к Лиане и спросил:

— Девушка, у тебя памяти совсем нет? Решила волны рисовать с натуры? Рисуй, а мне не мешай. Если бы ты еще немного в сторонку села от башни, вон на том валуне.

— Хорошо, я пересяду. Какие сегодня волны красивые!

— Что ты в них нашла? А, все художники убогие, что на них обижаться, — проговорил смотритель и пошел к башне.

Минут через двадцать показался музыкант-директор. Он подсел к смотрителю, потом поднялся на смотровую площадку, а вниз спустился без пакета. Лиана пакет заметила, но еще она заметила, что пакета в руках возвращающегося музыканта-директора не было. Смотритель после ухода музыканта-директора повеселел.

— О, рисует. Смотри ты, а волны как живые. Девушка, а ты и впрямь художница! Мне бы волны свои подарила, я их на стенку повешу.

— Один рисунок я Вам подарю, сегодня волны хорошо получились, но мне еще надо немного их дорисовать.

— Ладно, рисуй, девушка, раз мне рисуешь.

У Лианы возникло ощущение, что смотритель принял на душу грамм сто водки или больше и был навеселе и взволнован. Она сидела, рисовала и не поворачивала голову в сторону смотрителя. Прошло полчаса перед тем, как появилась яхта.

Смотритель с пакетиком пошел к берегу, взял лодку…

— Ой, подождите! Я с Вами хочу прокатиться! — закричала Лиана.

— Девушка, ты чего ко мне привязалась? — спросил смотритель.

— Я не к Вам, я к волнам привязалась, — сказала Лиана и полезла в лодку смотрителя. Рисунок она оставила под валуном.

— Ладно, поплыли на яхту.

— Зачем привез бабу? — спросил матрос недовольным голосом.

— Это не баба, а художница. Она волны рисует, она с вами хочет прокатиться.

— А можно?! — прокричала Лиана свой вопрос.

— Садись и не мешай, а сюда мы только к вечеру вернемся.

Пакет с белым порошком исчез в трюме яхты. Лиана села на корме. Мужчины разговаривали. Смотритель сел в свою шлюпку и поплыл к берегу. Яхта взяла курс, известный Лиане по экскурсии на теплоходе. Она сидела, смотрела, молчала. Последнее, что она заметила на берегу, так это машину Ильи Львовича. Смотритель ему что-то сказал. Илья Львович пошел и взял рисунок под валуном.